Два короля

День клонился к вечеру. Большинство королевских дел было сделано. А это значит, что пришло время неизбежного… а именно: разговора за ужином. Не то, чтобы Шедоу не был готов, или вроде того, но лёгкое волнение присутствовало. Он чувствовал, как что-то внутри него меняется и есть только один вариант, чтобы всё выяснить. Обеденный зал сиял. Огни сверкали, столовые приборы блестели, а мысли путались. Задрав нос в самом высокомерном выражении лица, которое Шедоу только мог состроить, он прошёл в зал и увидел, что Пьюр со своей супругой садится за стол. Он с женой также сели за стол. — Добрый вечер, — поздоровался сначала Шедоу Милк, а затем и Шугар. — Доброго вечера, Ваше Величество, — также поздоровались в ответ по очереди Ванилла и Энчантрисс. — Мы очень рады, что вы пришли на этот ужин, ибо после него мы отправимся в дорогу домой, — заговорила Дарк, пока её муж сидел рядом и молча глядел на столовые приборы. Его лицо выглядело довольно мрачным и равнодушным, словно кто-то высосал из него все эмоции, а также радость и душу, или загипнотизировал, — Нам нужно вернуться в наше королевство, чтобы убедиться, что с нашими жителями всё хорошо, прошу отнестись с пониманием, — сухо и прагматично сказала женщина. Официанты приносили и ставили на стол напитки, еду, десерты, чтобы королевские особы насладились ужином, пока он был горячим. — Ох, конечно, моя дорогая, я всё понимаю, — кивает Шедоу Милк, пока Шугар улыбается, — но есть одна мааааленькая деталь, — лукаво улыбаясь, говорил Милк. — И что же это? Неужели вы не выпустите нас отсюда? — Выпущу конечно, хихи, — захихикал он, даже слегка маниакально, — просто, согласно нашему договору с Его Величеством Пьюр Ваниллой, он не может покинуть это королевство, пока не выполнит свою часть сделки. Лицо Энчантрисс слегка изменилось. Она прикрыла глаза и чуть сильнее сжала столовые приборы, между бровей залегла морщина, женщина явно была… недовольна. — Ах, ну если Ваше Величество так настаивает, я могу это понять, — она делает паузу и берёт бокал в руки, — Давайте тогда выпьем за сотрудничество между нашими королевствами. — Конечно, мисс Дарк Энчантрисс, — кивает Милк, и его улыбка становится ещё более самодовольной. В этот момент все, кто ел, поднимают бокалы, а затем пьют из них. Тишина. В зале повисла гробовая тишина. Энчантрисс и Этернал замерли, так и не проглотив свои напитки. Пару капель перелилось из бокала, упав им на платье, но женщины не заметили, потому что внимательно смотрели за тем, чтобы оба их мужа пили вино до дна. Как только последняя капля была допита, оба мужчины переглянулись. Ванилла всё ещё держал бокал в руке, крепко сжимая ножку, его зрачки были сужены. И только Шедоу хотел открыть рот, чтобы заговорить, ведь заметил, что женщины не выпили из своих бокалов, как вдруг он почувствовал тошноту и головокружение. А следом голова молочного короля упала прямо на стол. Их тела забились в конвульсиях, а изо рта пошла пена. — Это было быстро, — наконец прервала тишину Шугар, а затем, встав из-за стола, слегка толкнула мужа, что явно был без сознания, в плечо, — И надолго они в отключке? — с презрением спросила она. — На пару часов точно, — также с презрением сказала Энчантрисс, смотря на своего мужа, что лежал без сознания. А потом набрала в легкие побольше воздуха, повернулась к страже и сказала, — Не стойте столбом, унесите их, — она кивает головой в сторону выхода. Стражники слегка стушевались, но потом они кивнули и, подойдя к столу, подняли обоих королей на руки и понесли на выход. Таким образом, оба короля оказались в темнице. Энчантрисс лично просмотрела, чтобы их точно туда доставили. И сказала всем, вместе с Шугар, что обоим стало плохо. Что их мужья лежат в покоях и их обследуют лекари. А она обязательно, как верная жена, будет расследовать это дело.

