Руководство по выживанию в отомэ-игре для Нила Джостена

Нил с угрюмым выражением лица сидел в школьной столовой. Он только недавно вышел из медпункта, где ему нанесли мазь на скулу. Он надеялся, что его отпустят с уроков, но, к его сожалению, ему просто сказали быть осторожнее. Лицо всё еще мелко побаливало, но уже не так сильно. Перед ним лежал поднос с едой, но у него совсем не было аппетита, как и настроения. Он вспомнил лицо Кевина, и настроение испортилось ещё сильнее. Однако он вспомнил маленькую деталь, на которую ранее не обратил внимания. На скуле у того не было татуировки ферзя, как и у Рико не было единицы. Возможно, в этом мире они не знакомы. Нил не знал, к худу это или к добру, но знал, что характер Рико как был плохим, таким и остался. Видимо, даже другой мир не смог изменить его. Интересно, кого он ещё встретит тут. Он уже встретился с Рико и Кевином, тогда, возможно, будут и другие. Но кто именно? Он отодвинул поднос и вместо пустых догадок решил поподробнее изучить системные возможности. Оказалось, что у системы имелся свой магазин с различными навыками и вспомогательными вещами. Однако этот магазин у него был закрыт, и чтобы открыть его, нужны были очки. А если подробнее, то две тысячи очков. Нил, когда услышал это, чуть не подавился воздухом от возмущения. За выполнение нынешнего квеста он получил бы пятьсот очков. То есть ему ещё нужно было тысяча пятьсот очков. Ему казалось, что это довольно мало за такой квест, ведь, как никак, этот квест — начало ко всему, а значит, и награда должна быть стоящей. Он хотел скорее открыть магазин, но для этого ему нужно было выполнять квесты, и чем больше, тем лучше. Он принял решение быстрее закончить нынешний квест. «Система, как определять любовные интересы?» — спросил он в своих мыслях. — «Нужно сделать что-то или достаточно просто посмотреть?» [Нужно любое взаимодействие с любовным интересом. Достаточно разговора или касания.] То есть, он мог просто касаться каждого, кого встретит, и с небольшим шансом мог выявить ЛИ? Хотя это довольно неэффективно, ведь учащихся тут немало, да и его могли принять за извращенца. Нил оперся подбородком о руку и подумал. До этого его ЛИ оказались те, чьи лица он хорошо знал. Возможно, оставшихся двоих можно было найти по этой схеме. Если это было так, то задача не казалась такой уж сложной. В этот момент кто-то поднял поднос с его стола и опрокинул ему на голову. Волосы стали мокрыми от супа, и листья салата украсили его и без того жалкие волосы. Суп стекал с волос на лицо, пачкая его. Нил поднял голову и увидел Рико, сзади которого стояли незнакомые ему люди. Они смеялись и шептали унизительные слова. В один миг в столовой стало тихо, множество пар глаз были устремлены на него. Ладони сжались в кулак, а челюсть болезненно сжалась. Но его лицо не отражало его реальные эмоции, а выглядело испуганным и шокированным. Рико улыбнулся. — Ты такой жалкий, Нил, аж тошно. — Голос его сочился презрением и насмешкой. Нил хотел съязвить, однако рот его оставался закрытым. Он не мог ни возразить, ни постоять за себя. Он чувствовал себя ужасно. Было отвратительно от того, что слова, которые он хотел сказать, были недоступны. А вместо них он мог только выбирать ответ из трёх предложенных, которые ни один не отражал его настоящего. И тут, словно прочитав его мысли, вылезли варианты ответа. 1. [Заплакать и молча опустить голову] 2. [Послать Рико] 3. [???] Нил сфокусировался на третьем варианте. Знаки вопроса мигали, будто приглашая нажать. Он никогда не видел такого. Это что, ещё один сбой? Или ловушка? «Система, что это за вариант? Что за знаки вопроса?» — мысленно спросил он, не отрывая взгляда от розового окна. [Вариант «???» — случайное событие. Всплывает с низкой вероятностью при высокой эмоциональной нестабильности хоста. Результат выбора непредсказуем. Может улучшить или ухудшить ситуацию. Рекомендуется проявлять осторожность.] «Или улучшить, или ухудшить…» — Нил чуть не фыркнул. Система, как всегда, бесполезна. Сейчас, с супом на голове и под взглядами всей столовой, он и так находился в эпицентре худшего из возможных сценариев. Куда уж хуже? Но выбирать неизвестность, когда на кону может быть физическая боль или что пострашнее… Он рисковать не мог. Не сейчас. Ему