Цена силы

Война. Казалось, простое слово, но, из-за кроющегося за этим словом смысл, оно приобретало совсем иной облик. Отдача всего себя, своего сердца, тела и разума на войне с отвагой и криками — это героизм? — Дайсукэ размышлял, лежа на своей жесткой койке в казарме. Война — это про разрушение, голод, животный страх за свою жизнь, а самое главное — смерть. В период войн все надеются, что смогут выжить. Не голодать, не дрожать из-за страха — сумечь снова увидеть своих родных, близких. Надежда на то, чтобы вернуться к привычному образу жизни. Война — это не про героизм. Война скорее бесконечный шум в голове: постоянный звон в ушах, треск камней, хруст костей, лязг мечей и взрывы. Она не меняет людей мгновенно. Она медленно стирает из человека то, что делает его человеком. Его размышления прервал стук ботинок о землю и человек, вошедший в казарму. — Седьмой и восьмой отряд, за мной! — восемь человек вскочили и, стремительно собрав свои вещи, выскочили из палатки. — Вот и новая миссия. — подумал Дайсукэ. Он и еще семь человек стояли рядом с джонином, окружив его и внемля его словам. — Слушайте внимательно, — джонин заговорил, обведя взглядом группу. — Мы получили сведения о том, что отряды Ива прошли по реке Каннаби в Стране Водопада. Мы предполагаем, что наши враги выдвинут резведывательный отряд в перевал, чтобы закрепиться там. Если это случится, то это даст врагам возможность ударить по нашим силам с фланга. — он поднял взгляд со свитка в своих руках и снова посмотрел на отряд. Вздохнув, он продолжил. — Наша миссия состоит из нескольких задач. Основная задача состоит в том, чтобы пройти в перевал быстрее и удерживать эти позиции до прибытия основной ударной группы. Второстепенными задачами являются захват командира вражеского отряда, а после его полное уничтожение. Дайсукэ внимательно слушал своего капитана. Внутри него все дрожало — не от превкушения, а от осознания того, что эта миссия скорее является самоубийственной. На его плечо положил руку стоящий рядом чунин. Дайсукэ повернулся к нему и увидел ободряющую улыбку своего друга и товарища. — Кэнта… — подумал генин. Оба ниндзя повернулись обратно к джонину со свитком. — Эта миссия чрезвычайно сложна. Ей присвоена категория B+. По этой причине у нас объединенный отряд из двух джонинов, трех чунинов и трех генинов. Этот отряд по оценкам вышестоящего руководства способен продержаться до наступления поддержки. Эта миссия важна и от группы требуется максимальная сосредоточенность. Не все смогут вернуться, поэтому подготовьтесь как следует… — капитан кашлянул в кулак. — Выдвигаемся через пятнадцать минут. Разойтись! — все наблюдали, как джонин сжег свиток в своей руке и ушел в другую палатку. — Ну и работенка… — Кента протяжно вздохнул, потянувшись руками вверх. — Почему на нас всегда сложная миссия выпадает, Дэси? — тот пожаловался. Его новенький бронежилет чунина сидел на нем хорошо, словно создавали для него. — Не бывает сложных миссий, идиот, — Дайсукэ рявкнул, раздраженный из-за прозвища, — есть долг, приказ и ответственность. — Ты как всегда зануда, Дэси. — Кента усмехнулся и посмотрел вдаль. — Я слышал, что на границе со Страной Горячих источников дела идут очень плохо. — У чунина были зеленые глаза и взъерошенные каштановые волосы. Имея средний рост и крепкое телосложение, он был способен дать отпор врагам, защитить себя и товарищей. — Я тоже. — Мрачный взгляд темно-серых глаз Дайсукэ устремился в сторону, куда смотрел и его друг. Он толкнул старшего чунина плечом. — Пошли быстрее. Нам