Дневник Австралии

***

Последующие пару дней прошли вполне спокойно и размеренно. Ландо привык к утренним пробежкам рядом с Оскаром, ему даже начало это нравиться. Он лишь отшучивался своей любовью к страданиям. Так или иначе, дни вновь обрели свой радостный окрас, не испачканный ни грустью, ни одиночеством. Естественно, легкая неловкость присутствовала между ними, не без этого. Но они с этим мирились, пытаясь притворяться, что ничего не произошло на том пляже. Не было ни тех касаний, ни тех взглядов. Ложь самим себе, за которой скрывалась искренняя симпатия, копившаяся долгое время и становившаяся всё очевиднее с каждым днём.  Ещё вечером прошлого дня Оскар сказал Ландо начать собирать вещи для "кое-чего". Не вдавался в детали. Опрометчиво с его стороны, потому что на утро пришлось выслушивать от Ландо бесконечные мольбы.  Под ногами скрежетала земля, поднимая небольшие столбы пыли, пока по ней пробегали двое. Впереди с размеренным темпом бежал Оскар, с привычной сосредоточенностью на процессе, контролируя каждый вздох и выдох. Позади же волочил ноги Ландо. Кроме как "волочить", его стиль бега не описать. Он не особо заботился, каким образом выглядел, просто продолжал бежать, пока не почувствует, что достаточно. Да, сумбурно. Но в этом и был весь Ландо.   – Оззи-и-и, -жалобно произнес Ландо, равняясь с Оскаром, даже не повернувшимся на его голос.   – Я говорил, это сюрприз, -отрезал он, продолжая путь.   – Скучный ты... Хотя, может сюрпризы у тебя лучше получаются, -ответил Ландо, обгоняя Оскара, оставив его позади с улыбкой, робко дрогнувшей у него на губах.   Было ещё раннее утро. Совсем раннее, все спали. А Ландо с Оскаром тихо грузили вещи в машину. Оскар всё так же не признавался в своей задумке, оставляя Ландо многострадально гадать.   Сев в машину, Ландо окинул взглядом дорогу. Солнце даже ещё не встало, настолько было рано. Синее небо, чуть темное и уходящее в фиолетовый, застилало весь открывшийся глазам пейзаж. Тишина и умиротворенность этого часа убаюкивала, погружала в сон. Наконец, на водительское сиденье сел Оскар, пристегнувшись и поправив зеркала, он сразу же двинулся вперед. Почти тот час сказав, чувствуя взгляд Ландо:   – Мы едем в... -он дал своему голосу сойти на нет, только больше раззадорив Ландо. – В кемпинг. В ближайший горный национальный парк Алпайн, -Оскар чуть повернулся в ожидании какой-либо реакции.   – Ну... Звучит правда не плохо... -Ландо выглядел до ужаса потерянным и испуганным. – Но там же всякие... твари...  – Ландо... -голос Оскара звучал мягко и вкрадчиво, он не хотел подшучивать над ним, потому что знал, на сколько Ландо это пугает. – В национальных парках есть контроль и всякого рода животные там водятся в меньшем количестве, -слушающий это Ландо слегка выдохнул, пытаясь не показывать насколько это его успокоило. – Да и я рядом всегда.   Последние слова для Ландо звучали ещё более успокаивающими, хоть уши от них и немного зардели.    – Я часто с семьей хожу в походы, -начал Оскар, пытаясь развеять сомнения и страхи Ландо. – Я обещаю тебе лучший в твоей жизни поход, -он слегка улыбнулся ему. – Мы походим в окрестностях парка, там множество разных троп, по которым даже особо не ходили люди. Много маленьких водопадов, ручьев и озер. Ни с чем не сравниться это чувство изучения безлюдных просторов природы...   Ландо посмотрел вперед, на дорогу, на всё, что их окружало. Зеленеющие поля вдали, негромкий щебет птиц.   – Ты умеешь убеждать, -искренне ответил он, смотря ему прямо в глаза. – Я уверен, что мне всё понравится.  Оскар мог ответить только смущенным выражением лица, пока притворялся, что смотрит что-то на карте в телефоне.   Предстояла долгая дорога. Потому они и выдвинулись в столь ранний час. Понемногу начало светать. Чем дальше они продвигались по извилистым австралийским дорогам, тем ярче солнце озаряло всё вокруг - от верхушек деревьев, казавшихся в таком свете неестественно зеленными, до асфальта дороги, с каждой секундой нагревавшегося сильнее. Пока ехали, они болтали обо всём на свете, до момента, когда уже не уставали смеяться, а потом находили о чем говорить ещё. По пути им встречалось множество уютных деревушек и городов, где жизнь только начала понемногу расцветать. Крошечные сельские магазины открывали свои двери, а по улочкам сновали дети, радующиеся солнечному дню. Ландо только недавно начал осознавать всю уникальность Австралии. Её несхожесть с каким-либо другим местом. Он понимал всё больше, почему Оскару хочется возвращаться домой, в эти яркие места свободы и размеренности, так сильно контрастирующие с их обычным темпом жизни по всему миру. Ландо взглянул на него: Оскар украдкой смотрел на эти места, не имея возможности скрыть всю свою радость от их вида. Ландо с теплотой наблюдал за ним. Насколько ему дорог дом. И он его понимал. Ландо тоже просто не мог не проникнуться самим Оскаром, вызывающим ту же радость в его жизни.     Миновали и эти немногочисленные городки, сменившись холмами и всё большим горным рельефом. Австралийские пейзажи в очередной раз менялись, хотя глаз не успевал привыкнуть к предыдущим. Машине всё чаще приходилось ехать в горку, а солнце приближалось к своему пику. До въезда в парк оставалось не так много километров, а природа вокруг не могла не завораживать. Не верилось, что они с Оскаром будут вдвоем в таких местах...     И вот он. Пропускной пункт парка. Заплатив все пошлины и пройдя проверки, они попали на почти шесть с половиной тысяч квадратных километров нетронутого природного достояния. Уже из машины открывался поистине невероятный вид, и было трудно представить, чем ещё их удивит Алпайн. Остановившись на парковке, где было не так много таких же туристов, они ступили на землю парка. Самый первый вздох показался до болезненного приятным. Чистота воздуха среди деревьев и зелени поражала.  Открытая парковка национального парка находилась аккурат у подножья горного склона, являющегося цепью холмистых вершин, окружавших всё вокруг. Оскар распахнул багажник, поочередно доставая их сумки. Он, покопавшись в своих вещах, протянул Ландо одежду.  – Намекаешь, что у меня вкус не очень? -произнёс он, нехотя принимая походные вещи.  – Моя одежда, прости. Вся идея с походом была так неожиданна, что и подготовиться времени не было, -слегка виновато ответил Оскар, потупив взгляд, и продолжая доставать походную амуницию.   – Всё нормально, -сказал Ландо, более открыто, показывая, что это незначительно. Но не забыв добавить. – Однако смотреться в ней лучше буду я.  – Даже не спорю, -ответил Оскар, обезоруживающе улыбнувшись Ландо, застывшего от такого. – Переоденешься пока в машине, а я к стенду с картой местности. Постараюсь провести нас хоть куда-то.  – Учти, Оззи. Ты за ум. На меня надежды не строй. -и не добавив ничего более, Ландо залез в машину. 

...

