Теория игр

      — На прошлой неделе ты была готова прожить со мной всю жизнь. Ты хотела следовать за мной повсюду. Помнишь? — оттараторил безэмоционально Шейн Холландер, глядя в одну точку. Он стоял в полумраке на пустой сцене молодежного театрального клуба и чувствовал себя не на своем месте.       — Значит тот, кого я называла «мой Принц», это был ты??? — с выражением, тонким голоском проговорил Хайден Пайк с кресла из первого ряда.       — Да, Золушка. Меня долго не было, но я пришел. Я принимаю тебя такой, какая ты есть. И не хочу, чтобы ты была другой. Пойдем, я построю тебе дом, и мы будем жить там вдвоем.       — Кхм, — это «кхм» уже было реальным голосом Хайдена. — Шейн, почему ты вообще решил пойти в театральный кружок?       — Психолог посоветовала. Сказала, что надо найти себе какое-то занятие, где можно раскрыться. Смотреть старые фильмы и записывать о них мнение в дневник — это не то, даже если ты сидишь в одной комнате с десятью людьми, — Шейн спустился со сцены и сел рядом с Хайденом, сложил руки на груди в замок. — Мне самому это не нравится.       — Надо добавить немного эмоций, — сказал Хайден, — поиграть глазами.       — Я не могу это делать не по-настоящему.       — А ты поверь, будто ты и есть этот герой. Так поступает Джонни Депп, находится в образе даже в перерывах между дублями.       Шейну вообще не хотелось здесь быть, он не искал славы Джонни Деппа, но он соблюдал рекомендации миссис Ли. Хайден, который посещал этот молодежный театральный клуб со школы, посоветовал Шейна режиссеру, и после первой же читки будет за него краснеть.       — Ладно, тогда по-другому. Выходи на сцену, давай, — подтолкнул его в спину Хайден.       — И что мне делать? — Шейн снова оказался перед пустым залом.       — Танцуй.       — Чего?       — Танцуй.       — Без музыки?       — Да. Ты — актер. Представь, что она играет.       — Я не умею танцевать.       — Представь, что умеешь, — настаивал Хайден.       — Это обман.       — Да. В этом суть актерства.       В компьютерном классе университета было тихо. Все уже давно разошлись по домам, только Шейн Холландер дорабатывал свой проект. Официально. Неофициально — он запустил несколько уровней защиты, программу по подмене IP, которую написал сам — никаких чужих сертификатов.       — Ну что там? — протянул Хайден. Он сидел за соседним столом и выглядел очень плохо. Круги пролегли под глазами, щетина покрывала лицо, волосы были спутаны, футболка запачкана. Непонятно, где он укрывался пять дней, прежде чем прийти к лучшему другу.       — Здесь компы не самые мощные, надо ждать, — произнес Шейн и пересел на другой компьютер, где были запущены программы о поиске имени и лица Хайдена в соцсетях. Они искали любое о нем упоминание и сигнализировали Шейну о совпадении. Несколько кликов — и Хайден пропал из Интернета. Не самая действенная мера — те, кто делал сайт, который взламывался по соседству, явно знают и другие пути поиска человека.       — Быстрее никак?       — Ты сам виноват! — рявкнул Шейн. — Как ты вообще в это влип?       — Смотрите-ка, Шейн Холландер умеет проявлять эмоции!       — Не переводи на меня стрелки. Тебе надо было идти в полицию.       — И тогда меня бы посадили! Я лишь хотел заработать денег, Шейн, для нашего с тобой общего дела.       Холландер выпускался в этом году, и они с Хайденом решили, что создадут свою фирму по разработке программного обеспечения.       — Мы бы нашли спонсоров. Какой-нибудь банк, например.       Но все это было сейчас неважно. Хайден решил, что прятать мелкие пакетики по мусорным бакам — это более быстрый и надежный путь заработать.       Если бы у него не украли всю партию. А потом бы не посыпались угрозы и преследования.       