***

Первым очнулся Ванилла. Он чувствовал сильную боль в спине и возле шеи. А она особенно сильно горела и чесалась, словно там было клеймо. Он попытался пошевелиться. Мужчина явно лежал на полу, на очень твёрдом полу. Было темно, пахло сыростью и ещё чем-то довольно кислым. Он в подвале? Он оказался в подвале?! Он пытался осмотреться, аккуратно щупал пол. И почувствовал что-то… или кого-то? Нога. Да, это нога человека. Кто это? Где он и что произошло? Хотя, честно говоря, он догадывался где он может быть. Пьюр попытался встать, но понял, что ему связали его крылья за спиной. Не просто связали, а перетянули. Но почему он плохо это чувствовал? Может из-за этой самой дряни. Точно. Несмотря на то, что он был фактически парализован из-за той дряни, что ему ввела Дарк Энчантрисс перед ужином, мужчина по инерции проверил бокал на наличие яда. И он там был. Слабый след яда, но он почувствовал. Эта… женщина научилась делать почти совершенные яды. Почти. Ей всегда не хватало чего-то. Чего-то, что точно могла делать Лили. Ах, сейчас не время её вспоминать. Нужно думать, что делать дальше и как выбраться. Поднявшись, Ванилла пытался наощупь пойти вперёд. И те самые нащупанные ноги стали туловищем. Хотя он пытался обойти это тело. Стоп, это же, наверное, Шедоу! Он совсем забыл из-за боли, запаха и своих раздумий. А также из-за кромешной темноты. Пьюр снова присел на корточки и стал ощупывать тело. Он нашёл руки, плечи, голову. Он стал ощупывать лицо. Было немного похоже на лицо Милка. Это и вправду скорее всего он. Всё ещё без сознания. Только Пьюр хотел попытаться его разбудить, как тот сам внезапно зашевелился и, переворачиваясь с бока на спину, начать громко мычать. — Мнгхммм, агхр… Ч-что…? — он явно не понимал что происходит и также, как и Пьюр, ничего не видел, — Кто здесь? Шедоу Милк тут же сел, выпрямился и, судя по звукам, отсел назад. — Это я, Пьюр Ванилла, — негромко сказал блондин. — Ванилла.? Ах, точно. Агрх… как же болит голова, — скрипучим голосом говорил Шедоу. Слышно было, что голос был слегка охрипшим, ломким, — Фу… чем это воняет? — Это какой-то кислый запах, я тоже его чувствую… — фыркнул Пьюр, качая головой, словно его могли увидеть. — Да, это что-то кислое, мерзкое, аж тошнит, — Милк громко выдохнул и затем ванильный король услышал, как шуршит чужая одежда. Тепло, рядом стало тепло, он почувствовал как старший подсел рядом и соприкоснулся с ним плечом. — Зато теперь я уверен, что ты меня не обманывал, — негромко сказал он своим хриплым голосом. Сердце Пьюра в этот момент пропустило удар. — А ты думал...? — Нет, честно говоря нет, — вздох, — это было очевидно, что они что-то задумали. Хотя Шугар старалась доказать мне обратное. И что это вообще ты пытаешься уничтожить наше королевство. И тут Ванилла сначала просто усмехнулся, а затем откровенно захихикал: — Они пытались «настроить нас против друг друга», смешно. — Я же говорил, что они собираются нас свергнуть. — Да, ты был прав, — кивает блондин. — Что ж, нам, наверное, стоит обследовать нашу камеру. Почему здесь так темно и воняет, в конце концов? Они встали и начали аккуратно передвигаться по камере, выставив руки перед собой. — Я думаю, что это воняет в самой камере. Или может… Не, не уверен, но… — Что «но»? Не тяни кота за яйца. — Но… может быть это яд? — В смысле? В камеру пускают ядовитый газ? — Нет-нет, тот яд, что мы выпили. Обычно я знаю какие яды она делает и пытается мне подсунуть, но сейчас, — стук, Ванилла упёрся в стену, — Тут стена! — Принял, — сказал Милк, также осторожно идя вперёд. А потом он почувствовал, как тоже упёрся руками в стену, — И тут тоже, — сразу сказал он. — … Сейчас я уверен, что она сделала что-то принципиально новое, — говорил Пьюр, уже идя в другую сторону камеры так же, как и Милк. — Хм… может быть… — задумчиво сказал Милк, пока шёл дальше. Потом он резко остановился и замолчал, поднес руку к лицу и стал чесать подбородок, — А они сейчас… могут нас подслушивать? — Не отрицаю, — медленно отвечает младший и тоже замирает на месте, — Я не знаю. Но, может быть. Вздох. Звук шагов. Милк подошёл к Ванилле и встал рядом, наощупь найдя его руку. Это было немного неловко и мило. А затем мужчина начал садиться, потянув Пьюра за собой. Тот послушно сел следом. Как только они снова сели на пол, старший приблизился к уху блондина и прошептал: — Тогда нам не стоит говорить так громко, и ещё… — Милк сделал глубокий вдох, а потом стал принюхиваться. Это было немного неловко, но Ванилла не стал одергивать плеча. Недолго понюхав облать шеи, ближе к уху, Шедоу внезапно поднял руку Пьюра к своей шее, в то же место, где только что нюхал и сказал: — Принюхайся, почувствуй, какой запах? Ванилла выгнул бровь в непонимании сначала, но затем решил все же сделать как попросили. Вдох. О. Он понял. Кислый запах. — От шеи почему-то идёт кислый запах, — прошептал тот на ухо молочному королю. — В точку, — прошептал тот в ответ, — Значит они что-то сделали с нами… Но мы не видим. — А может ли это быть из-за яда? — Кстати, вполне себе, но... — пауза, он вдохнул в легкие побольше воздуха, продолжая шептать, — но это ещё предстоит доказать. Иначе, наши слова — всего лишь вода. — И как мы это сделаем? — теперь вдохнул Ванилла, крепче сжимая руку Милка. — У меня есть идейка. Главное дождаться Сапфира и Кенди, я дал им одну вещь, с помощью которой они смогут найти меня, где бы я ни был. Нужно подождать, но думаю, что они скоро придут. У нас был план. — Рисковый план, — качает головой Пьюр. — Зато он есть. Это даже запасной план, кхем, — откашливается Шедоу после, ибо в горле пересушило сильно. Всё же кроме яда они ничего больше не пили, пх. После этого мужчины замолчали. Они поняли, что пока что стоит помолчать. Хотя эта тишина, честно говоря, сводила с ума.

