Revelatio

Скрывать нет смысла. Идея как-то разнообразить занятия любовью воодушевила Шерлока. И предложение Уильяма о том, чтобы оставить его на время совсем без возможности что-либо видеть была конечно же заманчивой, но, не очень-то интересной, сама по себе. Ну что такого в том, чтобы просто завязать ему глаза? Да, он будет чуть более чувствительным к прикосновениям, но не более того. А учитывая то, что его левый глаз сейчас и так практически не видит, большой разницы в его ощущениях это скорее всего не даст. Задумавшись об этом, Шерлок захотел придумать что-то еще, что могло бы подарить по-настоящему яркие ощущения. Так что на то время, пока он пытался найти что-то подходящее, Холмс решил никак не экспериментировать в постели, но и Уильяму о своих планах ничего говорить не стал. Тот в свою очередь отнесся к этому спокойно, но не смог полностью скрыть своего удивления. Ведь он прекрасно знал, что в тот раз Шерлоку и самому очень понравилось столь уязвимое положение его партнера. Поэтому, когда брюнет в следующий раз наотрез отказался от чего-то нового, Уильям, это решение понял не сразу. Ведь причин для этого, на первый взгляд, никаких не было, в остальном детектив никак не изменился. У него было такое же, как и всегда, настроение, со здоровьем, вроде, тоже не было никаких проблем. Все как обычно, кроме этой, одной единственной, странности. В итоге, после недолгих размышлений, блондин понял, что в этот раз уже ему нужно просто немного подождать пока этот выдумщик что-то придумает.

***

Слишком долго мучиться в ожидании не пришлось. Чуть больше чем через неделю, одним тихим и спокойным вечером, Шерлок, как-то несвойственно ему, загадочно улыбаясь, подошел к Мориарти, который по своему обыкновению был занят чтением какой-то книги. Встав прямо перед ним, он осторожно положил сложенный вдвое чистый листок бумаги, между раскрытых страниц, словно закладку, и заглянул в единственный не закрытый повязкой глаз, взгляд которого тут же оторвался от напечатанных букв и был теперь направлен на него. В нем читалось лишь любопытство. Все так же молча, он протянул блондину свою ладонь, словно приглашая того на, только их личный, медленный танец. Уильям, безо всяких раздумий, положил на нее свою руку, отложив в сторону книгу, которая в момент перестала быть хоть капельку интересной. Получив такое “согласие”, Холмс осторожно потянул мужчину за руку на себя, заставляя встать с небольшого диванчика и проследовать в спальню, так и не проронив ни единого слова. Впрочем, а зачем было что-то говорить, когда они оба и без того понимали друг друга. Неспеша доведя Мориарти до кровати, брюнет, встав у него за спиной, наконец негромко произнес: - Ты ведь доверяешь мне, Лиам? - Ну конечно, Шерли - не задумываясь ни на секунду, ответил блондин, стоя неподвижно, в ожидании дальнейших действий от своего партнёра. Ведь похоже сегодня, в их “танце”, у него будет полностью ведомая роль. Он уже на это согласился. - Тогда это будет тебе только мешать, - так же тихо произнёс Шерлок, аккуратно снимая повязку с левого глаза Уильяма. Только для того, чтобы через несколько секунд, накрыть уже оба глаза, темной и плотной тканью. Это заставило блондина улыбнуться, а любопытство взыграло только сильнее. Шерлок ненадолго оставил его, а когда вернулся, нежно положил ладони на его талию, а в воздухе появился едва уловимый сладко-древесный аромат. Детектив сегодня был на удивление молчаливым, словно решил вообще лишний раз ничего не говорить. Потому что, он все в той же тишине, переместил ладони с талии на грудь, чтобы начать медленно расстёгивать пуговицы на чужой жилетке. Спешить он, судя по всему, тоже не планировал. Ну ладно. Хоть Уильям и не видел сейчас абсолютно ничего, раздеться он все же был способен самостоятельно. Но возражать не стал и позволил сделать это Холмсу, раз уж ему так этого хотелось. В конце концов в каждом его действии и в каждом, как будто случайном, прикосновении чувствовалась нежность и осторожность. И Уильяму даже на секунду