Билет в один конец: Макао ждёт

      Путь до Италии превратился в бесконечный марафон из плохой музыки, сна на плече друг у друга и споров, чья очередь идти за сэндвичами. Когда фургон наконец миновал указатель «Roma», солнце заливало город медовым светом. — Мы снимем самый дешевый хостел и будем питаться одной пастой, — провозгласила Гермиона, сверяясь с бюджетом. — Мы будем пить вино и танцевать, — поправила её Джинни, потягиваясь так, что у Грейнджер перехватило дыхание.       Вечером компания разделилась. Пока Седрик и Блейз ушли искать «то самое аутентичное кафе» (что на деле означало — искать место для поцелуев под портиками), а Гарри с Роном предусмотрительно заперлись в их крошечном номере под предлогом «усталости», Драко, Тео и Пэнси отправились в бар на Трастевере.       Трое в баре, не считая совести Бар был темным, прокуренным и чертовски стильным. — Мне нужно что-то крепче, чем просто «Кьянти», — прорычала Пэнси, заказывая второй коктейль. — Если я еще раз увижу в инстаграме сторис Сириуса с какой-нибудь моделью, я прыгну в Тибр. — А я — если Регулус напишет, что я «как младший брат», — Тео залпом осушил бокал. — Барти и Эван уже обрывают телефоны местных моргов, я уверен.       Драко их не слушал. Он смотрел в угол зала, где за дальним столиком сидел мужчина. Тот выглядел слишком дорого для этого заведения. Черная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, холодный взгляд и аура человека, который привык, что мир вращается вокруг него. — Драко, ты меня слышишь? — Пэнси щелкнула пальцами. — Я отойду, — бросил Малфой, поднимаясь. Ноги казались ватными, но не от алкоголя.       Он подошел к столику. Мужчина поднял глаза — темные, почти черные, в которых читалась опасная скука. — Ошибся столиком, мальчик? — голос незнакомца был низким, с легким бархатом. — Ошибся страной, — дерзко ответил Драко, присаживаясь напротив без приглашения. — Я Драко. — Том, — представился мужчина, и в его глазах вспыхнул интерес. — Ты выглядишь как человек, который сбежал из очень дорогой клетки. Хочешь, чтобы тебя поймали?       Драко подался вперед, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Хочу, чтобы меня не нашли. Хотя бы сегодня.

Тем временем в номере 212

      В хостеле было душно, а стены — картонными. — Тихо, — прошептал Гарри, прижимая Рона к скрипучей кровати. — Уизли, если нас услышит Гермиона, она будет читать лекции о контрацепции и морали до утра. — Плевать на Гермиону, — выдохнул Рон, запуская руки под футболку Гарри.       Это был их первый раз в такой обстановке — когда никто не мог войти в комнату, когда за дверью не было Молли или Сириуса. Секс был осторожным, почти беззвучным, наполненным короткими вдохами и сцепленными руками. Каждый шорох в коридоре заставлял их замирать, и от этого адреналин только зашкаливал.       Тем временем в женской спальне Гермиона и Джинни сидели на соседней кровати. Луна уже спала, обняв свой рюкзак. — Ты ведь знаешь, что это неправильно? — прошептала Гермиона, пока пальцы Джинни медленно скользили по её бедру, задирая край шорт. — В этой поездке нет ничего правильного, Герм. В этом и смысл.       Джинни наклонилась, пробуя на вкус кожу на шее подруги. Гермиона закусила губу, стараясь не издать ни звука. Впереди были недели пути, но здесь и сейчас, в душном Риме, границы окончательно стерлись.