Синдром Скарлетт

Вошли и вышли

Третий день в Магадане обещал быть самым сложным. Наша парочка пробиралась по дороге, размытой чёрной нефтяной жижей — видимо, ночью, пока они спали, прошёл тот самый "легендарный" дождь. Хорошо, что не зацепил… пока. Но сейчас не об этом. Впереди, за ржавым блокпостом, теснились контейнеры и унылые портовые строения. — Охренеть, — Скарлетт провёл рукой по белобрысой макушке. — Он и правда здесь есть. — Ага-а-а, — протянула Ния с широко раскрытыми глазами, уже засовывая руку в карман чёрных брюк за сигаретами. — Не думала, что в этой дыре ещё найдётся что-то способное меня удивить. — В самом деле, откуда жителям Москвы было знать о настоящем порте? — Кстати, для порта же нужно… — А вы кто такие, нахер? — А-А-А-А!!! — Они синхронно отпрыгнули. Скарлетт, придя в себя через пару секунд, выдавил:   — Это ты кто такой? — Я, — мужчина средних лет ткнул пальцем себе в грудь, — охранник всей этой херни, что сзади. — О! — воскликнула Ния и потянулась к внутреннему карману пиджака. — А мы от… Резко Скарлетт запустил в неё обе руки: одной прикрыл рот, а вторую… шлёпнул прямо на грудь. Ну, то есть на карман, где лежали корочки. Лицо Нии не выразило гнева — лишь полное, глубокое недоумение. Продолжая удерживать сестрёнку, Скарлетт выпалил:   — Нам… кхм… сказали, тут можно взять оптом. — Он сделал многозначительную паузу. — Для дела. — Десять процентов, — безэмоционально бросил охранник. — От чего?   — От закупки. Ты че, тупой? — тот фыркнул.   — Идёт, — кивнул Скарлетт без тени сомнений. Он легко соглашался на проценты, ведь вся эта сделка была миражом. Отдавать можно только то, что взял, а брать он здесь и не думал. Охранник начал разворачиваться, но Скарлетт не унимался:   — А в каком направлении… — Налево, направо, налево до конца, направо до середины, налево, не доходя до конца, налево в закоулок, в закоулке на середине — направо, — отбарабанил охранник, даже не дослушав. — Понятно или повторить? — Понял, — Скарлетт отпустил Нию и, ухватив её за руку, потянул за собой. — Стоп. — Охранник окликнул их. — Десять процентов — это цена за выход. — На его лице проползла ухмылка. — За вход — обычные ЧК. «Твою мать…» — Скарлетт чуть не дёрнулся. — У нас… их с собой нет. Нас не предупре… — Ну да, конечно, — с явным недоверием перебил охранник и, не сводя красных глаз, потянулся к кобуре. — А как вы собираетесь закупаться без ЧК? — Он уже почти вытащил пистолет. Ния напряглась, готовая ринуться в бой, но Скарлетта осенило:   — Форвард. … Тишина. Два человека, готовые вот-вот сцепиться, замерли и с одинаково глупыми физиономиями произнесли в унисон:   — Фор… че? — Форвард, — попытался объяснить Скарлетт, — это соглашение между сторонами о будущей покупке актива по заранее оговорённой цене. … Тишина стала ещё плотнее. Лица собеседников выглядели ещё тупее. Скарлетт вздохнул:   — Это когда договариваешься купить что-то потом, но по сегодняшней цене. Теперь понятно? — А-а-а-а! — оба просияли. «Я нихера не поняла,» — мысленно констатировала Ния. «Я нихера не понял, но звучит солидно. Похоже на правду,» — подумал охранник. — Всё поняли! — закивали они. И тут, охранник выдал: — Ну раз разбираетесь в финансовых инструментах не хуже меня, — он хмыкнул, — значит, серьёзно настроены. Двадцать процентов — после сделки. — Пятнадцать, — парировал Скарлетт. — Восемнадцать.   — Семнадцать. Завязалась ожесточённая битва за проценты. — Семнадцать с половиной. — По рукам, — Скарлетт протянул руку. — «Бля, а нахрена я с ним спорил, если вообще не собираюсь тут ничего покупать?» — мелькнуло у него в голове, и он почувствовал себя идиотом. — …Ладно. По рукам. Пожав руки, охранник скрипуче отодвинул железную дверь и впустил их в порт. Очередная переговорная победа Скарлетта. Если не считать, что он только что пообещал отдать то, чего у него нет, за то, чего он брать не будет.