 Вот, уже спустя пять минут, их ноги ступили на первую тропу. Одежда Оскара на удивление была удобна во всех местах, позволяя без помех осуществлять подъемы. Ландо критически рассматривал себя ещё с того момента, как вышел из машины, не очень довольный вкусом Оскара в цветах. Но как тот заметил: " – Выбирать не приходится." Тут Ландо не мог поспорить. Ландо и близко не представлял, каким путем они направляются, просто знал, что доверяет Оскару. Он, однако, сам пояснил для Ландо: – Мы пойдем по этому склону, а когда поднимемся, нам будет полегче ориентироваться. Можем направиться туда, куда только заблагорассудиться. -Оскар, говоря это, указывал на впереди стоячий горный массив. Ландо только тяжело вздохнул понимая, сколько потребуется сил. Оскар с улыбкой посмотрел на него, легонько похлопав по плечу и двинувшись вперед с полной уверенностью и знанием дела. Ландо же, был не настолько сведущим в туризме, от того выбрал тактику просто следовать прямиком по следам друга. Ранний полуденный час уже стоял на улице. Солнце подсвечивало гору, ещё сильнее показывая весь контраст размеров, предстоящих покорению. Дул легкий летний ветер, настигающий их на этой невысокой точке. Вместе с дуновением чистого воздуха, ветер приносил и звуки. Ангельское пение птиц казалось столь возвышенным, прекрасным, что невозможно было не застыть, прислушиваясь. Но двинувшись далее, это невероятное пение продолжило их сопровождать, как фоновая музыка этих краёв. Земля под ногами казалась невесомой, может, это было влиянием всей окружающей их красоты, а может, и туристической обувью Оскара, мило предложенной им для Ландо. Тем не менее, Ландо ощутил по-настоящему легкость в движении, получая ранее невиданное им удовольствие от такого места. Похоже, Оскар был очень даже прав в том, что всё это ему понравится. Поднимаясь всё выше, ландшафт понемногу начал меняться. Ранее песчаные склоны стали зеленеть, оживая с каждым метром, будто они сами тянулись к вершине горы, желая быть хоть капелькой затронуты лучами солнца. Множество кустовых растений стали обрамлять тропу, по которой они шли. Несколько деревьев виднелись впереди, плавно нарастая в количестве, да так, что вдали виднелись только их вечнозеленые кроны. Спустя час интенсивного подъема, выйдя на залитую солнцем поляну, Ландо устало уселся на небольшой булыжник. Силы покинули его даже с слишком быстрой скоростью. Отдышка заглушала все звуки вокруг, а Оскар просто со смешком в глазах наблюдал за ним. Его забавляло, как Ландо раздражался, уставая. Ему это казалось крайне милым. – Не выдохся, чемпион? -поддразнивая спросил он, в ответ лишь получив угрюмый взгляд Ландо исподлобья. Чуть посмеиваясь, Оскар подошел к нему, легонько пихнув его, сел рядом. Плечи их соприкасались, вызывая у обоих внутреннюю дрожь. Оскар неуверенно протянул ему бутылку с водой, желая хоть как-то смягчить это уставшее выражение лица. Ему хотелось видеть на этом прекрасном лице Ландо улыбку, так завораживающую его. Он взял предложенную бутылку, соприкоснувшись с пальцами Оскара, влажными от конденсата холодной бутылки. Даже столь простое касание вызвало на их лицах почти незаметный румянец. Ландо попытался открыть бутылку не слушавшимися его пальцами, но она предательски была закрыта, как на клей. Он издал нечленораздельный злой рык, запыхавшись от прикладываемых усилий по открытию мудацкой бутылки. Однако из-за пота даже на ладонях, это не выходило никоим образом. Оскар опять умилился этому внутри себя, забирая у Ландо бутылку и протерев её об край своей футболки, которую задрал ради этого, протер крышечку, без труда открыв воду. Ландо никак не ответил на протянутую обратно бутылку. У него всё ещё была перед глазами эта картина, как Оскар задирает свою белую футболку, открывая его взгляду свой пресс... Чуть кашлянувший Оскар привел его в чувства, протягивая воду, уже встав с камня. Забрав открытую бутылку воды, так манившую своей возможностью утолить жажду, Ландо прильнул к горлышку. К сожалению, прохладная вода сумела утолить лишь физическую жажду. Она не могла затушить собой весь тот внутренний пожар, возникавший у Ландо из-за него... Из-за Оскара. Который в это время, как казалось на первый взгляд, безмятежно рассматривал окружение. Его спокойная фигура в свете полуденного солнца казалась ещё более гармоничной. Но не один Ландо горел от неутолимого пожара чувств. Оскар, стоявший спиной к другу, закрыл глаза, сгорая от смущения, вызванного этой дурацкой ситуацией. Он ругал себя за такую напористость, но ничего не мог с собой поделать. Действия шли вперед мыслей, и если он хотел позаботиться о Ландо или поддразнить его, он делал это без раздумий. Без страха. Оскар мог только позавидовать себе в такие моменты, но после них он не отличался такой же уверенностью. Всё сильнее ему становилось душно на таких волнах их отношений. Они накатывали одна за другой, а в перерывах едва хватало времени на отчаянный глоток воздуха. Оскар начал думать, как покорить эту волну, как наконец перестать прятаться, а говорить всё как есть.

