Молоко на губах обсохло

      Тэхёну повезло — он не застрял в пробках и за пятнадцать минут до начала собеседования уже был на месте. Ловко лавируя в потоке людей, он устремился к бизнес-центру, созданному из бетона и голубого стекла. Компания NEXUS обитала на двадцатом этаже.       Миновав охранника, Тэхён вызвал лифт и вошёл внутрь ещё с тремя посетителями центра. Пожилой омега вышел на седьмом, двое альф на десятом. Тэхён остался в лифте один. На тринадцатом этаже в лифт зашёл мужчина средних лет. Тэхён уловил терпкий аромат дорогого парфюма и против воли поднял глаза.       Нервно сглотнул — не каждый день Тэхён в лифте встречался нос к носу с руководителем крупнейшей компании NEXUS. Председателя Чон Хосока он узнал сразу. Тот был точно такой, как на фотографиях в интернете: тёмные волосы, виски едва посеребрила седина, статная фигура, идеально сидящий костюм. Мужчина с интересом посмотрел на Тэхёна, чуть дольше задержав взгляд на прозрачной папке с документами в его руках. Спохватившись, что тот заметит его распечатки, Тэхён спрятал папку за спину.       Перед собеседованием у него было время, чтобы подготовиться к важной встрече. Тэхён погуглил и распечатал нужную информацию, выяснил, что NEXUS анонсировал сотрудничество с крупной немецкой компанией, а заодно понял, в чём причина срочности поиска помощника для председателя Чона.       Все видео с последнего брифинга заканчивались одинаково: поклонившись после своей речи журналистам, Чон Хосок вышел из-за трибуны и начал спускаться с лестницы, за ним шаг в шаг следовал его помощник. В этот момент, точно на них, с ближайшего дерева спикировал голубь. Птица летела на таран, как отчаянный суицидник, даже не думая уклоняться. Желая спасти своего босса от неминуемого столкновения, помощник бросился наперерез, отчаянно размахивая руками. Его ноги заплелись в немыслимый узел и парень эпично грохнулся с лестницы.       Это видео моментально завирусилось в интернете. В комментариях писали, что парень так неудачно упал, что сломал ногу, и с брифинга его увезли на машине скорой помощи. Постоянную работу помощника-переводчика компания не предлагала, значит, ожидали возвращения героя в строй, поэтому и искали временную замену.       Но даже такая — временная — подработка очень была нужна. Любая бытовая неурядица превращалась в пшик, если для урегулирования вопроса у тебя на счету имелась необходимая сумма денег. А проблема Тэхёна была весьма серьёзной — весь пакет документов на усыновление Юнми уже был готов, не хватало только выписки с банковского счёта, подтверждающей, что Тэхён в состоянии обеспечить и себя, и ребёнка. Как заверил господин Сонхва — старший социальный работник из администрации района Сочо-гу, после этого документы можно будет передавать в суд.       Если Тэхён сумеет подтвердить свою финансовую состоятельность, то сможет забрать Юнми из детского дома ещё до его четвёртого дня рождения, и они смогут провести его вместе, совсем как раньше… Пока был жив Хан Гонсу. Пока нелепая смерть не оборвала жизнь его друга, разделив жизнь Тэхёна на «до» и «после».       Всё, что было «до», было ярким, лёгким и искрило счастьем. Тэхён и Гонсу закончили универ и были уверены, что у них обязательно всё будет так, как они мечтали. Дом, стабильная работа, любящий и понимающий человек рядом. Чтобы сократить расходы, сняли на двоих небольшую квартиру, Тэхён работал администратором в ветклинике, а Гонсу устроился в службу приёма вип-гостей в Lotte Hotels & Resorts.       Они приходили вечером домой после долгого дня, снимали уличную одежду и обувь, переодевались в любимые домашние пижамы и садились на пол перед телевизором, вытягивая гудящие ноги. Набрасывались на самую обычную лапшу на вынос из китайского ресторана, шутя дрались из-за последнего печенья в пачке, перечитывали вслух книгу, которую обожали в детстве, и смеялись над тем, почему они раньше не замечали, какая она наивная. Они жили настоящим моментом, искренне наслаждаясь тем, что делали.       