Синдром Скарлетт

Часть третья: Пепельный Ленинград

Купе было маленьким, но уютным — мягкий жёлтый свет лился из-под потолка, делая всё вокруг тёплым и немного сонным. Две полки, застеленные бежевыми одеялами, пахли свежим бельём и дорогой. Между кроватями стоял столик с двумя кружками и раскрытой пачкой печенья. Адель сидела у окна, поджав под себя ногу, и смотрела, как за стеклом загораются огни вокзала. «Долго он ещё?» — Она покосилась на часы над дверью. — «Уже вечереет.» Дверь купе скользнула в сторону. Скарлетт втиснулся внутрь с большой сумкой наперевес, запыханный, но довольный. — Прости, задержался, — бросил он, закидывая сумку на верхнюю полку напротив Адель. — Ничего страшного, — улыбнулась она. — Главное, что не опоздал. В этот момент состав дёрнулся и медленно поплыл вдоль перрона. Скарлетт хмыкнул: — Тоже верно. Адель довольно сощурилась и похлопала ладошкой по месту рядом с собой. Он без лишних слов плюхнулся рядом. Взялся за её кепку, стянул с головы и положил на стол. — В помещении головной убор снимают. — Да. Вечно забываю, — она чуть наклонила голову, заглядывая ему в глаза. Скарлетт поднял голову, чуть потупил. — Всё никак не привыкну. — К чему? — Что ты выше меня. — Он поднял руку и накрыл её макушку ладонью. — Помню, когда мы с Тенгу тебя встретили, ты совсем мелкой была. — Хах, вообще-то мы все тогда маленькими были. — Я не про то. Ты низенькой была. — А! Ну да-а-а, — протянула она, улыбаясь. Скарлетт улыбнулся в ответ и легонько похлопал себя по плечу. Адель поняла без слов. Прильнула головой, устраиваясь поудобнее. Пауза. — Братец?.. — А? — ...Всё нормально? — В смысле?.. — Он задумался. — А! Ты про вчерашнее? Она молча кивнула, уткнувшись носом в его рубашку. — Да, всё нормально, просто устал вчера. Капец как устал. — А сейчас? — Она подняла глаза. — Сейчас всё отлично. — Он приобнял её за плечо, погладил по рукаву бежевого пальто. — Спасибо, что спросила. — Пауза. — Я кстати пересчитал стоимость нашего будущего дома. С учётом новых вводных. — Правда?! — Она встрепенулась. — И что выходит? — Ну смотри. — Он наморщил лоб, сосредоточенно глядя в потолок. — Я брал за основу индекс потребительских цен за последний квартал, но с учётом волатильности ЧК относительно коэффициент Джини и коэффициента сезонности на рынке недвижимости... — Он загибал пальцы, глаза забегали. — Если добавить прогнозируемую инфляцию по методике Минэкономразвития — 7,3% годовых, но с поправкой на реальный курс ЧК, который сейчас торгуется на внебиржевом рынке... Адель моргнула. — ...плюс налог на имущество, который после переоценки кадастровой стоимости вырастет на 23%, но мы его можем частично капитализировать, если оформим дом как единственное жильё. Тогда чистая приведённая стоимость с учётом дисконтирования денежных потоков по ставке 11,2%... — Он зашевелил губами, беззвучно считая. — ...выводит нас на сумму в 47,3 ЧК. Но это с учётом отделки и мебели. Если добавить коэффициент ликвидности района и возможные колебания цен на стройматериалы, которые зависят от цен на нефть и логистических издержек, то закладывать надо минимум... — Скарлетт, — перебила она мягко, но настойчиво. — Что? Адель облизнула губы, набрала воздуха: — Правда тут милая атмосфера? — Она обвела рукой купе. — Прям как в книгах, где персонажи мило беседуют под стук колёс. Согласен? — Ну... да, — он, оглянулся. — Лампово тут. — Вот именно. — Она положила ладонь себе на грудь. — И я как главная героиня хотела бы слушать рассказы о прекрасном. А не про математику. Скарлетт усмехнулся: — Кто о чём, а ты всё о книгах. — Он сощурился. — Да и вообще, кто тебе сказал, что ты главная героиня? Может, главный герой тут я? — Хи, — она прикрыла рот кулачком. — При всём уважении... ты слишком... нормальный для главного героя. — О-о-о, — он подался ближе, широко улыбаясь. — То есть нормальные теперь не в почёте? — Ну... — Адель замялась, подбирая слова. — Отстань. — Она надула щёки и демонстративно отвернулась. — Ха-ха-ха! — Скарлетт рассмеялся в голос, потом легко притянул её к себе и уложил головой к себе на колени. — Ладно-ладно, ты главная героиня. Она улыбнулась, довольно жмурясь: — Дурак. — Вытянула руку и щёлкнула его по лбу. Скарлетт потёр ушибленное место, хмыкнул. — А теперь, — продолжила Адель, устраиваясь поудобнее, — можешь рассказать про наш будущий дом? Без математики. По-простому. Он пожал плечами: — Легко. Копить осталось около полугода. Потом покупаем дом, а жить будем на то, что будем сдавать наши старые хаты. Понятно? Адель довольно кивнула: — Более чем. Скарлетт откинулся на спинку, заложил одну руку за голову, а второй принялся рассеянно перебирать её черные волосы, массируя голову. За окном проплывали огни вечернего города, мягко постукивали колёса, и в этом маленьком тёплом купе было так спокойно, что казалось — время остановилось.

