Зимние розы

- Зачастили мы со свиданиями, однако. - Заметил Александр. - Вы возражаете? - Ни в коем случае. - Тогда к чему была та фраза? - Я опасаюс, как бы что не то жене не показалось. - Николай подошёл вплотную к Пушкину и, прищурившись, взялся пальцами за воротник его рубашки. - А что, по-вашему, может привидиться Наталье? - Вдруг подумает, что мы с вами в каких-то не тех...кхм...отношениях. - Николай покраснел и вскинул брови от недовольства, но воротника не отпустил, а сжал чуть крепче. - Ну, знаете ли-с. Не гоже даже в мысли брать такое. Вы, всё-таки, не забывайтесь, Пушкин, кто пред вами. - Вам так угодно поиграть во властителя? - Император раздражённо вздохнул. - Оставьте дерзость, Александр. Я, так или иначе, император! И как вам в голову взбрело о чём-то..о таком подумать?!. - Пушкин невозмутимо скрестил руки на груди. - Я говорил о взяточничестве, да о подхалимстве. А вы, Ваше Величество, о чём? - Николай удивлённо раскрыл глаза и тут же покраснел. Император отпустил Пушкина и тут же развернулся к нему спиной, скрывая смущение. - Так ведь и я. Для меня..нет ничего постыднее. - Неуверенно протараторил он. - Безусловно. От чего ж тогда алеют ваши щёки? - Протянул Пушкин. - Кончайте с этим. Вы меня и так вогнали в краску. - Чем же? - Довольно. Николай усмехнулся, вспоминая моменты, происходившие ранее. Как он был скромен и осторожен. - Не легко, однако, игру судьбы постичь. Да и сердцу не прикажешь. - Мужчина подошёл к окну и посмотрел на медленно падающие снежинки. - Сердцу не прикажешь...а хотелось бы. Казалось, тело - храм, над которым главенствует мой разум. И только сердце я контролировать не способен. Скорее сердце контролирует мою голову. Едва ли это плохо? - Николай посмотрел в зеркало и провёл рукой по волосам. - Для главы государства - плохо. Страшно и представить к чему меня может привести такой союз. - И всё же государю грели душу мысли о том, с каким трепетом он относился к любой вещице, связанной с поэтом. Николай задумался. - А чувствовал ли он ко мне то же самое? Доля секунды и мужчина распахнул дверь, вылетая из своего кабинета. Слуги тут же бросаются к нему. - Ваше Величество, к вам... - Не сейчас, Фома. Мне надобно отлучиться. - Далёко ль, Ваше Величество? - Николай резко остановился и глянул на слугу через плечо. - В дом Пушкиных, куда ж ещё? Изволь подать карету. - Сию минуту? - Немедленно. - Слушаюсь, Ваше Величество. Пушкин с женой пили чай в доме. Александр заметил, что Наталья чувствует себя некомфортно, будто не в своей тарелке. - Душа моя, с тобой всё хорошо? - Жена вздрогнула, когда голос Пушкина вырвал её из размышлений. - Да, всё хорошо. - Не лги мне, друг мой. Я ведь вижу, ты не в порядке. - Не бери в голову, дорогой. - От чего ты не хочешь со мной делиться? Не уж то я тебе чужд стал? - Наталья смутилась. - Ну что ты, отнюдь нет. Мне просто докучают головные боли. Думаю, стоит обратиться к лекарю. - Давно они тебя беспокоят? - Может быть, несколько дней. - И почему же они появились? Что за мысли заставили твою прекрасную головушку разболеться? - Девушка ещё недолго помолчала, после чего призналась, что её мучили мысли об императоре. - Николай? А что же с ним не так? - Не пойми меня неправильно. Однако вы уж больно зачастили со встречами. Ты так часто видишь Его Величество и так редко бываешь дома со мною. - Так это ревность отравила твою душеньку? Прости меня, родимая, коли я так редко бываю с тобой. Я неприменно постараюсь это исправить. - Не в этом дело. Поначалу меня ваши встречи вовсе не коробили, я, напротив, радовалась, что ты завёл дружбу с государем. Но давеча ты остался на ночь во дворце. - Пушкин медленно поставил кружку на стол. - Милая, ты, возможно, всё не так поняла. Во дворце подле Николая во мне просыпается литературный гений, вдохновение так и льётся из меня, мне хочется писать, а, как тебе известно, я этим зарабатываю. Наши встречи с Коле... с Николаем, - поправил себя Пушкин, - положительно влияют на моё вдохновение, а, соответственно, и на наш семейный бюджет. - Наталья тяжело вздохнула. - Значит, во дворце тебя посещает вдохновение? - Да, именно так я и сказал. - Просто, раньше я была твоей музой, я не думала, что ею может стать другой человек. - Пушкин уронил печенье на стол. Сердце заколотилось. - Что ты имеешь ввиду, дорогая? Мне кажется, тебе что-то почудилось. Покуда тебе такие мысли лезут...