нужно завершить миссию и не умереть. — Да-да, капитан Такаши нас сожрет, если мы опоздаем. — Кента не упустил возможности что-то сказать и поспешил за Дайсуке. … Солнце стояло высоко, но его лучи были холодными, будто оно даже знало, что происходит в мире. В ущелье пахло железом и мокрой землей. Отряд из восьми человек шел по ущелью осторожно. Каждый из них был предельно насторожен и напряжен. Дайсукэ в паре с Кентой шел впереди группы, поглядывая в разные стороны. У генина в руке был сжат кунай. Каждый шаг по ущелью отдавался в груди Дайсуке. — Здесь слишком тихо. — подумал ниндзя. Не успел кто-то из отряда крикнуть, как уже началась атака. — Засада! Вражеский отряд Ивы, стоя на возвышении с обеих сторон, выпустил крупные камни вниз. — Группируемся! — Джонин Такаши и его напарник — второй джонин, начали синхронно возводить стены техниками стихии земли. Кунаи и каменные пули посыпались на ниндзя деревни Листьев мгновенно. — Их сколько?! 15?! Они ждали нас! Разведка опоздала! — кто-то из-за стен в ущелье кричал, стоя за стеной и готовясь защищаться. Все почувствовали дрожь в земле и из нее быстро полезли каменные шипы. — Отступаем! Отступаем! — Такаши крикнул. Он начал перебирать знаки руками и прокричал, — Стихия Огня: Огненный шар! Ущелье заполнилось большим огнем от техники джонина, все начали отступать. — Не дайте им уйти! Окружайте их, живо! — путь к отступлению был перегорожден стеной из земли. — Осторож… — взрыв сотряс все ущелье и по сторонам посыпались камни. — У нас потер… — не успел договорить генин, как из его горла, проткнутого летевшим кунаем, хлынула кровь. Затем его тело пронзил каменный шип. Ниндзя деревни Камня уже спустились и быстро приближались к отряду. — Дайсукэ, держись сзади! — Кента, держа свой короткий меч, выдвинулся вперед, пока оставшиеся пятеро отсупали после того, как второй джонин группы пробил воздвигнутую стену. — Стихия земли: Земляной дракон! — Стихия земли: Каменные колья! Мощные техники, выпущенные врагами, устроили землятрясение в узком ущелье. Дракон из земли полетел прямо к Кенте и Дайсукэ. — Держись! Последовавший взрыв заполнил ущелье дымом и кучей пыли. Из дымовой завесы на двух ниндзя набросились враги. Столкновение началось внезапно. Дайсукэ, державший до сих пор кунай в своей руке, столкнул его с мечом ниндзя Ивы. Враг толкнул Дайсукэ и ударил его ногой, откидывая его. — Черт! — Дайсукэ, пригнувшись, замахнулся на противника и полоснул его по бронежилету. Враг оттолкнулся назад, затем крутанулся и ударил ногой по руке с кунаем, из-за чего оружие выпало из руки. Меч ниндзя Ивы уже летел к шее Дайсукэ, который закрыл глаза. Он открыл их, услышав через мгновение лязг металла об металл. Меч врага столкнулся с мечом Кента, который расправился с двумя чунинами. Начался бой на мечах, в котором враг и чунин были равны. Ситуацию поменял Дайсукэ с другим кунаем в руке, и они вдвоем начали оттеснять противника. Ниндзя Ива получил порез на правой руке, затем в бок. — Чертовы сопляки! — крикнул он и топнул ногой, наполненной чакрой. Ударная волна из-за топота откинуло пару ниндзя. Не успели они опомниться, как Кенту сильным ударом в лицо откинуло назад, дезориентировав. — Спастись не получится. Вы все сегодня умрете! — другой ниндзя Ивы закричал и набросился вместе с первым на Дайсукэ, который отступал. Атака ногой в живот выбило воздух из легких, а кулак, прилетевший в лицо, откинул Дайсукэ и заставил упать на колено. Он тяжело дышал, пот стекал по лицу. Противники ухмылялись и бросились на ниндзя, подняв