Тень его любви

Ранеё тёплый воздух совсем не ощущался на коже. Эйфорийный интерес, полностью поглотивший Джонатана во время дёрганья ручки, бесследно испарился. Оставался лишь неприятный холод, пробирающийся под кожу. Ему не было страшно. Хотя нет. Ему было до смерти страшно. За себя. За Нэнси и Джейн, находящимся в ста метрах от него. Стоя спиной к двери, он медленно осознавал в какую опасность он себя поставил. Сейчас, он даже не видит кто открывает дверь. Самым разумным вариантом будет бежать, на столько быстро, на сколько возможно. Естественно, он этого не сделает. Гнилая дверь с громким, удушающим скрипом отворялась, выпуская горячий воздух из соседнего помещения в коридор. Там было минимум двадцать градусов. Джону казалось, что не смотря ни на что, он не сможет двинуться даже на миллиметр. Может это всё просто сонный паралич, который скоро закончится? Сонным параличом это не было. Лишь человек с прекрасным слухом — которым обладал Джонатан — мог услышать тихие шаги у двери. Если долго прислушиваться, можно было услышать тихое сопение в помещении. Кто-то спал. Он стоял где-то десять минут без движения. Дверь так и не открылась. Будто кто-то, стоявший за ней, боялся этого делать. Это не продлилось больше пятнадцати минут. Видимо человек — или нет — находившийся за дверью резко осмелел. С истошным воплем дверь полностью открылась. Мурашки пробежали по коже Байерса, заставляя его волосы встать дыбом. Никогда, в своей не долгой жизни, он не был так напуган. Ни-ког-да. Человек, теперь стоящий в проходе, медленно осматривал шатена. Словно оценивал. Словно решал, что с ним такого сделать. -Кто вы? — тихий шёпот разрезал ту леденящую тишину, повисшую в коридоре. Голос не был похож на кого-то, кто десятилетиями убивал людей и был готов убить любого на своём пути. Его голос был хриплым. Точно не как у подростка. Детским. Будто мальчик не достиг пубертата, но сорвал голос. Возможно это так и было. Обернувшись, старший Байерс оглядел мальчика. Покрытое шрамами, лицо. Отсутствие некоторых пальцев. Тёплая одежда. Ничего необычного. Да неужели. Взгляд Джона зацепился за бейджик на передней части куртки мальчика. Мелкая дрожь прошлась по его телу, сопровождаемая накатывающим потоком слёз. Уильям Байерс. -С-скажи тут на бейдже. Это- это твоё имя? — болезненно сглотнув бесполезный ком в горле, Джонатан наклонился чтобы рассмотреть значок поближе. Это ведь не могло быть правдой. Уилл смотрел на странного человека, что так близко к нему подошёл. Его лицо было знакомым. Слишком знакомым. Парню было комфортно говорить в его присутсвии. Уилл знает его всего лишь двадцать минут. -Да моё. Уилл — на выдохе прошептал шатен, проходя вперёд и закрывая за собой дверь. Не может быть. Невозможно. -Уилл? — он не мог больше сдерживать слёзы. Плевать, что это может быть одинаковое имя. Плевать, что он может не помнить его. Плевать на всё. -Мы знакомы? — в недоумении, младший Байерс оглядывал шатена. Всё. Конец. Конец жалкой, наивной жизни Джонатана Байерса. Как он мог подумать, что это его брат? В крайнем случае, как он мог подумать, что его брат его узнает? -Ты- у тебя есть брат? — голос дрожал, не позволяя нормально сформировать грамотной фразы. -Нет — это звучало больше как отчаянная попытка удержаться, чем отрицательный ответ. Этого хватило, чтобы перейти черту стойкости Джонатана. -В смысле да у меня есть брат — страх в глазах Уилла грубо и безжалостно бил прямо в голову. Он не хотел в это верить. Младший не помнил ни одного лица из своего прошлого. Даже имена постепенно стирались. Единственное, что служило якорем — была старая, уже давно не работающая, кассета с именем старшего брата. -Джонатан? — тихий шёпот разбавил тишину, становясь еле слышным из-за Джона, отчаянно пытавшимся подавить всхлипы. Кажется, он услышал это простое слово в самой чёткой форме. -У-уилл ты меня помнишь? Это- это ведь я- я же твой брат — ответа не последовало. Брови младшего в осознании сдвинулись. Он стоял там, не понимая, что делать или как себя вести. Ему и не надо было. Уже не сдерживая слёзы, Джонатан подбежал к брату, крепко обнимая его. Спина начала бы болеть из-за резкого наклона, однако это совсем не волновало парня. На коричневой куртке Уильяма появилось мокрое пятно. -Я думал, что ты- что ты умер. Мы все думали. Восемь лет прошло. Я уже не надеялся найти тебя. Уилл- господи — слова смешивались в одно сплошное месиво, превращаясь в непонятный ураган. Уилл стоял там, наполовину ошарашенный, наполовину удовлетворённый. Первые тридцать секунд, его руки от безысходности болтались по бокам. Через минуту, он неловко положил их на спину Джонатана. На спину своего брата.

