loved and left

— Слушай, — Чонвон довольно щебетал, пока Сонхун придерживал ему дверь в квартиру. — Я же говорил, что тебе подойдёт этот макияж. Жаль, что не смог с тебя снять твою повседневку. — Я разве плохо выгляжу? — смущенно поинтересовался Сонхун. Да, снова надел свою рубашку и свитшот, снова предпочел очки вместо линз. Но ведь он даже оправу поменял, которая лучше всего ему подходит по нескромному мнению Чонвона. — Без этой одежды ты выглядишь ещё лучше, — кокетливо ответил Чонвон, прикусив подушечку указательного пальца. — Но голышом я тебе щеголять не разрешу. Даже не верится, как в один миг жизнь может перевернуться на сто восемьдесят градусов. Из объекта для насмешек из-за своего стиля, образа жизни и «занудности», он стал парнем одного из тех, в чей рацион входили насмешки над теми, кто отличается. Да, Сонхун наконец-то смог признать для самого себя, что он красивый. Не без помощи Чонвона, конечно, но зато смог принять свою внешность такой, какая она есть. Какой-то невероятный опыт почувствовать себя не просто какой-то грушей для битья, но и нужным и важным для человека, к которому сам неровно дышал. Да, Чонвон всегда ошивалая с людьми, смотрящими на Сонхуна с высока. Но с его уст никогда не сходили насмешки и издевательства. Он просто стоял рядом и лишь молчал, просто негласно соглашаясь со всем, что говорят. А после разговоров один на один всё-таки признал, что он не должен был позволять такие слова от своих друзей в адрес Сонхуна. Именно эта решительность подтолкнула к тому, что его намерения серьезные и искренние. Поэтому после непродолжительного общения лично Чонвон сам решил, что хочет эти отношения. Перечеркнув всякую нерешительность он решился предложить Сонхуну отношения, на что он с удовольствием согласился, ведь действительно присмотрелся и прикипел к другу своих бывших обидчиков. Как бы странно это не звучало. Именно Чонвон стал мостом для отношений между Сонхуном и теми людьми, кто любит задирать всех, кто от них отличается. Что уж говорить о том, что после начала отношений он первым подтолкнул к тому, чтобы попробовать начать половую жизнь. Попробовать для себя нечто новое в связи с мужчиной. Да, Сонхун не был девственником и гасил в себе всю жизнь то, что от него требует природа. Всё-таки он всегда был любителем парней, а отношения с женщинами были для него ошибкой. С Чонвоном он успел убедиться в этом сполна. Вот так вот он умудрился стать «проводником» в ту жизнь, о которой Сонхун даже не мечтал. Или просто не задумывался о ее острой необходимости. Даже не верится, как всё может перевернуться только из-за одного парня. Даже не верится, что к таким хорошим изменениям в жизни можно легко и быстро привыкнуть. — Будешь много пить? — поинтересовался Чонвон, стягивая с себя верхнюю одежду. — Или у тебя планы на ночь? — Только если с тобой будут эти планы, — с усмешкой ответил Сонхун, помогая своему кавалеру стянуть пальто. Совершенно очевидно, чем должна встретить их ночь. — Такой милый. С этими словами Чонвон не удержался от того, чтобы притянуть к себе Сонхуна для поцелуя. Холодные сухие обветревшиеся губы столкнулись с влажными горячими. Конечно, зря что ли кофе пил до этого? Сонхун даже не успел снять с себя пальто, а Чонвон уже захотел проявить нежность. Прямо в прихожей. Если бы их не окликнул Сону из гостиной, они могли бы так и остаться в прихожей. — Эй, хватит там лобызаться. Бактерии оставите, — насмешливо прикрикнул парень. — Ну не на тебе же. Или ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? — ответил Чонвон, помогая Сонхуну стянуть шарф. С пальто он сможет справиться и самостоятельно. — Ладно, его не исправить. — Тебя тоже, — воспользовавшись моментом, когда Чонвон отвернулся, на его ягодице остался звонкий шлепок. — Я тебя похороню в сугробе, — обиженно среагировал парень, но всё же знал, что против Сонхуна он достаточно слабоват. — У меня будет самая красивая могилка, потому что ее оформишь именно ты. Хотя они даже не учатся на дизайнеров. После еще нескольких шуточек в адрес друг друга Сонхун и Чонвон перебрались в гостиную, где уже ломился от количества чипсов и бутылок пива журнальный столик. Надо будет такой же приобрести, когда деньги появятся. А появятся они, возможно, не скоро. Сонхун растерялся, когда