Слух

на следующий день Саше предстояло самое страшное- мыть чуланы. Брунгильда без сожаления отправила ее в восточную башню, туда где самый забытый чулан, что есть в детском доме. Саша встала у массивной двери чулана. на дубовой двери весит огромная, чугунная ручка, холодная и шершавая. эта дверь казалась не просто массивной, она будто вросла в сырую стену, дерево потемнело от времени и влаги. из под двери тянуло запахом старой пыли и затхлой земли. где то внутри, в полной тишине корпуса, явственно слышалось желание зайти туда поскорее, будто бы что-то зазывало внутрь. сзади из дальнего угла коридора она услышала внезапный голос Брунгильды говорившей с кем-то из кухарок. — ну и пусть помучается чуток, порядок должна знать. а ты смотри, после ужина всё дочиста отдрай, а то она моет, не моет разницы нет.. Саша отварила дверь чулана. в ее руках керосиновая лампа, предварительно заженная и тусклый лучик света озаряет кусочек темного пространства. она опустила ее ниже к полу. желтоватый, прыгающий свет лампы выхватывает из тьмы потрепанную книгу, всю в грязи и пятнах, не пойми от чего. по обложке когда-то зеленой, а теперь почерневшей ползут трещины. воздух вокруг нее кажется гуще и пахнет не просто пылью, а старой кожей, плесенью и.. цветочным запахом как от сухих лекарственных трав. страницы шуршат, сухие как осенние листья. буквы выведены старомодным, аккуратным почерком, но кляксы размывают слова. "сборник сведений о свойствах всевозможных растений, их применении и предостережениях. составлено для личного пользования Д.Р." (Уильям Форрест- одержимый парень) (автор- Девид Ридд) (ребенок- детский подчерк) (Г.-Герман, помагал У. Ф) (Л.-Людмила, помогала У. Ф- нервная дрожащая рука) под инициалами- маленькая, но четкая печать. на ней изображен символ. треугольник, перечеркнутый прямой линией, продолженной через основание треугольника. от середины боковых сторон проведены прямые к основанию треугольника. — эта печать похожа, на дерево, странно прошептала Саша. прямо над строчкой о предостережениях ее палец наткнулся на засохший, сплющенный в толще страниц листок странного растения, синеватого, почти голубого цвета. было видно, что он выцвел на солнце или просто от того что засох, потерял свой окрас. рядом с рукописями, нервным, дрожащим подчерком выведено: "не брать. не жечь. вызывает корни" — странная книга.. и что за У. Ф., чьи это инициалы??- перевернув пожелтевшую страницу, сказала она. символ печати, треугольник с корнем, вновь повторяется в углу страницы. новая страница началась снова с нервного подчерка. записи выглядят как дневниковые пометки, вклеенные или вписанные позже. "3 октября, У. Ф. молчит. не отвечает. говорит, что "нельзя будить то, что слышит". но я должен знать, корни шевелятся в подвале под старой яблоней. Г. помогал. теперь же Г. нет. У. Ф. говорил, я следующий, если не прекращу. Чертов УФ. ниже тем же почерком, карандашом нарисована схематичная карта. она напомнила Саше одно здание. — это очень походит план нашего детского дома!! узнаваем контур главного корпуса приюта, а за ним.. запутанный лабиринт линий, уходящий в сторону ограды и леса. в одном месте, у стены, стоит крестик и пометка: "Слух" взгляд пробежался по следующей странице, но все равно возвратился к карте. крестик с пометкой "Слух" стоит в самом дальнем углу схемы, там где контур корпуса встречается с линией, обозначающей глухую, заднюю стену. в книге на соседней странице, рядом с описанием "лунной мяты" на полях мелко, но разборчиво выписано: "примечание: место "слух"- не комната, а щель в фундаменте, под обвалившейся кладкой. если приложить ухо иногда можно услышать эхо шагов, которых нет во дворе. или чей-то шёпот, повторяющий имена. У.Ф. открыл это место. говорила, что там “стена тоньше”. Я заложил щель камнями.- Д.Р. под этими строками той же чужой рукой (возможно это У.Ф.) приписано большими, нервными пробелами: "Д.