Глава 1: Последний бокал Полуденной смерти
26 января 2026 г., 17:48
В Мондштадте вечер всегда пахнет одинаково: остывающим камнем мостовых, озерной сыростью и едва уловимым ароматом сесилий, который приносит ветер с утеса Звездолова. Но внутри Доли ангелов запах иной - здесь господствуют терпкое вино, старое дерево и едва заметная нотка перегоревшего угля.
Дилюк протирал стакан с тем методичным усердием, которое обычно выдавало его крайнюю степень раздражения. Хотя внешне он оставался невозмутим, как статуя Барбатоса.
— Ты задерживаешься, — не глядя на посетителя, бросил Рагнвиндр.
Кэйа, только что переступивший порог, усмехнулся. Его синий меховой воротник был слегка припорошен дорожной пылью, а во взгляде читалась та самая усталость, которую он привык прятать за фальшивым блеском монет и остротами.
— Работа в Ордо Фавониус не знает пощады, мастер Дилюк, — Кэйа опустился на высокий табурет. — Рыцари-герои тоже хотят есть, пить и, желательно, не заполнять отчеты по ночам.
— Твои "отчеты" обычно заканчиваются здесь, — Дилюк поставил перед ним бокал, но не с вином. Внутри плескался виноградный сок.
Кэйа картинно вздохнул, приложив руку к груди.
— Ох, какая жестокость. Лишать верного рыцаря его единственной радости... Впрочем, твой виноградный сок - это почти преступление против хорошего вкуса, настолько он идеален.
Они помолчали. В таверне было непривычно тихо: Венти сегодня не пришел (вероятно, объелся яблок где-то под деревом в Долине Ветров), а завсегдатаи уже разошлись по домам.
— Говорят, на побережье Сокола видели странную активность магов Бездны, — тихо произнес Кэйа, рассматривая блики на стекле. — Будь осторожен, если решишь прогуляться там... "ночью".
Дилюк на мгновение замер. Его пальцы крепче сжали полотенце.
— Я справлюсь. Следи лучше за своими людьми, капитан. Чтобы мне не пришлось снова вытаскивать их из ловушек, которые они сами же и создают.
Кэйа чуть заметно улыбнулся - настоящей, не дежурной улыбкой. Это был их странный код, их способ сказать "береги себя", не используя этих нелепых, слишком тяжелых для них слов.
— Знаешь, — Кэйа отпил глоток, — иногда мне кажется, что этот город держится только на твоем упрямстве и моем вранье.
— Он держится на ветре, — отрезал Дилюк, наконец убирая чистый стакан на полку. — А мы лишь те, кто подметает за ним мусор.
За окном прозвенел колокол. Мондштадт засыпал под защитой своих негласных хранителей, которые никогда не признают, что стоят по одну сторону баррикад.