мечи, — Умри! — крикнули они, а в стороне, где сражались остальные, прогремел взрыв, отбрасывая всех в разные стороны. Мечи остановил меч Кенты. — Не сиди, идиот, бей их! — крикнул он и с силой оттолкнул на шаг. — Тупица! Из-за тебя мы сейчас умрем! — Эти слова были как пощечина. С криком Дайсукэ встал и ревом накинулся на противников. — Мы умрем не сегодня! — клинки ниндзя на поле боя схлестались в ожесточенной схватке. Кента бросил в ниндзя кунай с взрычной печатью, — Кац! — ниндзя отбросило взрывной волной, оглушив. — Добивай! Никто не заметил, как остальная часть вражеской группы подтянулась к месту боя. — Стихия Земли: Оползень! — неожиданно Дайсукэ сбил в сторону большой камень. Больно ударившись головой, он был дезориентирован. Когда он попытался встать, руку пронзил кунай. Ниндзя вскрикнул от боли. Над ним навис враг, замахнувшись на раненого. И снова жизнь Дайсукэ была спасена. Кента сбил ниндзя с ног и перезал горло, затем пронзил голову. — Отступаем! — еще раз крикнул позади Такаши, который разорвал туловище очередного джонина Ивы взрывной печатью. — Идем, дру… — Кента отбросило в сторону врагов камнем. Он быстро сгруппировался и начал отбиваться от трех ниндзя, но, постепенно сдавал. Его ноги пронзил меч, а бок ранен. — Кента! — Дайсукэ бросился вперед, но его откинуло взрывом перед собой. Оставшиеся в живых чунин с Такаши подбежали к Дайсукэ, волочя его назад. Он смотрел на своего друга, который отбивался, но получал все больше ранений. — Живи, мой друг! Стань сильным и отомсти за меня! — это был последний, самый громкий крик Кента, который Дайсукэ слышал. Перед тем, как обрушить гору, Дайсукэ смотрел, как сердце Кента пронзили насквозь. — НЕТ! … Дайсукэ моргнул, возвращаясь в реальность. Он был напряжен, все тело вспотело. Руки были сжаты в кулаки и дрожали. — Я был слишком слаб, чтобы спасти тебя, дорогой друг… — он с грустью на лице подумал. Месяц лета прошел быстро. Ниндзя стоял под в тени старого дуба на краю старого полигона. Солнце клонилось к закату, теплый оранжевый свет падал на траву огромными полосами. Жара спала, но воздух все еще был густым, пропитанным запахом травы и пыли. Шиноби наблюдал за мальчиком. Наруто тренировался в центре поляны. Он делал короткие выпады кулаками, резкие повороты корпусом, удары локтями и коленями. Каждый удар Наруто сопровождал коротким выдохом. Его тело было напряжено, а взгляд — сосредоточенным. — Он изменился. — Дайсукэ подумал. С момента первой встречи Дайсукэ иногда наблюдал за Наруто. Всякий раз, когда он его видел, ниндзя замечал, как мальчик проходил через различные испытания и стадии. Сначала он казался простым беспризорным ребенком, из системы, пытающийся выжить в огромной мире. По тому, как шло время, Дайсукэ наблюдал, как мальчик шел за некой целью. Он тренировался. По началу это были простые пробежки и упражнения. Но потом все поменялось. Наруто начал истязать себя, оправдывая это тяжелыми тренировками. Если у него было чуть больше времени, то вероятно, он бы остался в том полигоне навсегда. С тех пор Дайсукэ «случайно» находил мальчика и невзначай давал ему советы. И, на удивление, он им следовал. За то время он вырос не только физически. В нем постоянно что-то менялось, и ниндзя надеялся, что эти изменения приведут к лучшему. Дайсукэ закрыл глаза и вздохнул. Он провел рукой по волосам и размеренным шагом подходил к тренирующемуся мальчику. Кулак Наруто замер в воздухе. Он повернул голову в сторону шиноби и посмотрел на него спокойными глазами, — что? — спросил