Р., он заложил, но я откопал немного. она шепчет оттуда, просит блестящее из кабинета, это ключ??" последнее слово- "ключ", подчёркнуто несколько раз так сильно, что бумага даже протерлась. а на обороте листа с картой, в самом низу, почти у корешка Саша заметила крошечный едва видимый рисунок. изображение того самого треугольного знака с корнем, но здесь он похож на ключницу и из него выступает кончик старомодного ключа. страница с картой и дневниковой записью лежит перед Сашей. воздух в чулане неподвижен, пыль висит в луче керосиновой лампы. напротив записей У.Ф. и Г. на полях аккуратным, знакомым почерком автора книги выведено: "Уильям Ф., воспитанник детского дома 1912-1924. погиб от несчастного случая в лесу. Г.- Герман, садовник. уволен по состоянию здоровья в тот же период. не задавай вопросов, на которые не готов услышать ответ." на следующей странице- подробный рисунок растения с игольчатыми листьями. в углу страницы был прикреплен засушенный образец. заголовок: "костяной шиповник (роза острокровная)" свойства описаны четко. "отвар корней вызывает глубокий, похожий на смерть, сон. ягоды собирать только в лунную фазу. возможность слышать корни деревьев. предостережение: обострение слуха, до болезненного. внизу страницы, уже детской, дрожащей рукой в спешке нацарапано: "он слышит, как я пишу. У.Ф. не ошибся" — ну и бредятина здесь.. какие корни, почему шевелятся?? и кто там в них умер..- снова перелистываю страницу сказала Саша.-о тут уже растения пошли, отвары какие то.. что, тут написано что вот эта бурда,- она тыкнула пальцем в текст.- отмывает любые загрязнения, так не бывает!! страница с рецептом отмывающей любое загрязнение: "основа- пепел определённого мха и отвар мыльного корня. (действительно выглядит сомнительно) но строчки под ней приковывают внимание- это уже не рецепт, а снова дневниковая запись, вписанная между строчек о свойствах растений." подчерк нервный, чернила бледные, словно их разбавили водой. "они не умерли. они в корнях. старая яблоня у восточной стены- она не плодоносит, она только слушает.. У.Ф. пытался слышать то же, что и он Г. слишком близко копал.. теперь он в узорах коры, его пальцы- это сучья, его сердце- это корни. Д.Р. запрещает подходить. но я подошла. Она сказала мне.. она сказала имя Брунгильды. настоящее, и почему та боится восточного крыла." в этот момент луч лампы дрогнул- не от сквозняка, а потому что книга на мгновение стала ощутимо теплее у нее в руках, будто живая. а с полки прямо на раскрытые страницы с тихим стуком упал небольшой, исцарапанный почти в труху, но узнаваемый предмет- деревянный свисток, какие раньше выдавали детям в приюте. на нём едва читается выжженная буква "Г". на следующей странице продолжение рукописи: как я уже сказал, они в корнях. недавно, В. вскапывал грядки. у него рядом с огородом растет яблоня. его лопата наткнулась на чтото твердое. он уже было подумал что нашел сокровища, но нет, это далеко не сокровища.. он откапал яму поглубже и увидел руку, человеческую руку. его тут же чуть удар не хватил. бедный В., его подозревают в убийстве. тело оказалось мальчика, воспитаника детского дома, довольно тихий мальчик, такой и остался навсегда.. дальше запись была смазана кляксой. — жуть какая.. я лучше про травки и цветочки почитаю, а не вот эти все убийства..- прошептала сама себе Саша. она быстро перелистнула страницу, оставляя мрачную историю позади. бумага шелестит, будто вздыхая и остерегая. дальше идут уже ожидаемые ботанические заметки: "дымчатый папоротник" растёт лишь в тени трёх сосен у старой мельницы, собирать на рассвете. "лунная мята" для спокойного сна но на полях, рядом с акварельной зарисовкой мяты, тем же детским, дрожащим почерком похожим на тот, что в записи про яблоню, приписано: "не помогает. сны всё равно приходят. в них я вижу того парня. не того что в корнях. другого, он стоит под яблоней и держит в руках свисток. а вокруг него по земле ползут тени, похожие на щупальца или.. на корни. он говорит, что его имя Уильям. и что он может помочь. но для этого нужно принести ей что-то блестящее из кабинета Брунгильды. Что за бред?" запись обрывается. а снизу, чернилами другого цвета густыми, почти чёрными кто-то вывел: это не бред! умоляю, не ходи к яблоне один- Д. Р. воздух в чулане стал казаться ещё более неподвижным и пристальным. свисток с буквой "Г"лежит на книге, как немой свидетель. Саша взяла свисток и положила в карман потрёпанного сарафана. она перелистнула страницу дальше. справа- ботаническая иллюстрация растения с чёрными ягодами. подпись: "воронья сольга" растёт в каменистых породах. корни горькие, пахнут медью и влажной землёй после грозы. ее взгляд прилипает к левой странице. это не продолжение гербария. эта запись в книге явно сделана поверх всего остального, перекрывая поля, рисунки, даже часть научного текста Д.