показалось, словно он был сделан из хрупкого фарфора, а не из плоти и крови. Судя по всему, все его вещи, Шерлок аккуратно складывал, чтобы они не помялись и не испачкались. Казалось бы мелочь, но такое проявление заботы разливалось приятным теплом где-то в душе, заставляя губы снова растянуться в улыбке. Спустя какое-то время, оказавшись совсем без какой-либо одежды, Мориарти немного поежился от прохладного воздуха в, видимо недавно проветренной, комнате. На контрасте с этим, ладони, которые вскоре взяли его за руки и снова осторожно потянули на себя, показались даже слишком горячими, словно у их владельца вдруг подскочила температура. Шерлок заботливо помог мужчине забраться на кровать, и положил его на живот, устроившись на его бедрах, немного выше колен. Интерес к происходящему рос как на дрожжах, но увидеть хоть что-то Мориарти уже не мог, а детектив все так же продолжал молчать, упорно отказываясь проронить хоть слово. В следующую минуту, тот аромат, что не так давно был лишь едва ощутимым, стал в разы сильнее и в мгновение ока заполнил собой легкие. Все еще обжигающе горячие пальцы брюнета легли на поясницу Уильяма, но на ощупь, на этот раз, они были не такие как обычно. “Эфирное масло?” - сразу же промелькнула мысль в голове блондина. И эта догадка оказалась верной. Конечно нельзя сказать, что в массаже Холмс был мастером, но то, как он сейчас растирал это ароматное масло, мягкими движениями от поясницы к плечам, стараясь распределить его по всей спине, все равно было очень приятным. От тех мест, где его хотя бы едва ощутимо касались чужие руки, по всему телу расползался жар, и от недавней прохлады уже не осталось и следа. Ни увидеть, ни даже услышать хоть что-то совсем никак не получалось, и ничего больше не оставалось, кроме как сосредоточиться на этих прикосновениях. Оказывается, кожа на ладонях Шерлока была немного грубее, чем у него, а раньше он этого совсем не замечал... Теперь мужчина, слегка надавливая, проводил пальцами вдоль позвоночника, после возвращаясь обратно к пояснице, растирая масло и по бокам тоже. Это заставляло расслабиться настолько, что даже просто думать становилось сложно. Мысли заволокло густым туманом и он даже не заметил, как еле слышно простонал, когда брюнет вдруг не остановился на пояснице и опустившись ладонями ниже, огладил и сжал упругие ягодицы. Казалось бы, в целом, это был довольно невинный, немного неумелый массаж, но возбуждение вдруг накрыло его с головой. Дыхание стало тяжёлым и прерывистым, даже воздух вокруг казался обжигающим, отчего в горле быстро пересохло, и этих ласковых поглаживаний было уже недостаточно. Такая реакция собственного тела почему-то смутила Уильяма, заставив его уши и щёки заалеть. - Шерли… - облизав пересохшие губы, тихо произнес блондин. - Можешь дать мне попить, пожалуйста? - Хорошо, сейчас принесу - приблизившись к его уху прошептал в ответ мужчина, чем вызвал целую толпу мурашек. - Перевернись пока на спину, ладно? - уже громче попросил Холмс, вставая с кровати и выходя из комнаты. Эта просьба заставила смущение снова вспыхнуть с новой силой. Да, в этом не было абсолютно ничего такого, но так ведь сразу станет видно то, насколько сильно он возбужден. От простого, блин, массажа. Однако, немного поколебавшись, Мориарти все же медленно перевернулся на спину. Было ужасно стыдно, но от этого жар только больше собирался в низу живота и очень сильно хотелось прикоснуться к себе. И от этих мыслей снова становилось стыдно. Шерлок вернулся в спальню довольно быстро, и, устроившись на кровати рядом, осторожно положил руку на плечо возлюбленного и слегка потянул на себя, как бы попросив его этим немного приподняться на локтях. Выполнив и эту молчаливую просьбу, и, почувствовав, как ладонь переместилась с его плеча на затылок, Уильям замер в ожидании. Но, когда его губ вдруг, коснулись другие, вместо края стакана, он хотел было уже возмутиться, пока, в следующее мгновение рот не наполнился водой, которую тот поспешил проглотить. Только, несколько