«территория»
25 января 2026 г., 19:11
«Территория»
Коридор хирургии был шумным — слишком живым для утра.
— Демьян, — голос Полины Осадцы звенел нагло и уверенно, — ты сегодня опять не ел. Я тебя сейчас в столовку утащу.
— Я не ребёнок, Полин, — спокойно ответил Демьян, застёгивая халат.
— Ага, конечно, — фыркнула она и взяла его за локоть. — Пойдём, герой скальпеля.
Быков видел это издалека.
Очки.
Руки в карманах.
Шаги медленные.
Он остановился ровно напротив этой сцены.
— Та-а-ак, — протянул он, картаво, с ядом. — А это у нас что за групповая терапия с элементами лапанья?
Полина обернулась, смерила его взглядом.
— А вы, простите, кто?
— А я, солнышко, — усмехнулся Быков, — человек, который разрешает этому зданию работать.
— Андрей Евгеньевич, — спокойно сказал Демьян. — Это моя интерн.
— Я вижу, — кивнул Быков. — Слишком хорошо вижу.
Он подошёл ближе.
Слишком близко.
— Руки убрала, — тихо сказал он Полине.
Без крика.
Холодно.
— Простите? — она приподняла бровь.
— Я сказал: убрала руки от моего хирурга.
Тишина хлопнула по коридору.
Полина медленно отпустила локоть Демьяна.
— Он не ваш.
Быков улыбнулся.
Очень нехорошо.
— Девочка, — мягко, почти ласково, — ты сейчас споришь не со мной. Ты споришь с реальностью.
— Андрей, — вмешался Демьян. — Не надо.
— Надо, — отрезал Быков. — Потому что ты, Соколов, почему-то считаешь, что если ты молчишь — значит, можно.
Он развернулся к интернам хирургии:
— Запоминайте, дети скальпеля. Этот человек — занят. Не романтически. Экзистенциально.
— Быков, — тихо сказал Демьян. — Ты перегибаешь.
— Я перегибаю, — кивнул тот. — Потому что если я не перегну — кто-нибудь сломает.
Он шагнул ближе и положил ладонь Демьяну на спину. Привычно. Собственнически. Так, что сомнений не оставалось.
— Идём, — коротко. — Тебе в терапию. Мне — надоело смотреть, как тебя растаскивают по кускам.
— Ты ведёшь себя как… — начал Демьян.
— Как человек, — резко перебил Быков, — который не делится.
Они ушли.
В ординаторской Быков захлопнул дверь и замер.
Секунда.
Две.
Потом он резко снял очки и бросил их на стол.
— Я не должен был, — глухо сказал он. — Это непрофессионально.
— Тогда зачем? — спокойно спросил Демьян.
Быков поднял на него взгляд. Голубые глаза злые. Живые.
— Потому что если ты вдруг исчезнешь… — он осёкся, зло хмыкнул. — Мне станет слишком тихо.
Тишина повисла между ними.
— Ты не говоришь «я рядом», — мягко сказал Демьян.
— И не буду, — огрызнулся Быков. — Я делаю.
Он шагнул вперёд и обнял.
Коротко. Резко. Как ставят подпись под приговором.
— Всё. Свободен, хирург. Работай.
— Спасибо, — тихо ответил Демьян.
— Не благодари. Это собственничество, а не забота.