мальчик. Дайсукэ оглядел Наруто и, кашлянув, сказал. — Пора нам поднять планку твоих тренировок. Ты стал более сдержанным и более чем готов присоединиться ко мне в спарринге. Наруто полностью развернулся к нему и поднял бровь, будто о чем-то думал. — Разве я еще не слишком слаб, чтобы биться с вами в бою? — С одной стороны, ты прав, но с другой стороны, без подобного опыта ты не сможешь вырасти. — мужчина кивнул себе и, расставив ноги, поднял руки, становясь в стойку. — Готов? Тогда нападай. Выложись на полную. Наруто помолчал. Потом коротко кивнул и встал напротив Дайсукэ. Он поднял руки и сжал их в кулаки. Его поза была напряженной. — Хорошо. Наруто вдохнул воздух, а затем побежал на шиноби. Дайсукэ наблюдал, как маленькая версия Кенты занесла кулак для удара. Моргнув, тот поймал кулак и оттолкнул мальчика. Наруто, не смутившись, крутанул телом с занесенной ногой, но его конечность ударила лишь воздух, когда Дайсукэ отходил назад. После прямого удара, который ниндзя заблокировал, последовал удар с боку. Дайсукэ снова отошел назад, уворнувшись от него. Все действия мальчика были для него как в замедленной съемке. — Это все? Я думал, что ты тренировался все это время, малыш. — Шиноби решил действовать иначе и вывести из себя мальчика. Глаз Наруто дернулся. Он глубоко вдохнул и закрыл глаза. Мальчик потянулся к огню, бушующему внутри него. Теплая чакра Наруто растянулась по всему телу. Направив ее к ногам и рукам, он открыл свои глаза, полные решимости. — Этого взгляда я и ждал. Покажи все, чему ты научил… — Дайсукэ не успел договорить, как ему пришлось отпрыгнуть, чтобы не попасть под размашистый удар ногой. — Ого. — Ниндзя поднял локоть, блокировал боковой удар и оттолкнул мальчика. Тот, не отступив, выбросил прямой удар, но он столкнулся с предплечьем Дайсукэ. Наруто отпрыгнул. — Как я могу вам нанести удар, Дайсукэ-сан? — он спросил, осматривая себя, — я меньше вас вдвое, а может и больше. Вы могли бы завершить этот бой уже много раз. Дайсукэ покачал головой, смотря на него. — Не воспринимай близко к сердцу. В жизни ты можешь столкнуться с гораздо худшим, чем размеры кого-то. — мудро сказал шиноби, — но я доволен тем, что увидел. Учитывая то, что ты не проходил формальную подготовку, ты хорошо двигаешься. — он кивнул себе. — Ты показал то, как атакуешь. Твои удары прямые и от них легко уклониться или парировать. Давай теперь посмотрим, как ты будешь держать защиту, малыш. — Наруто моргнул, а после отступил на несколько шагов, отходя от атаки ногой ниндзя. Темные глаза мальчика расширились, когда он почувствовал укол в боку, после чего ему пришлось пятиться в сторону из-за удара. Наруто несколько раз вдохнул воздух, выравнивая дыхание, но его прервал звук шагов Дайсукэ, который снова замахнулся ногой и ударил топором сверху вниз. Наруто отскочил назад, увернувшись. Дайсукэ сделал три быстрых шага вперед, сблизившись с Наруто, и ударил несколько раз короткими хуками правой и левой, пока Наруто прикрывал голову предплечьями. Пока кулаки Дайсукэ сталкивались с защитой мальчика, Наруто разглядел момент и, отбросив кулак противника в сторону, развернулся и ударил ногой живот Дайсукэ. — Молодец. — услышал Наруто, смотря как Дайсукэ держал его ногу, не выпуская, — Тебе еще многому нужно научиться, но я доволен. — кивнул шиноби и отпустил ногу мальчика. Оба выдохнули, не замечая, как солнце, которое недавно клонилось к закату, уже давно опустилось. Поляну уже освещали мягкие лучи луны. — Как быстро время пролетело. — пробормотал Дайсукэ. — Пойдем домой.