нужно было выжить и набрать очки, а не играть в русскую рулетку с глючной программой. С внутренним содроганием, но с холодным расчётом, он мысленно ткнул во второй вариант. Пусть уж лучше знакомая агрессия, чем системный сюрприз. Тут же его тело напряглось. Язык прилип к нёбу, а потом сорвался, выталкивая слова с силой, которой Нил сам в себе не ощущал. Голос прозвучал хрипло, низко и на удивление чётко, перекрывая гул в столовой: — Да пошёл ты, Рико! Тишина, повисшая в зале, стала абсолютной. Даже его собственные дружки Рико перестали хихикать. Сам Рико замер, его самодовольная улыбка сползла с лица, сменившись шоком, а затем кипящей яростью. Его глаза, такие же чёрные и пустые, как в прошлой жизни, сузились до щелочек. — Вот, значит, как мы запели? — Рико шагнул ближе. Но тело Нила уже не слушалось его. Оно выполнило приказ системы и замерло в ожидании следующего. Нил лишь успел подумать, что сейчас будет больно, очень больно. Рико, не сдержавшись, резко двинулся вперёд, вцепился пальцами в мокрые от супа волосы Нила и дёрнул его голову назад, заставив смотреть в потолок. — Резко осмелел, значит, а? — с издёвкой прошипел Рико. — Обычно ты убегал, трусливо поджав хвост. Пальцы в его волосах сжались сильнее, и кожа болезненно потянулась. Нил больно зашипел и потянул руку, чтобы убрать чужую. Его руку отбросили лёгким ударом. — Тебе лучше следить за языком, ведь я могу его отрезать, — угроза послышалась прямо рядом с ухом. Рико слишком близко наклонился к нему, и Нил чувствовал, как его дыхание щекотало его ушную раковину. Нил стиснул зубы, чувствуя, как по спине бегут мурашки от бешенства и… странного, острого удовлетворения. Он это сказал. Хотя бы раз он сказал этому ублюдку то, что думал. Это всяко лучше, чем молча перетерпеть. И тут в его поле зрения всплыло новое, маленькое окно, вибрирующее от какого-то внутреннего возбуждения системы. [Динь! Неожиданный поворот!] [Симпатия Рико Мориямы повышена на 20 очков!] [Текущий уровень симпатии: -95/100 (Ярость/Интерес).] [Достижение открыто: «Искра неповиновения».] Что. За. Хрень. Нил, всё ещё с запрокинутой головой, смотрел в потолок, но его мозг лихорадочно пытался переварить эту информацию. Повысилась? После того как он его послал? После угрозы изуродовать? Эта система была не только глючной, но и абсолютно ебанутой. Или… или «симпатия» в её понимании означала не «любовь», а «степень вовлечённости». И вызов, агрессия, оказались для этого Рико интереснее, чем привычная жалкая покорность. Рико резко оттолкнул его голову и наигранно потер ладонь о брюки, словно вытирая грязь. Он усмехнулся, и его глаза слегка изогнулись. Не будь это Рико, Нил бы сказал, что зрелище было красивым, но это был Рико, а всё, что связано с ним, было отвратительным. — Ещё встретимся, я запомнил твои слова, Нил, — со смешком Рико удалился, и его прихвостни последовали за ним. «Я запомнил твои слова, бе-бе-бе». Нил закатил глаза. Что ж, обед был испорчен, как и волосы с лицом. Он встал и под шёпот других вышел из столовой. Он собирался пойти в уборную и смыть с себя этот беспорядок. Но в коридоре он встретился с Кевином, который, как оказалось, дежурил в это время. Нил чуть не врезался в него, но, вовремя заметив, остановился. Внутренне он простонал. Именно сейчас. Именно он. Кевин стоял, засунув одну руку в карман, а в другой держа какую-то папку. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Нилу с ног до головы, задержавшись на мокрых, испачканных волосах, пятнах на рубашке и, наверное, на краснеющем от гнева и унижения лице. Нил машинально, по воле системы, опустил голову, пытаясь сделать вид, что его тут нет, и шагнул в сторону, чтобы обойти. Просто пройди мимо, идиот. У тебя своих дел полно. Но Кевин действовал резко и без предупреждения. Его рука стремительно вылетела из кармана и вцепилась в запястье Нила холодными, сильными пальцами. Хватка была не болезненной, но неоспоримой, словно стальной зажим. Нил вздрогнул и поднял голову, встретившись взглядом с Кевином. Внутри него всё закипело. «Что тебе надо, долбоёб? Отстань! Иди раздавай свои дурацкие указания кому-нибудь другому!» Но его лицо, подчиняясь игре, выражало лишь смущение и лёгкий испуг. Он даже попытался слабо дёрнуть рукой, но Кевин не отпускал. Президент студсовета прищурился, его взгляд стал ещё пристальнее. Он медленно, как сканер, ещё раз осмотрел Нила. — Что случилось? — спросил он ровным, безразличным тоном, в котором, однако, угадывалось настойчивое любопытство. — Почему ты весь в… супе? Перед глазами Нила, как по заказу, всплыли ненавистные розовые квадраты. 