Драконья кровь

      Как только Астапор, погруженный в пучины хаоса, скрылся за горизонтом, Дени спустилась на среднюю палубу. Дрогон, под присмотром моряков и дотракийцев, до боли спокойно лежал. Вздохнув, Дейенерис опустилась на колени.       По крайней мере, он все еще дышит. Переливающаяся красным грудь мерно поднималась и опускалась. Осторожно Дени прикоснулась к чешуе, медленно начав гладить сына. Дрогон, без сомнений, самый большой из троих драконов. Мысли о том, что будет, когда он полностью вырастет, не покидали Дейенерис.       Она не знала, что с ним делать. Он предан ей, но не подчинен. Визерион и Рейгаль, по крайней мере, готовы учиться командам на высоком валирийском. Дрогон же понимает ее, но не будет исполнять их, пока ОН не захочет.       И, конечно, слишком большая близость. Если бы Дени не знала драконов, то посчитала, что ее старший видит в ней не мать, а женщину. Но это невозможно. Хоть она и Таргариен, но не настоящий дракон.       Продолжая медленно водить рукой по животу Дрогона, Дени не могла перестать волноваться. Он должен был проснуться. И все же… он сожрал половину трупа волшебника, прежде чем упасть. Неужели он больше никогда не проснется? Если то вино нанесло ему непоправимый вред? Если…       Неизвестно для нее, Дейенерис передавала волнение и трепет любому, кто обладает хоть каплей психических способностей. Обычно, посреди океана, это не имело бы значения. Никто из дотракийцев не умел читать мысли, не говоря про сэра Джораха Мормонта. Но дракон, о ком Дени так беспокоилась, понимал ее чувства.       Секс. Желание. Похоть.       Дейенерис обмякла, почувствовав чужие ощущения, проникшие в разум и душу. Она не могла прийти в себя, пока не почувствовала нечеловеческий взгляд на себе. Дрогон смотрел на нее. Ее дитя проснулось и смотрело на нее с очень определенным типом жажды. Но как? Как она могла знать, что он хочет?       - Д-дрогон?       Дракон медленно встал и обернулся вокруг матери.       Удовольствие. Секс.       - Нет, Дрогон! Не сейчас!       Прежде чем он приблизился, Дени подняла руку. И это сработало, ведь Дрогон остановился и склонил голову.       Замешательство.       - Я могу… я могу чувствовать тебя. В моей голове. Это удивительно! Ты можешь чувствовать меня?       Дрогон напрягся, а Дени пыталась направить на него всю свою любовь, обожание и удовлетворение. Его глаза забегали, изо рта вышел язык и прошелся по острым зубам. Через мгновение Дрогон прижался к груди Дейенерис.       - Ты можешь чувствовать меня… как это возможно?       Замешательство. Голод.       Конечно. Дрогон удивителен, но он все еще просто дракон. Дени сардонически улыбнулась.       - Да, извини. Ты хочешь есть? Пока что я дам тебе мясо… но скоро тебе придется охотиться самому. Мы плывем в Астапор. Когда мы прибудем, я… не знаю. Но это наша цель, по крайней мере, на текущий момент.       Дейенерис и не подозревала, насколько Дрогон понимает ее. Он лениво смотрел на мать, через связь не показывая ничего, кроме голода. Легко засмеявшись, чувствуя себя на вершине мира, Дейенерис Таргариен встала на ноги, и вместе с Дрогон пошла на верхнюю палубу.       Однажды она окажется на вершине мира. Дрогон вознесет ее.       -х-Х-х-       Может быть, сжирать труп Пиата было ошибкой? Этот ублюдок вывел меня из игры за Кварт, пока эмоции Дени не пробудили меня. Честно говоря, не могу вспомнить сны. Ощущалось как довольно странное дерьмо, когда я пытался думать об этом, но в итоге все смешалось в одно.       С другой стороны, я не могу жалеть о том, что сожрал того волшебника-наркомана. Каким-то образом это открыло мой разум, так что я могу проецировать чувства и желания окружающим. Дейенерис думает, что это связь между нами, но, когда Джорах встал слишком близко к матери, мой спящий Я послал всплеск гнева на рыцаря, и я не успел остановить его.       Джорах упал на колено, испытывая МОЮ бурю эмоций. Дени лишь слегка пожурила меня, и сказала рыцарю, что он должен оставаться на допустимом расстоянии. Правильно. Так тебе и надо, ублюдок.       На горизонте показался Астапор, вероятно, с земли его не будет видно еще долго. Ах, разве я не упомянул, что теперь летаю? Я смог делать это еще очень давно, но еще у меня были мозги. Любой идиот мог убить меня единственной стрелой, чего мне очень и очень не хотелось.       Несмотря на «сон», после месяца в море и довольно огромного количества рыбы, я стал большим и красивым. В два раза больше братьев, меня можно сравнить с маленьким пони… или размером с Дени. Она никогда не будет одна… в этом можно положиться на меня.       