Шейн зашел на сайт, на котором брал всю информацию Хайден.       Пайк и сам был способен заняться подобным, но сейчас он был очень напуган и не способен соображать вообще. Хотя Шейн считал, что он перестал соображать с тех пор, как вообще ввязался в это дело.       Здесь была какая-то своя система регистрации. Которая, вроде бы, тебя и не регистрировала, оставляя лишь контакты, но все равно держала все в уме. Надо было влезть именно в ту базу.       Шейн запускал файлы и щелкал мышкой. Здесь не было имен, лишь регистрационные номера. Хайден сказал, что заходил через Европу. В этом не было смысла для разносчика из Канады.       — Нашел, — выдохнул Шейн. Что было полбеды, надо было еще и подчистить информацию. И не из одного места. — Но, Хайден, это не предполагает, что у них нет информации где-то еще. Боже, а ты в курсе, что это вообще японский сайт…       Шейн испугался не меньше Хайдена. У него в голове замелькали картинки с ужасными якудза. Он быстро подчистил все, что нашел с регистрационным номером Хайдена, скорее закрыл сайт, все свои программы и ВПН, отключил защиту, почистил все, что можно было и что могло отслеживаться в сети и выключил комп.       — Хайден Пайк, ты козел, — складывая по карманам флэшки и дискеты, сказал Шейн. — Как так можно похерить свою жизнь?       — Шейн Холландер, — красивая, утонченная женщина восточной наружности, уселась напротив Шейна в кофейне. Он за ноутбуком писал себе новые программы для шифровки, потому что те он сжег вместе с флэшками и дискетами. Шейн поднял глаза. На даме были круглые темные очки, элегантный пучок черных волос, явно дорогой костюм с юбкой.       — Вы ошиблись, — сказал он.       — А как же в вас ошибся ваш университет! Надо же — использовать учебные компьютеры для взлома сайта теневого интернета.       Колени Шейна затряслись под столом. Он сглотнул. Одна рука незваной гостьи лежала на столе, другая на ее колене. А вдруг она там держит оружие?       — Ты не единственный гениальный программист в этом мире, — сказала она.       — Что вы… что вы хотите? Я отдам долг, дайте мне месяц, устроюсь на работу и возьму кредит.       — Твой друг заслуживает такой самоотверженности?       Хайден был рядом с ним с первого курса. Как сели они рядом на первом уроке, так и не расставались. У Шейна не было братьев и сестер и друзьями в школе угрюмый Холландер не обзавелся, а Хайден стал ему по-настоящему близок. Выручал, помогал, защищал, дрался за него. Единственный, кому Шейн рассказал о своей ориентации после неудачного свидания с Джессикой. И Хайден не посмеялся с него, не отпрыгнул, как от прокаженного, а продолжил дружбу, как и прежде.       — Да.       Зачем Шейн вообще это сказал? Почему нельзя было просто пойти в отказ — мол, не общались близко? Потому что эта красивая женщина в курсе всего. Перед Шейном лег смартфон.       — Сеть по США. Общение — только по этому аппарату. Неважно, как ты это организуешь, чем ты будешь заниматься, но должно работать. К тебе будут обращаться за помощью и решением проблем связанные с нами люди, придумай, где возьмешь деньги. У тебя месяц.       — Иначе?       Ой, зачем спросил?       — Никто не должен взламывать чужие сайты, Шейн. Особенно человек с такими милыми родителями. Юна и Дэвид, кажется, — сказала она и ушла.       Шейн взялся за свой личный телефон — к предложенному он прикасаться боялся.       — Алло, мама? — проговорил он в трубку плаксиво.       — Сынок, что случилось? Ты плачешь? — раздался в трубке родной голос.       — Мама, у тебя все хорошо?       — Все хорошо. Шейн, что случилось?       — А где папа?       — Во дворе. Позвать?       Шейн отодвинул трубку подальше и тихо заплакал, сдавливая пальцами уголки глаз. Мама кричала его имя, а он не мог остановиться.       