не обнаружил парочку свободных мест для них. Чонвон же воспринял это спокойно. — Присядь, — скомандовал он. — Может, ты хотя бы сам сядешь? Я на полу не замерзну. — Нет, ты сядь. Коварный план заключался в том, чтобы сесть Сонхуну на костлявые коленки. Чонвон без задней мысли уселся на своего парня с довольной улыбкой, будто это был какой-то особенный подвиг. Каждый его шаг был продуман наперед. Сонхун незамедлительно обвил тонкую талию обеими своими руками, упираясь щекой в крепкое плечо, на которое можно опереться в любой момент. Всё-таки без Чонвона он никогда не оказался бы в этой компании, никогда бы не познал настоящего себя. Давил бы свое настоящее нутро и отдавал предпочтение тем, кого он на самом деле не любит. А тут даже получил парня, который отдаёт свое тепло и любовь в ответ. Чонвон довольно улыбнулся, встряхивая густую непослушную челку. Сонхун потерся своей щекой о более мягкую и гладкую. — Опять не побрился, — возмутился Чонвон, хоть и был довольным. — Я тебя на депиляцию запишу. От этих слов Сону закатил глаза, потому что не был большим любителем таких публичных ласк. Могли бы хоть разок не липнуть так друг к другу. — Что будем пить? — поинтересовался Чонвон, высматривая на журнальном столике более интересный вкус. — Что тебе больше всего нравится? — Ты, — без промедления ответил сонхун. — Ну не при всех ведь, — Чонвон кокетливо потерся кончиком носа о нос Сонхуна, не сдерживая свою улыбку. — Да возьми, блять, пиво, — прервал романтичную обстановку Сону, стукая пустой стеклянной бутылкой о журнальный столик. — Бу-бу-бу, — недовольно передразнил Чонвон и взял одну из закрытых бутылок, оставаясь в более устойчивом положении не без помощи бережливых ладоней на талии. — Будем с вишневым вкусом. — Как скажешь — так и будет, — Сонхун снова вернул своего податливого парня в прежнее положение и уткнулся щекой в плечо. Так ему было намного спокойнее. Даже без алкоголя в организме для храбрости. Неудивительно, что самый недовольный из присутствующих парней — Сону. Всё-таки он однажды не принял то, что какой-то красивый тихоня может отличаться от него. Сонхун не питал к нему неприязни или ненависти, но и на сближение идти не хсобирался. Проще оставаться на нейтралитете. Главное, что ощущалась поддержка. Чонвон стал его защитой и опорой не смотря на то, что в стереотипных подобных парах всё должно быть в ровности до наоборот. Хотя на что тут жаловаться, если у Сонхуна появился человек, который его действительно любит и заботится? Не каждый день ему так везет. Пьянящий напиток обжигал горло. Либо же просто из-за близкого контакта с Чонвоном становилось жарче. Парень о чем-то беззаботно продолжал болтать со своими настоящими друзьями и постоянно ерзал на коленях, потому что ему так и хотелось выбрать более удобное положение. Сонхун же бы с радостью провел этот вечер в своей постели дома и с Чонвоном под боком желательно. Хотя если бы он так захотел пойти встретиться с друзьями — препятствий на своем пути он бы все равно не встретил. Таково уж доверие в здоровых отношениях. Главное, чтобы Чонвон был счастлив. Сонхун о своей мнимой иллюзии счастья думал только при присутсвии рядом другого человека. К хорошему быстро привыкаешь, поэтому он и забыл о гнетущей отделенности от других людей. За первой бутылочкой последовала и следующая, потому что Чонвон изрядно так приноровился вливать в себя больше алкоголя. Сонхун же услужливо оставался на том, что им нужно будет добраться до квартиры на своих ногах, а не ползком после вынужденной высадки из такси. Чтобы хоть немного привлечь на себя внимания пришлось настойчиво тереться щекой о расслабленное плечо. Чонвон даже не повернулся, а лишь небрежно потрепал макушку своими пальцами. В этом и была одна большая проблема. Для него всегда друзья были важнее, даже если он пытался показать значимость Сонхуна в своей жизни. Любовь любовью, а пива за компанию с одним лишь партнером не выпьешь. В одиночку и того хуже. — Котенок, — пониженным голосом прошептал Сонхун. Придется использовать тяжёлую артиллерию. — Выпусти меня в уборную. — Кому ты врешь? — с ноткой издевки спросил Чонвон. — Тебе просто моя задница одно место натерла, да? Мозоли появились? — Ты хочешь и это обсудить? Можем и вместе выйти, — все так же продолжил