Идя по маршруту, который нарисовал охранник, Ния не могла удержаться от возмущения: — Нахрен ты с ним вообще спорил? — она яростно размахивала руками, будто отгоняя мошкару собственной глупости. — Мы могли просто показать удостоверения, и всё! По закону мы имеем право доступа куда угодно. — Её взгляд, острый как лезвие, уставился на его лицо, наполовину скрытое пеленой белых волос. — И он не имел права нас не впустить! Скарлетт слегка вздохнул:   — Неужели не дошло? Они тут все помазаны. Мне нужно было проверить, в теме ли этот охранник. — Он поправил заправленные рукава рубашки. — И как выяснилось — в теме. Значит, стоило бы нам брякнуть про "ШАТО", он тут же свистнул бы своим подонкам. Либо следы замели, либо встретили бы нас во всеоружии. И преимущество было бы уже на их стороне. — …Умно, — она уважительно, с едва заметным удивлением, покачала головой. — Не ожидала от тебя такого. — Да-да, — томно протянул он. — А теперь глупый малышарик будет меня поучать. — Он хмыкнул, бросая на неё искоса взгляд. Ния снова покачала головой, но теперь уже без тени уважения:   — …Ты пиджак свой забыл.   — Это специ… — начал он было свой привычный автоматический ответ, но запнулся. — Твою… — Скарлетт резко ощупал плечи, затем обшарил взглядом пространство вокруг. Не найдя тёмной ткани, схватился за голову. — Нам нужно назад.   — Че?.. — её лицо скривилось в чистейшем недоумении.   — НАМ НУЖНО НАЗАД! — крикнул он ей прямо в ухо.   — Я прекрасно услышала в первый раз! Я спросила: ЗАЧЕМ?!   — Потому что я не могу драться без него!   — Че?.. — та же гримаса непонимания.   — ПОТОМУ ЧТО…   — Блять! — она резко перебила его и отпрянула, зажимая ухо. — Хватит орать, придурок! Я спрашиваю: ПОЧЕМУ?   — А… Потому что перед битвой я надеваю его. Как герои — плащи, — с убийственной серьёзностью произнёс он.   — Это я знаю!.. Ах-х-х… это обязательно? — по её лицу было видно, как ей не хочется тащиться обратно из-за этого дебильного куска ткани.   — Да!   — Я тебе свой дам.   — Нет! Твой пиджак не такой… крутой.   — Че?.. — она вздрогнула, ожидая нового крика, и резко замахнулась на него. — Только попробуй!   Скарлетт сглотнул — он и вправду собрался было снова повысить голос:   — Ну… твой пиджак не подходит. Он не чёрный. Да и ты же сама знаешь — для меня это ритуал.   Она глубоко, с надрывом вздохнула и принялась тереть лоб:   — Господи… ну почему мне достался братец, будто он вышел из идиотского рассказа, где все вокруг — придурки?   — О! — Скарлетт внезапно оживился. — Слом четвёртой стены.   — А?!   Он показал пальцем на огромный ржавый контейнер, у которого отсутствовала одна из стенок.   — А… ага… — Ния безучастно кивнула. — Мы скоро придём?   Скарлетт остановился: — Уже... Они замерли напротив большого склада. Сквозь щиты двери пробивались полосы тусклого света, а в воздухе висел тяжёлый, сладковато-металлический запах… запах грядущей смуты. Скарлетт молча кивнул головой в сторону входа: Идём.   Ния в ответ качнула головой: Давай уже. И они шагнули внутрь.