Они сидели с Хайденом в маленькой обшарпанной квартире в Нью-Йорке. Два матраса на полу, на столах — три компьютера. Он продумывал планы, где и как ему взять деньги на организацию того, что ему поназадавали на дом по новому смартфону. И решил, что онлайн-казино — это самое хорошее. Ему не хотелось воровать деньги или что-то в этом роде. А в казино их принесут. Он настроил интеллектуальную программу, которая подстраивается под решения игрока, и более азартным доставалось больше проигрышей. Чтобы вывести их незаметно, надо было просто раскидать мелкими суммами, которые не вызовут подозрений, создать ядерную реакцию из денежного потока.       А еще надо было устроиться на работу туда, где он бы мог официально контролировать ситуацию. Это было опасно, но он полез взламывать сайт департамента безопасности. Когда его взяли, сказал, где конкретно дыра в системе и как ее залатать. И был бы так рад, если бы его посадили за это, хотя преследовал другую цель.       Идею с криптовалютой предложил Хайден — мол, своя личная мафиозная валюта, проще с ней работать. Еще с универа он переписывался с какой-то девчонкой в России. У нее был друг, который как раз хотел открыть свой коин и выйти на рынок. Самомнение, конечно — мое почтение.       Анжелика еще намекнула что-то типа, что парень связан с чем-то незаконным. Что ж, так стало даже проще. А Василий оказался кем-то вроде Хайдена, только серьезнее.       Шейн связывался с ним сам, перевел на российские сервера парочку казино, чтобы показать, что он хотел бы развиваться и в России, и Василий бы ему очень помог. А потом поинтересовался у нового друга, нет ли у него крыши? Оказалось, что есть и какая! Какой-то чувак при должности в Москве. Алексей Розанов. Тайный наркоман, который за сохранение имиджа может на многое закрыть глаза и кое-что сделать типа новых документов и сокрытия улик.       К Шейну стали отправлять группировки за оружием — это была самая страшная часть, которую он бы хотел избежать. Но ему пришлось выяснять, как это работает. Обращаться к преступникам и нечестным работникам оружейных складов. Он боялся, хотел сброситься с моста, но видел лицо мамы на экране телефона, напяливал жуткую улыбку и шёл к опасным людям.       Не нравилось ему и то, что в его компетенции идти разбираться с неплательщиками долга. После одной такой разборки попался Хайден.       К тому времени Шейн нашел уже пособников, поэтому, ориентируясь на фильмы, которые он смотрел в кинематографическом кружке, он выкрал друга. Использовал подменные машины, взлом камер и не самых честных людей.       Когда он пригонял фургон с Хайденом в один из тупиков в Нью-Йорке и вытаскивал его оттуда, в оранжевой робе и в наручниках, он заметил Роуз Лэндри. Ее маленькая машинка врезалась в мусорный банк, а сама она с самым испуганным выражением лица, держала в руках смартфон.       — Я врач! — заистерила она. — Пожалуйста! У меня пациент ждет операции! Маленький ребенок дома! Я лишь не справилась с управлением… Прошу…       Шейн обернулся и заметил, что один из его пособников держит Роуз на мушке. Он отрицательно покачал головой.       — Какой вы врач? — поинтересовался он.       — Хирург.       — Мне нужен номер вашего телефона, — сказал Шейн.       — Да… я… сейчас… — Роуз продиктовала номер. Шейн ввел его в свой смартфон и позвонил, чтобы точно знать, что мисс Лэндри назвала все верно.       — Не меняйте его. Когда мне понадобится врач в обход поликлиники, я вам наберу. Уходите.       Это потом он выяснит, что нет у нее никакого ребенка, лишь пыталась вызвать жалость, и что она еще ординатор. Конечно, потом ему придется ей угрожать, повторяя за своим куратором. Это было для него странно и неловко, не в его характере, но, кажется, он уже начинал черстветь. Потому что понимал, что ему не соскочить. Он очень хорошо выполнял свою работу.       