1. [Я случайно опрокинул его на себя.] 2. [Это всё Рико…] 3. [Тебе не следует об этом беспокоиться.] «О боже, опять эти идиотские отмазки!» — закричало внутри Нила. Первый — тупой и неправдоподобный. Второй — стукачество, которое в этом дурацком мире наверняка только ухудшит всё. Третий — дерзость, которая явно не по статусу «жертвы» и вызовет лишние вопросы. Стиснув зубы, он мысленно ткнул в первый. Самый безобидный. Пусть думает, что я неуклюжий кретин. Лишь бы отстал. Губы Нила сами растянулись в жалкую, виноватую улыбку. Голос прозвучал тихо и ненатурально: — Я… я случайно опрокинул его на себя. Кевин не моргнул. Он не отпускал его запястье, а его взгляд стал ещё холоднее. — Случайно, — повторил он, не как вопрос, а как констатацию факта, который он отказывался принимать. — Интересная случайность. Напоминает следы целенаправленного воздействия. Ты уверен? Нил почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот тип не верил ни на йоту. Он вынюхивал ложь, как гончая. Нил не стал ждать следующего наводящего вопроса. Воспользовавшись тем, что хватка Кевина на миг ослабла, он резко дёрнул руку на себя. На этот раз ему удалось высвободиться. — Извините, мне нужно… в уборную, — выдавил он ещё одну заготовленную системой фразу, уже отступая назад, и, не дожидаясь ответа, развернулся и почти побежал в сторону туалета. За его спиной повисла короткая, напряжённая тишина. [Внимание! Симпатия Кевина Дэя понижена на 1 очко.] [Текущий уровень симпатии: 4/100 (Безразличие/Лёгкое разочарование в достоверности данных).] Уведомление всплыло, когда он уже вбегал в уборную. Нил шваркнул дверью, упёрся руками в раковину и взглянул в зеркало на своё перекошенное от злости отражение. «На один балл?! СЕРЬЁЗНО? За что? За то, что я не стал выкладывать ему всю подноготную? За тупую отмазку? Да он сам спросил!» — бесился он внутри, включая воду и с силой смывая липкую грязь с лица и волос. Холодная вода немного остудила пыл, но не обиду. Каждая мелочь в этом мире работала против него. Каждое слово, навязанное системой, било по его шансам. Даже когда он выбирал, казалось бы, самый безопасный путь. Он быстро умылся, стараясь оттереть пятна с рубашки. Вода и мыло смешивались с остатками супа, создавая жалкую, пародийную пену. Он чувствовал себя абсолютно унизительно. После того как он остыл, Нил обратил внимание на своё отражение. Лицо, смотрящее на него из зеркала, было точной копией его самого в реальности. Однако одна деталь всё же различалась. Ни. Одного. Шрама. Были ссадины и мелкие ранки, но шрамов не было. Лицо, которое у него было до Балтимора. Нил вздрогнул, и в ушах зазвенело. Он тряхнул головой. Только мыслей о Балтиморе не хватало. Выдохнув, он вернулся, чтобы доучиться оставшиеся уроки. Сидеть под прицелом любопытных и насмешливых взглядов было пыткой, но он выдержал, уставившись в учебник и делая вид, что конспектирует. На самом деле он просто чертил в тетради злые каракули, представляя себе, как разбивает розовое окно системы о голову Рико. Когда наконец прозвенел последний звонок, Нил почувствовал почти физическое облегчение. Он покинул школу, сунув руки в карманы, и направился… Куда? Он резко остановился. Идиотизм ситуации ударил его с новой силой. Он не знал, где живёт. У этого Нила, этого жалкого дублёра, должен быть дом. Где-то. «Система, — мысленно позвал он, уже не надеясь на адекватный ответ. — Где мой дом?» Ответ пришёл не в виде текста и не в виде голоса. Это было похоже на внезапную, насильственную инъекцию памяти. В висках заныло, а перед глазами, поверх реальности, промелькнули чужие, но теперь его образы: узкая улочка, старый пятиэтажный дом с облупившейся краской, лестница на третий этаж, ключ под треснутым горшком у двери… А ещё, чувство пустоты, тишины и видения на столе: письмо от родителей, которые уехали в другой город на временную, но хорошо оплачиваемую работу, чтобы скопить на твоё будущее. Воспоминания были