***

-Значит у меня есть сестра? — сидя в коридоре, оба Байерсов, кажется, совсем позабыли о внешнем мире. -Сводная. Это долгая история. Мама вышла замуж за отца Джейн и так она стала нашей сестрой — слёзы всё ещё продолжали течь, размывая вид перед лицом Джона. -Сводная — тихо повторил младший Байерс, пробуя слово на вкус. Тишина повисла между ними. Это не была та холодящая, вселяющая ужас тишина. Она была тихой, комфортной. Впервые за всё время своего существования, Уилл сидел в такой спокойной тишине. Тем не менее, их идиллия была грубо прервана голосами доносящимися из соседнего помещения. Спохватившись, Уильям быстро встал и скрылся за скрипящей дверью. Джонатан даже опомниться не успел. Он проддолжал сидеть в коридоре где-то пять минут. В душе сеялась надежда, что младший вернётся к нему и они продолжат непринуждённый разговор. Этого не случилось. Одновременно разочарованный и счастливый Байерс встал и направился в сторону Нэнси с Джейн. С каждым шагом тревога нарастала. Встреча с Уиллом, небольшое путешествие о двери — всё это заставило его забыть о девушке и сестре. Он заметно ускорялся, громко топая по сырой земле. Чем ближе парень подходил к выходу, тем тише становилось. Возможно, это просто его воображение, разыгравшееся после резкого счастья. Дойдя до нужного места, он обнаружил и Джейн, и Нэнси. Хоппер продолжала лежать в отключке, не просыпаясь, а Нэнси- Нэнси сидела рядом, направив заряженный пистолет прямо на любовь всей своей жизни. -Нэнс ты меня убить хочешь? — как-то слишком весело пробормотал шатен. -Возможно. Ты чего такой счастливый? — девушка звучала раздражённой, медленно перенимая радость парня. -Уилл. Я его встретил. Он живой. — с нескрываемой улыбкой ответил он. Уилер не ответила. Не смотря на всё, что успело с ними произойти, она не могла винить Джона в его счастье. Шатенка прекрасно понимала, что Уилл значит для старшего Байерса и как долго он его искал. Она помнила каждую ночь, когда тот плакал в своей кровати, рассматривая старые фотографии младшего брата. Она помнила каждую смешную историю про их детство, рассказанную Джонатаном. Она помнила всё. -Вставай. Уилл живёт или сейчас находится в какой-то комнате. Я уверен там найдётся место и для нас — неверящая улыбка не собиралась слезать с лица шатена, заставляя его щёки слабо побаливать. Тем не менее, это его не останавливало. Чуть-ли не в припрыжку идя вперёд, он с, непонятно откуда появившемися, силами тащил младшую сестру на спине. Даже её вес не казался таким тяжёлым, как раньше. Будто мир обрёл цвета. Неудивительно, что через десять минут, светящийся Джонатан и стонающая, от усталости, Нэнси были уже у двери. Тогда, они замерли. Байерс точно не знал почему. Стучать или входить без приглашения. Выбрав показывать пример вежливости, Джон со всей силы постучал в дверь. Громкий звук разнёсся по всему коридору, возможно, выходя за его пределы. Уилер одарила парня многозначительным взглядом. Сразу после стука, дверь открылась. Словно Уилл, стоящий на пороге, как собака ждал у двери. Младший Байерс светился точно также, как и его брат. -Вы все тут солнечные дети или что? — раздражённо буркнув, Нэнси прошла в глубину помещения. За ней прошёл Джонатан, сопровождаемый громким скрипом двери. -О господи, что случилось с Джейн — Макс, совсем недавно отошедшая ото сна, на всех парах подбежала к Джону, помогая ему положить Хоппер на свитера. Дастин и Лукас мирно спали в углу комнаты. Казалось, что гул поднявшийся в комнате их совсем не волновал. Рядом с Хендерсоном лежала Сьюзи, иногда обнимая