«Корона из терновника и костей»

Рассвет над Железными Слезами не принес света. Солнце застряло в плотном слое сажи и дыма, превратившись в тусклое медное пятно. Город дрожал. Мануфактуры работали на пределе: избыточное давление стравливалось через гигантские свистки, и этот вой сливался с предсмертным хрипом Империи. Стены и Сталь Лилит стояла на главной стене — огромном валу из клепаного железа. Рядом с ней, тяжело опираясь на парапет, стоял Седрик. Его механический протез был временно примотан стальной проволокой к плечу. — Если Барьер не выдержит первого удара, — прохрипел Седрик, — выпускай «Железных Дев». Но учти: у нас топлива всего на три часа боя. — Нам хватит, — ответила Лилит. Она перевела взгляд на Горация. Рыцарь теперь выглядел как кошмар некро-инженера. Вместо одного глаза у него горел зеленый алхимический прожектор, разрезающий мглу. За спиной вибрировали стальные крылья-лезвия. — Цель... обнаружена... — прогудел Гораций. — Количество... бесконечно... Рекомендую... начать... дезинфекцию. Наступление Тень пришла не строем. Она пришла как прилив. Тысячи Пустых — жителей Порта и окрестных деревень — шли молча. Над ними, как огромные черные паруса, хлопали крыльями Искажения. Но самым страшным был Юлиан. Его фигура соткалась из дыма прямо перед воротами. Он был огромен, его лицо занимало полнеба над долиной. — Лилит... — его голос заставил металл стен вибрировать. — Открой ворота. Зачем тебе этот ржавый гроб? Сдай нам Валериана, и я позволю тебе править этим кладбищем вечно. Валериан вышел вперед, щелкнув пальцами. Фиолетовые искры пробежали по его волосам. — Юлиан, ты повторяешься. У тебя есть армия рабов, но у нас есть кое-что получше. У нас есть гнев. Бой — ОГОНЬ! — закричала Лилит. Стены Железных Слез изрыгнули пламя. Паровые пушки, заряженные солью и алхимическим огнем, ударили по рядам Пустых. Это не была благородная война. Это была бойня. Соль разрывала тени, а огонь превращал тела в пепел. Но Пустых было слишком много. Они карабкались друг по другу, забивая своими телами рвы. Искажения начали просачиваться сквозь Барьер, выпивая радость и волю у солдат на стенах. — Они прорываются у восточных ворот! — крикнул староста цеха, прибежавший снизу. — Там «Девы» не справляются! — Гораций, твой выход, — скомандовала Лилит. Рыцарь не стал спускаться по лестнице. Он просто шагнул со стены вниз. С тяжелым лязгом он приземлился в самую гущу врагов. Его стальные крылья раскрылись, вращаясь как лопасти мясорубки. В центре его груди открылась заслонка, и мощный луч зеленого пламени выжег просеку в рядах теней. Кризис — Лилит, посмотри на Валериана! — крикнул Седрик. Валериан стоял в центре стены, окруженный ореолом черного пламени. Он держал Барьер своими силами, но Юлиан нашел брешь. Тень Юлиана не атаковала стены — она вгрызалась прямо в разум Валериана. — Он вытягивает из него Бездну! — понял Седрик. — Если Валериан опустеет, город схлопнется внутрь себя! Лилит увидела, как Валериан оседает на колени. Его глаза закатились, а из ушей потекла темная кровь. Юлиан смеялся, и этот смех крошил камни. Лилит поняла: пушки и сталь не помогут. Нужно что-то, что ударит по самому Юлиану. — Седрик, — Лилит схватила инженера за ворот. — У тебя есть громкоговорители? Самые мощные, на весь город? — Да, центральная сирена... но зачем? — Я собираюсь спеть ему колыбельную, которую он никогда не забудет.