"Аритмия" музыка на выжженной коже

Работа над второй песней, которую Эндрю пообещал сделать «песней победителя», шла мучительно. Если «Аритмия» была криком боли, то новый трек, получивший название «Король мертвых» (King of the Scars), должен был стать гимном выжившего. Эндрю стал одержим этим треком. Он проводил ночи, подбирая риффы, которые звучали бы не как плач, а как скрежет металла о металл, как шаг тяжелых ботинок по разбитому стеклу. Он больше не сидел в углу. Теперь он стоял прямо перед Нилом, заставляя того вкладывать в голос не страх, а ярость. — Громче, — приказывал Эндрю, ударяя по струнам так, что звук вибрировал в грудной клетке Нила. — Перестань просить прощения за то, что ты жив. Ты не выжил случайно, Нил. Ты выгрыз эту жизнь. Спой так, чтобы они испугались. И Нил пел. Его голос, когда-то мягкий и лиричный, приобрел опасную остроту. Он больше не скрывал свои шрамы — ни в песнях, ни в жизни. В студии он всё чаще ходил в простых майках, не заботясь о том, что Ники или Аарон могут увидеть его тело. Сначала те замирали, шокированные увиденным, но холодный, предупреждающий взгляд Эндрю быстро научил их: Нил — неприкосновенен. Его шрамы — это не тема для обсуждения, это его броня. * Накануне официального релиза альбома Кевин устроил «секретное» выступление в небольшом, элитном клубе для прессы и критиков. Это был риск. Мир ждал подтверждения слухов: правда ли «золотой мальчик» Ютуба связался с «психопатом-гитаристом»? За кулисами пахло дорогим парфюмом, алкоголем и нервами. Стилисты снова пытались нарядить Нила в закрытый костюм, но он оттолкнул их руки. — Нет, — отрезал он, выуживая из вешалок ту самую темно-синюю рубашку, которую он носил в тот вечер в студии. Он расстегнул верхние пуговицы, открывая вид на ключицы, пересеченные старыми шрамами. Эндрю стоял в тени, прислонившись к стене. Он выглядел как обычно: черное на черном, повязки на руках, полное отсутствие эмоций. Но когда Нил подошел к нему, Эндрю протянул руку и поправил его воротник. — Ты готов? — спросил Эндрю. — С тобой — да. Когда они вышли на сцену, зал затих. Это был не тот Нил Джостен, которого они знали. Не тот мальчик, который пел грустные каверы. Перед ними стоял мужчина, чьи глаза светились холодным огнем, а рядом с ним стоял человек, который был его личным палачом и спасителем в одном лице. Эндрю ударил по струнам. Первый аккорд «Короля мертвых» был подобен выстрелу. Нил начал петь. Он не смотрел в зал. Он смотрел только на Эндрю. Каждое слово, каждая нота была адресована человеку с гитарой. Он пел о том, как пепел становится кожей, как боль превращается в силу, и как один человек может стать целым миром, если он единственный, кто знает твою настоящую цену. В середине песни, во время мощного гитарного соло, Нил подошел к Эндрю вплотную. В свете прожекторов их тени сливались в одну. Нил подошёл к Эндрю вплотную и позволил тому придержать его за талию Это был жест абсолютного доверия, который транслировался на все экраны страны. Зал взорвался. Критики забыли про свои блокноты. Это была химия, которую нельзя было подделать. Это была музыка, рожденная из настоящей крови. После концерта, когда они скрылись в гримерке, захлопнув дверь перед лицом восторженного Кевина, Нил прислонился к косяку, тяжело дыша. — Мы это сделали, — прошептал он. Эндрю подошел к нему, отставив гитару. Он выглядел странно спокойным. — Ты больше не бежишь, Нил, — сказал он, глядя прямо в глаза. — Ты стоишь на месте. — Потому что мне больше некуда бежать, — Нил взял руку Эндрю и снова, как тогда в студии, приложил её к своей груди, туда, где под кожей и шрамами бешено билось сердце. — Я дома. Эндрю ничего не сказал. Вместо слов он просто сократил последние миллиметры между ними. . В ту ночь интернет «умер» окончательно. Фотография, где Нил на сцене прижимается к Эндрю, стала самой обсуждаемой в историии А Кевин чуть не словил инфаркт ))