Железо и Честь

Шесть месяцев спустя Собор Великого Горнила был полон. Эрих стоял на коленях перед алтарём — рядом с Конрадом, рядом с дюжиной других оруженосцев. Епископ читал молитвы, кадильный дым плыл к куполу, хор пел древние гимны. Посвящение в рыцари. — Именем Господа и Великого Механизма, — гремел голос епископа, — нарекаю тебя рыцарем. Встань, Конрад фон Хоэнверт! Конрад поднялся. Граф — его отец — возложил ему на плечи меч. — Служи с честью. — Клянусь. Потом — Эрих. — Встань, Эрих фон Ланцер! Он поднялся. Ноги дрожали. Сердце колотилось. Отец стоял в первом ряду — седой, постаревший, но с гордостью в глазах. Граф Хоэнверт — рядом, положив руку ему на плечо. — Служи с честью, — сказал граф. — Клянусь, — ответил Эрих. И понял, что слёзы текут по его лицу.

***

После церемонии — пир. Столы ломились от еды, вино лилось рекой, музыканты играли до утра. Конрад нашёл Эриха на балконе — подальше от шума, от толпы. — Сбежал? — Немного. Конрад встал рядом. Теперь они были равны — оба рыцари, оба в церемониальных доспехах, оба с мечами на поясе. — Я не забыл, — сказал Конрад. — Что? — Что ты пошёл со мной. Тогда, на войну. Ты мог отказаться. Мог сдать меня отцу. Но ты пошёл. — Я дал слово. — Дал. — Конрад улыбнулся. — И я даю своё. Отныне и до конца — мы вместе. Что бы ни случилось. Он протянул руку. Эрих пожал её. — Вместе. Над ними горели звёзды. Внизу шумел замок. Впереди ждала жизнь — полная опасностей, сражений, славы и потерь. Но сейчас — сейчас они были молоды, живы и вместе. И этого было достаточно.