Держись, ты сможешь (Hold On, You've Got This)

Гу Си говорил своим особенно холодным, отстранённым тоном, и этот резкий контраст зажёл в груди Жун Цзина маленький огонёк, который начал разгораться во все стороны. Жун Цзин быстро сел на своё место и отвёл взгляд, делая вид, что ничего не слышал. Для остальных же это выглядело так, будто они сели рядом, не обменявшись ни единым взглядом, — два совершенно чужих человека. Увидев это, те альфы, которые раньше приценивались к этому месту, зашептались: — Почему Жун Цзину так легко удалось? А я думал, Гу Си вежливо попросит его поискать другое место. — «Вот это было бы по-настоящему в стиле Гу Си». — У тебя с логикой проблемы. Подумай, какие у них отношения. Один — звезда первой величины, другой — восходящая звезда. Даже ради своего имиджа они должны показывать, что отношения у них не такие уж плохие. И вообще, никто ведь до этого не спрашивал Гу Си, откуда мы знаем, что он не согласился бы? — Жун Цзин — просто образец для подражания среди альф. Смотрите, как он спокоен, даже не взглянул на Гу Си. — Такое хладнокровие — верный признак бывалого игрока. Гу Си как раз снял наушники и услышал эту болтовню альф. Он взглянул на «безучастного» Жун Цзина, который в это время размышлял: «Какой из этих образов Гу Си настоящий? Когда он невинный — кажется, будто он и мухи не обидел; когда соблазнительный — готов продать ему душу». Эти две противоположные стороны так легко сменяли друг друга, и Жун Цзин, сам того не замечая, попался на крючок. «Говоря о крючке...» Он почувствовал, как мягкие, тонкие пальцы накрыли его руку, лежащую на коленях, и вложили в ладонь что-то маленькое — наушник. Гу Си моргнул. Их взгляды встретились. Жун Цзин вставил наушник в ухо. Лёгкая, весёлая мелодия заставила его удивиться — ритм был быстрый, очень красивый. Это была не законченная композиция, а лишь набросок, сделанный в Cubase или подобной программе. Жун Цзин вспомнил, что в оригинале Гу Си, когда его держали в заточении несколько месяцев, заставляли петь каждый день, пока он не срывал голос до крови, и даже тогда Чу Ян его не отпускал. После побега Гу Си больше никогда не писал музыку. Он говорил всем, что у него нет вдохновения, и даже когда его называли «иссякшим талантом», он никогда не оправдывался. Хотя в оригинале об этом упоминалось лишь вскользь, в реальности Гу Си действительно через это прошёл. Гу Си понятия не имел, о чём думает Жун Цзин. Прошлой ночью он был так взволнован, что готов был выбежать на балкон и закричать от счастья, но, чтобы Жун Цзин не счёл его сумасшедшим, сдержался. Вдохновение хлынуло рекой, и он за ночь набросал несколько мелодий, которые только что прослушивал в наушниках, планируя доработать их и написать слова. Гу Си беззвучно шевельнул губами. Жун Цзин понял и раскрыл ладонь. Тонкий, бледный палец Гу Си начал танцевать у него на ладони. Мягкое прикосновение заставляло сердце биться чаще. Буква за буквой: «Я написал это для тебя. Тебе нравится?» В груди Жун Цзина разлилась бесконечная нежность. Он сдержанно кивнул. Оба украдкой улыбнулись. Жун Цзин сосредоточенно слушал незаконченные мелодии, а Гу Си то и дело поглядывал на его ладонь — такую же широкую и тёплую, как его грудь, в которую хотелось уткнуться. Гу Си смотрел, смотрел, а затем перевёл взгляд на альф вокруг, которые наконец перестали обращать на них внимание. Его пальцы медленно потянулись вперёд, почти касаясь руки Жун Цзина, но в этот момент раздался голос Лю Юя, включившего громкую связь, и Гу Си испуганно отдёрнул руку. — Мне тут только что сказали: «Режиссёр, режиссёр, в дороге ужасно скучно». Я — режиссёр, который прислушивается к мнению других. Так что давайте сыграем в игру. Например, в «цепочку идиом». Как вам? — Слишком скучно! Мы не хотим! — Давайте что-нибудь поинтереснее, поострее! — Категорически против! Лю Юй, обладавший непререкаемым авторитетом в группе, только кивнул. Его улыбка была просто зловещей. — Раз вы такие активные, пусть будет «цепочка идиом». У кого нет ответа через пять секунд — выходит и показывает номер. Под всеобщие стоны игра началась. Гу Си всё ещё смотрел на руку Жун Цзина. Это были не типичные альфа-руки — грубые и мозолистые. Напротив, длинные, сильные пальцы с чистыми, чёткими суставами — очень приятные на вид. Когда очередь дошла до Гу Си, он растерянно посмотрел вперёд. Один из актёров подсказал: «Светлый и ясный». Гу Си искоса взглянул на Жун Цзина: «Ясный... Ясный, но безразличный, как вода к упавшему цветку». Жун Цзин только что дослушал несколько незаконченных мелодий и хотел высказать своё мнение, как заметил обиженный взгляд Гу Си. «Ясный, но безразличный, как вода к упавшему цветку» — это был явный намёк. Маленький демон. Когда настала очередь Жун Цзина, предыдущий игрок сказал: «Один из сотни», и Жун Цзин ответил, не задумываясь: — Любовь с первого взгляда. Гу Си удивлённо повернулся и чуть не свернул себе шею. Но тут же взял себя в руки. «Какая там любовь с первого взгляда? Это ты врёшь! Даже „любовь от долгого знакомства“ ещё не твой случай. Всего-то ничего». Несколько человек ошиблись и вышли показывать свои таланты — кто-то пел, кто-то танцевал. Было и несколько забавных номеров. Хотя игра считалась устаревшей, всем было весело, и атмосфера накалялась. Настала очередь Гу Си. Предыдущий игрок сказал: «Необузданное воображение». Гу Си, не отрывая взгляда от Жун Цзина, произнёс: — Воображение... «Прекрасный, как мелькнувший лебедь». Жун Цзин тоже смотрел на него. Когда подошла его очередь, предыдущий игрок сказал: «Стать достоянием общественности». Жун Цзин, не колеблясь ни секунды, ответил: — «Искать её среди тысячи...» — Это не идиома, это стихотворение! — Жун Цзин! Выходи! Показывай номер! Гу Си вспомнил следующую строку этого стихотворения, и в его душе снова взорвались фейерверки. Жун Цзин неловко встал и сказал, что не умеет ничего особенного, но может спеть песню. Автор оригинала здесь, так что просит не судить строго. Он запел песню из своей прошлой жизни, которая была очень популярна, — «Вся оставшаяся жизнь». Его низкий, проникновенный голос заставлял сердца трепетать. Когда он дошёл до строк: «Вся оставшаяся жизнь, с тобой и холод, и зной, и всё, что вижу я, — это ты», — Гу Си уже не помнил, что чувствовал. Слишком много эмоций обрушилось на него, он словно парил в воздухе. Когда Жун Цзин вернулся на место, Гу Си снова потянулся к его руке, намереваясь окончательно завладеть этой ладонью. Но не успел он и двинуться, как его пальцы уже сжала та самая большая, тёплая ладонь, которую он так жаждал. Словно укрыв его от всего мира. «Заметил ли он моё движение?» Но Жун Цзин ничего не сказал. Он просто крепко держал его за руку, будто знал, о чём он думает. Пусть они делали и более интимные вещи, но этот простой жест казался ему невероятно трогательным. «Знаешь, когда ты появился, вся моя жизнь стала ярче».

