Омут: Такси до дома

Введение

      Вечерние сумерки окутали пригород мягкой дымкой, когда они наконец покинули ресторан, где проходил корпоративный ужин его компании. Три часа формальностей — презентации новых проектов, речи директоров о достижениях квартала, обязательные тосты за успех. Три часа она сидела рядом с ним за длинным столом среди его коллег, улыбалась нужным людям, поддерживала светские беседы, играла роль идеальной спутницы успешного менеджера. Три часа он чувствовал её тепло рядом, ловил её зелёные глаза с оранжевым отблеском в свете люстр, замечал, как она покусывает губу, когда его рука случайно касалась её бедра под столом. Напряжение копилось между ними всё это время, как пружина, готовая распрямиться.       Теперь официальная часть осталась позади, и они могли быть собой. Она стояла у входа в ресторан в своём чёрном платье — оно облегало её округлые формы идеально, подчёркивало пышную грудь четвёртого размера и широкие соблазнительные бёдра, длина была чуть выше колена с небольшим разрезом сбоку. Её светлые волосы распущены, падали на плечи мягкими волнами. Он стоял рядом — высокий, шатен с серо-голубыми глазами, которые сейчас смотрели на неё с плохо скрываемым желанием. Чёрно-белый костюм сидел на его среднем телосложении хорошо, галстук уже ослаблен после долгого вечера, белая рубашка расстёгнута на верхнюю пуговицу. На его руках виднелись края татуировок, выглядывающие из-под манжет.       Такси подъехало через пять минут после вызова — чёрный седан, чистый, обычный. За рулём сидел мужчина лет пятидесяти с проседью в волосах и усталым лицом. Он кивнул им через приоткрытое окно, подтверждая заказ. Они сели на заднее сиденье — она справа, он слева. Водитель уточнил адрес, получил подтверждение, и машина плавно тронулась, уходя от яркого освещения парковки ресторана в полумрак загородной трассы.       Первые десять минут ехали спокойно. За окнами мелькали огни пригородных посёлков, редкие фонари вдоль дороги, силуэты деревьев. Водитель включил радио негромко — фоновая музыка, ненавязчивая. До их дома в городе было минут сорок пути, может меньше при хорошей дороге. Достаточно времени.       Она сидела, глядя в окно, ноги изящно скрещены в чёрных чулках. Но он чувствовал исходящее от неё напряжение, знал её достаточно хорошо, чтобы понимать — она думает о том же, о чём и он. Весь вечер они сдерживались, играли в приличия. Весь вечер его рука лежала на её бедре под столом чуть выше, чем требовали приличия, и она накрывала её своей, сжимала пальцы, давая понять — она хочет его так же сильно. Теперь сдерживаться не было причин.

Начало игры

      Она медленно повернула голову к нему, и он увидел в её зелёных глазах с оранжевым отблеском знакомый огонёк. Игривый, провокационный, обещающий. Её взгляд скользнул по его лицу неспешно, задержался на губах, которые она так любила целовать, потом опустился ниже — на широкую грудь, живот, бёдра. Её рука, лежавшая на собственном колене, начала двигаться — пальцы поползли вверх по бедру через тонкую ткань чулок медленно, привлекая его внимание к своим ногам. Она знала, что делает, знала каждую его слабость после стольких ночей вместе.       Он смотрел, не отрывая серо-голубых глаз, чувствуя знакомый жар внизу живота. Она разомкнула скрещённые ноги плавным движением и раздвинула бёдра — совсем немного, но достаточно, чтобы платье задралось выше, открывая кружевную резинку чулок на её пышных бёдрах. Этого мимолётного взгляда было достаточно, чтобы его член начал твердеть в брюках. Её рука переместилась с собственного бедра на его, легла поверх ткани брюк.       Кровь прилила к его паху мгновенно, член твердел с каждой секундой. Её рука поползла выше медленно, мучительно медленно для него, скользя по внутренней стороне бедра к самому интересному месту. Когда пальцы достигли его паха и обхватили контур твердеющего члена через ткань брюк, он почувствовал, как дыхание перехватывает. Она сжала осторожно, оценивая степень его возбуждения, и на её губах появилась довольная улыбка.       Водитель вёл машину спокойно, глаза на дороге, руки на руле, не подозревая о том, что начинает происходить буквально в метре за его спиной. ​