О том, что Гонсу забеременел, Тэхён узнал, когда тот позвонил из клиники и рыдая навзрыд попросил:       — Тэ… забери меня отсюда… Я не могу это сделать…       — Откуда забрать? Что ты не можешь сделать?       — Аборт, — и Гонсу зарыдал в трубку.       Тэхён бросился к другу сломя голову и за шкирку вытащил из клиники.       — Сдурел! — кричал он, сжимая кулаки от злости. — Это же твой будущий ребёнок! Как ты мог вообще подумать о том, чтобы избавиться от этой крохи?       — Как же я справлюсь со всем этим один?       — В смысле один? А его отец?       Гонсу рассказал, что тот отказался от ребёнка. Всучил деньги и посоветовал не впутывать его в свои проблемы. Как Тэхён ни пытал, Гонсу наотрез отказался назвать имя этого горе-папаши и где они познакомились.       — Ну и насрать на него. Сам же ещё пожалеет. Справимся и без этого мерзавца, — жёстко сказал Тэхён. — Будем растить малыша вместе. Зато у малыша будут два папы.       — Самые лучшие папы, — всхлипывая подтвердил Гонсу.       Вскоре в их квартире поселилось маленькое чудо — Хан Юнми. Их маленькая квартира наполнилась детским смехом и плачем, мягкими игрушками и книгами со сказками, а в холодильнике вместо соджу хранился теперь стратегический запас молока. Омеги окружили малыша заботой и любовью.       Всё это было «до»…       Чёрная полоса началась после того, как Гонсу пожаловался, что у него тянуло где-то под рёбрами, будто он просто неудачно поел. Он поначалу даже смеялся и отмахивался от Тэхёна: не обращай внимания, пройдёт. К вечеру стало хуже. Температура поднялась до тридцати семи с хвостиком. Но даже тогда Гонсу не обратился к врачам, он лёг на кровать и подтянул колени к животу. Так ему было легче переносить боль. Ночью почти не спал, жалуясь, что боль то накатывала, то отпускала, то вновь возвращалась, сжимая в спазме все внутренности.       Утром стало неожиданно легче. Гонсу решил, что всё позади. Даже собрался и вышел из дома погулять с Юнми на детской площадке. А позже Гонсу позвонил Тэхёну попросил прийти пораньше, жаловался на слабость, что малейшее движение даётся ему с трудом. Тэхён отпросился с работы и помчался домой. Он застал Гонсу уже практически без сознания. У него поднялась температура, но при этом руки были ледяными. Тэхён пытался их согреть до самого приезда врачей. Вот только Гонсу уже почти ни на что не реагировал.       Диагноз поставили сразу — разлитой перитонит, септический шок. Назначили срочную операцию, но было поздно. Организм не выдержал интоксикации. Из больницы позвонили посреди ночи и сухо сообщили, что Гонсу умер, не приходя в сознание. А утром к ним домой пришли из социальной службы и забрали Юнми в детский дом.       Тэхён не мог оставить малыша там!       Юнми и его сын, пусть и не родной по крови, он его вырастил. Именно к Тэхёну малыш сделал первые шаги. Именно он укачивал всю ночь Юнми на руках, когда резались первые зубы. И первое слово «нет» Юнми сказал, когда Тэхён пытался впихнуть в него противное пюре из тыквы. Во всем свете не было никого роднее и ближе, чем этот ребёнок.       Тэхён порывисто вздохнул и тут же мысленно отвесил себе пару звонких пощёчин. То, что его возьмут на работу в крутую фирму, надеяться не приходилось. Но он всё равно пошёл. Без опыта, без рекомендаций — просто на удачу. Ведь когда-то эта чёрная полоса в его жизни должна закончиться? Он сможет. У него всё получится!       Тэхён поднял взгляд и улыбнулся мужчине в лифте.       «Почему никто не говорит, как больно улыбаться, когда хочется плакать?»       Лифт дёрнулся и замер. Тэхён округлил глаза.       — Это… нормально? — осторожно уточнил он.        — Не скажу, что часто попадаю в такие ситуации, — мужчина несколько раз нажал на кнопку с колокольчиком.       В динамике что-то щёлкнуло и заскрипело. Тэхён поёжился.       — Не хотелось бы здесь застрять надолго. Будет очень обидно приехать вовремя и опоздать из-за лифта, — он неловко улыбнулся, зажал папку подмышкой, скрестил пальцы и вдруг зашептал, как будто приговаривал заклинание:       Хана… тул… сет…       Муна ёлльёра…       И дальше они уже завершили детскую считалку хором:       Качи семён,       махимын ан боё.              