Все впереди

Когда девушки встали, Романа в квартире уже не было. На кухне их ждал желтый стикер с пожеланием доброго утра и напоминанием, что в холодильнике есть йогурты, сыр и сок. Ната улыбнулась, увидев знакомый почерк и смайлик вместо подписи.   Они быстро позавтракали и поехали в университет. Разговор переключился со снов и примет на учебу, на расписание, на преподавателей и предстоящие зачеты. Но, несмотря на это, Ната весь день то и дело мысленно возвращалась к своему сну. Если верить примете, то все получилось вполне однозначно. Ей приснился Роман. Причем не просто мелькнул где-то на заднем плане, а они были вдвоем. Разговаривали. Шли вместе домой. Даже за руки держались. Но чем больше она об этом думала, тем меньше была уверена, что такой результат вообще можно считать хоть сколько-то правильным.   Во-первых, перед тем как уснуть, она весь вечер думала о Романе. Во-вторых, засыпала она в его квартире – даже больше, на его кровати. В-третьих, перед сном сама же призналась себе, что хочет, чтобы приснился именно он. Поэтому сон был скорее отголоском ее мыслей в реальности, чем каким-то предсказанием будущего.   Да и Лес в этом сне тоже появился не случайно. Если бы она называла слова-ассоциации, связанные с Малиновским, Лес был бы в первой пятерке уж точно. На нее произвело огромное впечатление, что он ушел в Лес искать Андрея. Это же совсем другое, чем просто искать в перелеске. И в перелесок-то далеко не каждый мужчина сунется, Колька вот после своей попытки выпедриться и к перелеску подходить опасался. А пойти в лес – это всегда большой риск для мужчины, тем более что Роман пошел туда именно что с просьбой-желанием, чтобы найти Андрея, чтобы Лес выпустил Андрея живым. Ведь искать человека в огромном лесу почти в одиночку – это ведь не поиск. Это уже просьба к Лесу. Отчаянная, почти невозможная. И Лес их выпустил, причем оба они, и Роман, и Андрей обошлись без серьезных травм – один руку сильно порезал, другой промок до нитки, но не более. И на старших Пушкаревых именно это и произвело впечатление, поэтому-то их с Лизой у него пожить и отпустили. Так что более чем логично, что сон с Малиновским начинался именно в Лесу.   Ната даже попыталась мысленно посмеяться над своей наивной надеждой, что примета сбудется. Никакой мистики с этим ее сном не было. Просто мозг добросовестно переработал все впечатления последних недель и выдал результат. И во сне они шли именно домой, потому что она сейчас временно живет вместе с Лизой у Малиновского. Все, к сожалению, просто и прозаично.     Когда закончилась последняя пара, Ната вместе с одногруппниками вышла из корпуса и почти сразу увидела знакомый серебристый автомобиль. Роман ждал ее. И не просто ждал. В руках у него снова был букет розовых роз.   Она быстро попрощалась с одногруппниками и направилась к машине, стараясь идти спокойно и не думать о том, что, кажется, на этот раз на них смотрят вообще все, кто был сегодня на практике. Впрочем, возможно, так оно и было. Она поймала несколько любопытных взглядов, услышала за спиной чей-то приглушенный смешок и почувствовала, что смущается еще сильнее.   Ната почувствовала, как у нее мгновенно потеплели щеки. Казалось бы, ничего нового не произошло. Он уже встречал ее так – чтобы производить впечатление на окружающих и создавать легенду. И все же сегодня все воспринималось почему-то иначе. Наверное, потому что ночью ей приснился этот дурацкий сон.   Хотелось как-то перевести все в шутку, отвлечься от нелепых мечтаний и переключить мысли хоть на что-то другое. Но на что?   Уже когда она подошла к Малиновскому, ее внезапно осенило. Она прикрыла глаза рукой и с улыбкой произнесла: – Вижу тебя, как наяву!   Роман расхохотался, но формулу приветствия из Фраевского Ехо повторил с явным удовольствием. Это не остановило его от поцелуя в щеку и осторожного – чтобы не помять букет – объятия, но Нате уже стало проще отвлечься от мыслей о сегодняшнем сне.   В дороге они снова говорили о мирах Фрая, пока Малиновский неожиданно не перебил:   – Слушай, пока не забыл о главном. Завтра после пар, пожалуйста, приезжай в «Зималетто». Извини, что говорю только накануне, но Милко именно сегодня пообещал подобрать тебе платье из прошлой коллекции – чтобы ты могла прийти в нем в четверг на показ нашей новой мини-коллекции. Лучше не упускать такую возможность. Он все-таки Милко.   