Делов на пятнадцать минут

За пять минут до. Темное помещение, заваленное ящиками и туго перетянутыми скотчем пакетами. Полы были испещрены трещинами, местами проседали, будто прогнившие насквозь. У стены стоял стол, за которым сидел парень, с головы до ног замотанный в потёртые бинты. Из-под них проступали жёлтые язвы и чёрные, словно смоль, подтёки. Глаза его были красными, воспалёнными, с тяжёлым, угасшим взглядом. Из другой двери доносился сухой, механический стук счётной машинки. Когда звук оборвался, на пороге появился второй мужчина. Он разительно отличался от первого: стройная фигура в идеально сидящем сером пальто, безупречно выглаженная рубашка и ярко-алый галстук. Ботинки… они сверкали так, что любое зеркало могло бы им позавидовать. Нижнюю часть лица скрывал стильный респиратор, а длинные чёрные волосы были убраны в аккуратный пучок. Холодные голубые глаза смотрели спокойно и оценивающе. — Ну бля сколько? — спросил синеглазый хриплым, корявым голосом.   — Не мало.   — Бля ты мне мозги не еби, я спрашиваю сколько?! — Его речь была грубой, почти животной.   — Э... шестдесят пять плюс э-э-э ещё двадцать и э-э-э…   — Ладно, заткинь. Нам нужно поймать эту суку и закопать на месте.   — У тебя что, к нему что-то личное или? — поинтересовался перебинтованный.   — Бля, пошел нахуй, я сказал… Их диалог, будто списанный из моего любимого мема, оборвался резким скрипом открывающейся двери. Оба моментально обернулись. В проёме стояли они — Ния и Скарлетт.

***

После минуты немого переглядывания между четырьмя фигурами, Ния и Скарлетт шагнули внутрь и начали неспешно, но решительно приближаться к паре. — Вы кто? — раздался резкий голос синеглазого. Ответом было лишь молчание и неотвратимые шаги. Скарлетт слегка наклонился к сестре, и прошептал:   — Я своё оружие забыл.   Ния лишь закатила глаза:   — Уже пофиг, — бросила она и ускорила шаг. Скарлетт последовал за ней. — Эй?! — рявкнул перебинтованный, резко вскакивая. Он перепрыгнул через стол, с которого посыпались бумаги и склянки. — Вам сюда не… БАМ! Удар Нии пришёлся точно в челюсть. Парень взлетел, как тряпичная кукла, проломил несколько картонных коробок и рухнул в облако белого порошка. — Что за ху… БАМ! Второй удар — от Скарлетта — обрушился на синеглазого. Тот отлетел к стене, но успел подставить предплечье, приняв силу удара на блок. Красивое лицо за респиратором исказила гримаса. — Я беру этого упыря на себя, — прошипел Скарлетт и рванул вперёд. В этот момент синеглазый рванулся не назад, а в сторону. Его рука схватила первую попавшуюся под руку вещь — тяжелую металлическую ножку от сломанного стула. С коротким, хриплым выдохом он нанес внезапный, сокрушительный удар ребром импровизированной дубины по предплечью Скарлетта. Хруст, приглушённый мышечной тканью, прозвучал отчётливо. Скарлетт, стиснув зубы, отшатнулся, на мгновение потеряв равновесие. — Развлекайтесь! — бросил синеглазый, и его фигура в сером пальто метнулась к чёрному, почти незаметному в стене проходу, исчезнув в темноте лабиринта из контейнеров. — Чёрт! — прокричал Скарлетт и рванул за ним.

***

В тот же миг из облака белой пыли вырвался рычащий перебинтованный. Его глаза пылали мутным красным светом: — ТВОЯ ОЧЕРЕДЬ! — прохрипел он, и его рука, обёрнутая гниющей тканью, метнулась вперёд. В пальцах блеснул короткий, изогнутый клинок, покрытый странной, пульсирующей чёрной плесенью. Он полетел в Нию не с размаха, а с короткого, точного взмаха запястья, смертельно и беззвучно. Ния даже не сдвинулась с места. Она лишь слегка наклонила голову. И в следующее мгновение блестящая сталь, облепленная чем-то живым и тёмным, с глухим чвяком замерла в воздухе, зажатая между её белыми, идеальными зубами. Она медленно перевела взгляд с клинка на перебинтованного, и в её глазах вспыхнула ледяная, опасная усмешка.