Солнечный вуайеризм

Введение

      Светлая комната утопала в солнце. Лучи, пробиваясь сквозь высокие окна, окутывали пространство молочной дымкой, превращая всё в мираж. В центре этого сияния, в глубоком кресле, сидела Агнесса. Розовые волосы рассыпались по плечам шёлковым водопадом. Необычные глаза — того же нежного оттенка — смотрели в пустоту, не видя ничего, кроме собственных фантазий. Белые чулки с крохотными бантиками превращали хрупкие ноги в произведение искусства.       Ладони поползли по шее. Медленно. Едва касаясь. Кожа отзывалась мурашками на каждое прикосновение. Ключицы. Грудная клетка. Дыхание участилось — предвкушение будоражило кровь. Пальцы добрались до груди, сжали упругую плоть. Розовые соски мгновенно напряглись, превратились в твёрдые бутоны.       Агнесса запрокинула голову. Веки опустились. Стон — тихий, протяжный — сорвался с губ. Одна рука продолжала мять грудь, щипать чувствительные вершинки. Вторая скользнула ниже, к плоскому животу, замерла у лобка.       Дверь открылась беззвучно.       Аарон застыл на пороге. Чёрно-белый костюм безупречно сидел на мускулистом теле. Два метра чистой силы. Золотые глаза сузились, впиваясь в зрелище перед ним. Не произнося ни звука, мужчина закрыл дверь и направился к свободному креслу. Движения неспешные, почти ленивые. Опустился напротив, скрестил лодыжки. Наблюдал.       Агнесса не заметила зрителя. Или не обратила внимания. Рука нырнула между раздвинутых бёдер, нашла то, что искала. Влажное тепло обожгло пальцы. Клитор набух, пульсировал под подушечками. Круговые движения — медленные, ритмичные — вызывали волны, расходящиеся по телу.       Золотой взгляд прожигал кожу. Аарон не шевелился. Даже не моргал. Изучал каждый изгиб, каждую дрожь. Видел, как розовые складки блестят от возбуждения, как бёдра непроизвольно подаются навстречу собственной руке. Пах наливался тяжестью. Член твердел, упираясь в молнию брюк. Дискомфорт только усиливал желание.       Два пальца исчезли внутри. Агнесса выгнулась, насаживаясь глубже. Влажные звуки наполнили тишину — непристойные, откровенные. Ладонь двигалась быстрее. Вход и выход. Растягивание. Массаж чувствительных стенок. Соки стекали по суставам, капали на обивку кресла.       Большой палец продолжал кружить над клитором. Двойная стимуляция — внутри и снаружи — разгоняла кровь, заставляла сердце колотиться в бешеном ритме. Дыхание сбилось. Грудь вздымалась часто, хаотично.       Рука переместилась ещё ниже. Скользкие от соков пальцы коснулись запретной зоны. Агнесса медленно ввела указательный в тугое кольцо мышц. Жжение смешалось с наслаждением. Второй рукой продолжала терзать распухший клитор. Тело горело изнутри.       Аарон смотрел, как она трахает себя в оба отверстия одновременно. Дыхание стало тяжёлым, ноздри раздувались. Кулаки сжались на подлокотниках — сухожилия проступили под кожей. Сдержаться становилось всё сложнее. Хотелось сорваться с места, подойти, заменить её пальцы своими. Но он продолжал сидеть. Ждал.       Движения ускорились. Агнесса трахала себя яростно, жадно. Стоны перешли в крики. Спина выгнулась дугой — мышцы напряглись.       Оргазм накрыл волной. Мощной. Всепоглощающей. Тело содрогалось в конвульсиях. Киска судорожно сжималась вокруг пальцев. Глаза закатились под веки — остались только белки. Рот распахнулся в беззвучном крике. Волна за волной прокатывались по телу, выжимая последние капли наслаждения.       Постепенно спазмы отпустили. Агнесса обмякла в кресле. Грудь вздымалась. Кожа покрылась испариной, блестела в солнечных лучах.       Розовые глаза открылись. Встретились с золотыми.