плоскими, как вырезки из дешёвой мелодрамы, но они дали координаты. Нил аж пошатнулся от неожиданности. «А нельзя было просто сказать?» — проворчал он про себя, потирая виски. Но что-то внутри всё же расслабилось. Родителей нет. Они в другом городе. Это… это даже к лучшему. Сейчас ему точно не хватало разбирательств с чужими мамой и папой, которые наверняка стали бы задавать вопросы о синяках. Дорогу он нашёл на удивление легко. Чужая мышечная память вела ноги сами. Дом оказался именно таким, как в том вброшенном воспоминании: небогатый, но не развалюха. Подъезд пах старым деревом и слабой плесенью, а ключ действительно лежал под горшком. Квартира встретила его тишиной и полумраком. Он щёлкнул выключателем. Небольшая прихожая, крохотная кухня, заставленная старой техникой, и дверь в его комнату. Он зашёл внутрь. Комната была… обычной. Узкая кровать, шкаф, простой рабочий стол у окна. Никаких плакатов, личных вещей, намёков на увлечения. Комната-призрак, комната персонажа, чью биографию написали впопыхах. Зато чисто. И самое главное — здесь никого не было. Нил сбросил грязную рубашку, сел за стол и опустил голову на сложенные руки. Тишина, наконец, дала возможность подумать без помех. Всё, что сегодня произошло, было полнейшим абсурдом. Его несколько раз унизили. Он два раза столкнулся с Кевином. Все уроки он просидел с мокрыми волосами и рубашкой под чужие насмешки. Одним словом, отстой. Нил поднял голову. «Система, — спросил он чётко, как будто отдавая приказ. — Могу ли я получить ещё квесты? Прямо сейчас. Лёгкие. Те, что можно сделать быстро». Окно материализовалось, слегка подрагивая, будто система была удивлена запросом. [Запрос обработан. Побочные квесты могут быть выданы до завершения основных. Предупреждение: одновременное выполнение более трёх квестов снижает эффективность и повышает вероятность ошибок. Текущее количество активных квестов: 1.] [Формирование запрошенного квеста «Лёгкой» сложности…] Система зависла. Розовый экран покрылся рябью пикселей. Нил наблюдал, чувствуя знакомое предвестие идиотизма. Через минуту окно выдало результат. [Квест получен!] [«Зов природы, часть 1»] [Найдите и покормите бездомного кота с тремя чёрными пятнами на левом ухе, который обитает в задней части школьного двора. Рекомендуемое питание: консервированный тунец.] [Время на выполнение: до 16:00 завтрашнего дня.] [Награда: 25 очков. Дополнительная награда за успех: возможное открытие скрытой сюжетной ветки «Дружба с местной фауной».] [В случае неудачи: штраф отсутствует (лёгкий квест, хост! Мы не монстры!).] Нил несколько секунд просто смотрел на текст. Потом тихо, но с чувством, выдохнул: — Ты издеваешься. Будет проблематично искать именно такого кота, но в принципе квест был лёгким. Огорчало одно — награда. Двадцать пять очков казались жалкими грошами по сравнению с суммой, которую он собирал. Если выполнять подобные задания каждый день, то он вряд ли быстро накопит нужное количество очков. Придётся положиться на основные и сюжетные квесты. За них дают гораздо больше. Он уже начинал привыкать к этой сюрреалистичной чехарде. И двадцать пять очков, это хоть что-то. Капля в море, но море начинается с капли. Он потянулся к ящику стола, нашёл там чистый, пыльный блокнот и дешёвую шариковую ручку. Развернул на первой странице и твёрдыми, чёткими буквами вывел: ДАННЫЕ. ДЕНЬ 1. И начал записывать. Всё подряд, без эмоций, как отчёт о проделанной полевой работе. Записал он туда всё, о чём узнал. Записал сведения про Рико и Кевина. О своих планах на будущее. Он писал, пока страница не заполнилась. Закрыл блокнот, положил его в самый дальний угол ящика, под стопку старых тетрадей. В комнате окончательно стемнело. Нил не стал включать свет. Он просто сидел в темноте, глядя в окно на зажигающиеся в других домах огни. Где-то там были реальные люди с реальными жизнями. А он здесь, в кукольном домике, с розовым надзирателем в голове и списком дурацких поручений. Завтра нужно будет найти какого-то кота. А потом, возможно, снова встретиться с Рико. И как-то выжить. Он откинулся на спинку стула. Второй день начинался завтра. Но первый и ужасный день был позади. Теперь начиналась рутина. И первым пунктом в расписании стоял тунец для трёхпятнистого усатого философа у котельной.