Горячее сердце

Был студеный зимний вечер. Снег засыпал дороги, ветер яростно трепал голые ветки деревьев. Дремучий лес у дороги был укрыт белым одеялом. Не было слышно ничего, кроме воющего ветра. Казалось, в этом царстве снега все замерло в ожидании и ничто не решалось нарушить эту тишину. И вдруг из леса, согнувшись в три погибели, вышел человек. Он шел нетвердой походкой, окоченевший и обессиленный. На нем была овчинная шуба, запорошенная снегом. На руках — шерстяные рукавицы, на голове — пуховый шарф. Только мех спасал бедолагу от лютого холода. В такую непогоду нормальный человек ни за что бы не сунулся в лес. Но у Арсения Попова не было выбора. Еще днем он был под надзором двух офицеров. Некий Попов, он же Роберт, Август, Епифан, был известен во многих городах, и не с лучшей стороны. С двадцати лет Арсений пустился в авантюры. Обманывал богачей, выманивая у них деньги. Любая приглянувшаяся ему вещь запросто исчезала из магазинов или музеев, чтобы оказаться у него. Поймали обаятельного мошенника недавно, когда ему было тридцать пять. Зря он доверился шикарной даме по имени Луиза. Она и выдала его инспектору. Попов не паниковал. Он был уверен, что недолго пробудет в заточении. Так и вышло, охранники оказались не очень внимательными. Ловкому умельцу пришлось оглушить одного из них, пока второй справлял нужду. Правда, пришлось бежать куда глаза глядят. Сначала от страха он несся как угорелый, но силы быстро иссякли. Выбравшись к дороге, беглец рухнул лицом в снег и едва дышал. Тело замерло, только сердце слабо билось в груди. Так могла закончиться эта история, но умирающего от холода спасло чудо. Мимо ехала повозка, запряженная парой крепких лошадей. В повозке сидел плотный мужичок в теплой одежде. Он мог и не заметить лежащего в снегу человека, но одна из лошадей заметила Арсения и резко остановилась. Мужик поднял незнакомца. Он был врачом и не мог оставить человека в беде. Удача не иначе. Уложил замерзшего в повозку, подложив под голову свою сумку с вещами. Врач заботливо снял с себя пуховое одеяло и укрыл найденного мужчину. Из саквояжа он достал бутылку коньяка и аккуратно влил немного напитка в рот мужчине, после чего и сам пригубил. Попов открыл глаза и увидел человека в очках с круглой оправой. Ему было слегка за пятьдесят, с небольшой седоватой бородкой. Лицо у него было полным и бледным, словно он сам не отличался крепким здоровьем. Но по добрым, светлым глазам можно было сказать, что он человек порядочный. — Очнулись? — тихо произнес доктор, склонившись над спасенным. — Вам крупно повезло, еще чуть-чуть, и вы бы не проснулись. Арсений попытался приподняться, но доктор мягко, удержал его, положив руку на грудь. — Не торопитесь, — спокойно сказал мужчина. — Вам нужен отдых. — Кто вы? — спросил Попов. — Пётр Михайлович Добровольский, — учтиво представился тот. — Доктор, — добавил он. В его голосе звучали спокойствие и какая-то отеческая забота. Бывший заключенный облегченно вздохнул, немного успокоившись. — Август, — назвался незнакомец, используя псевдоним, который носил уже три года. Своё настоящее имя он давно забыл и перестал использовать. Август стало его новым «я». — Как вы оказались возле дороги, если не секрет? — поинтересовался Добровольский, отпив глоток согревающего коньяка. Арсений быстро прикинул возможные варианты ответа и выбрал наиболее правдоподобный. — Охотился, — уверенно заявил Троцкий. — Погода сегодня не самая охотничья, — усмехнулся Пётр Михайлович, возвращаясь на свое место. Он взял вожжи и подстегнул лошадей. — Сегодня было не так уж и морозно, — произнёс Попов, присаживаясь рядом с врачом. Добровольский слабо улыбнулся, но тут же сморщился от боли. Несколько часов его мучили боли в груди и животе. — По словам местных, зима выдалась непривычно холодной и долгой. Вероятно, вам покажется это странным но зима здесь года три, — проговорил доктор с трудом, зажмурившись. — С вами всё в порядке? — Попов с тревогой посмотрел на Петра. — Скорее всего, сердце даёт сбой, — предположил Добровольский. — Вам нужна помощь, это очевидно. Арсений огляделся, пытаясь найти хоть какое-то укрытие поблизости. — Какая помощь? Я сам врач, — болезненно усмехнулся мужчина, — не волнуйтесь, где-то здесь должен быть населённый пункт. Меня туда вызвали по работе. — Что за место? — с интересом спросил попутчик. — Каменный, — с трудом выговорил доктор, — пожалуйста, возьмите мой чемодан и достаньте оттуда небольшой тёмный пузырёк. Попов торопливо потянулся за чемоданом, стараясь как можно быстрее найти нужное лекарство. На дне чемодана лежал металлический ящик с медицинскими инструментами, а в карманах — различные флаконы и баночки. Через минуту Арсений нашёл искомый пузырёк с жидкостью и передал его Петру. — Спасибо, — слабо сказал доктор, принимая лекарство. Он сделал глоток вязкой жидкости из флакона. Попов предложил ему прилечь в повозке. — У меня давно проблемы с сердцем, — Добровольский откинулся на спину, потирая грудь, — когда-нибудь это должно было случиться. Если бы свет от лампы был ярче, можно было бы заметить, что губы мужчины посинели. — Кажется, я вижу