Кульминация

      Молчание растянулось. Взгляды сцепились — два хищника оценивают друг друга. Агнесса поднялась. Движения плавные, гипнотизирующие. Подошла к Аарону. Остановилась в паре сантиметров. Запах её возбуждения окутал мужчину.       Забралась к нему на колени. Хрупкое тело прижалось к мускулистому торсу. Контраст разительный — фарфоровая кукла против боевой машины. Секунда паузы. Взгляд в взгляд.       Губы столкнулись.       Поцелуй получился голодным. Языки сплелись в яростном танце — без нежности, без прелюдий. Чистая страсть. Агнесса впилась зубами в нижнюю губу мужчины. Аарон рыкнул, ответил тем же. Привкус меди на языке только подстегнул.       Большие ладони легли на тонкую талию. Сжали. Притянули ближе. Влажное тепло прижалось к вздувшейся ширинке. Агнесса инстинктивно качнула бёдрами. Трение вызвало одновременные стоны.       Рука мужчины нырнула между ног девушки. Большой палец нашёл распухший клитор, надавил. Круговые движения — жёсткие, требовательные. Три пальца проникли внутрь без предупреждения. Агнесса вскрикнула в поцелуй. Внутренние мышцы сжались вокруг вторжения.       Аарон трахал её пальцами безжалостно. Глубоко. Сильно. Вход-выход в быстром темпе. Соки хлюпали непристойно громко. Большой палец не переставал массировать чувствительную точку. Двойная атака быстро подтолкнула девушку к краю пропасти.       Но она не хотела кончать так. Не снова.       Агнесса оторвалась от губ мужчины. Скользнула вниз, опустилась на колени между его ног. Руки потянулись к ширинке. Молния разошлась с металлическим звуком. Пальцы проникли внутрь, освободили напряжённую плоть.       Член предстал во всей красе. Длинный. Толстый. Головка налилась кровью, приобрела багровый оттенок. Вена на стволе пульсировала. Идеально гладкий — ни единого волоска. Агнесса обхватила ладонью основание. Пульс бился в её руке.       Язык прочертил дорожку от корня до кончика. Медленно. Смакуя. Вкус кожи смешался с солоноватой каплей смазки. Розовые глаза поднялись, встретились с золотыми. Взгляд не отрываясь, губы приоткрылись. Головка скользнула внутрь.       Горячий рот обхватил плоть. Язык обвился вокруг, ласкал чувствительную уздечку. Агнесса насаживалась глубже — сантиметр за сантиметром. Щёки впали от усилия. Горло раскрылось, приняло вторжение. Слюна выделялась обильно, стекала по стволу, капала на яйца.       Аарон смотрел, как его член исчезает в её ротике. Руки вцепились в подлокотники — костяшки побелели. Сохранять неподвижность становилось пыткой. Хотелось схватить за волосы, трахать в рот до слёз. Но он терпел. Позволял ей вести.       Голова двигалась вверх-вниз. Медленно сначала. Затем быстрее. Губы растягивались вокруг ствола, блестели от смешения слюны и смазки. Агнесса сосала самозабвенно — глубоко, жадно, с хлюпающими звуками. Слюна капала на костюмные брюки, оставляла тёмные пятна.       Член вышел из рта с непристойным хлопком. Между губами и головкой протянулись толстые нити. Агнесса облизала их, смотря прямо в глаза мужчине. Затем снова проглотила плоть — на этот раз до самого основания. Нос уткнулся в лобок. Горло сжалось вокруг головки.       Аарон зарычал. Терпение лопнуло.       Сильные руки подхватили девушку. Поднять сорок килограммов — не составило труда. Агнесса взвизгнула, обхватила его шею, обвила талию ногами. Мускулы под костюмом перекатывались, когда он нёс её к центру комнаты.       Остановился. Переместил хватку — ладони легли под бёдра. Головка упёрлась во вход. Секунда паузы. Взгляд в взгляд. Затем Аарон опустил девушку на себя.       Член вошёл одним движением. До упора. Соки смазали путь — сопротивления не было. Агнесса вскрикнула. Внутренние стенки растянулись, обхватывая толстую плоть. Ощущение заполненности граничило с болью.       Аарон держал её на весу. Руки крепко сжимали бёдра. Начал двигать ею вверх-вниз на своём члене. Использовал как игрушку — поднимал и опускал в нужном ритме. Мышцы рук напряглись, но вес девушки не чувствовался.       Агнесса вцепилась в его плечи. Голова откинулась назад. Розовые глаза закатились — остались только щели. Рот распахнулся в беззвучном крике. Грудь тёрлась о рубашку костюма — соски затвердели до боли.       Член входил и выходил. Глубоко. Жёстко. Звуки соединяющихся тел эхом разносились по комнате. К ним добавились стоны, рычание, хлюпанье соков.       Темп ускорился. Аарон трахал её яростно, безжалостно. Бёдра двигались с нечеловеческой скоростью. Член влетал внутрь с такой силой, что маленькое тело подскакивало на каждом толчке. Соки брызгали, стекали по яйцам, капали на пол.       Агнесса чувствовала, как внутри нарастает давление. Мышцы сжимались вокруг вторгшейся плоти. Клитор тёрся о лобок мужчины на каждом движении. Волна приближалась — неумолимая, всепоглощающая.       Оргазм разорвал её изнутри.       Тело выгнулось дугой. Киска сжалась в спазме — так сильно, что член застрял внутри. Крик вырвался из груди — долгий, животный. Ногти впились в плечи, прорвали ткань рубашки, оставили кровавые полосы на коже. Волна за волной накрывали с головой.

