Все впереди

Когда Катя вернулась в кабинет, Андрей уже был на месте и читал распечатки каких-то документов. Услышав, как открылась дверь, он поднял голову от бумаг.   – Ну и как прошла встреча с женсоветом?   Катя вздохнула, обошла его стол и присела на край со стороны Андрея.    – Терпимо. Но я думала, что будет лучше.    – Настолько плохо?   – Начало было еще ничего. Сначала меня допрашивали о том, почему я ушла из Зималетто, потом пытались выяснить, когда именно мы начали встречаться, а потом мы дошли до девичника. Кстати, я сказала, что ушла из Зималетто этой зимой, потому что Юлианна предложила мне поработать ее помощницей и предложила более выгодные условия. И что я уже тогда любила тебя, а все шло к твоей свадьбе с Кирой. Мне было больно смотреть на это, а работа у Юлианны оказалась очень кстати. На вопрос, когда мы стали встречаться, я не ответила.    Андрей серьезно кивнул: – Ясно, учту.   – А моя идея девичника – сходить в салон на маникюр-педикюр и укладку, а потом посидеть в Волконском – им очень не понравилась, – Катя расстроенно вздохнула.    – Катюш, вот именно поэтому я и планирую праздновать мальчишник в очень узком кругу, чтобы никто не учил меня как именно я должен праздновать и радоваться жизни, – он притянул Катю к себе и усадил на колени. – А тебе самой такой вариант девичника нравится?    – Очень нравится. А вот Маша считает, что я обязана устроить лимузин, дорогой клуб и чуть ли не загул до утра. Потому что выхожу замуж за президента компании. А салон и кафе – это детский утренник, на который она идти не хочет. Потому что я не хочу моря алкоголя и грохочущей музыки.   Андрей не выдержал и рассмеялся. – Прости. Я понимаю, что тебе сейчас не смешно, но формулировка прекрасная. Детский утренник – ну это надо же.   – Альтернативной формулировкой был «вечер престарелых тетушек», – покачала головой Катя.   Андрей покачал головой, продолжая смеяться: – Я даже не хочу думать, какими эпитетами обозначат мой мальчишник.    Катя поцеловала его в щеку и улыбнулась: – Зато Юлианна эту идею тоже одобрила и даже пообещала помочь забронировать время от пяти вечера в новом салоне, который она раскручивает. Он, кстати, на Патриарших, совсем близко от «Серебряного льва». А Волконский у Никитских ворот вообще в паре минут от бара, куда ты собираешься идти с ребятами. По-моему, это здорово…   – Это просто отлично! – обрадовался Андрей. – Тогда я как раз вместе с тобой подъеду в салон, встречусь там с Романом. Он же наверняка решит подвезти туда Нату – если салон раскручивает Юлианна, ему там как раз очень с руки вместе с Натой засветиться. Потом мы с ним или прогуляемся немного, если погода хорошая, или сразу в ресторан пойдем. И, насколько я помню, Волконский у Никитских ворот работает до десяти вечера – я как раз тебя там и встречу, чтобы домой вместе добираться.    Катя с облегчением улыбнулась: – Договорились.   – Кстати, Катюш, а как прошло то дело, ради которого ты утром ездила? Помощь нужна?   Катя замерла. Выдумывать сейчас что-то о несуществующих просьбах родителей или отговариваться пустым «все хорошо, помощь не требуется» очень не хотелось. Совсем-совсем не хотелось. Да, она собиралась ничего не рассказывать до вечера, чтобы спокойно доработать день. Чтобы рассказать все дома, без спешки. Но сейчас хотелось рассказать правду, не дожидаясь вечера. Если за время ее встречи с женсоветом у Андрея ничего не изменилось с расписанием, то следующая важная встреча у Андрея только в половине четвертого, а до этого он планировал обсудить дела мини-коллекции с нею и Романом. Значит, немного времени для разговора у них есть…   Андрей смотрел на нее спокойно и явно не подозревал ничего особенного.   – Катюш?   – Андрей, понимаешь… Я тебе не совсем правду сказала об этой поездке. Просто не хотела волновать, если я ошибаюсь.    Андрей сразу посерьезнел.   – В чем ошибаешься?   