Р. написана наспех, густыми, почти царапающими бумагу чернилами. тот самый нервный, знакомый почерк, но в нём теперь не страх, а нечто худшее- леденящая, отчаянная уверенность. надпись гласила: "ОНИ НЕ ШЕПЧУТ! ОНИ ГОВОРЯТ! я больше не пью отвар. мне не нужно, кажется я поддалась влиянию.. они говорят со мной всегда, даже после окончания действия "слуха", У.Ф. был неправ, думая, что можно их "услышать" и остаться собой. ты не слушаешь их- ты становишься их "ухом", это либо дар, либо проклятье. если слишком затянуть, то корни настигают тебя. У.Ф. и Г. уже пострадали. они показали мне, что было с Г. он не в корнях, и даже не в коре. он в соках, что бегут по стволу весной. Он в каждом новом листе. он стал частью цикла. тот Г. которых ходит по деревне, занимается своим делом, уже не Г., а чтото другое они хотят не "блестящее". они хотят внимания, сильного. кража из кабинета, страх, это что-то стоящее для них, это явно что-то значащее. они питаются нашей.. настойчивостью. нашим желанием знать. если ты все таки не отступишь, берегись корней. я знаю, что сделаю. я дам им самое громкое внимание, какое только смогу. они будут сыты надолго. и, может быть, оставят в покое следующего, кто откроет эту книгу. Прости.— Л." запись оборвалась. ниже, в самом низу страницы, стоит лишь один символ- самая печать Д.Р., треугольник с корнем, но тщательно, с яростью зачёркнутый жирным крестом. Саша громко захлопнула книгу. — и что это сейчас было??- она совершенно ничего не поняла.- это что за бред вообще? какой то Д.Р., корни, слухи, какие то отвары не пойми из чего сделанные.. лампа коптит, свет от неё будто не хочет расходиться дальше Сашиного лица и раскрытой книги. — ухх, ладно, там вроде еще какой-то рецепт остался. это последнее что я прочту, точно. она медленно открыла книгу и увидела записи. да, это рецепт. но оформлен он не как чёткая инструкция, а как лабораторная пометка Д.Р., с полями, исправлениями и предупреждениями. "настой для временного обострения акустического восприятия, коротко "Слух" состав: · 2 сушёных ягоды вороньей сольги (раздавить в ступке до тёмного, однородного порошка) · 1 щепотка пепла от сожжённого стебля дымчатого папоротника (собраного в новолуние) · 4 капли смолы с северной стороны старой сосны у ручья способ приготовления: залить 100 мл родниковой воды, добавить ингредиенты(состав), настаивать до тех пор, пока пена не осядет. процедить через шерсть. употреблять внутрь! эффект: обострение слухового восприятия в 5-7 раз, с смещением в низкочастотный и ультразвуковой диапазон. длительность: 10-15 минут. предостережения! (выведено красноватыми чернилами): будьте осторожны, возможна временная потеря ориентации в пространстве и длительные головные боли. не являясь необходимой для исследования, процедура категорически не рекомендована!!- Д.Р." Под этим, тем нервным почерком, подчерком Л. приписано: "мы пили по 5 капель, разведённых в мёде. этого хватало, чтобы понять откуда идёт шёпот. Д.Р.- трус. иногда риск- это единственный путь к правде. но.. он был прав насчёт головной боли. после этого мир три дня звучал приглушённо. будьте осторожны." а ещё ниже, детским карандашом, дрожаще: "слух это не только дыра. слух- это то, что ты пьёшь. и то, что потом пьёт тебя." Саша посмотрев на ягоды на иллюстрации. они чёрные, глянцевые, будто только что сорваны. она сравнила ягоды с засушенным лепестком прикрепленным вначале дневника. цвет один и тот же- синевато-чёрный. — мда, дела.. пока Саша читала все эти записи Д.Р. и Л., она совсем потеряла счет времени. — блин.. я же сюда полы мыть пришла! а я тут сижу читаю дневник сумасшедших!! воздух в подсобке нагрелся от лампы и дыхания Саши, выглянув за дверь в ее лицо ударила свежая прохлада.