Ласки

      Его рука легла на её колено в ответ, накрыла тёплую кожу, и она вздрогнула от прикосновения, хотя ожидала его. Он начал медленное путешествие вверх по её ноге, наслаждаясь текстурой чулка под пальцами, ощущая упругость её пышного бедра. Дошёл до края кружева и перешёл на голую кожу — горячую, мягкую, реагирующую мурашками на каждое его касание. Его ладонь скользила всё выше, забираясь под платье туда, куда не должна была в присутствии постороннего.       Она раздвинула ноги шире, облегчая ему доступ, приглашая продолжать. Платье задралось ещё выше, теперь была видна не только резинка чулок, но и край кружевных чёрных трусиков. Его рука достигла её промежности и накрыла её поверх тонкого кружева — материал под пальцами был влажным. Она уже возбуждена, её тело готово к нему, как всегда. Он провёл пальцем вдоль щели через ткань, нащупал распухшие губки, надавил легко, и она инстинктивно сжала бёдра вокруг его руки.       Водитель машинально поднял глаза к зеркалу заднего вида, проверяя пассажиров по привычке. То, что он увидел, заставило его замереть — её раздвинутые ноги, его рука под её платьем, их напряжённые позы. Он быстро отвёл взгляд, сглотнул нервно, крепче сжал руль. Но ничего не сказал, продолжил вести машину, делая вид, что ничего не заметил.       Его пальцы отодвинули кружево трусиков в сторону и нашли мокрую плоть — её киска была горячей, влажной, полностью готовой. Он скользнул пальцами по складкам, собирая обильную влагу, чувствуя, как она дрожит. Один палец медленно проник внутрь, и её тело приняло его без сопротивления — горячая, тесная, мокрая. Он начал двигать пальцем размеренно, вперёд-назад, потом добавил второй, растягивая её.       Она прикусила нижнюю губу сильно, сдерживая стон, который просился наружу. Голова откинулась на подголовник, глаза закрылись, грудь вздымалась учащённо. Его палец нашёл её клитор и начал тереть круговыми движениями в такт движениям двух пальцев внутри. Двойная стимуляция всегда сводила её с ума.       Водитель снова посмотрел в зеркало, дольше на этот раз. Её откинутая голова, закрытые глаза, приоткрытые губы, его рука, двигающаяся под её платьем. Его шея покраснела, он отвёл взгляд, вцепился в руль, машина слегка дёрнулась.       Его пальцы продолжали работать — трахали её медленно и глубоко, другой палец массировал распухший клитор. Она текла на его руку обильно, влага стекала по пальцам. Через несколько минут он вытащил пальцы, и она открыла глаза вопросительно. Он поднёс влажные пальцы к её губам, и она поняла без слов — открыла рот, втянула их внутрь, начала посасывать и вылизывать свой вкус.       Водитель не смотрел больше, но затылок горел красным. ​

Приглашение

      Он вытащил пальцы из её рта и повернулся к ней удобнее. Руки легли на пряжку ремня, начал расстёгивать не торопясь. Металл звякнул, потом раздался звук молнии — громкий в тишине салона. Водитель напрягся, плечи поднялись, но не обернулся.       Он расстегнул пуговицу брюк и потянул ткань вниз вместе с боксерами, освобождая член. Тот выпрямился — головка темнела от прилившей крови. Он откинулся на сиденье, раздвинул ноги, и его член стоял почти вертикально. Приглашение для неё.       Она посмотрела на его член, потом на водителя. Тот упорно смотрел только на дорогу. Между ними пробежала молчаливая договорённость — они хотели этого оба, риск только усиливал возбуждение. Она наклонилась вперёд.

