Все впереди

Когда они приехали домой, было уже половина седьмого. День получился очень насыщенным, но вышло сделать очень многое, и теперь из обязательного оставались только звонки. Сначала Ларисе – нужно все-таки попытаться утрясти созданную Милко ситуацию. А потом Герману, и Вадиму с Кириллом, которых Андрей собирался пригласить на мальчишник.   Он решил начать с Ларисы.   Устроившись на диване в гостиной, Андрей достал телефон и уже собирался набрать номер, когда понял, что Катя почему-то не села рядом. Он был почти уверен, что она устроится возле него с блокнотом или книгой, как это часто бывало в последние недели. Но Катя лишь сказала, что поставит чайник, и ушла на кухню.   И от этого у Андрея возникло какое-то странное двойственное ощущение. С одной стороны, Катя ему доверяла. По-настоящему. Без проверок, без подозрительных взглядов, без попыток контролировать каждый разговор. Кира бы на ее месте наверняка осталась в комнате – проконтролировать. Тем более, раз уж была такая возможность.   А Катя спокойно ушла заниматься своими делами. И это было хорошо. Правильно. Именно таких отношений он и хотел. Только почему-то вместо полного спокойствия внутри шевельнулось легкое беспокойство.   Потому что доверие доверием, а его собственный «послужной список» за последние годы выглядел, мягко говоря… не очень. В памяти тут же всплыли и «Гонолулу», и «One way ticket to the moon», и тот самый мобильник. Который сейчас, кажется, лежит в том пакете с вещами, который он принес домой, когда уходил из Зималетто после совета директоров.   Да, Катя ему доверяет, но... вдруг какие-то сомнения у нее все-таки есть? Просто она их не показывает. Не спрашивает. Не устраивает сцен. Не потому что ей все равно, а потому что она вообще не из тех людей, которые устраивают сцены.   А он сейчас сидит в гостиной и собирается звонить красивой женщине, о которой говорили, что она была его любовницей. Пусть даже звонит исключительно по делу.   Андрей несколько секунд задумчиво крутил телефон в руках. Может быть, Катя сейчас поставит чайник и вернется?   Но минуты шли, а Катя все не появлялась. Он решительно поднялся с дивана. Если уж на то пошло, полная прозрачность всегда надежнее любых объяснений постфактум.   Он направился на кухню, мысленно усмехаясь самому себе. Пожалуй, еще год назад ему бы и в голову не пришло специально искать общество собственной невесты для разговора с другой женщиной. А сейчас почему-то казалось совершенно естественным.   Катя как раз заливала кипяток в заварочный чайник. Яблочный пирог, который Андрей купил утром, уже лежал на большой тарелке посреди стола.   Андрей присел на край подоконника, достал телефон и наконец набрал номер Ларисы. После секундного колебания включил громкую связь.   Катя бросила на него удивленный взгляд, но ничего не сказала.   Лариса ответила почти сразу. – Андрей Палыч? Добрый вечер. У вас все в порядке?   За последние дни этот вопрос он слышал столько раз, что тот уже начинал раздражать. Андрей театрально закатил глаза.   Катя тут же заметила это и улыбнулась. От этой улыбки раздражение немного отступило. Не исчезло совсем, но хотя бы перестало бурлить внутри.   – Добрый вечер, Лариса. Да, все прекрасно. У вас сейчас есть пара минут для разговора?   – Конечно, Андрей Палыч, – отозвалась она.   Андрею даже показалось, что он буквально услышал, как она кивнула.   – Лар, я прежде всего хотел бы извиниться за выходку Милко. Это было недопустимо. Мы с ним уже поговорили, и он готов лично попросить у вас прощения.    На том конце повисла короткая пауза.   – Спасибо… – растерянно протянула Лариса. – Если честно, я даже не ожидала, что вы будете мне звонить из-за этого.   – Буду, – спокойно ответил Андрей. – Во-первых, потому что это произошло в том числе и из-за меня. Во-вторых, как руководитель компании, закрывать глаза на такие ситуации я не имею права. А значит, и разбираться с последствиями тоже мне.   