капель все же стекли по подбородку. - Этого хватит? - отстранившись спросил Холмс и в ответ получил лишь не очень уверенный кивок. Улыбнувшись, он легонько надавил ладонью на грудь блондина, заставляя того снова лечь, а сам вернулся на свое прежнее место. Вылив в свои руки еще немного сандалового масла*, мужчина принялся теперь за грудь и живот. Он растирал масло такими же неспешными плавными движениями, по всему торсу, от шеи до самых бёдер, но будто специально игнорировал чужое возбуждение, стараясь даже случайно не коснуться явно требующего внимания члена. Зато его соскам он уделил чуть больше внимания, слегка надавливая и сжимая их пальцами, чтобы заставить своего партнёра выгибаться, стонать и сжимать дрожащими руками простынь. Снова. Он снова сходил с ума. Удовольствие, словно зыбучие пески, утянуло его куда-то в свои глубины и не давало выбраться обратно самостоятельно. Но к чему лукавить, он не хотел, чтобы это заканчивалось, наоборот, он желал большего. Блондину уже казалось, что его любимый человек касался его буквально везде - настолько было жарко и настолько далеко были его мысли, что он даже не обратил внимания на то, как Шерлок уже перестал его гладить и вообще куда-то пропал на несколько минут. В сознании на одно мгновение немного прояснилось лишь в тот момент, когда его приоткрытых губ коснулась мягкая, горячая головка и он послушно открыл рот, чтобы впустить её глубже. Однако, после того, как его собственного члена коснулся чужой язык, мозг снова отказался соображать. Уильям рефлекторно схватился руками за бедра брюнета, громко простонав. Сосредоточиться хоть на чем-то стало практически невозможно, пока Шерлок облизывал и целовал его, сминая губами кожу, посасывал головку, а потом неожиданно заглатывал на всю длину. Но он старался и сам хотя бы взять поглубже, посылая приятные вибрации своими стонами, сдерживать которые уже никак не выходило. Да, у брюнета это получалось куда лучше. Он с такой лёгкостью и уверенностью двигал своей головой, принимая его полностью, словно делал это далеко не в первый раз. Скорее всего, сейчас он соображал немного лучше, чем его, полностью отдавшийся чувствам партнёр, но все же. Это было слишком хорошо. Почувствовав, что еще немного и он уже не выдержит всего этого, Мориарти, все так же инстинктивно, сильнее сжал пальцами бёдра, и откинул голову на подушку. Однако в тот же момент, Холмс вдруг остановился. Он снова устроился на кровати где-то рядом, сбоку, чем вызвал откровенное недоумение у своего возлюбленного, которое было заметно на его лице даже не смотря на повязку. - Прости, Лиам, но не сейчас, - произнеся это тихим голосом, мужчина, очень осторожно обвязал основание члена блондина тонкой лентой и затянул, не сильно, но достаточно для того, чтобы не дать ему кончить. От осознания, у Уильяма, от самого затылка по всей спине пробежали мурашки, но возбуждение, как будто, стало лишь сильнее. - Не волнуйся. Смотри, я в таком же положении, - детектив осторожно взял его за запястье и поднес его руку к своему лобку, чтобы тот смог провести пальцами чуть ниже и самостоятельно нащупать и у него такую же ленту. Блондин ничего на это не ответил, лишь сглотнул образовавшийся ком слюны, кажется, уже вновь теряя свою связь с реальностью. Превалирующим чувством снова стало одно только желание, и он раздвинул свои ноги пошире, чтобы Шерлок мог наконец устроиться между ними, чтобы смог наконец медленно войти в него и так же неспеша начать двигаться. Уильям сразу же обхватил ногами его талию, и, хотел уже обнять возлюбленного и руками, но тот схватил обе за запястья и прижав их к кровати, страстно поцеловал. Мориарти отвечал с непривычной и совершенно несвойственной для него жадностью, словно ему было мало и этого. Старался посильнее прижаться, выгибаясь в пояснице как никогда раньше. И он почти что хныкал в поцелуй от того, что никак не мог получить столь желаемую разрядку. Брюнет и сам уже хотел бы начать двигаться быстрее, но все равно старался сохранить этот