...

По прошествии ещё пары часов, наполненных невероятными красотами, Ландо уже терял остатки прежнего запала. Остался только режим сбережения, позволявший передвигать ноги и ровно дышать. Они стояли почти на самом конце их тропы, ведущей в горку, на самую вершину. Вечер всё приближался. Оскар пытался хоть как-то его замотивировать, в меру своих возможностей: – Ландо, осталось ещё совсем немного, а дальше не придется идти в горку. – Оззи... Просто прекрати мои мучения здесь... -жалобно ответил Ландо, упершись руками в колени и ловя ртом воздух. – Ну не скули, Ландо, всё у нас получиться, -так по-доброму и наивно звучал голос Оскара, что невозможно было не продолжить путь, даже сквозь свои страдания. – Откачивать придется тебе! -сказал Ландо, грозно размахивая пальцем и немного расшатываясь, идя вперед. Сделав пару неуверенных шагов, Ландо вскрикнул, чуть не упав и потеряв равновесие. Потребовалось несколько секунд, чтобы вымотанный Ландо позабыл всю усталость. В мгновение ока он оказался за спиной Оскара, вцепившись в его руку. Тот только непонимающе стоял, как вкопанный. – МАТЬ ЕГО! У Оскара даже заложило уши от столь громкой ругани. Он недовольно морщась, повернулся в сторону, куда направлялся до ужаса испуганный взгляд Ландо. Оскар сначала не различил ничего. Песчаные, золотистые и зеленые оттенки являлись прекрасным камуфляжем. Но приглядевшись, он сумел разглядеть то, что заставило Ландо издать такие высокие ноты, о которых Оскар и не подозревал. В метрах двадцати стоял обыкновенный кенгуру. Ничем не примечательный. Не особо взрослый, поскольку даже издалека он казался им двоим по пояс. Оскар было подумал, что Ландо испугало нечто другое, но переведя на него взгляд, он осознал всё своё неестественное для окружающих спокойствие по отношению к разным животным. Но для уроженцев этих краев такие встречи сродни контактному зоопарку. С той разницей, что этот зоопарк сам к ним приходил, и щупать могли уже животные. Оскар не смог скрыть ехидного выражения лица, возникшего от такой реакции Ландо. А он, видя всю несерьезность, тихо зашипел, почти сквозь зубы, будто боясь, что неведомая зверушка их услышит: – Что ты ржешь?! Если этот сумчатый к нам подойдет, я сдам тебя и ты будешь его ребенком! -Ландо всё так же хватался за его руку, боясь отойти хоть на пару сантиметров. – Прости Ландо, -смеясь начал Оскар. – Ты слишком очарователен в первобытном страхе перед кенгуренышем, который тебе почти по пояс. -Ландо держался, чтобы не лягнуть Оскара, демонстрируя на сколько может быть приятна драка с кенгуру. – КЕНГУРЕНЫШ? -почти что фальцетом крикнул он. – Если эта нечисть, не дай бог, подойдет к нам, я буду называть тебя кенгуренышем до конца твоей жизни! Хотя рядом с ними жизнь может прерваться и быстро! Пока Ландо распинался, небольшой кенгуру убежал куда-то вперед по их тропе, молниеносно передвигаясь широкими прыжками. А Оскар незамедлительно двинулся вслед, пока Ландо, вцепившийся в него, тоже волочился, под недовольное шипение, походившее на кошку. Пройдя чуть дальше, они почти вышли на самую верхнюю часть этой горы, откуда должен был открываться вид на всю окрестность. Хотя даже с их точки обзора уже показывались поразительные пейзажи. Бесконечные лесные массивы окутывали горные склоны, неровной дугой описывающие весь видимый горизонт. Где-то там, в самом низу, оставалась их машина, на которой они и приехали. Вечернее солнце неуверенно освещало своими лучами разные части этих горных склонов. Но пока что, на финальной точке их вершины стоял этот молодой кенгуру, и, к удивлению их обоих, второй сородич. Ландо на секунду замолчал, так же, как и Оскар, просто наблюдая за неожиданным моментом, достойным документального фильма про животных. Оскар немного повернулся к