***

Холодная осенняя ночь накрыла деревню Листьев. Башня Хокаге в гордом одиночестве, окруженная меньшими зданиями, стояла у подножя горы, на котором высечены лица предыдущих правителей деревни. Шаги эхом разносились по пустым и мрачным коридорам башни. Шаги были твердыми и спокойными. Третий Хокаге, Сарутоби Хирузен во всем своем величии, облаченный в мантию правителя деревни, остановился у большой двери, на которой заканчивался его путь. Он толкнул дверь, заходя. Помещение было большим. Тусклого света было достаточно, чтобы Хокаге мог видеть лица всех присутствующих. В центре комнаты стоял длинный большой стол, собранный из массива редкого красного дерева. Его сидение было роскошным, подчеркивая его статус вождя и предводителя всех ниндзя деревни. — Приветствую всех на плановом заседании совета гражданского и военного сектора. — глубокий и мрачный голос Хирузена нарушил тишину комнаты. Он занял сидения во главе стола. Справа от Хокаге сидели три советника, его старые товарищи, с которыми он прошел огонь и воду, битвы за битвами. За ними, чуть подальше, сидели некоторые представители гражданского сектора. У всех присутствующих на этой стороне были напряженные и уставшие лица. Их руки были аккуратно сложены друг на друга, ожидая, пока Хирузен даст им свое слово. Слева от сильнейшего ниндзя деревни сидели главы кланов. Хокаге с грустью посмотрел на пустые места для представителей кланов, которые уже не в состоянии вести свою деятельность, но не отразил на своем лице ничего. Чуть в стороне от Хирузена, у окна, стояли два человека. Первый человек был облачен в плащ с опущенным капюшеном, показывая голову с маской дракона на лице — капитан подразделений АНБУ. Рядом с ним в напряженной позе стоял другой, более высокий мужчина. Его остроконечные, серебристые волосы были завязаны в хвост, который достигал до середины спины. А его челка свисала над повязкой с символикой деревни Листа. На Сакумо Хатаке была стандартная форма ниндзя деревни. Хирузен сел, и все смотрели на него, ожидая его слова. — Пусть заседание начнется, — его не пришлось долго ждать. — что на повестке для обсуждений? Несколько человек встали, держа в руках папки с документами. Встали также три советника. Все они передали своему Хокаге документы. Хирузен кивнул, смотря на несколько разложенных перед ним папок, — Начнем с внутренней безопасности. — Сарутоби посмотрел на приблизившихся ниндзя слева. — Капитан. Сакумо. Оба ниндзя слегка поклонились. Командир АНБУ начал первым, — Внутренний отдел безопасности докладывает о подозрительной активности внутри деревни. В ходе нескольких операций, были обнаружены три шпиона. Сотрудникам удалось арестовать двух из них. Последний из группы сумел скрыться. — он замолчал, но вместо него продолжил Сакумо Хатаке. — Специальная группа должна в скором времени выйти на вершину этого айсберга и уничтожить все на корню. Господин Джирайя и его шпионская сеть сообщают нам имена, которых мы отлавливаем. Хокаге внимательно слушал своих приближенных ниндзя. На них также внимательно смотрел мужчина худощавого телосложения и среднего роста. Примечательными его чертами были множество шрамов на лице, а также обмотанные бинтами лоб и правый глаз. — Элитное подразделение и высококвалифицированные ниндзя не могут отловить крыс, которые угрожают деревне? Как унизительно. — советник выплюнул, а на него мельком взглянул Сарутоби Хирузен. Тот замолчал. — Я надеюсь, что к скорому времени мы сможем восстановить прежнее положение дел. — Капитан АНБУ и Сакумо Хатаке поклонились ниже и отступили к своим прежним местам. — Поскольку мы начали с внутренних дел, передаю слово гражданскому се… — не успел Сарутоби договорить, как его прервал один из представителей