его руку. Взгляд рыжеволосой дёрнулся на новый "гостей", тут же с нежного меняющийся на встревоженный. Если бы не вывихнутая нога, теперь подвязанная марлей и толстой щепкой, она бы и к ним подбежала с распросами -Нэнси — оглянувшись, Уилер заметила брата, стоящего напротив неё. К, ранее порезанной щеке, он прижимал влажный кусок марли. Видимо, это единственный доступный материал тут. -Что с твоей щекой? — осторожно прикоснувшись к покрасневшей коже, шатенка заставила брата морщиться и отступать на пару шагов назад. -Уилл её обработал. — Уилер нервно сглотнул и прикусил язык, вспоминая пытки, — или нет — что он пережил десять минут назад.

***

Тепло окутывала с ног до головы, превращая попытки встать в невозможную пытку. Уставшее тело ныло, умоляя отдохнуть ещё тридцать лет. Тем не менее, это было непозволимо. Разбуженный сильной тряской, Майк сидел на огромной куче свитеров, протирая сонные глаза. Больше всего, сейчас, ему хотелось спать. -Зачем? — устало зевнув, Уилер прикрыл глаза. -Твоя щека. Уилл говорит, что она загноилась и её стоит обработать. Он пошёл за каким-то лекарством или чем-то похожим — на секунду могло показаться, что, сидящая напротив Максин, ухмылялась. -Вау. Я ещё слишком молод, чтобы умирать — широко открыв рот, брюнет упал на свитера, бесподобно смягчающие падение. -Будет больно. — сочувствующий голос Уилла резко донёсся из конца комнаты, заставляя Майка, в страхе, подпрыгнуть и до конца проснуться. -Вы тут прям кипите поддержкой! — подняв руки, парень возмущённо оглядел обоих подростков. -Лучше сделать быстро. Тогда будет легче и рана не будет болеть. — останавливаясь между словами, Байерс медленно произнёс одну из самых длинных фраз за всю его жизнь в подвалах. Обречённо выдохнув, Уилер откинулся к стене, закрывая глаза. Сжав губы, он приготовился к худшему. Тем не менее, худшего не было. Он ощущал вес Уилла на своих ногах. Он сидел с ваткой в руках, однако ничего не делал. Неужели щека Майка настолько ужасна. Шатен сидел не двигаясь. Его взгляд с интересом исследовал лицо брюнета. Множество веснушек, обрамляемые чёрными волосами. Пыхлые губы, побледневшие от долгого отсутствияя нормального отдыха. Кожа Уилера была бледной. Она ярко контрастировала с его волосами. Прикоснувшись к щеке Майка, Уилл обнаружил, что кожа была ледяной. Он завис. Брови Майкла сдвинулись к переносице, недоумевая почему его пытки так и не начались. Он медленно приоткрыл глаза. Шатен находился в каких-то жалких пятнадцати сантиметрах от его лица. Только сейчас Уилер заметил на сколько Уилл красив. Все светлые шрамы на его лице, все царапины. Ничто не могло затмить красоту его лица. Медовые глаза, слабо светящиеся чем-то непонятным. Гладкая кожа, испачканная в странной чёрной пыли. Розовые губы. Как губы могут быть такими розовыми в нынешних условиях? Опомнившись, Уилл потянулся к старой баночке, стоящей справа от него. Майк не задавал вопросов. Ему хватало молча наблюдать за мальчиком напротив. Из баночки, шатен достал невозможно-чистые, ватные палочки и диски. Глубоко вдохнув, он наклонился ближе. Резкая, режущая боль пронзила Майка, заставляя его сморщиться и отпрянуть назад. Байерс дёрнулся, почти выронив палочку на пол. Придя в себя, Уилер вернулся на прежнюю позицию, готовясь стойко выдерживать всю боль. Осторожно приблизившись, Уилл надавил на порез. Капелька крови потекла с нижней губы брюнета. Корочка на ране отсутсвовала, позволяя гною свободно вытекать из красной бездны. Шатен давил и давил, убирая каждый слой гноя ватными дисками. В это время, Майк