Ландо, тихо начав: – Кенгуру вообще ночные животные, но мало удачи встретить его днём... – Удачи...? -перебил его Ландо. – Да. Удачи. Так и помимо этого ещё и второй... Они оба молоды, скорее всего это одни из первых их контактов в социальном плане. Они явно из разных групп, поскольку ещё насторожены друг к другу и ожидают, как отреагирует другой. -Оскар рассказывал всё с таким интересом, что Ландо и вправду почувствовал себя участником программы про природу Австралии. – Кенгуру живет группами? -спросил Ландо уже с небольшим интересом. – Ну да, стаями можно сказать. Но контакты с другими особями не феномен. Итог у них только разный. Кто-то подерется, а кто-то, может и стать расположенным к новому знакомому, просто разойтись. Тем временем, двое кенгуру вдали так и застыли перед друг другом, не решаясь на какой-либо шаг, будто ожидая, что сделает другой. Первым оклемался уже знакомый Ландо с Оскаром кенгуру, тот, что и привел их в это место. Неуверенными движениями он приблизился к такому же существу, как и он. Уши были чуть прижаты, а мордочка вместе с носом наклонилась ближе, в жесте крайнего интереса. Не было и доли агрессии. Только чистое любопытство. Второй сородич так и оставался неподвижным, может, немного обеспокоенным, но пока просто наблюдал. Наконец, и он отмер от позы застывшей статуи, немного наклонив голову и так же опуская навостренные уши. Казалось, словно они вглядывались друг в друга, как в отражение водной глади, пытаясь понять, что по этому поводу думать. Какая реакция у них возникает? Была ли это заинтересованность, желание дотронуться или подобие мимолетной симпатии? Их взгляд не разъединялся всё это время, они лишь замерли в этом мгновении. Солнце подсвечивало их силуэты, так завораживающе выглядящие на вершине этого склона. Ландо не мог свести взгляда с них, но слегка повернув голову, увидел лицо Оскара. Такое по-детски радостное, что даже блики от солнца весело искрили, отражались в его карих глазах, от которых не оторвать взгляда. Дурацкая мысль пришла в голову Ландо. Насколько они сейчас были похожи на эту пару кенгуру... Рука Ландо всё ещё держалась за локоть Оскара, хоть весь страх уже давно ушел. Но убирать свою ладонь с его руки не хотелось ни на секунду. Оскар резко повернул голову со своей обычной лучезарной улыбкой, от чего у Ландо ноги подкосились, благо локоть Оскара был надежной опорой. Как и сам Оскар... Улыбка же его будто становилась все ярче под лучами закатного солнца, он тихо прошептал: – Как это красиво, Ландо... Ему и ответить было нечего. Это и вправду было до крайности мило. Да так, что казалось интимно-романтичным их совместное наблюдение за этим. А крепко сжатая ладонь на руке Оскара делала ситуацию ещё более личной... Всё вокруг сейчас казалось ещё более красивым. Они наконец огляделись, рассматривая место, куда пришли, и не зная, на что обратить своё внимание. Эти густые леса, изгибающиеся горы, аккуратные поляны каких-то цветов. Их взгляд встретился. Что-то его отличало от прежнего. Долгий, глубокий, будто пронизывающий насквозь, заставляющий тонуть в моменте. Они оба не знали, почему так застыли, но не могли прервать эту возникшую нить между ними, нить взгляда, промелькнувшую в эту секунду. Такая тонкая, незримая, невесомая, будто отражающая лучи солнечного света. Ладонь Ландо скользнула по руке Оскара, наконец выпустив её. Оскар стоял полубоком, не прерывая взгляда. Расстояние, такое близкое, казавшееся формальным и ненужным. Никто из них не мог пошевелиться. Оставалось только затаить дыхание, отсчитывая удары сердца, вдыхая терпкий воздух, накалявшийся вокруг них. Луч солнца, внезапно упавший на них сквозь величественно раскинутые по небу облака, коснулся их лиц, слепя глаза. Но они не отрывали взгляда. Не прерывали