Минет

      Её лицо оказалось над его пахом, светлые волосы упали вперёд, закрывая обзор. Тёплое дыхание коснулось его члена, и тот дёрнулся в предвкушении. Она не торопилась, провела носом вдоль всего ствола медленно — от основания до кончика, где блестела капля предэякулята. Вдохнула его запах глубоко — мускусный, возбуждающий, родной. Её киска пульсировала между ног от предвкушения.       Язык высунулся и коснулся основания его члена. Провела вверх медленно всей плоской поверхностью языка, широко и влажно, чувствуя каждую вену, каждую неровность кожи. Достигнув вершины, собрала каплю прозрачной жидкости, распробовала солоноватый вкус. Губы сомкнулись вокруг головки, втянули её в горячую влажность рта, и язык сразу прижался к чувствительной уздечке, начал массировать это место, которое всегда сводило его с ума.       Она посасывала только головку сначала, губы плотно обхватывали, создавая вакуум. Язык не переставал двигаться — кружил вокруг, проникал в щель на кончике, массировал уздечку, лизал каждый миллиметр. Он сжал зубы, чувствуя каждое движение её умелого языка.       Водитель поднял глаза к зеркалу заднего вида. Увидел её склонённую голову, светлые волосы на его бёдрах, движения. Пролетел мимо поворота, спохватился, развернулся неуклюже, машина дёрнулась. Руки дрожали на руле.       Она начала опускаться ниже постепенно, втягивая больше его длины в рот. Сантиметр за сантиметром его восемнадцать сантиметров исчезали между её губами — четверть, половина, больше. Губы растягивались, рот наполнялся, щёки втянулись. Язык прижимался к нижней стороне ствола, массировал вдоль пульсирующей вены.       Слюна начала накапливаться, и она не сдерживала её, позволяя течь по его члену. Скольжение становилось влажнее, горячее, звуки — непристойнее. Она вытянула член почти полностью, оставив только головку между губами, потом снова погрузила его в рот.       Глубже на этот раз, намного глубже. Головка упёрлась в начало горла. Она расслабила мышцы сознательным усилием, подавила рвотный рефлекс и протолкнула его дальше — в горло. Сантиметр вошёл, потом ещё, ещё.       Её нос коснулся его лобка наконец. Весь член внутри, от кончика до основания. Головка глубоко в горле, которое плотно обхватывало её, ствол зажат между губами. Она застыла, не дыша, три секунды. Глаза слезились, лёгкие требовали воздуха, но она держала.       Потом медленно отстранилась. Член выходил из горла, из рта, покрытый толстым слоем слюны. Нити тянулись от головки к её губам. Она вдохнула жадно, громко, грудь вздымалась.       Слюна текла по подбородку, капала на его бёдра, на сиденье. Но её это не волновало.       Водитель услышал звуки — влажные, непристойные хлюпанье слюны, её прерывистое дыхание. Снова посмотрел в зеркало и увидел больше — её голову, двигающуюся вверх-вниз ритмично, блеск слюны на его члене, нити между ними. Не мог оторвать взгляд.       Машина съехала на обочину, он спохватился, вернул на полосу рывком. Вцепился в руль, дышал тяжело. Сердце колотилось, в брюках стало тесно, лоб покрылся потом.       Она продолжала, не обращая внимания. Втягивала его член на всю длину, каждый раз доходя носом до лобка, проталкивая в горло, удерживая несколько секунд, потом отстранялась. Слюны становилось больше, она текла рекой, покрывала его член, яйца, сиденье. Подбородок мокрый, шея блестит, капли на платье.       Руки легли на его бёдра для опоры, пальцы впились в мышцы. Голова двигалась быстрее, набирая темп — вверх-вниз, вверх-вниз. Член скользил в рот легко, входил в горло каждый раз, выходил, входил снова. Она трахала свой рот его членом, контролируя всё.       Ритм ускорялся. Быстрее, глубже, интенсивнее. Головка проникала в горло, растягивая его, она подавляла рвотные позывы. Звуки наполняли салон — хлюпанье, её вздохи, его сдержанное дыхание.       Водитель больше не отводил взгляд от зеркала. Смотрел открыто, забыв про приличия. Дорога пустая, машина ехала сама. Дыхание участилось, ладони вспотели, в паху напряжение.       Она почувствовала изменение — его член стал ещё твёрже, пульсировал в её рту чаще. Он близко. Она ускорилась ещё больше, решив довести его до конца. Втягивала максимально глубоко, горло сжималось вокруг головки, язык массировал ствол.       Слюна текла рекой. Подбородок мокрый, шея блестит, капли на груди. Но ей всё равно — важно довести его до оргазма.       Его рука легла на её затылок мягко, пальцы в волосах, не давя. Просто держал, чувствуя каждое движение. Она погрузилась максимально глубоко в последний раз. Нос уперся в лобок, губы у основания, член полностью в горле. Горло обхватило головку плотно. Она застыла.       Он кончил. ​       Первая струя спермы выстрелила прямо в горло — горячая, густая. Она сглотнула, не отстраняясь. Вторая волна наполнила рот, она снова сглотнула. Третья, четвёртая, пятая — он кончал долго, пульсируя в её рту. Она принимала всё, не пролив ни капли. Глотала снова и снова, пока последние толчки не прекратились.       Удерживала его во рту. Потом медленно отстранилась. Член выскользнул — обмякший, блестящий.       Она провела языком по губам, собирая остатки. Сглотнула последний раз. Выпрямилась, вытерла подбородок тыльной стороной ладони. Откинулась на своё сиденье, поправила платье.       Он заправил член обратно, застегнул брюки, ремень. Привёл себя в порядок. Откинулся, закрыл глаза, дышал глубоко.

Финал

      Водитель смотрел вперёд строго. Лицо красное, шея в пятнах, лоб в поту. Руки дрожали на руле. В салоне тяжёлая тишина, только музыка и двигатель.       Машина въехала в город. Яркие огни сменили темноту трассы. Знакомые улицы — они близко к дому.       Сидели молча. Она смотрела в окно, лицо спокойное. Он с закрытыми глазами, голова на подголовнике, расслаблен. Между ними — удовлетворённость, общий секрет.       Такси остановилось у дома через сорок минут. Водитель включил аварийку, не обернулся, ничего не сказал. Просто сидел и ждал.       Они вышли молча. Он закрыл дверь, достал телефон, оплатил через приложение. Добавил щедрые чаевые — за молчание, за то, что не вмешался.       Машина уехала быстро, резко стартовав. Задние огни скрылись за поворотом.       Они стояли у подъезда, глядя вслед. Ночной воздух свежий после душного салона. Вокруг тишина. Он взял её за руку, переплёл пальцы. Повёл ко входу. Они поднимались по лестнице молча. Дома их ждало продолжение. Ночь только начиналась.