Ната почувствовала, как снова начинает краснеть. И вовсе не потому, что известный дизайнер решил подобрать ей платье. Она просто с ужасом поняла, что за всеми событиями последних недель вообще не подумала о том, в чем пойдет на этот самый показ. Хотя, теоретически, она понимала, что пойти туда придется – именно потому, что она изображает сейчас девушку Малиновского.  Но о том, что туда нужно будет идти не в джинсах и джемпере, она как-то не подумала. Совсем. И сейчас ей хотелось провалиться сквозь сиденье автомобиля.   – Я… честно говоря, вообще об этом не подумала, – призналась она, наконец.   Роман посмотрел на нее с искренним удивлением, а потом рассмеялся: – Ну… бывает.  Не удивлюсь, если у Ждановых эта обязанность в результате окажется на Андрее.   Ната поспешно отвернулась к окну, надеясь, что он не заметит, как она снова запунцовела.   – И еще, – продолжил он уже серьезнее. – Когда Милко выберет платье, лучше потом вместе с Катей съездить за обувью. У нашего дизайнЕра бывают очень конкретные представления о том, что с чем должно сочетаться. Катя, кстати, завтра тоже собиралась искать туфли – Милко ей сегодня показал платье, в котором она, по его мнению, должна быть на показе. Так что он шоппинга ей не отвертеться, тем более Юлианна обещала присоединиться. Будете «сестрами по оружию» или как оно в таких случаях называется.      Ната тихо хихикнула, соглашаясь. Поехать с Катей было даже хорошо. Гораздо спокойнее, чем самой пытаться разобраться, какие туфли могут подойти к платью от Милко. Хотелось верить, что его требованием не будут десятисантиметровые шпильки или что-то подобное по самоубийственности.    Дальше разговор перешел уже на ресторан, к которому они уже подъезжали. А когда они уже сделали заказ, Ната не выдержала и спросила:   – Ром, а тебе вообще сны часто снятся?   Он удивленно посмотрел на нее.   – Это после нашего разговора про Макса Фрая? – усмехнулся он. – Боюсь тебя разочаровать, но в Ехо через сны я так и не попал, с сэром Джуффином Халли не общался, и вообще никакой связанной со снами мистики лично у меня не было.    Ната улыбнулась: – Мне просто любопытно стало. У Фрая все эти знакомства и путешествия через сны так здорово описаны…    – Да, там это здорово обыграно. Но у меня все со снами без чудес. Раньше часто снилась какая-нибудь ерунда по мотивам рабочего дня. То классические кошмары про то, что опаздываешь на самолет, на поезд или что внезапно выясняется, что завтра экзамен, а ты ничего не учил.   Ната невольно рассмеялась: – Про экзамены мне тоже иногда снится. Что я завалила вступительные в очередной раз.   – Вот-вот. Единственное любопытное – после поездки на Валдай, мне вообще ничего не снится, – он пожал плечами. – Засыпаю – и все, как свет погасили и никакого «кина». Потом просыпаюсь. То ли ничего не снилось, то ли не помню. Так что в Ехо я теперь точно не попаду и на работу в Малое Тайное Сыскное войско города Ехо сэра Джуффина Халли вряд ли устроюсь. Профнепригоден.   Роман рассмеялся и развел руками.    А Нате почему-то стало не по себе. Она никогда раньше не задумывалась об этом. Но ведь действительно… В сегодняшнем сне она помнила, что Роману нельзя возвращаться на Валдай – раз уж он уже шел в Лес с просьбой, то второй раз ему туда уже нельзя. Тогда значит, что отсутствие снов – отметина Леса? Или просто после Валдая он стал крепче спать и перестал запоминать сны? Такое наверняка бывает…   – Но, если серьезно, самое заманчивое у Фрая – это безмолвная речь, – продолжал Роман с воодушевлением. – Представляешь, как удобно? Не надо телефонов, не надо искать человека по всему офису. Сидит Андрей на встрече с партнерами, а ты ему мысленно: «Андрюха, мне кажется, они мухлюют». А он тебе: «А в чем подвох? Я тоже как-то не уверен, но…» А ты ему…    Он заразительно рассмеялся, и Ната тут же поддержала:   – А представляешь, как это удобно для экзаменов? По вышке и по физике столько всего нужно тупо запомнить... Не понять, а именно запомнить зачем-то. А так, раз – попросишь помощи посмотреть какую-то там теорему, и тебе ее надиктуют точно, чтобы никакие Набебин с Шапочкиным не придрались...   – Главное, чтобы тогда никаких глушителей безмолвной речи на экзаменах не забацали, а то с них станется. И чтобы никаких побочек от всех этих способностей.   – Побочек? – искренне удивилась Ната. – Вроде бы у Макса ничего такого не было…   – Ну мало ли… Наташ, ничего не бывает просто так, – Роман весело усмехнулся. – Вопрос лишь в том, что именно осталось «за кадром». Вот отсутствие снов, например, меня совершенно не расстраивает. Даже удобно – никакой жути не снится.    