Конец

      Спазмы её киски довели Аарона до предела. Рык вырвался из груди — низкий, гортанный. Он вбился в последний раз до упора и замер. Член дёрнулся. Горячая сперма хлынула внутрь — порция за порцией заполняла её.       Агнесса чувствовала каждый выброс. Жар растекался по внутренностям, смешивался с её соками. Член продолжал пульсировать, выдавая последние капли семени.       Дыхание обоих сбилось. Сердца колотились в унисон. Пот смешался — его и её. Аарон всё ещё держал девушку на весу, но хватка ослабла. Агнесса обвила его крепче, прижалась всем телом. Член оставался внутри — полумягкий, но всё ещё большой.       Солнечный свет заливал их фигуры. Золотые блики плясали на влажной коже. Молчание нарушало только тяжёлое дыхание да редкие всхлипы.       Постепенно мир вернулся в фокус. Член вышел с мокрым звуком. Смесь спермы и соков потекла по бёдрам, оставила блестящие дорожки на белых чулках. Аарон медленно опустил Агнессу на пол. Ноги задрожали — не держали. Он продолжал поддерживать, пока она не обрела равновесие.       Розовые глаза встретились с золотыми. Долгий взгляд — без слов, без жестов. Понимание повисло в воздухе. Обещание. Продолжение следует.       Агнесса отстранилась первой. Развернулась, направилась к своему креслу. Движения неуверенные — тело всё ещё дрожало от пережитого. Опустилась в мягкие подушки. Откинула голову. Закрыла глаза.       Аарон поправил костюм. Застегнул молнию. Пригладил волосы. Золотой взгляд задержался на девушке ещё на мгновение. Затем развернулся и направился к двери.       Вышел так же бесшумно, как вошёл.       Солнце продолжало заливать комнату тёплым светом. Агнесса сидела в кресле, губы растянулись в довольной улыбке. На бёдрах медленно высыхали следы их страсти. Память о том, что только что произошло.