простых граждан. — Прошу прощения за дерзость, Хокаге-сама, однако мы слишком долго ходим вокруг да около. — Непосредственное внимание было устремлено к мужчине средних лет с несколькими седыми волосами на голове. Его зеленые глаза серьезно смотрели на лидера деревни. Все остальные переглядывались между собой, а затем посмотрели на Хирузена, ожидая его слов. Хокаге медленно поднял свой взгляд. Его острые глаза пронзили мужчину. — Говори, — произнес он, но в его голове был металлический оттенок, — если ты считаешь, что мы ходим вокруг да около — говори прямо. Сейчас. Мужчина не побоялся. Его зеленые глаза встретились с темными своего лидера. Он выпрямился и сжал кулаки. Его голос, несмотря на нервозность, был тверд, — Я представитель совершенно обычных семей. Я горд, что могу присутствовать на таких важных встречах. В наших семьях нет шиноби. Нет никакой клановой защиты. Нет ничего, кроме работы, полей, лавок и детей. Тот сделал паузу, будто собирался с мыслями. — До нас доходят слухи, Хокаге-сама. Мы все до единого чувствуем напряжение, которое стоит в воздухе… … … … Хирузен Сарутоби моргнул, возвращаясь в реальность. Покуривая свою трубку с табаком, он хмуро смотрел на бумаги, лежавшие на столе. В его мыслях то и дело возвращались элементы из дискуссии в совете месяц или полтора назад. — Сарутоби, ты меня слушаешь? — Холодный голос другого мужчины прервал размышления Хокаге. Данзо своими принзительными глазами наблюдал за своим лидером. — Я слушаю, Данзо. — Твердым голосом ответил Хирузен. Он был раздражен ситуацией в мире. Из-за его миролюбивого характера ему было тяжело принимать некоторые решения, но он не подавал виду, ведь от него зависят жизни многих людей. — Корпус готов. Дай команду начать его функционирование, — таким же тоном процедил Данзо, — и перестань витать в облаках. У тебя много работы. — Он сплюнул, а после вышел, хлопнув дверью. Хокаге хмуро посмотрел на закрытую дверь, но ничего не ответил на неувежительный тон своего старого товарища. Он все такой же. Подумал Хирузен, а после снова опустил взгляд на приказ о начале набора детей в корпус. По сути этот корпус был легитимным способом посылать детей на войну, но другого выхода не было у деревни и страны в целом. С тяжелым сердцем Хирузен подписал указ и поставил печать. Сарутоби покрутился назад и посмотрел на открытое ясное ночное небо, которое покрывали бесчисленные звезды. Он мог лишь надеяться, что Ками будет милостив с ними. Ками, благослови нас.

***

В ночном небе ярко светила луна, и ее неземное сияние окутывало весь мир внизу тишиной. Дайсукэ и Наруто сидели за кухонным столом, принимая пищу, которую старший шиноби приготовил. Что-что, но рагу мужчина умел готовить. Наруто тайком наблюдал за непринужденной трапезой своего опекуна, если его можно так назвать. Дайсукэ держался уверенно, его, казалось бы, ничего не волновало. Но Наруто заметил то выражение лица, которое мельком появлялось на лице Дайсукэ. Мужчина медленно поднял из-за стола свиток и положил его на стол перед собой, между собой и мальчиком. Тот вопросительно посмотрел на шиноби, ожидая его слов, и он не заставил себя долго ждать. — Совсем недавно прошел совет старейшин, — начал говорить Дайсукэ, — было принято много решений, и одним из них было решение о частичной мобилизации ниндзя, чтобы направить их на укрепление границ нашей страны. Мужчина параллельно размышлял о чем-то, но он продолжил, — Этот свиток содержит приказ о том, что через полтора месяца я покину тебя и направлюсь к границе. — Наруто внимательно слушал его, не перебивая, — Поэтому этот дом останется в твоем распоряжении. Наруто долго думал над словами человека, который помогал ему, не прося ничего взамен. Он не только вытащил