шептать Сонхун, скользя пальцами по рельефному торсу. — Не доводи до греха. — Я тот еще грешник, хён, — как будто невзначай признался Чонвон. Без особого энтузиазма он всё-таки встал с колен и позволил Сонхуну подняться на ноги. На период их недолгой разлуки он бегло чмокнул в губы. Рядом со своими друзьями в нем просыпалась какая-то маленькая язва. Будто он забыл, что необязательно так себя вести и при Сонхуне. Нужно заставить себя здесь остаться, даже если ему здесь некомфортно. Нужно давить себе на глотку, давить на свою гордость ради удовлетворения воли Чонвона. Эти несчастные попытки удовлетворять только его даже звучат жалко, но он не может себя заставить действовать иначе. Как будто если он попытается оступиться, то его ждет возвращение в травлю: рваные тетрадки, залитый горячим кофе и гнилыми яйцами рюкзак, нелицеприятные надписи на вещах и рваные куртки. Сонхун цепляется за Чонвона или за ощущение безопасности во враждебной среде? Он не знает. Стоя в небольшом помещении уборной он ополоснул лицо холодной водой, чтобы немного прийти в чувство. Из бесконечного потока мыслей его вырвал внезапный звук открывшейся двери. — Хён, я уже устал ждать тебя, — капризно протянул Чонвон и ввалился в небольшое помещение. Алкоголь слишком быстро вскружил ему голову. — Хотя в постели ты держишься еще дольше. Спишь мало, а секс… — Вон-а, я отлучился лишь на несколько минут, — Сонхун даже не шелохнулся, когда к нему сзади вплотную подошел требовательный кот. — Ты хочешь домой? — Только с тобой. Наедине он снова начал ластиться как влюбленный мартовский котик, которому наступившая любовь вскружила голову. — Почему ты так холоден ко мне? Я чем-то насолил тебе? Как Сонхун может ответить правдой, когда сердце судорожно бьется в груди от количества ласки со стороны Чонвона? Перед ним срабатывает абсолютная слабость. Организм сам ноет и трепещет от желания выплеснуть всю свою ласку и любовь к этому нежному (на первый взгляд) парню. — С чего ты это решил? — Сонхун старался показать только свою внешнюю холодную оболочку, лишь бы посмотреть на реакцию. — Я бы просто выбрал провести с тобой время наедине. — У нас еще есть шанс уединиться, если я тебе еще не надоел, — Чонвон потерся подбородком о напряженное плечо. — Если я кончу с мурчащим звуком тебе будет приятно? — Блять. Сонхун чувствовал движения быстрых пальцев от талии к низу живота, будто его хотят раздеть и получить прямо здесь и сейчас, чтобы каждый присутствующий в квартире слышал степень их близости. Необязательно же озвучивать вслух настолько похотливую идею. В паху болезненно пульсирует от одной такой мысли. — Не здесь же, — Сонхун просто положил свои ладони поверх чужих, но не смог их убрать. — Поехали ко мне. — Хорошо, — Чонвон моментально опустил свои руки, но перед выходом шлепнула Сонхуна по заднице. Звонкий шлепок даже оглушил на несколько секунд. Настолько парень завелся. — Не только же у меня должна болеть задница. Потом я сяду к тебе на спину, чтобы еще и поясница побаливала. Сонхуну нужно было еще несколько минут, чтобы привести чувства в порядок. Он изнеможденно смотрел на свое посеревшее лицо думал лишь о том, насколько тяжело и болезненно будет разорвать их странную связь. Рано или поздно ему придется отпустить Чонвона, потому что даже в экстренной ситуации у них обоих будут разные приоритеты. Сонхун подсознательно понимал, что он не сильно важен. Лишь очередная временная интрижка, с которой поиграются и бросят. Или он себя напрасно накручивает? Вдруг Чонвон его безбожно любит и ни за что не оставит в одиночестве? Сонхун вышел из уборной и столкнулся в коридоре с Джейком. Он даже отступил в сторону, чтобы пропустить в уборную, но Джеюн последовал ровно за ним. — Мне нужно тебе кое-что сказать, — серьезным тоном сказал он, глядя прямо в глаза. Мельком обернулся, чтобы убедиться, что Чонвон до сих пор крайне ласково прощается с остальными друзьями. — Будь бдителен. — О чем ты? Я не так сильно пьян. Я не боюсь местных гопников, — с усмешкой на губах джейк покачал головой, отрицая глупое предположение Сонхуна. — Я не об этом. Я про Сону, — вдруг сказал он. Усмешка пропала с его губ. — Мы с ним даже не близки… — Зато Чонвон близок. Не будь так наивен. Не забывай, что глубже всего нож воткнет тот, кому ты