Ната кивнула. Интересно, а Роман действительно так считает, или просто убедил себя, что ничего плохого не случилось? Ведь иногда снится и что-то приятное…   Они еще долго обсуждали книги. Вспоминали любимые эпизоды, спорили о том, кто из персонажей самый интересный, и рассуждали о том, какую способность каждый из них выбрал бы для себя. Ната даже не заметила, как пролетело время. И уже когда они ехали домой, Роман произнес неожиданно серьезно:   – А вообще, спасибо.   Она удивленно посмотрела на него: – За что?   – За разговор. Мне правда было интересно. В моем кругу не так много людей, которым нравится Фрай. Я когда-то даже Андрея пытался подсадить.   – И как?   – Никак, – фыркнул Роман. – Не его жанр. И, наверное, это даже хорошо.   Он помолчал несколько секунд.   – После апреля я был даже рад, что он не читал все это. Потому что у Жданова фантазия богатая. А если бы он еще решил, что в другие миры можно уходить не только во сне… Боюсь, пришлось бы мне потом искать его уже не по лесам и больницам, а по каким-нибудь далеким мирам.   Он произнес это с улыбкой. Как шутку. Но Нате почему-то снова стало не по себе – она почувствовала, что Роман на самом деле не шутит. И что он когда-то вполне всерьез думал о том, что книги Фрая могли бы быть для Андрея опасны – после того, как Катю посчитали погибшей в аварии.    – Нет, правда, – продолжил Роман уже легче. – Было здорово поговорить с человеком, который понимает, о чем вообще речь и считывает цитаты. Так что спасибо. Было здорово отвлечься от работы.   Он улыбнулся ей той самой открытой улыбкой, которая делала его лицо необыкновенно красивым, и Ната в очередной раз смутилась.    Когда они вернулись домой, Роман первым делом посмотрел на часы и хмыкнул:   – Попробую сегодня еще немного поработать. Надо сделать секретарю задел на утро, чтобы она сразу занялась делом. Так что я временно исчезаю и не претендую на ванную, кухню и далее по списку.     Лиза уже доделывала домашнее задание и собиралась вот-вот ложиться спать. Ната попыталась заняться типовыми расчетами, открыла конспекты, полистала, но мысли все время куда-то уплывали.   То она вспоминала разговор про Фрая, то снова думала о сне, то о завтрашнем визите в «Зималетто» и о том, что ей предстоит примерять платье Милко. А потом поняла, что уже минут десять просто смотрит в одну точку.    Она закрыла тетрадь. Все-таки день был очень длинный и впечатлений сегодня было выше крыши. Лучше просто лечь спать, она слишком устала, чтобы пытаться сделать сейчас домашнее задание. Мысли тут же перешли на Малиновского. Когда они приехали домой, он выглядел уставшим, хоть и делал вид, что энергии у него через край.    Ната еще немного посидела, убеждая себя, что это совершенно не ее дело. Потом все-таки встала, подошла к двери гостиной и тихо постучала.   – Да? Что случилось?   Она приоткрыла дверь. Роман сидел на диване с ноутбуком на коленях. Рядом лежали какие-то распечатки. Ната вдруг почувствовала себя немного неловко.   – Ром, я просто подумала… Завтра ведь я все равно после пар поеду в «Зималетто». И мы все равно увидимся.   Он удивленно посмотрел на нее: – И?   – Может, тебе тогда не стоит утром отвозить меня в универ? – выпалила она. – То есть… мои однокурсники уже и так видели нас вместе сегодня. И завтра увидят сотрудники «Зималетто». А тебе ведь сейчас каждый лишний час важен.     Она замолчала, понимая, что, наверное, говорит слишком быстро.   Роман несколько секунд смотрел на нее совершенно молча. Потом закрыл ноутбук и улыбнулся. Не своей привычной улыбкой для публики, а как-то очень тепло.   – Наташ. Спасибо, что ты обо мне беспокоишься.   Ната почувствовала, что который раз за этот вечер начинает краснеть.   – Я не беспокоюсь. Просто это действительно логично.   Он тихо рассмеялся.   – Тем лучше. Потому что ты права. Это действительно логично, – он потер переносицу и на секунду прикрыл глаза. – И да, если честно, дополнительные час-два сна завтра мне точно не помешают.   – Значит, договорились?   – Договорились, – кивнул он. Потом, немного помолчав, добавил: – Знаешь, мне кажется, ты первая девушка, которая предлагает мне не подвозить ее, чтобы я мог поспать подольше.   Она не удержалась от улыбки.   – И как тебе такой опыт?   Роман задумался с совершенно серьезным видом.   – Честно? Очень нравится.