***

Неясно, сколько уже прошло времени, но у блондина затекли крылья. Он пытался ими пошевелить, но не мог. Точно, здесь же Шедоу, он может помочь. Или, может, пока не стоит их развязывать? Нет, глупо. Или… — Шедоу, — он тихо зовёт его, — …Шедоу Милк. — Что? — тихо спросил тот, поворачиваясь к нему всем корпусом. — Можешь потрогать мои крылья? — Что? Сейчас? — Они связаны, Шедоу, кхем, — это было немного неловко, но он незамедлительно повернулся к нему спиной, — Можешь развязать? Я не могу, они сильно затекли и болят. — Я иногда забываю, что они вообще есть у тебя, — отвечает Милк и начинает на ощупь искать их. И вот, вроде спина, он трогает, щупает. Плечи, спина, лопатки и место начало роста крыльев. Он дотрагивается. На Пьюре, оказывается, была только блузка…? Да, скорее всего та самая, в которой он был на ужине. Ну и штаны конечно, и обувь снизу, но именно наверху была только блузка. А тут, и правда, он почувствовал какую-то ткань и довольно тонкую веревку?... Что это? Колется. Он попытался потянуть, но она его чуть не порезала. Да уж, без перчаток снять не получится. Он об этот тут же сообщил Пьюру. Тот тяжело вздохнул и закатил глаза. Ну конечно. Было слишком самонадеянно думать, что эта женщина так легко замотает его крылья. В итоге они сели в прежнюю позу.