***

Когда они вышли из автобуса, все бросились за багажом. Альфы, как главные носильщики, потащили чемоданы омег в гостиницу. Когда они заходили в лифт, Жун Цзин заметил красное пятно на юбке Ся Маньни. Несколько альф начали отпускать шуточки — в их кругу это было обычным делом, но омегам было очень неприятно. Жун Цзин знал, что не в силах изменить это общество, но он мог поступать по-своему. Он уже собирался снять куртку, как вдруг кто-то опередил его, прикрыв юбку Ся Маньни своей одеждой. Гу Си холодно посмотрел на тех нескольких альф, которые собирались пошутить. Под этим осуждающим взглядом они почувствовали себя неловко и поспешили извиниться. Гу Си, закончив, метнул взгляд на Жун Цзина: «Только попробуй отдать свою куртку чужой омеге». Встретив этот «злобный» взгляд, Жун Цзин сдался. Остальные альфы, думая, что Гу Си просто зол на Жун Цзина, сочувственно похлопали его по плечу: — Брат, не хочешь сегодня вечером на встречу с соседней группой? Говорят, там много красивых омег. Главное — они уже договорились, что те согласятся прийти, только если будет Жун Цзин. Без него встреча не состоится. Жун Цзин вежливо отказался: — Нет, у меня сегодня дела. Его уговаривали, но он был непреклонен. Один из альф с пониманием кивнул: — Понятно. Наш Жун Цзин — знаменитый «неприступный»! — Интересно, кто же сможет его покорить? — Может, никто. Он ведь даже перед Гу Си устоял! Жун Цзин мысленно возразил: «Нет, не устоял». Ся Маньни отчаянно пыталась скрыть смущение. Она ошиблась с датой, и сегодня у неё начались «эти дни». Она была бесконечно благодарна Гу Си за помощь. Как омега, она вдвойне ценила его заботу. «Вам двоим просто суждено быть вместе! Кто ещё вам подойдёт?» Она шепнула Гу Си: — Так у вас всё-таки есть что-то? Гу Си сдержанно и с ноткой гордости ответил: — Только никому не говори. — А-а-а-а!!! — мысленно завопила Ся Маньни. — Я впервые увидела свою любимую пару в реальности! «Мне так хочется закричать об этом в нашей группе! Эта арктическая пара, эти невозможные отношения... Пожалуйста, будьте вместе до конца жизни!»