огни! — воодушевлённо произнёс Арсений. Но доктор не ответил. Попов обернулся и увидел неподвижное тело доктора. Он не дышал. — Пётр Михайлович? — испуганно прошептал мужчина, бросив повозку. Он бросился к Добровольскому и склонился над ним, чтобы проверить пульс. К сожалению, доктор был мёртв. — Чёрт, — выпалил беглец, — что за день! Он пребывал в растерянности, не зная, что предпринять. Вскоре его начнут разыскивать стражи порядка. Попов размышлял, где бы найти убежище. Первым делом он решил отправиться в Каменный — совершенно незнакомое для него место. Тело Петра Михайловича нужно было на время спрятать. Как бы низко это ни было, Арсению пришлось закопать доктора недалеко в лесу. Он также забрал его кошелек и документы, которые обещал позднее вернуть его семье. В документах не было фотографии, что могло временно помочь путнику. Закончив с захоронением Добровольского, он направился в город. При въезде не было никаких опознавательных знаков. Городок оказался маленьким, спокойным и старинным. Почти все строения были деревянными, а дома побогаче — каменными. Фонари освещали лишь главную улицу. Дороги были ухабистыми, местами торчали кочки. В городе было чуть теплее. Попов притормозил возле трактира и вошёл внутрь. Помещение напоминало подвал: без окон, вдоль стен стояли деревянные бочки, в воздухе витал запах пива и жареного мяса. Трактир оказался довольно просторным, круглые столики были расставлены беспорядочно. Слева располагалась барная стойка. Среди посетителей было шестеро взрослых мужчин и одна дородная дама. Заметив незнакомца у входа, они начали его с интересом разглядывать. Он был высоким, подтянут и обладал некой изысканностью, благородством. Его лицо отличалось привлекательностью, а светлые глаза лучились выразительностью. Когда он снял головной убор, взору открылись тёмные завитки волос. Глядя на него можно было принять его за дворянина. Ощутив тепло, Попов распахнул свою верхнюю одежду. Под ней виднелся серый костюм. Взгляд хозяина заведения задержался на нём. У барной стойки стоял крепкий мужчина с окладистой бородой. Арсений не спеша направился к хозяину, пригладив непослушные волосы. — Добрый вечер! — произнёс визитер с выражением. — Здравствуйте, — отозвался тот, кивнув, — вы кто будете? — Эм, я врач, — прокашлявшись, ответил незнакомец. — Добровольский? — уточнил хозяин. Позади Попова раздался шёпот. Любопытство посетителей было очевидным. — Да, Пётр Михайлович, — голубоглазый незаметно сжал кулак. — Наконец-то! — радостно воскликнул мужчина, — мы вас уже заждались. Я Филипп, кстати. С улыбкой он протянул свою широкую ладонь. В его небольших, светлых глазах заиграли огоньки. — Очень приятно, — Арсений ответил на рукопожатие. Филипп живо наполнил большой бокал пивом и поставил перед гостем. — Врача нам очень не хватает, — с сожалением сказал мужчина, — особенно в последнее время. — А что случилось? — нехотя спросил Арсений, сделав глоток пива. — Днём нашего почтальона нашли за городом, на него словно напал зверь, — понизив голос, сказал Филипп. Но не настолько тихо, чтобы один из посетителей не услышал их разговор. Высокий, рыжеволосый мужчина с плешью резко вскочил с места. — Не неси чушь! — заорал рыжий, — никто бы не помог Митьке. Его тело было в клочья разорвано. Остальные посетители в испуге посмотрели на него. В их взглядах читалась тревога. — Инспектор заверил меня, что ничего подозрительного не обнаружил, — говорил Филипп. — Но я же сам видел тело, своими глазами! Попов, нахмурившись, слушал спор этих двоих. Он не понимал, чего от него добиваются, и разговор ему совсем не нравился. — Скорее всего, это волк или медведь, — предположил старик с седой бородой. — Для волка слишком мало повреждений, — возразил рыжий. — Да и звери обычно охотятся ради пропитания, а раны на теле Мити и остальных говорят о другом — кто-то напал не из-за голода. А трое наших мужиков до этого вообще до смерти замершими нашли. — Да не нагнетай, Максим, доктор только с дороги, — вмешался Филипп, заметив напряжение гостя. — Он сам скоро всё поймёт, — буркнул рыжий. «Нет уж, — подумал Попов про себя. — Скоро меня здесь не будет». — Простите, не подскажете, где можно остановиться на ночь? — обратился он к хозяину. — Об этом не беспокойтесь, Пётр Михайлович, вас поселят у Вишняковых, — любезно ответил Филипп. — Вы в курсе всего, — удивлённо хмыкнул Арсений. — Мы вас ждали, — довольно отозвался хозяин, — правда, точной даты вашего приезда не знали. Самозванец выдавил из себя улыбку. Он осознал, что приезд в этот город был крупной ошибкой. — Я очень устал с дороги и хотел бы отдохнуть, — тихо произнёс Попов, постукивая пальцами по столу. — Объясните, как добраться до Вишняковых? — Не вопрос, — участливо произнёс Филипп, — Ефим проводит, он там по соседству обитает. Услышав своё имя, пожилой человек поднялся. Невысокий, с пузиком и внушительным носом. — Как раз собирался домой, — объявил Ефим во весь голос. Оба гостя покинули таверну. Попов указал на свою телегу. — И коням местечко отыщем, — подбодрил Ефим, махнув в сторону лошадей. Вскоре они подъехали к большому двухэтажному дому недалеко от мэрии.