Лифт внезапно дёрнулся и поехал дальше. Тэхён облегчённо рассмеялся. Председатель Чон посмотрел на него с улыбкой, а потом внезапно спросил:       — Торопишься на собеседование?       — Да, — ответил Тэхён.       — Тогда — удачи!       Двери с лёгким звоном распахнулись на двадцатом этаже, и господин Чон первым вышел из лифта. Тэхён растерянно впился взглядом в стремительно удающуюся спину. Решительно выдохнул, шагнул вперёд и утонул в роскоши офисного холла. На одной из стен, отделанной мрамором, висела огромная надпись золотистыми буквами «NEXUS».       Удача точно понадобится Тэхёну. Он это понял, когда увидел, что пять холёных омег в идеально сидящих костюмах ожидали на диванах начала собеседования. Тэхён моментально сдулся, как шарик. Со свистом.       В тот самый момент, когда он уже собрался развернуться и уносить отсюда ноги, со своего места встал администратор на ресепшене и, распахнув двери конференц-зала, пригласил всех соискателей пройти на собеседование.       Тэхён шёл последним и чуть не врезался в высокого, широкоплечего мужчину, резко остановившегося у него на пути. Он встал на цыпочки и выглянул из-за его спины, пытаясь понять, почему движение застопорилось. По всему конференц-залу на полу валялись журналы. Первый конкурент сделал шаг вперёд и чуть не поскользнулся на глянцевой обложке.       — Ну и бардак, — возмутился он. — Сразу видно, что нет помощника. А скоро сюда господин Чон придёт, не хватало ещё чтобы он шею тут свернул.       Все переглянулись и моментально кинулись собирать журналы с пола. Тэхён наклонился к одному и заметил наклеенный цветной стикер на обложке. Распрямился и окинул взглядом весь пол.       — Подождите. Может, не стоит… — начал Тэхён, но его резко оборвали.       — Не стоит у кого не стоит. Не хочешь помогать, отойди в сторону. Без тебя справимся.       Тэхён послушался совета. Сложил руки на груди и исключил себя из активных помогателей наводить порядок в офисе. Конкуренты быстро потеснили его к стене, продолжая носиться по залу, собирая журналы и складывая их аккуратной стопочкой на большой переговорный стол.       — Что здесь происходит? — ледяным голосом, от которого мурашки побежали по коже, прервал господин Чон соревнование «кто соберёт больше журналов с пола».       Ответа не последовало. Соискатели только согнулись, приветствуя его, в поклоне чуть ниже положенного.       — Я… задал… вопрос…       — Мы вот… порядок навели к вашему приходу. Всё это на полу валялось. А теперь вот — аккуратно сложено, — явно гордясь собой, похвастался инициатор.       Тэхён покачал головой и тихо прошептал:       — Идиоты.       — Кто это сказал? — господин Чон прищурился и недобро обвёл взглядом кандидатов.       — Он!       Тэхёна буквально вытолкнули вперёд.       — Я так понимаю, что ты не участвовал в этой акции. Почему? Лень было лишний раз нагнуться?       — Нагнуться и убраться мне несложно. С детства приучен. Просто я не хотел, чтобы по моей вине была сорвана доставка.       — Чего? — взвился на месте один из кандидатов. — Какая ещё доставка?       Тэхён взял из его рук журнал и ткнул его практически в лицо покрасневшему омеге.       — Видишь стикер с датой, номером и штрихкодом? Цифры — это номер телефона. Штрихкод — позволяет быстро найти товар. Цвет стикера — это срочность заказа. Красный — сроки горят, желтый — товар в стопе, зелёный всё идет по графику. Это был план, а не бардак в кабинете. А теперь… теперь всё в одной куче и разбирать это часа два, не меньше.       — И откуда такие богатые познания? — с улыбкой спросил господин Чон.       — А я по такой системе корма для животных и лекарства в клинику заказываю.       За спиной Тэхёна послышался ехидный смех.       — Все свободны. Собеседование для вас окончено. А ты, — господин Чон ткнул пальцем в грудь Тэхёна и скомандовал в приказном порядке, — марш ко мне в кабинет!       