***

Заселившись в отель, режиссёрская группа отправилась на новую локацию, чтобы оценить, как будут смотреться кадры. После этого должно было состояться обсуждение. Завтра после читки сценария они начнут снимать несколько важных сцен. Так что сегодня днём у них было свободное время, а вечером нужно было снять пару важных эпизодов. Жун Цзин отнёс багаж Гу Си в его номер и уже собирался помочь другим альфам разнести чемоданы омегам, как вдруг Гу Си сунул ему в карман записку. Жун Цзин обернулся. Гу Си, высунув язык, озорно улыбнулся и закрыл дверь. Жун Цзин не ожидал, что Гу Си осмелится на такое на глазах у всех, но эти тайные встречи, скрытые от посторонних глаз, почему-то вызывали в нём необычайное волнение.

***

Он обещал приехать на запись «Абсолютного кумира». Сцена была построена за городом, всего в часе езды от отеля. Чжоу Ю вёл машину. Жун Цзин, немного успокоив бешено бьющееся сердце, развернул записку. Там было написано: «Посмеешь прийти сегодня ночью?» «М-м...» Он прикрыл рукой горящие глаза, с трудом выгоняя из головы неподобающие мысли. «Этот омега совсем не знает меры». «Неужели он не понимает, что такие слова можно истолковать как приглашение?» — подумал Жун Цзин, всё ещё считая Гу Си наивным и невинным. Он уже почти отдался во власть этого омеги, но всё равно считал его чистым и неиспорченным.

***

Тем временем они прибыли на место. Это был комплекс, стилизованный под скандинавские замки, окружённый лужайками, озёрами и ясным небом. Живописное место. Это тоже была недвижимость семьи Се, и Жун Цзин арендовал её по цене значительно ниже рыночной. Хотя Се Лин говорил, что своим можно пользоваться бесплатно, Жун Цзин настоял на своём. Се Лин сдался и сказал, что если он хочет платить, пусть платит, — и велел Чжоу Сяну составить договор аренды. Всё было по-настоящему, кроме цены: вдохновившись идеей Гу Си, Се Лин поставил в графе «цена» один юань. Похоже, он узнал об этом от братьев Чжоу. Здание было построено с большим размахом. Изначально его планировали как курорт, но он ещё не открылся, и Жун Цзин решил использовать его. Когда стажёры приехали, они в восторге крутились перед камерами. Конечно, отчасти это было желание попасть в кадр, но и сам курорт действительно был великолепен. Щедрость семьи Се поражала. После заселения на следующий день должны были начаться отборочные туры. Жун Цзин тихо наблюдал за происходящим, и многие даже не заметили присутствия этого язвительного судьи. — Взгляните на комментарии на сайте, — уговаривал его менеджер Гао. — Запросы на ваше появление в кадре уже стали самыми популярными. Неужели вы не хотите порадовать фанатов? — Шоу снимается для того, чтобы показать, как эти сто стажёров проходят путь к созданию группы. Зачем я, один из создателей, буду мелькать в кадре? — Он приехал только посмотреть на прогресс, а не для того, чтобы перетягивать на себя внимание. Даже в прошлой жизни он редко участвовал в развлекательных шоу. Не потому, что не любил, а потому что он был неинтересным и не имел чувства юмора. Когда он сосредотачивался на одном деле, ему было трудно переключиться на что-то другое. — Всего на несколько секунд. Это поднимет рейтинг шоу, — настаивал Гао, чувствуя, что Жун Цзин начинает колебаться. Он знал, что их молодой господин был очень сговорчивым и не упрямился. — Ваша популярность не падает. Раз уж пользователи раскрыли вашу личность, почему бы не появиться в кадре в качестве приятного сюрприза? — ... — «С каких это пор я стал „сюрпризом“?» — задумался Жун Цзин. — Простите, молодой господин, я неудачно выразился. Вы даже в роли сюрприза — лучший сюрприз! — ...Говори по делу. — Раз вы так заботитесь об этом шоу, самое главное — увеличить его популярность и сделать его хитом сезона! — выпалил Гао. В конце концов Гао убедил его самыми практичными аргументами. Жун Цзин согласился, но под нажимом постановил, что будут лишь беглые кадры, чтобы не нарушать общую атмосферу шоу. Во время перерыва Жун Цзин зашёл за кулисы. Несколько стажёров узнали его. Он поздоровался, ободрил их парой слов и ушёл. Стажёры, привыкшие видеть его суровым судьёй, были приятно удивлены его мягкостью. — Впервые вижу судью таким добрым. — Он же не только язвительный, но и холодный, верно? — Почему он не участвует в шоу? Его поисковый рейтинг уже входит в топ-30! — А там в основном популярные звёзды. Для новичка без опыта это огромный успех. — Зачем ему это? Он снимается в главном блокбастере года с Гу Си. Зачем ему какое-то шоу? — Называть шоу с бюджетом в десятки миллионов «каким-то»? У тебя, видно, с головой проблемы.