безжалостно жевал свою нижнюю губу. Она приобрела ярко-бордовый оттенок. Такой красивый и притягивающий. Всеми силами Уилл подавил желание притронуться к ней. -Ты всё? — голос брюнета был наполнен мучительной болью, разбивая сердце младшего Байерса на мелкие осколки. -Н-нет ещё чуть-чуть — проведя ватной палочкой по, уже засыхающей, ране, шатен потянулся к марлевым бинтам, лежащим слева. Оторвав довольно длинный кусок, он приложил белую ткань к слабо-кровоточащему порезу старшего. Надёжно закрепив бинт, он отстранился. Тяжело дыша, брюнет упал на увеличевшееся количество свитеров. Устало выдохнув, он прикрыл глаза. Всё было позади. Режущая боль преследовала его. Казалось, что всё стало только хуже. А помогли ли ему? Смотря на дремающего Уилера, Уилл прикусывал губы. Сейчас, он хотел спать. Уснуть, и встретиться с Майком во сне. Где нет подвалов или лагеря. Только он и брюнет. Как наивно.

***

Тишина медленно и некомфортно давила на ребят. Тяжёлое, неровное дыхание спящего Лукаса, словно колокол, раздавалось по всему помещению. Дрожащими руками, Нэнси почти каждую секунду проверяла лоб брата, пытаясь убедиться, что у него нет температуры. Каждый раз, его лоб был холоден как лёд на Аляске. Кажется, Майку это не нравилось. Медленно и верно, он отсаживался от старшей Уилер, в надежде, что та не поползёт за ним. К его счастью, шатенка этого не делала. Сидя в одиночке, парень то и дело поглядывал на Уилла, что перешёптывался с Джонатаном в противоположном углу. Брюнет представлял себя на месте старшего Байерса. Он мог бы сидеть там, говорить с шатеном, может смеяться над чем-то. Он бы хотел этого. Что за мысли Уилер? Встряхнув головой, парень быстро перевёл взгляд на Макс. Девушка сидела рядом с Лукасом, иногда поглаживая его по руке. Временами казалось, что девушка хочет его поцеловать. Иу. Джейн тихо спала между Сьюзи и Дастином, порой толкая их в стороны. Тогда один из них морщился и отпихивал Хоппер. Потом, это превращалось в огромную толкучку. Его взгляд снова метнулся к младшему Байерсу. Он уже не говорил с братом. Просто сидел и смотрел вперёд. Тогда Уилл впервые огляделся. Рассматривая всех, кто находился в комнате, он ужаснулся. Бледные лица с острыми чертами. Сероватая кожа. Кровавые подтёки и выступающие вены. Громкое урчание со стороны Макс прервало тишину. -Чёрт — через секунду, Уилл встал. Выбегая из помещения через одну из замаскированных дверей, он исчез. Через десять минут, он вернулся. В его руках был небольшой мешок, наполненный до краёв. Содержимое было не видно, однако запах очень сильно смахивал на еду. -Уилл? Это что? — Джон привстал на локтях, когда его брат поставил мешок посередине комнаты. -Мои запасы на полгода. — перевернув мешок, Уилл высыпал всё на пол. Там была еда. Настоящая, тёплая еда. -Вы наверное давно не ели — младший Байерс сел напротив высыпанных продуктов и нервно сглотнул. Это было словно мираж. Никто не двигался. Все смотрели в одну точку. А потом что-то сломалось. В долю секунды каждый бодрствущий человек в помещение оказался рядом с едой. Она вкусно пахла. И выглядела вкусной. Там был хлеб и сухари. Там были орехи. В самом низу лежали конфеты, что были быстро схвачены Уиллом. Это он отдавать не станет. Больше всего было консерв. Они были разными. Там была рыба. Там было мясо. В каких-то банках было совершенно несовместимое содержание. К примеру старый, засохший мёд, явно проживший как минимум год. Первым дёрнулся Майк. В его голове пару раз мелькала мысль о том, что лучше сохранить, однако голод был сильнее. Чуть-ли не со звериной