больше всего доверяешь. — О чем ты… — но из гостиной уже довольной походкой выпорхнул Чонвон, будто пару минут назад он собрал бесконечные овации со стороны своих друзей. Джейк пожал плечами и быстро скрылся в уборной. Просто вбросил в разум Сонхуна пищу для размышлений и ушел, так и не дав точных разъяснений. — Ну что? Пошли? Закажешь такси? — видимо, Чонвон успел попрощаться уже с Джеюном и совсем не обратил внимания на маленький диалог между парнями. — Хороший он человек, да? — Да, не сомневаюсь. Пока один парень сидел буквально за дверью от них, Чонвон принялся в красках и эмоциях ведать историю о том, как Джейк начал встречаться с японцем чуть помладше себя. Так ведь тот мало того, что не пригласил с собой в страну восходящего солнца, так еще и заявил, что им лучше не афишировать отношениями вообще. Вдруг родители перекроют денежный поток, а отказываться от такого он совсем не хотел. Так что в самый разгар ссоры он просто улетел в другую страну и не пытался никак нормализовать их общение снова. Проще вот так просто сбежать от конфликта. Джеюн не просто так сказал про Сону. Но что он хотел этим донести? Или же это какая-то неудачная пьяная шутка, чтобы внести раздор в устаканившиеся отношения между Сонхуном и Чонвоном? Ну, а что? У самого в личной жизни не ладится, так еще не помешало бы и другим насолить за просто так. Такси ждало их у подъезда меньше пары минут, когда два разгоряченных парня вышли на улице. Чонвон сразу же прижался ближе к крепкому плечу, чтобы ощутить мнимое теплое, которое горело в Сонхуне только внутри. Пока они ехали в машине чуть меньше пятнадцати минут пришлось еще заказать к своему дому доставку выпивки. Нужно как-то догнать по своему состоянию. Возможно, так будет легче забыться в ситуации и отстраниться от гнетущих мыслей. Хотелось верить, что острое лезвие ножа давно уже спрятано в дальний ящик и не посмеет коснуться голой горячей кожи. Сонхун безумно влюблен. Ему нравится ощущать этот поток эмоций в груди и не хочется с этим расставаться. Не хотелось расставаться с Чонвоном. За редким исключением неприятных моментов, их отношения были в целом хорошие и крепкие. Местами даже слащаво милые. Сонхун дразняще натянул Чонвону пониже шапку и сразу же сделал вид, что всё это время он сосредоточенно смотрел в окно, где постоянно менялась картинка. Астигматизм мешал спокойно наслаждаться вечерним освещением. Отсюду лезли неприятные светлые лучи. — Эй! — игриво возмутился Чонвон. В присутствии водителя он постеснялся предпринять новые шаги. — Не забывай, что в квартире-то я отыграюсь. — А если я тебя попросту не впущу внутрь? — бросил открытый вызов Сонхун. — Ты со мной так не поступишь. «Потому что я слишком слаб перед тобой», — промелькнул неозвученный ответ. Около подъезда их поджидал курьер. Чтобы делать поздние заказы с выпивкой, нужно просто знать проверенные места и уметь накинуть сверху пару тысяч вон. Чонвон заинтересованно следид, как его парень подходит к мужчине, больше похожему на распространителю запрещенных веществ. Но услышав тихий звон бутылок он встрепенулся и довольно улыбнулся. — Ты хочешь меня напоить и соблазнить? — невзначай поинтересовался он. — Ты же знаешь, что я все еще в состоянии ответить согласием и не смогу тебе отказать. — Я просто хочу догнать тебя по уровню опьянения, — довольно ответил Сонхун, играя отведенную ему роль в жизни Чонвона. — А тебе и каплю не дам. — Я просто выпью все с твоих губ, — парень закатил глаза. Отказы слышать он не привык и мириться с этим не планировал. Путь до квартиры занял не так много времени, потому что Чонвон выхватил связку ключей и первым побежал к двери. Ему так и не терпелось сбросить с себя груз в виде одежды и юркнуть в небольшую, но уютную квартирку. Сонхун медленно плелся сзади и не разделял этого энергичного запала заняться чем-то следующим в их списке дел. Дверь в его квартиру была приоткрыта, а коридор уже встретил его небрежно повешенным пальто и раскиданными ботинками. Чонвон же вовсю хозяйничал в комнате. Сонхун не удивился бы, будь на полу вся одежда его парня. Но к своему удивлению он обнаружил Чонвона на постели полностью одетым. Из шуршащего пакета была поднята первая попавшаяся бутылка. Какой-то дешевый виски, от которого на утро будет болеть голова, во