Тэхён кивнул и выскользнул из конференц-зала и поднял голову только когда оказался около двери, на которой красивым вензельным шрифтом в золотистой рамочке было написано «Председатель Чон Хосок». Войдя в кабинет следом за господином Чоном, он опустился напротив председателя и только теперь позволил себе оглядеться.       Как говорится, красиво жить не запретишь. Панорамные окна с видом на мост Банпхо-тэгё через реку Ханган, большой стол с настольной лампой и навороченным моноблоком, кожаное кресло на колёсиках, огромная абстрактная картина на тёмно-синей стене была единственным ярким пятном и притягивала взгляд. Скупая, деловая обстановка. И только один, выбивающийся из общей атмосферы уголок: у окна примостилось мягкое кресло, за высокой спинкой которого от пола до потолка высился книжный шкаф. Пёстрые, в тон картине на стене, подушечки на сиденье и небольшой пуфик для ног чуть в стороне. На круглом столике рядом с креслом фотография в позолоченной рамке и старинные часы под стеклянным колпаком, нарочито медленно отбивающие каждую секунду.       — Я Чон Хосок, — владелец кабинета протянул руку Тэхёну. — Ну что ж, давай познакомимся поближе. Расскажи о себе.       Тэхёну казалось, что председатель будет строгим, каким он был в конференц-зале, но оказавшись за закрытыми дверями своего кабинета, Чон Хосок выглядел весьма доброжелательным. И Тэхён расслабился.       — Ким Тэхён, — он привстал с кресла слегка поклонившись.       — Ты имеешь представление, чем тебе нужно будет заниматься?       — Пока ещё нет, — честно признался он.       — Мне нужен помощник на выставке, которая состоится в Бангкоке.       Председатель ненадолго задумался, внимательно изучая собеседника. Из-за чего Тэхёну стало не по себе.       — Простите, что-то не так? — спросил он, поправляя воротник рубашки.       — Не пойми меня неправильно, просто ты ещё так молод, я даже не знаю, справишься ли ты с этим заданием… У меня нет времени на эксперименты.       У Тэхёна на глаза навернулись слёзы. Ему нельзя упустить эту возможность. Он просто не имел на это права.       — Мне двадцать восемь лет, — с обидой в голосе возразил он. — Внешность бывает обманчива. Поверьте, я не подведу вас.       Наверное, его пламенная речь звучала смешно и нелепо. Конечно, господин Чон не раз слышал подобные обещания, но Тэхёну было плевать. Он должен был получить эту должность.       — Скажите, что нужно делать, и я сделаю! — заверил Тэхён. — Я буду стараться сделать всё, чтобы вы остались довольны.       — Всё, что угодно? — лёгкая улыбка коснулась губ альфы.       — Всё, что в моих силах, — твёрдо пообещал Тэхён, глядя ему в глаза. — Я быстро учусь. И хочу работать!        — Хорошо, — хохотнул Хосок и взял в руки папку, которая лежала перед ним. — В резюме указано, что ты владеешь английским, немецким и…       — Китайским, — подсказал Тэхён.       — Почему эти языки?       — Английский начал учить ещё в школе, в универе предложили взять дополнительный курс, и я выбрал немецкий, а китайский осваиваю самостоятельно. На самом деле, его выучить не так сложно, как кажется. Шведский намного сложнее.       — Ты учишь ещё и шведский?       — В процессе обучения. Просто я очень быстро усваиваю информацию. Но без носителя языка самому очень сложно разобраться в нюансах. Шведский язык ударно-тональный, с яркой мелодикой слов. Речь звучит как песня. Есть ударения слов, и от этого меняется значение, — Тэхён закатил глаза. — Очень сложно, но интересно.       Господин Чон довольно крякнул.       — На выставке будут очень важные люди, с ними очень трудно выйти на контакт. Но, мне очень нужны их подписи в рамках соглашения о сотрудничестве.       — Я очень постараюсь вам помочь, — заверил Тэхён.       — Я тебя ещё не принял…       — Не смотрите, что я без опыта. Я очень хорошо разбираюсь в людях. Школа, которую я прошёл, работая администратором, лучше любого университета. Я научился находить общий язык не только с владельцами животных, но и с их перепуганными питомцами.       — Ну что ж, раз ты так уверен в своих силах, предлагаю последнее испытание. Хочу проверить тебя, прежде чем ты получишь чек на круглую сумму. Расскажи обо мне, но не то, что написано в интернете и не то, что есть у тебя в распечатках, — Хосок кивнул на папку в руках Тэхёна. — Сможешь?       — Могу я немного обдумать ответ?       Чон Хосок кивнул и откинулся на спинку кресла сложив руки на груди. Тэхён на несколько секунд опустил взгляд — не из вежливости, а чтобы собраться. Он видел этого человека всего ничего, но некоторые вещи бросались в глаза слишком отчётливо, чтобы их игнорировать.       На вид Чон Хосоку около пятидесяти лет, лёгкая седина в тёмных волосах быстро терялась на фоне отличного телосложения. Совершенно точно занимается спортом, а значит дисциплинирован. Идём дальше: роскошный костюм. Скорее всего, Италия. Заморачивается с портным, вероятно дотошен. А учитывая сферу деятельности, любопытен и совсем не консервативен, любит экспериментировать.       — Журналы на полу — это был тест, — начал Тэхён медленно. — Не на аккуратность. На умение думать прежде, чем действовать. Значит, вы не доверяете тому, что написано в резюме. Проверяете всё лично.       Хосок едва заметно приподнял бровь.       — Вы позволяете людям ошибаться, — продолжил Тэхён, — но не прощаете глупость, особенно коллективную. И вы терпеть не можете, когда к вам подлизываются. В конференц-зале все старались понравиться вам, но для вас это было неважно.       Тэхён уже увереннее добавил:       — Вы производите впечатление жёсткого руководителя. По выправке и по тому, как четко вы отдаете приказы, предположу, что вы бывший военный. В вашем кабинете есть кресло для чтения, старые часы и семейная фотография. Значит, для вас важны семейные ценности и традиции. И, скорее всего, принимаете самые важные решения не за этим столом, а там, у окна.       Хосок усмехнулся, как улыбаются люди, которых поймали на чём-то личном.       — Вы не терпите лжи, — уверенно говорил Тэхён. — Но уважаете смелость. Даже если она граничит с наглостью.       — Продолжай, — сказал Чон Хосок, и в его голосе впервые за всё время прозвучал неподдельный интерес.       Тэхён набрал в лёгкие воздуха, как перед прыжком в воду, и продолжил:       — Вы верите в людей и даёте шанс каждому, в чём я убедился на собственном опыте. Но, знаете, в вашем искрящемся взгляде всё-таки есть что-то такое… Возможно, это сожаление. Вы что-то упустили или кого-то потеряли. А может, не сделали то, что хотели. И даже когда вы улыбаетесь, я вижу это.       Всё время, пока Тэхён говорил, он не отводил взгляд от глаз Чон Хосока, и когда он закончил, мужчина довольно покачал головой, а затем зааплодировал.       — Ты прав. Я действительно служил в армии, не терплю подлости и бесчестия, и действительно, кое-что упустил в своей жизни, о чём жалею до сих пор. Твои выводы впечатляют!       Тэхён улыбнулся, его голова немного кружилась от волнения.       — Ну что ж, Тэхён, ты будешь сопровождать меня в поездке. У ассистента на ресепшене заберёшь пакет с документами, там будет вся информация о мероприятии и о тех людях, в которых заинтересована наша компания. Изучи всё внимательно. Обязательный дресс-код — деловой стиль. С этим не будет проблем?       Тэхён слегка смутился, что не осталось незамеченным.       — Значит, сделаем так. Вот тебе корпоративная карта. — Господин Чон дал Тэхёну чёрную пластиковую карту, с золотым тиснением «VIP». — На первом этаже есть несколько хороших бутиков. Перед тем, как уйти, загляни в них обязательно. У тебя в гардеробе должны быть пара хороших костюмов, ну и удобная одежда для путешествия.       — Эм… ну это уже как-то слишком.       — Не спорь. Тебе в твоей ветклинике выдали униформу? Вот и здесь воспринимай это как обязательную униформу, без которой ты будешь чувствовать себя неловко на бизнес-встречах. Вылетаем завтра в шесть утра. Оставишь на ресепшене свой адрес, машина заедет за тобой в пять. Не проспишь?       — Нет, конечно! — фыркнул Тэхён. — Я теперь, скорее всего, совсем не засну.