неторопливый темп, чтобы быть уверенным, что он каждый раз, с каждым движением задевает простату. Все же разорвав поцелуй, детектив невольно залюбовался тем, как выглядел сейчас его Лиам. Хоть повязка все еще плотно скрывала часть его лица, румянец все равно был явно заметен на щеках, ушах и даже на кончике носа. Волосы совсем растрепались, а челка уже стала влажной от пота, и от прежнего порядка на голове не осталось и следа. Приоткрытые губы, с которых срывались сладкие стоны, припухли и покраснели, и словно требовали новых поцелуев. И вся его кожа буквально блестела все от того же пота и масла. От этой соблазнительной картины самообладание Шерлока все же треснуло по швам. Он вдруг вышел из разгоряченного податливого тела, только для того, чтобы снова перевернуть его на живот, приподнять и сжать руками его бёдра, практически до побелевших костяшек и резко войти, выбивая из легких еще более громкий стон. Он не хотел и дальше столь грубо вбиваться в него, но иначе почему-то уже не выходило. Потом он обязательно извиниться за это, но сейчас - плевать, ведь им обоим это безумно нравилось. Воздух в комнате пропитался ароматами их тел, сандалового масла и секса; звуками шлепков кожи о кожу, тяжелого дыхания и громких несдержанных стонов. Тела будто бы плавились от жара друг друга, словно воск, сливаясь воедино. И голова от всего этого шла кругом. Их окутала почти что животная страсть. И все, что имело сейчас хоть какой-то смысл - это наслаждение друг другом. - Я обожаю тебя, Лиам, - неожиданно произнёс брюнет, и, обхватив член возлюбленного рукой, начал двигать ей в такт своих толчков, а второй рукой снова стал уделять внимание его соскам. Это и правда превратилось в сладостную пытку. И от этого было невозможно никуда деться. Возбуждение, похоть и страсть окутали его, от макушки до кончиков пальцев ног, а желание кончить, от всех этих ласк, уже становилось невыносимым. Тело совершенно не хотело слушаться, реагируя лишь на чужие прикосновения. Но у блондина все же получилось приподняться на локтях и отодвинуть подальше несчастную подушку, которую он только каким-то чудом еще не порвал, потому что теперь она мешала. - Шерли… А-ах!.. Я больше не могу… - севшим голосом пробормотал Уильям. - Мм? Ты что-то сказал, милый? - спросил детектив, несмотря на то, что прекрасно все слышал и понимал что тот имел в виду. - Мх.. Хватит, пожалуйста… - Хватит что, Лиам? - Твою ж, Шерлок!.. - этот засранец точно решил поиздеваться. Ну и плевать, он даст ему то, чего он так хочет, по крайней мере сейчас. - Дай мне кончить… Умоляю… - последнее слово он постарался сказать как можно более жалобным тоном, чтобы это уж наверняка сработало. - Хорошо, подожди еще секундочку, - Холмс даже не пытался скрыть в голосе свою довольную улыбку. Он, будто извиняясь, оставил на спине Мориарти, между лопаток, лёгкий поцелуй, снимая ленточки, сначала с себя, а потом и с возлюбленного. Чтобы затем, после всего двух толчков, излиться одновременно с ним. На мгновение Уильям подумал, что точно сейчас потеряет сознание. По телу словно прошел разряд тока, снова вызвав толпы мурашек, а вместо стона он практически сорвался на крик. Все силы, которые у него еще были, в мгновение ока куда-то испарились и оставалось только довериться рукам, сжимающим его в крепких объятиях. Немного отдышавшись, Шерлок заботливо уложил его на кровать и устроившись рядом, укрыл их обоих одеялом. Помыться они могут и немного позже. - Давай сниму повязку. Тут конечно довольно темно, но лучше прикрой глаза, - сказал брюнет, уже развязывая узелок ткани, не дав даже возможности возразить. На удивление ткань оказалась слишком уж влажной на ощупь. И, убрав повязку, он понял почему, ведь сразу же поймал на себе смущенный взгляд красных глаз, в уголках которых все еще были слезинки. Увидев эту картину, Шерлок почему-то громко рассмеялся, вновь сгребая в объятия явно недовольного мужчину. - Я же говорил тебе, Лиам, ты просто прекрасен! * - масло сандалового дерева обладает эффектом афродизиака.