рту ощущение пустыни и, конечно же, неприятная изжога. Об этом нужно будет побескоиться завтра, когда ему будет плохо. Но сейчас, когда стенки горла обжигает градус, Сонхуну нет дела. — Хён, ты же сделаешь… Мне приятно? — Чонвон развел ноги в стороны и помахал тюбиком смазки. — Ты купил с новым запахом… Гуава? Я буду сладеньким. — Из моего лексикона пропало слово «Нет» после того, как ты выбрал меня своим. Для пущей уверенности Сонхун сделал еще два долгих глотка и на подкашивающихся ногах направился к постели, где его уже поджидал парень. Будь Чонвон садистом, обязательно бы высыпал на пол кучу крупы. Но пока что достаточно и ковра на голом полу. Чтобы не видеть так чётко свой позор пришлось даже снять очки. Ладони бережно провели по лицу, очерчивая каждый острый угол. Чонвон наслаждался его красотой не только визуально, но и физически, проверяя его на реальность. Сонхун мог смотреть на себя без былого самопринижения только под натиском теплых и нежных слов. — Ты такой хороший, — промолвил Чонвон, склонив голову на бок. — Ты же будешь хорошим мальчиком? Мое тело — твоя зона для «творчества». Хороший мальчик. — Надеюсь, у меня не сработает рвотный рефлекс, — ответил Сонхун, прижимаясь щекой к мягкой ладони. — Все будет хорошо. Главное не стесняйся. Общими усилиями они справились с ширинкой на штанах. Чонвон приподнялся, чтобы было удобнее стянуть его штаны вместе с бельем ниже колен. Ладонь переместилась с щеки на затылок, вплетаясь в густые черные волосы. Пальцы нежно игрались с отросшими локонами, путаясь с отдельными волосами. Сонхун открыл тюбик с тихим звуком и выдавил на пальцы обильное количество смазки, чтобы можно было подготовить Чонвона заранее. Торопиться им некуда. Ночь впереди длинная, особенно в сопровождении обильного количества выпивки без закуски. Расслабленный член легко отозвался на ласку Сонхуна, когда он провел ладонью по всей длине. Пальцы изучали каждую жилку, собирали каждую стекающую капельку. Сонхун размазал стекающую смазку с головки члена по всей длине, чтобы смягчить трение. Позволить Чонвону чувствовать дискомфорт он не мог. — Не бойся, — тихо сказал парень, разглаживая локоны в стороны, чтобы на глаза не падали волосы. — Направляй меня, если я буду делать что-то неправильно, — попросил сонхун и приблизился губами к головке. — Ты у меня хороший мальчик. Я знаю, что ты не сможешь ошибиться. Ты знаешь, на какие точки надавить, чтобы я заскулил под тобой, — Чонвон аккуратно раздвинул в стороны челку со лба, чтобы лучше видеть его темные притягательные глаза. Пухлые губы обхватили головку, пока пальцы нежно очерчивали узоры на всей длине. Вместе с тем свободной ладонью дразнил яички и проход. Чонвон довольно застонал. Он бы хотел сконцентрировать свой взгляд на лице Сонхуна, но голова сама непроизвольно опрокинулась назад. Второй ладонью Пак стал прешел на мягкую кожу на бедрах. Без единой родинки, без единого шрама или синяка. Идеальная кожа без единого недостатка. Прямо как и сам Чонвон. — Давай. Мой хороший, ты сможешь сделать большее. Я в тебе никогда не сомневался и не стану, — пробормотал парень. — Я хочу почувствовать большее. Помимо движения головой Сонхун осторожно вставил средний палец в проход, осторожно пробуя нежное тело. Сначала он не смел входить на всю длину, а лишь робко двигался до середины пальцы. — Ещё, — пониженным голосом потребовал Чонвон. — Глубже. Возьми в рот больше, не бойся. Бедра рефлекторно дернулись. Громкий стон сорвался с губ, когда Сонхун решил воплотить в реальность всё и сразу. Чонвон невольно попытался сомкнуть бедра, когда головка уткнулась в стенку горла, а в него вошел уже второй палец на всю длину. Сонхун уверенно начал набирать темп. Это не его рот трахал член, это он трахал член своим ртом, не позволяя вырваться из-под себя. Чонвон прогнулся в спине, упираясь животом в макушку черных непослушных волос. Мутные черные глаза смотрели на него исподлобья. Как же блять заставить его променять эти дурацкие очки на линзы? Прямо настоящий хищник сидел перед ним. Блять, почему они так больше никогда не пробовали? Почему профан оказался на уровне настоящего умельца со своим блядским быстрым языком, со своей ебучей широкой шершавой ладонью? Опять кожа обветрилась у него, потому что постоянно