Катя глубоко вздохнула, собираясь с духом. В последний момент закрались сомнения – а вдруг Андрей не обрадуется? Сейчас на них и так свалилось слишком много всего сразу. Вдруг он решит, что именно сейчас, со всеми этими проблемами из-за Хмелина и Фонтаны, беременность очень некстати?   – Я в воскресенье в аптеке заодно купила тесты на беременность, и они показали две полоски. Я решила сходить на УЗИ, чтобы знать наверняка, – она улыбнулась и наконец договорила: – В общем, Андрюш, если все будет хорошо, в июне ты станешь папой.   Андрей смотрел на нее несколько секунд совершенно неподвижно, и Кате даже стало немного не по себе. Он же сам говорил, что хочет детей. Но сейчас он почему-то просто смотрел на нее и молчал. Потом он медленно моргнул и провел рукой по лицу.   – Подожди, Кать. Я правильно понял, что ты беременна и у нас будет ребенок?   – Правильно. Срок очень маленький. Врач сказала, что скорее всего я забеременела числа двенадцатого-пятнадцатого сентября, пока еще рано говорить более точно. Но мне хочется думать, что это было двенадцатое.   Он резко выдохнул, притянул Катю ближе и крепко обнял. – Катюш…   Несколько секунд Андрей просто молчал, словно пытался до конца поверить в то, что только что услышал.   – Я даже не знаю, что сказать, – признался он наконец. – Сказать мне хочется очень много, просто я сейчас ни одной связной мысли поймать не могу. Катюш, я очень рад.   Она почувствовала, что он улыбается, чуть касаясь губами ее шеи, и немного отстранилась, чтобы видеть его глаза. Андрей смотрел на нее так, что все оставшиеся сомнения растаяли без следа. В его взгляде было столько счастья и нежности, что Кате вдруг стало немного неловко за собственные утренние страхи. Он ведь действительно хотел этого ребенка. Хотел их семью. Хотел это будущее вместе с ней.   А потом Андрей вдруг негромко рассмеялся и покачал головой: – Так вот почему ты хочешь очень спокойный девичник с походом в салон и Волконский?   Андрей поцеловал ее в шею, скользнул губами к ключицам и снова замер. Катя чувствовала, как колотится его сердце, и от этого на душе становилось радостно и легко. Все-таки он рад этой новости. Действительно рад!   – И поэтому тоже. Андрюш, я пока не хочу об этом объявлять для всех. Срок маленький, поэтому давай скажем только близким людям, ладно?    – Договорились, – согласился Андрей, целуя ее в висок. – Родителям скажем? – Обязательно. Но только когда мои приедут в воскресенье. Не хочу говорить это по телефону. И давай твоим приблизительно тогда же скажем? Может, встретимся с ними в понедельник? И я обязательно хочу сказать в воскресенье и Лизе с Натой – они должны знать, почему я не пью, и помочь мне поддержать легенду, что я просто очень боюсь слишком резко захмелеть и испортить себе праздник. А Коле я скажу на следующей неделе – мне с ним нужно будет серьезно поговорить, чтобы не было накладок.   – Малиновскому тоже нужно рассказать.  Одновременно с его последней фразой раздался стук в дверь, и она распахнулась:   – И что именно нужно мне рассказать? – спросил Роман. – Жданов, ты сияешь как медный таз, значит, новости хорошие. Что-то о грядущем показе?   – Бери выше, Ром.   – Японцы готовы возобновить сотрудничество?   – Еще выше, – рассмеялся Андрей.   – Ну, не знаю… – протянул Малиновский. – Видок у тебя немного шалый от радости, Катя улыбается таинственно, словно она только что пообещала тебе наследника или наследницу в ближайшее время. В кабинете повисла тишина. Роман удивленно моргнул.    Катя первой пришла в себя: – Пол мы пока не знаем. И Ром, это пока тайна. Родителям и тете Гале мы скажем в воскресенье. Нате и Лизе тоже. Коле – на следующей неделе. И больше никому пока.   Малиновский несколько секунд смотрел на них с совершенно ошарашенным выражением лица.   – Подождите.   Андрей не выдержал и рассмеялся: – Вот и я примерно так отреагировал сначала.   – Нет, подождите, – повторил Роман. – Я же сейчас просто пошутил. Вы меня что в ответ решили потроллить? Вот же спелись…   – Ром, мы серьезно. Выходит, ты попал пальцем в небо.   – То есть ребенок? Маленький такой? У вас? – Малиновский тяжело опустился в кресло. – Ничего себе.   Несколько секунд он молчал. Потом покачал головой:   – Нет, я, вас, конечно, поздравляю! И я догадывался, что вы времени зря терять не будете. Но, Жданов, Катя вернулась три недели назад. Три! Как это вообще возможно?!   Андрей довольно ухмыльнулся: – Три с половиной.   – О да, это принципиально меняет дело.    Андрей расхохотался в ответ: – А про пестики и тычинки, Ром, я тебе рассказывать не буду. Ты о процессе не меньше моего знаешь, так что…    – С ума сойти какие темпы, – Малиновский растерянно взъерошил волосы. – Но раз вы оба рады, рад за вас. Буду напрашиваться в крестные. Сам я пока к таким подвигам с отцовством не готов, но на роль любимого дядюшки готов претендовать.   Катя тихо рассмеялась: – Дядюшки с вредными советами от Остера?   – И это тоже. Нужно же приобщать ребенка к литературе, – ответил Роман серьезным тоном и тут же улыбнулся. – Но вообще я тронут, что вы мне первому сказали, даже раньше ваших родителей. Спасибо. И я вас серьезно поздравляю, без шуток.    Андрей протянул руку через стол, и Роман тут же ее пожал.   – Спасибо.   – Кстати, женсовет вовсю обсуждает, что девичник будет в кафе, а не в клубе или дискотеке. Полагаю, выбор связан именно с этой новостью?   – И с нею тоже, – согласилась Катя и добавила со смешком: – Андрей только что задал именно этот вопрос. Но если серьезно, меня волнует, как быть со свадьбой. Мне теперь нужно как-то объяснять, почему я не пью. На девичнике это еще можно объяснить тем, что я не хочу испортить себе праздник. Но на свадьбе такой номер уже не пройдет. Там же надо хотя бы пару бокалов шампанского в особо торжественные моменты…   – Да уж, задачка… – протянул Андрей.    Роман встал с кресла, сделал пару шагов по кабинету туда-сюда и присел на край стола Андрея и наконец произнес: – Палыч, помнишь Ваську Аверьянова? Мы года два назад были на открытии его магазина элитных вин. Сейчас он вроде бы расширился. И среди прочего он очень активно продвигает безалкогольное шампанское.   Андрей недоверчиво поднял бровь: – Это же гадость редкая.    – Он говорил, что есть вполне приличные сорта. Не сладкая газировка для детей и не газированный кисляк, а что-то действительно похожее на шампанское. Сам я это пить не пробовал, но…   – Думаешь, стоит попробовать? – заинтересовалась Катя.   – Почему нет? Мы ему вообще можем ничего не объяснять. Скажем, что ты просто плохо переносишь алкоголь и хочешь подобрать что-то на свадьбу. Пусть даст несколько вариантов на пробу.   – Это, кстати, может сработать, – кивнул Андрей.   – А если не сработает, будем думать дальше.   – Например?   – Например, так: берем бутылку из-под шампанского. Наливаем туда что-нибудь похожее по цвету. Какой-нибудь сок с газировкой.   – Ром…   – Я не закончил. После этого договариваемся с официантами, что из этой бутылки наливают только Кате. Или Кате и тебе.   – И как ты себе представляешь контроль за всем этим? – спросил Андрей.   – Очень просто. Следить должен не один человек.   Он начал загибать пальцы: – Ты, я, Ната, Лиза. Может еще кто-нибудь из своих. Потому что я физически не смогу весь вечер стоять рядом с Катей. Это будет выглядеть подозрительно.   – Кстати, насчет этого, – вспомнила Катя. – Меня сегодня Клочкова примерно о том же предупреждала.   – В каком смысле?   – Сказала, что на ее свадьбе приятельницы подлили ей в бокал водку, пока она отходила. Решили пошутить.   Андрей поморщился: – Обхохочешься…   – Вот и она так сказала.   – Между прочим, Клочкова права, – неожиданно согласился Роман. – Такие идиотские шутки действительно бывают.    – Спасибо, успокоил, – проворчал Андрей.   – Палыч, я не пугаю. Я предлагаю продумать все заранее. Телефон Аверьянова у меня точно есть, я ему позвоню, а там – посмотрим. И прикинем как провернуть операцию «Бокал Кати» на свадьбе. Вы же вроде бы решили от конкурсов и квестов отказаться? Вот, значит будет такой вот тайный квест для узкого круга. Так даже интереснее!