Мое невероятное зрение поймало что-то под водой. Без лишних мыслей я нырнул. Спустя месяц каждодневной охоты это получалось практически идеально. И хотя зубы уцепили только за одну рыбу, когти ухватили еще за две.       Триумфально я вынырнул из воды, держа три рыбы. Ту, что в зубах, я подкинул, на лету поджарил, и затем поймал. Черт, как же я хорош. Две иных рыбки, так же идеально поджаренные, последовали за ней.       Доедая последние куски, я приземлился на палубу корабля. Дейенерис, с огромной улыбкой, медленно зашагала ко мне, а сзади, находясь на достаточном расстоянии, шел Джорах. Хороший мальчик.       - Они так быстро растут… - Сказал рыцарь.       Улыбка матери слегка увеличилась, но в ее глазах появилось что-то иное. Я прикоснулся к руке, а затем уперся в грудь.       - Но только Дрогон растет достаточно быстро… не могу дождаться, когда его братья вырастут. Мои предки завоевали Семь Королевств с тремя драконами, теперь же мне необходима армия.       Пока Дени и Джорах начали обсуждать Безупречных, я сильнее вжался в Дени. Вздохнув, она села на колени, продолжая разговаривать с рыцарем. Жадно я улегся на ее ноги, не заходя дальше в присутствии чужих людей. Если бы мы были одни, я был бы под одеждой, заставляя языком кричать Дейенерис. К несчастью, на корабле нет такого места.       И все же я продолжал тренировать ее. Даже когда она обсуждала солдат-рабов, Дени продолжало рассеянно гладить мою чешую. Другой рукой она чесала мое горло. Я не уверен, что она осознает действия. А если и осознает, то приняла предназначение чесателя моего горла.       Если бы только я мог заставить ее принять все, что планирую. Тем не менее, если в Астапоре все пойдет так, как должно, у меня будет шанс добиться... уступок. Моя пасть растянулась в жуткой улыбке.       Это будет весело.       -х-Х-х-       Настало время второй встречи с Добрым Мастером Кразнисом мо Наклозом. Странно думать, что в прошлой жизни я написал историю, где он действовал умно и просто убил меня и братьев и заковал Дейенерис в цепи прежде, чем она смогла стать угрозой. Дальше он сломал ее разум и сделал идеальной секс-рабыней.       Хм, эта не единственная история подобного рода. Удивительно, что почти все из них включали убийство драконов и пленение Дени, которую я хочу сделать королевой. Но необходимо сосредоточиться на текущем моменте.       Я смотрел за медленной походкой «Королевы». Дейенерис Бурерожденная ожидаемо нервничала, подходя ко мне. К ее достоинству она не показывала этого. За ней шли два рыцаря и рабыня… они, наверное, ничего не чувствовали. По крайней мере, до тех пор, пока голос их хозяйки не сломался.       - Сэр Селми, сэр Мормонт, о-оставьте нас.       После недолгой паузы оба рыцаря поклонились и ушли с двора, в котором я сделал гнездо. Миссандея, чернокожая красотка, осталась рядом. Дейенерис остановилась в футе от меня и нагнулась. Посмотрев одним глазом, для убедительности я выпустил струю дыма. Дени вздрогнула       - Ты можешь чувствовать их, да? Мою вину и стыд. Прости меня, Дрогон, но ты должен понимать, что я делаю это ради нас двоих, не для себя.       Я вздохнул и встал. Миссандея, увидев мой размер, вздохнула и отошла. Дейенерис осталась на месте, и я медленно окружил ее. Одновременно в ее разум вторглись мои эмоции. В меньшей степени интерес и замешательство, а в большей – сексуальный голод. Последнее желание я всегда даю Дени, когда она находится рядом со мной.       - Я… я продам тебя. Работорговцу.       Пока она говорила, я почувствовал ее эмоции. Дени пыталась, хоть и плохо, передать свои планы через эмоции и чувства. Ее настоящий план заключался в том, чтобы взять контроль над Безупречными и предать Добрых Мастеров Астапора. Она не хотела по-настоящему продать меня, но пока Миссандея оставалась неизвестным фактором, Дейенерис не хотела говорить об этом.       Из носа вышел еще один клубок дыма, пройдясь по лицу матери. Вместе с этим я послал собственные эмоции: понимание, доверие и… немного сексуального желания. Я встал так, чтобы чернокожая рабыня не видела моих действий, и затем в первый раз потерся своим драконьим членом о тело моей матери.       Дени замерла и ослабла, шокировано и озабочено посмотрев на меня. Но спустя мгновение она снова вздрогнула и кивнула.       - Оставь нас.       Благодаря мне, Миссандея могла видеть только затылок хозяйки и сгорбленные плечи.       - Ваша светлость, в-вы уверены?       Это вызвало короткий смешок от матери.       - Нет нигде безопасней, чем в объятиях моих сыновей. Если здесь опасно, то ты будешь не лучше моих рыцарей. Иди. Все будет в порядке.       Рабыня поклонилась и ушла. Я потерся шеей о шею Дени, и толкнул на землю. Как хорошая женщина она подчиняется. В предвкушении мой член встал, и в следующий момент полные, мокрые губы Дейенерис Таргариен открываются и принимают драконий член.       