теряет перчатки. Блять, надо ему на шею повести варежки личного производства, чтобы никогда не смел терять. — Блять, хён, я сейчас расстаю под твоим натиском, — Чонвон почувствовал дрожь в коленях, но даже не пытался отстраниться. — Ты у меня самый лучший. Я тебя никому не отдам. Никогда. Сонхун лишь промычал в ответ, чтобы пустить вибрацию по всей длине. Он жадно вбирал в рот всю длину, раздвигая свои пальцы, чтобы хорошо подготовить своего парня к дальнейшему шагу. Горячая белесая жидкость заполнила рот и испачкала губы. Настолько много семени он смог «выдавить». Он жадно отстранился на несколько сантиметров, с удовольствием слизывая каждую капельку. Чонвон откинулся на постель и тяжело переводил дыхание, стараясь отойти от настигшего оргазма. Все тело буквально растаяло после удовольствия, доставленного одним лишь ртом Сонхуна. А ведь раньше он считал, что эти губы и язык умеют только лестью доставлять максимум блаженства. — Поцелуй меня, — капризно потребовал он. — Я хочу целоваться. Сонхун сделал еще несколько жадных глотков алкоголя. В штанах было безумно тесно, но он не смел даже коснуться себя. Так сильно ему хотелось сплестись в единое целое с Чонвоном. — А я хочу получить тебя больше, — Сонхун навис над своим парнем сверху и по-издевательски начал оставлять поцелуи на лице. — Я же могу получить желанное? — Нет, ты можешь это взять, а не получить. Это ж не какая-то награда, а твой парень, — Чонвон улыбнулся и выставил вперед свои пухлые губки в требовательном ожидании. Сонхун запустил ладонь под ткань рубашки своего парня и принялся активно наглаживать расслабленный живот, дабы пробудить в нем желание на новый заход. С таким стояком сложно будет уснуть. Чонвон так и не дождался своего поцелуя, недовольно заворчав. Приподнявшись на локтях он столкнулся с Сонхуном лбами. Оба парня тихо засмеялись, помогая друг другу снять элементы одежды. В каждый удобный момент оставлял на губах своего парня беглый поцелуй, не позволяя себе углубить его. Красивую куколку со спортивным телосложением приятно раздевать. Особенно оставлять на белоснежной коже без единого следа порцию поцелуев. Чонвон слизывал кончиком языка солоноватый привкус и сходил с ума от этого. Такой прекрасный… Пришлось даже уложить его на лопатки, а самому как-то стянуть с себя и без того спущенные джинсы. Сонхун сжал бедра в своих ладонях, которые казались слишком большими на фоне стройных ног. Чонвон довольно застонал, оставляя чужой торс обнаженным. Не медля ни секунды он стал жадно водить языком от шеи к ключицам, вылизывая каждый обнаженный сантиметр. После же поспешил к набухшим порозовевшим соскам. Чонвон обхватил зубами чувствительную часть и немного оттянул. Сонхун не сдержался и провел отросшими ногтями по нежной коже. — Я люблю тебя, — хриплый шепот, невольные толчки бедрами вверх, потому что ему уже не терпелось получить Чонвона целиком и полностью. Каждый его уголок тела. — В какой позе ты меня хочешь? — спросил он, перемещая свою порцию поцелуев теперь на лицо. Сонхун мог почувствовать свой же вкус испарины на губах. — Вак ты скажешь — так я и лягу. — Ты на спине, а я сверху, — банальная классика. — Я люблю твою щетину, — Чонвон потерся щекой о визуально гладкую щеку. В пьяном виде он озвучивал свои настоящие мысли. — Никогда не делай депиляцию. Я хочу чувствовать эти короткие волоски. — Благодаря тебе я чувствую себя особенным, — не без чужой помощи Сонхун смог стянуть с себя остатки одежды, вновь меняя свое положение. — Ты всегда был и есть особенный, — Чонвон пожал плечами и улыбнулся. — Ничто и никто не должно заставить тебя чувствовать иначе. Под влиянием алкоголя и дурманящих ласковых слов он даже забыл о своих прошлых негативных мыслях. Какое это имеет значение, если сейчас его самый любимый человек заставляет чувствовать себя особенным? Самым важным и нужным в этот момент? Это возбуждает сильнее, чем обычный петтинг. Сонхун раскатал по всей своей длине презерватив и приподнялся. Чтобы Чонвону было комфортнее даже подложил ему подушку под поясницу. Тем более они не забывал страшые угрозы про том, что у него тоже будут болеть поясница и задница. Но какой смысл лгать, что душевная боль ощущается в тысячу раз хуже? — Ну, — недовольно заерзал Чонвон, когда вместо желанного