мальчика из пучины самобичеваний, но также направил его в нужное русло, понемногу обучая его. Ему было грустно осознавать, что это время подходит к концу. Мальчик впервые подал голос, — Тогда я буду более тщательно обходиться оставшимся временем, сенсей. — Он сник и опустил голову на свою тарелку, теребя ложкой оставшееся рагу. — Но что мне потом делать, Дайсукэ-сенсей? Мужчина внимательно наблюдал за мальчиком и слушал осторожные слова Наруто. Он покачал головой, опустив слегка голову и усмехнувшись. — Признаться, я проникся к тебе. — Дайсукэ неспешно начал, поглаживая подбородок. — Но у всего есть свой конец. Но для нас еще нет. — Он решительно сказал. — Я расскажу тебе одну историю. Прошло несколько часов, и мужчина с мальчиком уже давно переместились в гостиную, в которой оба сидели на разных диванах друг напротив друга. Ниндзя рассказал Наруто о той миссии, в которой потерял своего названного брата. Пока он говорил, мужчина заново переживал все чувства, которые были у него тогда. Он решительно посмотрел на Наруто и продолжил, — Из-за проваленной миссии в личных делах выживших ниндзя, в том числе и меня, были поставлены метки «под наблюдением». — Сенсей сделал паузу, думая над следующими словами. — По сути это означало, что ниндзя больше не двигается по карьерной лестнице из-за статуса «ненадежный». В то время это было клеймо, но то время давно прошло. Мужчина вздохнул, но продолжил, — Но сейчас я настроен решительно. Ты помог мне понять некоторые из моих особенно важных вопросов, и я смог себе дать ответы на них. За это я не могу быть тебе не благодарен. — Дайсукэ откинулся назад на спинку дивана. — Именно поэтому моя мобилизация не означает конец нам. Оставшееся время я буду тебя усиленно тренировать, а после… — Тот взял, будто из ниоткуда, свиток, — ты, если пожелаешь, вступишь сюда. Наруто смотрел на плакат, на котором изображены Третий Хокаге, и два его ученика. Большими буквами мальчик прочитал. Специальный корпус. — Это, по сути, вторая академия, но гораздо более жесткая и ускоренная. Это была инициатива одного из военных руководителей деревни. Но, — сделал паузу Дайсукэ, — путь из этого корпуса идет прямо в гущу войны. А война — самое страшное, что может пережить человек. Я не хочу, чтобы такой ребенок, как ты, проходил через подобное. Но я не тот, кто может решать за тебя, и я пойму, если ты все-таки вступишь туда. Будь уверен, что тебе, при должном твоем внимании, дадут все необходимое, чтобы выжить. — Необходимое, но не достаточное. — Сквозь зубы процедил Дайсукэ, и Наруто взглянул на своего сенсея, до сих пор не произнеся ни слова. — Помимо обучения там, ты должен оттачивать свои навыки с еще большим рвением и рассчетливостью, чем ты до сих пор занимался. Дети, которые будут там обучаться, будут на год или два старше, ведь именно такого возраста принимают там. Но я дам рекомендации нужным людям, — Шиноби взглянул на Наруто оценивающе. — потому что вижу, что ты уже давно решил туда вступить. Наруто хмуро кивнул, все еще не до конца осознавая тяжесть войны и своего неопределенного будущего. — Я поступлю в Специальный корпус и буду усердно тренироваться, чтобы стать лучшим из лучших, сенсей. — Наруто впервые заговорил, спустя время. Он опустил взгляд на свои руки, скрывая нерешительность в своих глазах. — Тогда и я дам слово, что буду усердно сражаться и работать, чтобы однажды встретиться с тобой снова, Наруто. — Дайсукэ прошептал, но Наруто услышал его. У них одновременно поднялись уголки губ в маленькой улыбке, и они кивнули друг другу, принимая обещания. Я в тебя верю. — Эти слова, словно стрелы, вонзились в сердце Наруто. В груди Наруто затрепетало, когда в его голове возник голос матери. Спасибо, Дайсукэ-сенсей… мама…