Видно, что у нее отсутствовал опыт, но я послал удовлетворение и удовольствие, что заставило Дени стать активней. Ее собственное желание пришло в ответ. Тонкие руки начали двигать по члену так же, как двигались по моему животу или чешуе. Язык Дейенерис кружил вокруг головки, по всей длине, пока она все глубже и глубже заглатывала член.       Не прошло много времени, прежде чем мой член ударил в глотку матери. Мне не хотелось так рано идти дальше. Опыт Дени был не слишком приятным, и я хотел исправить этот досадный факт.       Насколько Дейенерис хорошо училась, так же хорошо было и мне. Я зарычал и замурлыкал, посылая испытываемое удовольствие матери. С помощью рта и рук она довела меня до финала. Моя сперма стала настоящим сюрпризом для нее. Дени, с широкими глазами, отползла, и сперма покрыла ее прекрасное лицо, серебряные волосы и даже грудь.       Когда оргазм стих, ее одежда превратилась в месиво. Но я - обычный дракон, разве это моя проблема? Дейенерис решилась попробовать мою сперму, а затем еще раз. С удивлением я наблюдал, как Дени жадно поглощала мою сперму. Неужели она вызывает привыкание? Вот это было очень кстати…       Насколько могла Дейенерис привела себя в порядок. Когда она была готова уйти, то обняла мою шею.       - Скоро мы сравняем этот ужасный город с землей, Дрогон. Только ты и я.       Я прижался и удовлетворительно замурчал, посылая желание сжечь и поглотить это место. Она напряглась, ведь мои эмоции, без сомнений, превратились в очень красочные образы, но затем она улыбнулась не очень приятной улыбкой и встала.       - Скоро.       Она ушла. По большей части мой взгляд был сосредоточен на заднице, которая периодически показывалась за одеждой. Одна дырка позади. Остались две.       Я точно возьму ее задницу перед Белыми Ходоками, это точно.       -х-Х-х-       Судный день. Я не пытался вырваться из деревянной клетки, в которую Дени поместила меня. Эти хлипкие прутья не способны остановить меня, и в этом случае место обратится в настоящий ад, но приз маячил перед глазами. Даже отсюда я видел ряды Безупречных. Где-то отдаленно разговаривал Кразнис, а Миссандея переводила «непонятный» для Дейенерис язык.       Эти идиоты даже не подозревают, что она может говорить на валирийском. Я почти что забыл об этой части! Сейчас происходит вершина всей арки. Кразнис наговорил столько дерьма в лицо матери, не зная, что она понимает каждое слово. Его темперамент, без сомнений, как и жестокие планы, повлияли на решение Дейенерис. Но опять же, человек в положении Кразниса должен быть осторожным, вероломным, хитрым и очень храбрым, чтобы делать такое с людьми.       Дверь клетки распахнулась, и я очень по-человечески улыбнулся, когда Дени взяла поводья и вывела меня наружу. Внимание тысяч глаз мне так же понравилось. Я вырос выше Дейенерис, а мой хвост ходил из стороны в сторону.       Дейенерис отдала конец поводка Кразнису. В ответ он отдает кнут с рукоятью в форме гарпии. Символический конец сделки. Этим идиотам стоило написать обычный контракт. Но эй, я бы все равно его сжег, если бы они решили сделать такой умный шаг.       Кразис попытался куда-то отвести меня, пока Дени проделывала маленький трюк с языком. Но я не сдвинулся и на дюйм. Добрый Мастер познал, что управлять драконом тяжелее, чем рабами-евнухами.       А затем наступил самый прекрасный момент.       - Скажи суке: дракон не подчиняется мне!       Прежде чем кто-то сказал и слово, Дени повернулась к Кразнису, и посмотрела в мои глаза.       - Дракон – не раб, - сказала она на чистом валирийском.       В этот момент идиот остановился и понял, что его переиграли. Когда Кразнис больше не тянул поводок, настал мой черед. Я резко потянул поводок, и этот имбецил упал прямо мне под лапу. Наши взгляды встретились, а Дейенерис начала кричать приказы Безупречным. О, как были прекрасны крики Мастера, пока он заживо горел.       Вокруг разгорелся бой, но я был слишком занят поеданием Кразниса. К счастью, в нем не было ничего магического… или о тех десяти работорговцев, что я приготовил и съел до конца дня. Некоторые были живы, когда я добрался до них, иные – мертвы. Не было никакого различия. Я ел, и ел, и ел, пока Дени и Безупречные показывали мастер класс по скорости обучения и снабжения меня едой.       Когда я закончил, то наелся и стал очень довольным. Тем временем Дейенерис достигла своей более мелкой цели. Астапор утонул в крови, у нее была армия для возвращения Семи Королевств. А я знал больше этого. Мы далеко от завершения дел в Яме Рабов, если я не изменю порядок события.       Хм. Должен ли? Интересная мысль.