проникновения по его промежности начала скользить головка. — Зачем ты надо мной издеваешься? — Хочу добавить элемент неожиданности, — одним резким рывком Сонхун вошел лишь на половину, компенсируя возможный дискомфорт порцией поцелуев по всему лицу. — Всё хорошо? Тебе нравится? — Пожалуйста, я хочу тебя. Продолжай, — коротко всхлипнул Чонвон. — Я не самвй терпеливый человек. Лодыжками он обхватил талию парня и прижал к себе ближе, продолжай он просто двигаться дальше. Чонвон сам медленно насаживался, пока Сонхун старался набрать комфортный темп. Они беспрерывно целовались, лишь периодически отвлекаясь для перевода дыхания. Носы и лбы терлись друг о друга, чтобы оказать взаимную поддержку. Стоны Чонвона заполнили каждый сантиметр комнаты. Будто все помещение было пропитано лишь одним его присутствием. Сонхун осторожно поглаживал напряженный живот, стараясь слегка пощекотать кожу своими ногтями. Всегда было сыдно оставлять засосы в порыве страсти. Чонвон готов был замурчать от удовольствия, ведь ему было максимально приятно чувствовать своего партнера. Прикосновения были на каждом участке тела, до которого только можно было дотянуться. Больше всего ласки получили волосы. Чонвон изучал тело вновь и вновь, очерчивая мышцы под напряженной кожей, очерчивая выступающие кости на худощавом теле, разглаживая взмокшие волосы. — Ты чудесен, — прошептал он, чувствуя подступающую разрядку. — Никто не способен с тобой сравниться. Просто идеал. — Ты самый лучший человек в моей жизни, — ответил Сонхун, прижимаясь еще ближе. Сердце перекрывает проход разуму. Он продолжает делать то, что хочет сердце, но вот разум… Просто отключился, давая свободу чувствам. Сонхун ощущал радость и умиротворение рядом со своим возлюбленным, что его вполне устраивало. Ему не нужно было больше ни о чем не нужно. — Х-хён! — простонал Чонвон, запрокидывая голову назад. Белесая жидкость запачкала два тела, но Сонхуну понадобилось еще два толчка, чтобы прийти к разрядке. Он устало уложил голову на грудь Чонвона, слушая бешенное сердцебиение. Чтобы отойти от наступившего оргазма им нужно было просто несколько секунд полежать в тишине. Сонхун точно мог сказать, что как только физическая нужда отступила, голову снова заполнили негативные мысли, полные ненависти к себе и сожалениями. По отрепетированной привычке парень накрыл их обоих одним пледом, обнимая Чонвона своей рукой. Так гармонично они смотрелись вдвоем. Просто вот так лежащие в одной постели. По ощущения лучшего вечера и быть не могло. Сердце Сонхуна бешено стучало. Пульсация отдавала в висках, из-за чего он не мог заснуть. Еще и телефон Чонвона где-то лежал и отчаянно вибрировал о входящих сообщениях. Сам же хозяин смартфона лежал рядом, закутавшись в одеяло и тихо сопел. Сонхун осторожно отодвинул в сторону челку и оставил быстрый поцелуй на виске нужно выключить хотя бы интернет на телефоне, чтобы уведомления не мешали спокойно спать. Палец Сонхуна замер в шоке, когда он обнаружил, что на телефоне была включена запись видео. На еще совсем новеньком телефоне до сих пор шла съемка. И длилась она с того момента, как они оказались в квартире. Теперь понятно, почему он так быстро забежал в помещение. Сонхун свернул видео и нахмурился, а очередное уведомление поставило все на свои места. сону-хён: ну что, снял видео? сону-хен: такой кретин. даже не подозревает, как быстро его сексуальные подвиги предстанут перед всеми сону-хен: да как он вообще посмел думать, что он твоя ровня? сону-хен: мелкая интрижка, чтобы вызвать ревность у джея сону-хен: я знаю, что вы обязательно сойдетесь снова. нужно просто для начала публично унизить твоего сонхуна, блять сону-хен: как же он меня заебал. слишком большого мнения о себе сону-хен: как тебе не тошно его целовать? сону-хен: меня даже от его вида тошнит. так ты еще и спишь с ним. ты самый сильный из нас Сонхун заметил как он плачет, когда на экран телефона упала первая капля, а за ней и вторая, смешиваясь с соплями. От шороха на постели он непроизвольно вздрогнул. Дрожащие пальцы быстро зашли в галерею, удаляя длинное видео из галереи. Сонхун пролистнул чуть выше, чтобы найти более ранние сообщения и понять, в какой момент это началось. Чонвон всё это планировал ровно с того момента, как у них начались отношения.