нить. Кто первым сократил расстояние, теперь достигнувшее полного отсутствия, сказать было сложно. Порыв был одновременным, как старт в начале гонки, отточенный мастерской реакцией. Мимолетный момент, когда у них обоих, не сговариваясь, обрушились стены. Руки Ландо неуверенно обхватили талию Оскара, быстро проскользнув до крепкой спины, прижав его к себе ближе. Оскар же более уверенным движением положил руку на его шею, а другой коснулся лица. Движение вышло нежным, аккуратным, говорящим больше любых слов. Большой палец мягко коснулся скулы Ландо, как бы очерчивая её со всей ласковостью и заботой. Секундная пауза повисла между ними, они не решались на следующий шаг, которого уже так давно желали. Оскар чуть наклонился, взяв инициативу на себя, позабыв обо всём. Горячее касание этих губ обожгло Ландо. Как долго он представлял этот момент... И как было трудно поверить в происходящее сейчас. Недолго думая, Ландо ответил с такой же силой, с такой же страстью. Ладони Оскара окончательно легли на лицо Ландо, с такой искренней любовью касаясь его, боясь, что это мгновение закончится и померкнет навсегда. У Ландо слегка дрожали руки, касающиеся спины Оскара, а ноги предательски дрожали. Оскар, чувствуя всё это даже не открывая глаз, опустил свои руки с лица Ландо, перемещая их ниже, пока они не легли на талию, после чего он прижал его к себе. Ландо, чуть улыбнувшись в поцелуе, теперь и сам переместил свои руки. Они легли Оскару прямо на грудную клетку, затем переходя на шею, обвивая её. Казалось, Ландо не могло хватить и целого дня, чтобы насытиться этим ангельским поцелуем. Даже сквозь закрытые глаза чувствовалось яркое солнце, освещающее их в этот чарующий момент, но не способное его затмить. Руки Ландо, переместившиеся в это время на лицо Оскара, нежно прижимали его к себе. Но даже такой жест не мог отсрочить неминуемое. Неумолимый конец. Ту минуту, когда придется отстраниться от божественных губ Оскара, взглянуть в его глаза. Сказать какие-то слова, объясняющие значение того, что сейчас произошло. Стало страшно. Сердце Ландо заколотилось ещё сильнее. Только в этот раз из-за зарождавшегося страха, проходящего по всему телу страшной волной. Глаза сами непроизвольно открылись, а поцелуй стал вязким. Глаза в ту же секунду пронзили сияющие лучи солнца, ослепляя, дезориентируя в пространстве. Руки Ландо сами опустились, безвольно повиснув, будто налившись свинцом. Так можно было сказать и про всего Ландо в целом. Растерянный взгляд устремился на Оскара, хотя ещё пару минут назад он был окрашен совсем другими эмоциями. Сейчас же от них остался только отзвук, эхо того момента. Ландо его не забыл, нет. Но вот прокручивать в голове боялся. Пытался не анализировать, не думать. Дышать становилось сложнее. Оскар, всё это время смотревший на Ландо с прежней вереницей чувств, начал замечать эту странную реакцию. То, как он отшатнулся после поцелуя. Этот взгляд. Это всё не могло не настораживать. – Ландо...? -чуть осипший после поцелуя голос Оскара прозвучал неуверенным. – Ты в порядке Ланд... – Да? Оскар, давай пока просто дойдем до места ночлега. Я... я очень устал. -перебил его Ландо тихим голосом. Глаза не могли подняться на Оскара. Не могли встретиться с его взглядом. Голос звучал ещё более потерянным, чем выглядел Ландо. Он казался сейчас совершенно другим человеком... Загнанным в угол собственных мыслей. Оскар растерялся от такой перемены, но и понимал - наверное, Ландо нужно время. Это был момент, менявший восприятие, всё не могло пройти так просто. Эта буря должна улечься в голове Ландо, и Оскару оставалось только помочь ему. Позаботиться о нём, как он делал это всегда. Если надо, не поднимать эту тему. Это может быть больно, но Оскар был готов пойти на это ради Ландо.