***

      Чонгук ненавидел праздники. Все в предвкушении Чусока закупались подарками, забивали продуктами холодильники, бронировали столики в кафе и планировали свои поездки к родственникам. Чонгук обязательно отметит праздник с отцом, а потом… три дня ничегонеделания. Потому что деловая жизнь во всей Корее ставилась на паузу. С одной стороны, его это устраивало. Он мог позволить себе отдохнуть на законных основаниях, но с другой — как не сойти с ума в последнюю неделю перед праздником? Такой ритм выматывал морально. Сейчас, когда все ходили по магазинам и опустошали свои кредитки, он сидел в своём офисе вице-президента NEXUS и решал с отцом по телефону безотлагательные вопросы.       — Отец, мы уже с тобой говорили. Я не смогу полететь с тобой в Бангкок. У меня на это время назначена встреча с инвесторами из Германии.       — Хорошо, я полечу один, — легко согласился Хосок.       — Один? Но как?       — Не переживай, сын. Я уже подобрал одного смышлёного юношу на эту поездку.       — Серьёзно? Вот так сразу незнакомого человека взял и пригласил на место личного помощника? Даже без испытательного срока?       — Да. Представь себе. Доверился.       — Я не узнаю тебя.       — Я себя сам не узнаю. Просто этот молодой человек очень мне напомнил кое-кого. Хочу проверить и его, и свои ощущения.       Чонгуку не нужно было видеть отца — голос выдал его с головой. Никакого сомнения не было в том, что отец расплылся в улыбке, как Чеширский кот.       — После этих твоих слов я просто настаиваю, чтобы ты взял с собой Юнги.       — Ну нет. Оставить тебя одного на переговорах с этими бюргерами? И потом, я считаю, что помощник не зря называется личным. Его нельзя отдавать во временное пользование. Не волнуйся за меня. Встретимся на Чусок?       — Обязательно. Я приду на ужин.       — Один? Без Чимина?       — Один. Он сегодня улетел на съемки в Японию. Будет там пару недель.       — Ащ… Ну и славно. Проведём праздник в семейном кругу.       Чонгук положил трубку телефона, глубоко вздохнул и закрыл глаза. Сколько бы он ни пытался объяснить отцу, что любит Чимина, тот относился к нему весьма настороженно и не стремился распахнуть отеческие объятия. Вот и сейчас он очень обрадовался, что тот не сможет присутствовать на их семейном ужине.       — Господи, как же я устал, а ведь еще даже не конец года, — потерев лицо ладонями Чонгук нажал кнопку вызова секретаря. — Юнги, зайди.       Буквально через минуту в кабинете появился худощавый молодой человек, в строгом костюме, в очках и с планшетом наготове.       — Юнги, завтра вылетаем. Всё готово к встрече?       — Я, натюрлих! Отель забронирован, автомобиль арендован, ваш багаж уже в чемоданах.       — Что осталось у нас на сегодня?       — Встреча с юристом, чтобы внести последние правки в договор с немцами, после вы обещали заглянуть на открытие нового спорт-клуба в Итэвоне, обязательно позвонить Чимину и заказать ему ужин в номер. Осталось только выбрать из какого ресторана, — отрапортовал Юнги.       — Да… — протянул Чонгук. — День будет длинным. Сделай мне, пожалуйста, кофе. Глаза слипаются.       — Сейчас будет.       Юнги удалился, а Чонгук вспомнил, как несколько лет назад встретился с ним в суде. Тогда Юнги только оканчивал юридический факультет и проходил практику, а Чонгук ещё не занимал этот пост, но пришёл в суд с отцом, чтобы поддержать показаниями. Против отца выдвинула обвинение одна строительная фирма. Разумеется судебный процесс NEXUS выиграли. Когда Чонгук покидал здание суда, проходя мимо малого зала заседаний, обратил внимание на молодого человека. Тот очень рьяно дискутировал с пожилым судьёй. Чонгуку понравилась его решительность, лаконичность в доводах и то, как он отстаивал свою точку зрения. Тогда он подумал: «Такой точно не будет лебезить и подстраиваться».       Когда спустя некоторое время отец доверил ему пост вице-президента и встал вопрос о его секретаре, Чонгук сразу вспомнил про того парня и сделал ставку на него. Того, кто будет не просто помощником, но и советчиком, кто будет иметь своё мнение. Он узнал его имя — Мин Юнги, и раздобыл адрес. Чонгук заявился к нему домой и прямо с порога предложил работу. Юнги ответил категоричным отказом — не для этого он пять лет учился в университете, чтобы стать секретарём. Однако, спустя пару дней пришёл в офис к Чонгуку. Он выкатил такой райдер, который не любой айдол заявляет. Но Чонгук, не глядя, подписал все его условия и ни разу не пожалел о своём решении.       — Ваш кофе, — сказал Юнги, войдя в кабинет и ставя чашку на стол. — А это доставили заказ из ювелирного дома Cartier.       Юнги поставил перед боссом фирменный пакет с логотипом известного бренда. Чонгук достал небольшую коробочку, открыл её и на мгновение забыл как дышать, любуясь лучами солнца в огранке бриллиантов обручального кольца.       — Как думаешь, Юнги, ему понравится?       — Чимин будет последним идиотом, если не скажет тебе «Да», — Юнги гордо вздёрнул подбородок и удалился из кабинета.