я: он ведет себя как неопытный девственник. я сомневаюсь, что он когда-нибудь женщину держал за ляжку

я: он привлекательный телом, но такой недотрога. Мне аж смешно с него

я: неудивительно, что у него нет ни парня, ни девушки

я: я — лучший его партнер, лол. даже обсуждать с ним это не буду. я и так знаю

Джейк был прав. Сонхун стиснул в руках небольшое устройство. В этот же миг ему хотелось раздолбать гаджет о стену, выкинуть его в окно и затем прыгнуть следом. Но от внутренней ярости он не становился сильнее. Его боевой настрой был только на словах. — Хён? — Чонвон потянулся в постели, щупая остывающую половину постели. — Пожалуйста, вернись. Без тебя так холодно… Сонхун не отозвался. Он замер на месте, стараясь унять свою внутреннюю ярость. Слезы обжигали ладони. — Хен? Что случилось? — чонвон лениво потер глаза и включил настольную лампу, осветившую небольшой участок комнаты. Сонхун выдал шмыгающий нос, из которого потекли еще и сопли. Настолько сильно он был расстроен из-за жестокого толчка в спину. Нож погрузился по самую рукоятку. — Почему ты плачешь? — чонвон сразу же опустился с кровати и подошел прямо к Сонхуну. Попытка объятий закончилась болезненным ударом по ладоням. — Айщ… Что я сделал не так? — Всё, — тихо процедил Сонхун. Безумно хотелось выставить Чонвона с голой задницей на улицу и послать на все четыре стороны. Только вот нежные чувства, бурлящие в груди не давали поступить так жестоко. Почему он так легко доверился такому же буллеру? Так легко позволил воткнуть нож в спину по самую рукоятку. — Я был для тебя все это время посмешищем? — резкий вопрос в лоб. — Не смей юлить. — О чем ты? — Со мной мерзко спать? — так же озлобленно продолжил задавать вопросы Сонхун. — Я не понимаю, о чем ты… — Ты такой сильный, вау. Смог через отвращение позволить мне трахнуть себя. Бедняга. Потом подашь на меня в полицию за то, что я тебя изнасиловал? — Сонхун причинял себе большее количество боли, чем самому Чонвону. — Перестань надо мной издеваться! Я… Глаза расширились от шока. Чонвон заметил блеск своего мобильного устройства в руке Сонхуна. — Отдай, — сонливость рукой сняло от осознания происходящего. Он все видел. — Отдай мой телефон, прошу. Не смотри, — из глаз Чонвона прыснули слезы, ведь он понял, что сейчас же все испортил. — Не смотри в него. — О, кажется сону написал еще одно сообщение, — Сонхун открыл чат и поднял руку как можно выше. — «Ну где ты там? Потрахался и хватит. Чонсончик тебя точно сможет утешить после твоего несчастного расставания». Правда? — Зачем ты это читаешь? — Чонвон прижался к обнаженной груди. Слезы потекли по груди. — Перестань. Умоляю. — «Чонсон-то будет рад принизить этого уебка. Зачем тебе тратиться на какого-то нищеброда? Пожалуйста, скинь видео. Хочу убедиться, что он реально убожество». — Зачем ты это делаешь? Хён, я люблю тебя. Пожалуйста, перестань, — Чонвон поднял вверх голову, но взгляд был размыленным из-за стены слёз. — Если ты меня так сильно любишь, то смог бы ты бросить свою шайку друзей и послать их всех? — безразличным тоном спросил Сонхун, а слезы в моменте перестали течь по его щекам. — Ради меня. — Пожалуйста, не ставь меня перед таким выбором, — Чонвон на дрожащих ногах опустился на колени, сжимая кулаки от бессилия. — Я не хочу выбирать. — Потому что свой выбор ты уже сделал, — каждое свое слово Сонхун выплевывал с особой яростью, стараясь вложить в каждое кусочек желчи. — Чонсон тебя утешит. Не расстраивайся. Сону-хен: Ау? Где ты там застрял? Просыпайся, соня

я: я тебя ненавижу. сходи убейся и чонсона с собой прихвати. блять. забудь про меня. потому что я бы очень хотел забыть про вас всех

Сонхун так и не добрался до самых важных сообщений в чате.

я: блять, он такой милый

я: он обо мне заботится как о драгоценности. это очень мило с его стороны. кажется, я влюбляюсь в него. тем более он уже меня так любит

я: я уже не понимаю, за что нужно было относиться как к дерьму к самому нежному и чуткому парню на свете