***

Тишина тянулась минут двадцать — тёплая, уютная, только колёса мерно стучали где-то внизу. — Скарлетт, — позвала Адель, не открывая глаз. — М-м-м? — Я тут недавно такую прикольную книгу прочла! — Она вытянула руку к потолку, будто показывая, какая книга большая. — Да-а-а? И о чём? — В общем, там луна падает на землю. Через пятнадцать минут все погибнут. И вся книга — это как разные люди проживают эти последние минуты. — Она перевернулась, заглядывая ему в лицо. — Каждый по-своему. Кто-то бежит, кто-то веселится и кутит, а кто-то обнимает близких... — Звучит интересно. — Он почесал белобрысую макушку. — Дай угадаю: тебя это так впечатлило, что теперь этот сюжет снится? Адель легонько шлёпнула его по груди: — Как ты догадался? — Хах. Я просто слишком умный. — Он погладил её по щеке. — Ну раз ты такой умный... — Она чуть приподнялась, заглядывая в его красные глаза. — Что бы ты делал в эти последние минуты? — Что делал бы?.. — Скарлетт задумался. — А я там один или с вами? — А это важно? — Это очень важно. — Допустим... один. — Один значит... — Он поднял глаза к потолку. — Я бы не смирился. Пытался бы спастись. До последней секунды искал бы выход. — А если не выйдет? — Адель нахмурилась. — Ты потратишь эти минуты на бессмысленные попытки. И не успеешь ни попрощаться, ни... — Да, — перебил он спокойно. — Именно так. — Пожал плечами. — Наверное, это самый рациональный подход. Пытаться до конца. — Поня-я-ятно. — Она помолчала. — А если мы будем с тобой? — Если вы со мной?.. — Он посмотрел в окно, где за стеклом мелькали огни. — Купил бы сигарет на всех. Тебе достанутся тонкие, себе прикуплю "Космос", Ние дам её "Папаню", Нелли... она не курит. — Улыбка появилась на его лице. — Купил бы пивка Ние и Тенгу. Тебе — вина. Приобнял бы Нелличку. И ждал. — А если ты побудешь немного эгоистом? — Адель посмотрела на него с беспокойством. — Подумаешь о себе? ... Молчание. Она приподнялась, положила ладони ему на щёки, заставляя смотреть в глаза: — Почему ты никогда не думаешь о себе? — Я думаю. Постоянно думаю. — Да? — В голосе сквозило недоверие. — Ты... — Она сглотнула. — Взял отпуск? — Эм... да... — Не ври. — Адель, я... — Ты пятый год пашешь без отдыха. — Голос дрогнул. — Все отпуска на нас скидываешь. — Сестрёнка... — Скарлетт. — Она не давала вставить слово. — Я... мы волнуемся. — Ах-х-х... — Он выдохнул, прикрывая глаза. — Пойми. Осталось всего три месяца, отпуск собьет меня с пути. — Ну отдыхать-то тоже надо, — тихо сказала она, и в её голосе было столько тепла и тревоги, что у него защемило в груди. — Аделина. — Скарлетт мягко, но уверенно взял её за плечи. — Я делаю то, что делаю, не потому что меня кто-то просит или заставляет. — Но... — Не перебивай. — Он чуть сжал пальцы. — Я поступаю так, потому что мне это нравится. Мне нравится видеть вас счастливыми. Всё. Адель открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли где-то в горле. Она лишь смотрела на него, пытаясь найти аргумент, который пробил бы эту дурацкую стену самопожертвования. — Ты уже придумал, какую комнату сделаешь в доме? — вдруг спросила Адель. — Да. Она грозно прищурилась. — ...Нет, — признался он, виновато пожав плечами. Адель вздохнула — тяжело, по-взрослому. Потом подняла кулак с оттопыренным мизинцем. — Я тебя знаю. Ты можешь кидать слова на ветер сколько угодно. — Она поднесла мизинец к его лицу. — Но обещания ты держишь всегда. Пообещай, что придумаешь комнату своей мечты. Скарлетт посмотрел на её мизинец, потом на серьёзное личико сестры. В её красных глазах горела такая решимость, что спорить было бесполезно. — Хорошо. — Он сцепил свой мизинец с её. — Обещаю, что придумаю комнату своей мечты. И в ту же секунду Адель затараторила, как пулемёт: — И возьмешь отпуск! — Она быстро отдёрнула руку, развернулась и плюхнулась головой ему на колени, сворачиваясь калачиком. — ЧТО?! — Я сплю! — Голос приглушённый, но довольный. — Адель! — Храп-храп-храп! — Она изобразила громкий, нарочитый храп, уткнувшись носом в его зеленые джинсы. Скарлетт обессиленно откинулся на спину. Приложил ладонь ко лбу, потом легонько стукнул себя по нему. «Чёрт. Придётся отдыхать,» — подумал он, и взгляд его стал бесконечно утомлённым, но где-то в уголках губ пряталась едва заметная улыбка. А тем временем Адель... Адель уснула по-настоящему. Буквально за секунду — дыхание выровнялось, тело обмякло, и она провалилась в глубокий сон, как ребёнок, который набегался за день. Скарлетт осторожно поправил прядь волос, упавшую ей на лицо, и посмотрел в окно, где за стеклом проплывали редкие огни ночных станций.