***

Проходя по коридору, Жун Цзин столкнулся с очень красивым парнем. Парень оступился и уже падал, но Жун Цзин успел его подхватить. Парень выпрямился, рассыпался в благодарностях и, узнав Жун Цзина, заикнулся: — З-здравствуйте! Господин Жун! — Здравствуйте. Я слишком быстро шёл и задел вас. — Это я не смотрел по сторонам! Когда Жун Цзин собрался уходить, парень крикнул ему вслед: — Вы узнаёте меня? Жун Цзин задумался. Он заметил знакомые очертания, внимательно посмотрел на парня и спросил: — Вы похудели? Поздравляю! — Это всё благодаря вашим словам! — Парень сиял. — Это благодаря вам! — Я всего лишь сказал пару слов, не приписывайте мне заслуг. Это всё ваши собственные усилия. — Жун Цзин вспомнил, как этот парень произвёл на всех впечатление своей внешностью, и его утвердили почти без вопросов. Он запомнил его потому, что его ранняя карьера была похожа на историю Гу Си, а то, что он сбросил почти сто килограммов, говорило о невероятной силе воли. Жун Цзин пожелал ему успехов и собрался уходить. Парень догнал его и спросил: — У вас есть любимый человек? В его голосе слышалось что-то большее: *«Если нет, могу ли я занять это место? Просто чтобы стоять рядом и смотреть на вас».* Жун Цзин удивлённо обернулся. Из-за угла раздалось знакомое «Чёрт!». Жун Цзин увидел стоящего у цветочного горшка У Фуюя. Заметив, что его заметили, У Фуюй вышел, небрежно развалившись, и посмотрел на красавца-стажёра: — Теперь даже за ухаживание нужно конкурировать? Я отвечу за него: этот альфа интересуется только омегами. Классический традиционал. Парень сник. Жун Цзин сказал: — Извините, у меня есть любимый, возлюбленный и парень. Прежде чем парень успел ответить, У Фуюй чуть не подпрыгнул: — Ты шутишь? У тебя их что, несколько? Жун Цзин мельком взглянул на него и вошёл в лифт. У Фуюй поспешил за ним, быстро сняв происходящее на видео и отправив Гу Си. «Я просто хочу проверить их доверие друг к другу. Если Гу Си действительно доверяет Жун Цзину, он не заподозрит его в измене, ха-ха-ха». «Какой же я гений~!» Зайдя в лифт, У Фуюй спросил: — Ты солгал, чтобы отпугнуть этого парня? Глядя на меняющиеся цифры этажей, Жун Цзин ответил: — Нет. У Фуюя охватило дурное предчувствие: — Ты хочешь сказать, что это всё — Гу Си?! Как этот демон умудрился завладеть тобой? — М-м. — «Он сказал мне: выбирай из трёх — любимый, возлюбленный, парень». «Я совсем не хочу знать подробности. Можно мне хотя бы несколько дней спокойно пожить?» У Фуюй последовал за Жун Цзином на парковку. К ним подъехала машина, и раздался насмешливый голос: — Вы, ребята, стали так близки? Жун Цзин замер. Этот голос принадлежал У Ханьци. Он повернулся и увидел в открытом окне машины улыбающегося У Ханьци, который смотрел на них.