скоростью, он с металическим лязгом открыл консерву. Уилер никогда не любил консервы. Ему было плевать. Парню потребовалась минута, чтобы всё съесть. Ему казалось, что он не чувствует вкус еды. Возможно так и было. Главным было то, что его желудок медленно наполнялся. Он съел пять. До того, как Нэнси сердито одёрнула его. Шатенка в свою очередь, тоже не сильно сдерживалась. Сначала постеснявшись, она взяла лишь полупустую пачку сухарей сверху. Лишь когда пачка опустела, она потянулась за консервами. По мнению Макс, еды не было много. Съев всего лишь восемь консерв, она закончила их запас в помещении. Виновато взглянув на Уилла, рыжеволосая тут же развернулась. Шатен обречённо и как-то испуганно смотрел на почти опустевший пол. Его глаза уставились в одну точку. Словно смотрели сквозь пол. -Уилл? — пережёвывая один из немногих, выживших кусков хлеба, Джонатан осторожно поднял взгляд на брата. -Всё хорошо? — парень осторожно заглянул ему в лицо, пытаясь понять хотя бы одну эмоцию подростка. -Д-да просто вы так много съели. Я не- я ни в коем случае не осуждаю вас просто это было на полгода — запинаясь, Уилл чувствовал себя так, будто сейчас заплачет. -Полгода?! — поперхнувшись, Мэйфилд выплюнула небольшую часть пережёвываемой рыбы. -Поэтому ты тощий как бобик?! — надломленным голосом вскрикнула Нэнси. -Что тебе бобик сделал? — сглотнув один сухарь целиком, Майк сморщился, чувствуя неприятную боль в районе горла. Через секунду, он поднял взгляд. Уилл смеялся. Это был очень тихий смех, спрятанный за тонкой ладонью и со стороны похожий на кашель. Однако это был смех. Настоящий. Живой. Казалось, что никто кроме Уилера этого не заметил. Хоть в чём-то он особенный. -Знаете, я так рада, что мы поели. Уилл может с нами случилось чудо и тут где-то валяется душ? — в надежду вздыхая, протараторила Максин. -Нету. Он есть в общежитиях и в комнате управления, но идти туда равно суициду — сочувствующе посмотрев на рыжеволосую, шатен проследил как та моментально погрустнела. -Ты откуда такие слова знаешь? — слабо поперхнувшись, Джон перевёл взгляд на брата. -Я прочитал всю лагерную библиотеку — в тоне парня можно было услышать слабые нотки хваставства, плотно скрытые за сильной усталостью. Резко встав и отойдя, Байерс взял с полки довольно большую бутылку вода и поставил её в небольшом круге, недавно образованным ребятами. -Не пейте всё. Им тоже нужна вода — кивнув на спящую часть компании, Уилл сел к стене, откидываясь головой назад. Половина бутылки была выпита со слишком ненатуральной скоростью. Вскоре, все разошлись. Кто-то сидел в углу, кто-то на свитерах рядом с головой будущего парня, кто-то напротив невысокого шатена, откинувшегося к стене. Майк сидел и наблюдал. Если признаться, ему очень хотелось спать. На столько, что глаза сами закрывались. Однако спать он не собирался. Боялся. Боялся, что если уснёт, то больше не проснётся. Боялся, что, пока он будет спать, что-то ужасное точно случится. Единственное, на что он наделся был факт, что когда он проснётся, то всё окажется сном. Тогда, он никогда бы и не был в этом лагере. Тогда, всё было бы как обычно. Он бы снова портил жизнь Маргарет и надоедал Холли. Всё бы вернулось к норме. Он никогда бы не встретил кого-нибудь из компании. Он никогда бы не встретил Уилла. А хочет ли он, чтобы это было сном? Посмотрев вперёд, он невольно уставился на младшего Байерса. Тот, похоже, дремал. Его грудь спокойно вздымалась, заставляя тощее тело подрагивать. Хотелось подойти, обнять и никогда не отпускать. Интересные мысли, Майкл Уилер.