Свидание вслепую vol.2

Нашу гостиную на втором этаже я превратила в репетиционный зал, вежливо попросив Джонни свалить на первый этаж и не отвлекать. Я торчала здесь больше двенадцати часов, пытаясь выучить текст для прослушивания. Вокруг царил творческий беспорядок, если эту помойку можно было так назвать. Пустые банки Red Bull, пепельница, доверху забитая окурками, шуршащие под ногами листы сценария, которые я то и дело рвала и мяла от нервов. Я сидела в центре этого апокалипсиса, зажав в руках распечатанные заново страницы из «Трамвая «Желание»». Монолог Бланш Дюбуа. Финал. «Я всегда зависела от доброты незнакомцев…» Я прочла первый абзац вслух. Голос звучал совсем плоско и безжизненно. Я начала второй. И поняла, что уже забыла интонацию, с которой только что говорила первую фразу. Это было знакомое чувство, как в универе перед сессией, когда читаешь последний билет и с ужасом осознаёшь, что первый уже испарился из памяти. Только сейчас ставки были выше. Я снова отшвырнула листы, они разлетелись веером. «Я тупая. — Пронеслось у меня в голове. — Все эти восемнадцатилетние вундеркинды выучат такое за час, а я, в свои…». Даже не хотелось вспоминать, сколько мне лет, и на сколько я буду старше остальных поступающих. Рука сама потянулась к пачке «Мальборо». Я сделала глубокую затяжку, дым ударил в лёгкие, потом вдруг пришёл сухой кашель, от которого свело рёбра. В висках застучало. Я проигнорировала. Потянулась к очередной банке, отпила большой глоток. Холодная сладкая жидкость ударила в пустой желудок, обещая прочистить мозги хоть ненадолго. Я, конечно же, прекрасно помнила рекомендации доктора, но успокаивала себя тем, что это все временно: вот сейчас выучу, и все поменяется. Можно будет и отдохнуть, и даже курить поменьше. В сумке лежали мои таблетки, но в инструкции было «принимать после еды», а я не ела с утра. На столике у дивана стоял поднос с сэндвичем и уже остывшим чаем, который Джонни так заботливо принес мне с утра, но у меня не было времени. Сейчас надо было выучить. «Выучу — потом поем — потом приму». Все по плану. Я подняла листы, начала снова. Встала, прошлась до окна. Уперлась лбом в прохладное стекло, бубня текст. Я пыталась это отрицать, но на самом деле в Бланш я видела себя. Такую же отчаявшуюся, цепляющуюся за последние иллюзии. Получалось криво. Я злилась на персонажа и на себя. — Покажешь, что получилось? Я вздрогнула, не услышав его шагов. Обернулась. Джонни стоял на пороге, в клетчатой рубашке с закатанными рукавами. Его взгляд скользнул по бардаку вокруг, затем медленно поднялся на меня. — Сыро ещё, — сказала я, отводя глаза. — Всё равно давай послушаю. Он не стал настаивать, просто опустился на подлокотник дивана с видом неумолимого зрителя. Я потушила сигарету и откашлялась. И начала. Сначала тихо и робко, сбиваясь. Потом голос набрал силу, стал вибрировать и даже ломаться на нужных словах. «Я не сошла с ума. Я… я просто предпочитаю не видеть реальность в лицо!». Это была моя героиня. Истеричная, сломленная и прекрасная в своём падении. Я почувствовала прилив чего-то вроде эйфории. Получалось. Чёрт возьми, получалось! И тогда началось. Уже не спазм и не просто дискомфорт. Как будто кто-то изнутри взял мое сердце в кулак и со всей дури сжал. Я захлебнулась на одном слове. Моя рука, будто уже чужая, вцепилась в грудь, пальцы сквозь ткань впились в кожу, как будто могли физически удержать сердце на месте. Глаза распахнулись шире. Я увидела потолок, потом — его лицо. Мысли метались: «Нет-нет-нет! Только не сейчас, только не при нем!» — Всё… в порядке… — выдавила я, пытаясь вдохнуть. — Просто… вжилась в роль. Слишком. Всё хорошо… Хорошо. В зеркале напротив я мельком увидела своё отражение: лицо серого цвета, синеватые губы, капли пота на лбу. — Подумаешь, немножко посинела, — пыталась шутить я, но это выглядело жалко. — Может, с такой внешностью сразу в новую часть «Аватара» пригласят. Он не сказал ни слова. Он шагнул вперёд и подхватил меня под локти, прежде чем я успела осесть на пол, усадил в кресло. Одной рукой он продолжал поддерживать меня, другой уже достал телефон и набрал номер. — Да, — сказал он ровным голосом. — Нужна скорая. Адрес: Норт-Кресент-Драйв, 1601. Женщина, 26 лет, кажется, сердечный приступ. Да. Дышит. В сознании. — Он делал паузу, слушая. — Хорошо. Ждем. Он положил телефон на стол. — Джонни, не надо, — прошептала я, пытаясь схватить его за запястье. Мои пальцы дрожали. — Пройдёт… само… как в прошлый раз… — Замолчи, — тихо сказал он. — Сейчас всё. Никаких «пройдет». И в этой тишине с запахом табака и страха, я наконец поняла: репетиция закончилась, началось основное действие. И у меня не было ни реплик, ни роли. Только эта нарастающая боль в груди и его каменный взгляд. С каждой секундой мне становилось все хуже.