ты, часом, не больна? - Я лишь...Саша.. - Девушка опустила глаза в пол. - Мне кажется, я должен перед тобой объясниться. - А мне кажется, будто ты мне более не верен.. - Сердце Александра сжалось. В голове пролетели мысли с самыми ужасными исходами. Неужели они были настолько неосторожны? И всё таки, женское сердце не обманешь. - Наташа.. - Скажи, что я не права. - Наташенька, друг мой любезный.. - Скажи, что мне все почудилось. - Умоляла она. - Ангел души моей... - Скажи, что ты в самом деле не нашел никакой девицы во дворце. - Пушкин замер, раскрыв глаза. - Так тебе показалось, будто я предпочёл какую-то даму тебе? - Наталья кивнула, Александр рассмеялся. Он смеялся искренне и с невероятным облегчением. - От чего же тебе смешно, Саша? - Пушкин подошел к Наталье, продолжая смеяться, и горячо поцеловал её. - Наташенька, неужели ты и в правду такое подумала? Ах, милая моя! Да нет на свете женщины, которую я любил бы больше тебя, свет очей моих! - Мужчина плюхнулся в кресло, выдохнув. - Так значит, тебе на самом деле не приглянулась никакая девушка? - Разумеется, любовь моя, разумеется. - От чего же ты тогда так часто бываешь у императора? - Мы завели с ним крепкую дружбу. Он, оказалось, замечательный человек. - Тогда, о каком вдохновении ты мне говорил? - Пушкин широко улыбался. - Так вдохновение-то мне приносят стены дворца, музыка, да и сам Николай. - Ах, Николай. - С облегчением выдохнула Наталья. - Слава тебе Господи. Я знала, Сашенька, я знала, что ты останешься верен мне. Прости меня, дуру, за то, что посмела подозревать тебя в похождениях. - Не вини себя, Наташа. Я понимаю, как это выглядит, однако, кроме Николая мне в этом дворце никого не надобно. - И он не лгал. Николай ворвался в дом Пушкиных. Завидя Наталью и Александра, он улыбнулся. - Доброе утро. Прошу прощения за то, что явился без предупреждения. - Император подошёл к Наталье. - Наталья Андреевна, вы, как распустившийся цветок, с каждым днём всё краше и краше. - Николай поцеловал ей руку. Девушка покраснела. - Ваше Величество, вы меня смущаете. - Примите этот скромный подарок от меня. - Слуга занёс в комнату большой букет красных, почти бордовых, роз. Наталья ахнула. - До чего ж красиво! Я не знаю, как вас отблагодарить, Ваше Величество. - Вашей улыбки будет вполне достаточно. - Император посмотрел в сторону поэта. - Александр. - Пушкин кивнул ему. - Надеюсь, я вам не помешал. - Нисколько, что вы! Выпьете с нами чаю? - Благодарю за приглашение, но вынужден отказать, мне с Александром Сергеевичем надо переговорить с глазу на глаз. - В таком случае, не смею вас задерживать. - Пушкин и Николай поднялись в кабинет поэта. Мужчины плотно закрыли за собой дверь. Александр немного прошелся по комнате. - Распустившийся цветок? - Чуть с обидой произнёс Пушкин, будто пробуя это словосочетание на вкус. - Не слишком ли вы любезны с моей женой? - Ну что вы, не смейте ревновать её ко мне, Саша. - А я вовсе не её ревную. - Император притянул поэта за талию. - Я надеюсь, вы поняли, что букет предназначен не ей? - Пушкин посмотрел на губы любимого мужчины, улыбнулся и поцеловал. - Ах вы, Коленька.. - Коленька? Александр, я всё ещё ваш государь. - Непривычно мне к тому, чьи уста я обесчестил, полным именем обращаться. - Николай изрядно покраснел. - Не наглейте, Пушкин. Кстати говоря, а как ваше горло? - Нуждается в любви и ласке. - Император понял намёк и, приятнув друга сердца ближе, впился губами в его губы.