Лариса тихо вздохнула: – Знаете, Андрей Палыч, я на Милко не обижаюсь. Мне скорее неловко получилось. Я ведь правда не хотела никому создавать проблемы. И Александр Юрьевич тоже сразу же извинился за все это, и компенсацию за расторгнутый контракт выплатил. Все нормально. Но если я могу вам чем-то помочь – я с радостью. Я пока старалась от журналистов общими фразами отделываться – что претензий не имею и все такое…   Андрей переглянулся с Катей.    – Спасибо, – ответил он. – Я видел те статьи, и я вам очень благодарен. А как вы отнесетесь к тому, чтобы вернуться в Зималетто? Поверьте, таких историй больше не повторится.    – С удовольствием, Андрей Палыч, – ответила Лариса после короткой паузы. – Я буду рада принять участие в показе новой коллекции. Это же конец ноября – начало декабря? Как только вы мне скажете даты, я больше ничего на этот период планировать не буду. И если нужно будет что-то прокомментировать журналистам, вы лучше заранее скажите, что именно важно подчеркнуть. Я боюсь в таких вещах начать говорить от себя и случайно только все запутать…   – Спасибо, Лар, для нас это действительно важно. Я подумаю насчет журналистов. Да, выход новой коллекции планируется на конец ноября – начало декабря. Мы тогда внесем вас в список моделей для показа, и мой секретарь сообщит даты, как только мы их утвердим. Но тут еще такая штука… – Андрей даже сам сначала не понял, почему вдруг добавил это «но», словно дернуло его что-то изнутри. А потом он поймал кураж – пришедшая в голову идея показалась очень интересной: – Двенадцатого октября мы планируем бонусный выпуск. Небольшую неформатную коллекцию на основе некоторых моделей из прошлых коллекций. И мне подумалось: что, если начать показ с оригинальных моделей, а уже потом демонстрировать неформатный вариант? Это пока именно рабочая идея, а не финальный проект, но я хотел бы на всякий случай узнать – если что, вы бы в этом мини-показе приняли участие?    Катя едва заметно улыбнулась и беззвучно показала ему поднятый вверх большой палец. Андрей тихо фыркнул. Да, похоже, идея действительно была неплохой.   – Конечно, Андрей Палыч, – ответила Лариса так быстро, что Андрей даже немного удивился. – С удовольствием. У меня как раз с шестого по пятнадцатое октября вообще ничего не запланировано. Так что, если вы решите делать этот показ, я свободна. И буду рада помочь не только на самом показе, но и с подготовкой, если это нужно.   – Спасибо, Лар, – улыбнулся Андрей. – Мы тогда с вами в начале недели свяжемся в любом случае и уточним все детали.   – Буду ждать, Андрей Палыч. И извините, что я спрашиваю, но у вас точно все в порядке? Просто все эти статьи…   – Лар, у меня все прекрасно. Немного зашиваюсь с делами перед свадьбой, но это очень приятные дела. А статьи. Да, эта атака Фонтаны очень неприятная, но мы справимся, даже не сомневайтесь. И спасибо за беспокойство. Надеюсь, что у вас тоже все хорошо?   – Да, спасибо. И привет вам от Лены и Кати.    – Спасибо, и им передавайте тоже. До свидания.   Андрей отключил вызов, положил телефон на стол и провел рукой по лицу: – Хорошо, что и эту проблему удалось решить. Надо будет завтра сообщить Юлианне, что Лариса готова поговорить с журналистами. Но похоже мне в ближайшее время придется каждому встречному говорить, что я в порядке и спасать меня не надо, – он невесело усмехнулся.   Катя подошла к нему вплотную и поцеловала в подбородок: – Андрюш, но ведь это хорошо, когда люди за тебя искренне волнуются.    Андрей вздохнул и покачал головой: – Я знаю. Правда знаю. Просто как-то непривычно. Иногда кажется, что стоит мне чихнуть, и половина Москвы начнет искать ближайшую скорую.   Катя прижалась лбом к его плечу и после долгой паузы произнесла: – Мне кажется, что она очень обрадовалась, когда ты предложил ей вернуться. А эту идею с показом оригинальных моделей ты ведь прямо сейчас придумал?   – Да, Кать, мне показалось, что мы тут двух зайцев поймаем: и сам по себе показ будет эффектнее за счет большего количества вариантов моделей – цифра 12 так и останется, мы же расширим за счет «дублирования». И можно будет сразу показать, не дожидаясь конца ноября, что конфликта с Ларисой нет.    – Ой, о первом плюсе я не подумала, но ты прав. Уверена, что Милко это тоже понравится.     – Вот завтра и узнаем, – Андрей легко поцеловал Катю в макушку. – А сейчас давай заполируем этот разговор пирогом, и я потом позвоню ребятам. Чует мое сердце, эти тоже могут начать интересоваться, цел ли я.   Как в воду глядел. Когда они выпили чай с пирогом и Андрей набрал номер Полянского, тот первым делом произнес:   – Андрей, привет. У тебя все в порядке? Помощь нужна?   – Добрый вечер, Гера. Да, у меня все в порядке. А насчет помощи… Я тут тебя на мальчишник хотел пригласить.   – Чей мальчишник? – удивился Полянский.   – Мой, – хохотнул Андрей. – Нет, я серьезно на самом деле. У меня свадьба четырнадцатого октября, а мальчишник организую в следующее воскресенье, восьмого. Да, я придурок и только сегодня озаботился рассылкой приглашений, поэтому звоню лично. Придешь?   Герман надолго замолчал. Катя в это время показала одними губами, что она пока пойдет в душ, и испарилась раньше, чем Андрей успел что-то ответить.   – Хорошо, Андрей, я приду.   Полянский ответил без особой радости, и Андрея это задело. Да, приглашать на свадьбу за две недели, а сообщать о мальчишнике и вовсе за одну – это, конечно, планирование даже не на «троечку», но… И вообще, где поздравления?!   – Андрей, где и как ты собираешься отмечать мальчишник? И кто придет? Я приду в любом случае, но хотелось бы знать заранее.   – Все планируется как ты любишь, – усмехнулся Андрей. – Я думал собраться в «Серебряном льве» часов в шесть, поужинать. А потом перебазироваться в тот бар с джазовой музыкой, в котором мы с тобой в прошлом году сидели. Там довольно-таки уютно, можно спокойно поговорить. Из знакомых тебе людей точно будет Роман Малиновский. И я планировал пригласить Вадима Беляева и Кирилла Орлова. И будет еще один знакомый со стороны моей невесты, мы его постепенно вводим в компанию.     – И все? – удивился Герман. – С тобой всего шесть человек? И только ресторан и бар с тихой музыкой? Что ж, я такое действительно люблю. А вот на тебя это как-то не похоже, хотя… Ты последние полгода вообще практически нигде не появлялся.    – Да, Гер, я решил, что так будет лучше. Кстати, а почему ты меня не поздравляешь? – он задал вопрос со смешком, подчеркивая, что шутит, но ему действительно хотелось услышать ответ.    – Извини, растерялся. Поздравляю, Жданов. И кто невеста? Я ее знаю? – Знаешь. Она когда-то работала моей помощницей. Катенька Пушкарева.   Полянский снова надолго замолчал, и это молчание Андрея сильно покоробило. Неужели и он считает, что Катя ему не пара? Он же к ней прежде очень хорошо относился. Хорошо еще что Катя всего этого не слышит! Андрей медленно закипал. Да зачем он вообще ввязался в эту идею с мальчишником?! Посидел бы в том же баре с Ромкой – и все.   – Понятно… Что ж, рад за тебя. Обязательно приеду отметить мальчишник. С отсылкой приглашения мне не заморачивайся – просто передай на мальчишнике.    Голос Германа звучал ровно и доброжелательно, но почему-то не так, как представлялось Андрею. Словно тот ничуть не радовался новости, а отмечал ее про себя как очередной факт. И он так отреагировал еще до того, как услышал имя Кати. Значит, дело все-таки в другом.    – Гер, ты что, обиделся, что я так поздно приглашаю? Ты извини, но я действительно об этом не подумал вовремя. Там все так закрутилось... Я тебе на мальчишнике объясню, ладно?   – Жданов, я не обижаюсь, – негромко хмыкнул Полянский. – Все отлично. Я просто очень удивлен. Всем в сумме. Но я буду рад тебя увидеть и поговорить. Значит, в шесть, в «Серебряном льве»?   – Именно! Буду ждать.   – Тогда заметано. До встречи!   Полянский сбросил звонок. Послевкусие от разговора с ним было странным. Вроде и настрой был доброжелательный, но… странный какой-то разговор вышел.    Но разговоры с Кириллом и Вадимом получились очень похожими на этот. Ребята были готовы прийти на мальчишник, говорили дружески, но как-то слишком нейтрально и ровно. Ни удивления, что он женится. Ни шуток на тему. Он-то опасался, что начнутся подколы не по залету ли все это. Но нет. Сдержанные поздравления, словно он их не на мальчишник и свадьбу приглашает, а показать, как станки новые в Зималетто установили. Хотя, даже станки Полянский прежде обсуждал с ним с большей радостью.     Что-то было не так. Все трое говорили дружелюбно, никто не отказался прийти, никто не сказал ни одного неприятного слова. Но ощущение осталось такое, словно он обзванивал не друзей, а потенциальных инвесторов перед совещанием.   Андрей раздраженно выдохнул. Впрочем, показывать свое раздражение Кате ему совершенно не хотелось. Еще не хватало, чтобы она решила, будто ребята плохо восприняли новость о свадьбе или, того хуже, что им не понравилось именно то, что он женится именно на ней. После всего, через что они прошли, расстраивать ее подобной ерундой он точно не собирался.   Поэтому, когда из ванной донесся шум фена, Андрей заставил себя выбросить разговоры из головы и заняться делом. На завтра нужно было собрать сумку и прикинуть, что в чем идти на работу, чтобы не выглядеть ни слишком официально, ни недостаточно солидно. С одной стороны, завтра предстояла рабочая встреча. С другой – это был первый день его возвращения в Зималетто. И выглядеть так, будто он идет брать реванш или, наоборот, явился каяться, совершенно не хотелось. Остановился на темно-сером костюме и белой рубашке. Почти машинально кинул взгляд на Катину половину шкафа. Кажется, сейчас самое время уговорить ее надеть тот брючный костюм, что они купили в Цюрихе. Тоже светло-светло серый. С темно-синим, почти антрацитовым топом.  Андрей как раз мысленно прикидывал, какими аргументами будет уговаривать выбрать именно этот вариант, когда дверь открылась и в комнату вошла Катя. Она улыбалась чуть растерянно и выглядела после душа очень соблазнительно раскрасневшейся. Волосы у нее были еще слегка влажными после душа, и Андрей сразу понял, что все мысли о завтрашнем совете директоров, костюмах и странных разговорах с друзьями моментально отошли куда-то на второй план.   Катя вопросительно посмотрела на Андрея: – Ну что, определился?   – Да, – кивнул Андрей. – За себя определился. Теперь осталось решить гораздо более важный вопрос.   – Какой?   – В чем завтра пойдешь ты. Как тебе вот этот вариант? – он показал на выбранный костюм. – По-моему, идеально для первого появления нового вице-президента Зималетто.   Катя тут же смутилась: – Андрюш… Ну… Наверное, тебе виднее.   – Хороший ответ, правильный, – рассмеялся Андрей, закрывая створки шкафа. – Значит, решили. И с делами тогда на сегодня закончили.   Катя тем временем взяла свою сумку и стала проверять, все ли она туда сложила на завтра. Андрей несколько секунд наблюдал за ней, потом не выдержал, подошел сзади и обнял за талию.   – Андрей, я так не смогу сосредоточиться, – сообщила Катя без особого возмущения.   – Я морально поддерживаю.   Катя тихо рассмеялась и покачала головой.   Андрей уткнулся носом ей в волосы. От них пахло шампунем и чем-то еще неуловимо Катиным. Вечер был еще совсем не поздний. До сна оставалось еще пара часов, все срочные звонки были сделаны, сумку он собрал, будильник поставил. Самое время позволить себе то, что откладывал весь день. В конце-то концов терпение у него тоже не вечное.    Он обнял Катю крепче, и скользнул губами по ее шее вниз, к плечу, предвкушая очень приятный вечер.