***

Прошло ещё некоторое время. По самоощущениям Ваниллы — минут двадцать. И тут с левой стороны раздался резкий звук, громкий. Он резал уши в этой тишине. И луч света с той же стороны. Небольшой скрип. Открылась дверь! Свет ослепил, оба мужчины зажмурились и Милк даже зашипел от боли и рези в глазах. Блондин резко закрыл лицо руками. В комнату вошли двое, или трое. Они держали фонари в руках. Дверь закрылась. Теперь помещение было освещено. В комнату вошли два человека в мантиях. Высокий мужчина с чёрными волосами и невысокая девушка с короткой прической по плечи белого цвета. И рядом с ними стражник. Грубый голос охраняющего сказал: — У вас есть полчаса, чтобы их осмотреть, ни минуты больше, — после чего стал у двери и смотрел на них всех. Наконец можно было разглядеть помещение! Это была небольшая камера. Пустая. Не было ни скамейки, ни кровати. Окон, соответственно, тоже не было. И одна дверь на выход, массивная и железная, с замком. Видимо, с другой стороны стоял стражник. Эти двое в белых мантиях подходят к ним и говорят: — Мы лекари, пришли осмотреть вас. Шедоу тут же, как только смог привыкнуть к свету и увидеть этих двух, всё ещё потирая глаза руками, сказал: — О, ну наконец, а я то думал, что нам не положено. Но, видимо, у моей женушки есть что-то вроде сердца, — он драматично положил руку на грудь. Кстати, он был одет в свою синюю парадную блузку на пуговицах и в такого же цвета штаны. В чём они были за ужином, в том их и закинули сюда, кроме плащей. — Да вам бы тут и гнить, — резко сказала невысокая девушка. — Дааа, гнить — это хорошо. Что ещё расскажите? Высокий мужчина подошёл и стал осматривать молочного короля. Или уже бывшего короля? Ещё неизвестно. Черноволосый парень стал осматривать его лицо, глаза, кожу. Шею, руки. На секунду он замер, сглотнул и затем сказал ровным голосом: — Как жаль, что вы не подохли… Вас же все ненавидят, вы не знали? — А мне кажется, это всё сплетни, — отвечает Милк лекарю с долей высокомерия. — У вас на шее вененум, он выражается в вашем асидуме одоре, но это только пока вы, как свинья, брыкаетесь здесь. Скоро придёт время казни, — последнее он шепчет очень по-злому и с ехидной улыбкой, — О боже, наконец ваша тирания кончится. Я найду пробатионем и, когда вернусь через день-другой, обязательно буду смотреть на то, как королева исполнит своё предназначение, и освободит нас. Доктор говорил очень быстро, не скрывая своей неприязни, она слышалась в голосе. Девушка, что обследовала Ваниллу, тем временем ему сказала, ехидно хихикая: — Кричи не кричи, стены тут толстые, никто вас не услышит, даже стражник, хихих, будет больно, — а затем поддакивала парню. Она ещё осмотрела немного его крылья. Дотронулась до нитей, что связывали их и ткань. Они были острые. Она тут же убрала руку и сказала: – Крылья потом, если они вообще останутся… — это звучало зловеще, но она продолжила, — ах, каким они будут трофеем висеть на стенке… Закончив, она подошла и сказала напарнику: — У этого тоже, что и с этим, но крылья осмотреть невозможно, — она брезгливо сначала посмотрела на ванильного, а затем на молочного. — Всё понятно, — кивнул лекарь. Они поднялись, посмотрели в сторону стражника, и мужчина сказал ему, — Чтобы действие закрепилось, им нужно дать воды и какой-нибудь еды. Воды минимум литр на каждого. Стражник кивнул и открыл дверь камеры, чтобы выпустить лекарей. Сначала вышла девушка, а парень слегка споткнулся и упал. Его фонарь оказался рядом, на полу. Но мужчина быстро поднялся и выбежал из камеры без источника света. Дверь закрылась и оба короля снова оказались заперты за дверью. Но теперь с фонарем. Пьюр встал и сходил, чтобы забрать фонарь к ним ближе, а потом решил дать свой комментарий: — Это… было странно. — Ага… — Шедоу тут же приблизился к уху Пьюра и стал шептать, — Это мои люди. — О, тогда… — Ванилла тут же кивнул, а потом сказал спокойно, — Мне девушка сказала, что это место почти что звукоизолировано от внешнего мира. Нас там не услышат. Поэтому можем нормально говорить. — Ай Кенди, ну молодца, — он покачал головой. — Так, а теперь самое важное, — Милк сразу стал выглядеть серьёзно, нахмурив брови, — Сапфир сказал мне, что у нас на шее метка, из-за яда, мы были правы. Из-за неё идёт этот кислый запах. Они сейчас ищут доказательства, что всё подстроили жены, чтобы потом вернуться и помочь нам. Но придется сутки посидеть подождать. Плюс, они сказали, чтобы нам подали обед, — на последних словах он улыбнулся, а его живот заурчал. — Хах, ну ты даешь, а твои ребята очень умные, — подметил Ванилла, сидя рядом. — Потому что я лично их всему учил, — с гордостью говорил Милк, — они были сиротами. Ну, я их и подобрал. Они просто пытались меня ограбить как-то на улице. Забавно вышло. — Думаю, что ты поступил хорошо, — кивает Ванилла, положив голову ему на плечо. И они снова замолчали. Но спустя время тишину прервал Пьюр: — Пока мои крылья связаны, моя магия бессильна. Там пыльца и источник силы. — Хах, тогда всё понятно, — отвечает молочный король, бросив взгляд на перевязанные крылья. А затем он отодвигается и встаёт, говоря: — ладно, пока у нас есть фонарь, надо осмотреть камеру, поэтому погнали. — Угу, — кивнул блондин и поднялся с места следом за ним, для того, чтобы осмотреть их камеру получше.