Конечно, это все не прошло незамеченным. В России в том числе. Шейн пообещал вытащить Василия, двух его подруг и молодого преподавателя, которые ему помогали. Но с Василия только спросил, чтобы никакой наркоты он в Штаты не тащил. Приехал — и как с чистого листа. Пусть найдет себе нормальное незаметное занятие. Но Василий ошибся. Пришлось отдать его Илье.       Илья… Илья появился здесь только потому, что он попросил Алексея Розанова отправить в США не самого хорошего агента, медленного, без опыта. Которому насрать на эту криптовалюту и на эту работу. И который бы легко согласился на сделку. И на всякий случай бросил — «кого не жалко». Алексею хорошо удалось убедить отца отправить брата. У их родителя была выявлена болезнь Альцгеймера, Алексей никому этого не рассказывал, поил отца таблетками и давно уже присматривался к его месту. Он легко подменил документы и убедил, что да — именно Илью он и планировал отправить сразу.       Но, видимо, Алексей своего брата совсем не знал.       Илья был недолюбленным ребенком, сам по себе, одиночка — это читалось. И, если не подойти со стороны алчной, то с доброй.       Но Розанов сам начал совсем другую игру — он попросту в Шейна влюбился с первого взгляда. Что бы ни говорил про то, что хочет только секса. Так стало даже проще.       Поддаваться романтике было даже приятно. Хоть какое-то светлое пятно в этом кошмаре.       Когда принципиальный Розанов не упокоился после Василия, Хайден начал истерить по поводу Анжелики, которую любил и поселил в родной Канаде. Анжелика хотела начать новую жизнь и в отличие от Василия вела себя хорошо. А еще она не отводила взгляд от Хайдена, держала его за руку, целовала, строила планы.       Нравился ли так же Илья Шейну? Чувства — это лишь способ добиться цели. Так что, скорей всего, не…       — Илья, господи! — Шейн выкинул пистолет и бросился к лежащему на земле телу. Он приподнял его голову. Толстовка Ильи наливалась кровью. В глазах Шейна собирались слезы. — Мисс Лэндри!       Роуз бегом бросилась к Илье.       — Зачем вы стреляли?       — Я целился мимо.       Мисс Лэндри обалдела от этих слов, это было видно по ее лицу. Шейн просто хотел, чтобы Илья поехал с ним, но Розанов желал прыгнуть в кладбище — да, Шейн заметил его взгляд. Илья Розанов не был опытным полевым агентом, он выдавал себя. Шейн хотел напугать или, в худшем случае — задеть что-то неважное… плечо там… как тяжко.       — Вызывайте скорую, — Роуз подняла толстовку Илья, футболку и приложила ладони к ране.       — Что? — удивился Шейн. — Мы не можем.       — А мы не в кино про Дикий Запад, где пулю из груди достают с помощью бутылки виски и ножа в полной антисанитарии. Удивительно…       — Что вам удивительно?       — Пуля, похоже, отрикошетила от нательного крестика или замедлилась, разбив его. Судя по всему, это его спасло. Крестик довольно объемный… ну был, сейчас от него только осколки.       — Мы не можем вызвать скорую.       — Черт, — Роуз покопалась в своей сумке, вытащила огромный пластырь и налепила на рану. Разбила гипотермический пакет, приложила к пластырю. — Мистер Холландер, это не поверхностное ранение конечности, как было в прошлый раз, здесь может быть задето сердце, смотря, как двигалась пуля.       Илья немного шевелился, веки полузакрыты, он был в полусознании, и, видимо, в глубоком шоке.       — Илья, вы меня слышите? — говорила Роуз, приподнимая Илью. — Держите его в положении полусидя, — Шейн схватился за спину Ильи, лбом коснулся его плеча. Что он наделал? — Мистер Холландер, Шейн, вызывайте скорую. Я потом помогу его забрать.