Руководство по выживанию в отомэ-игре для Нила Джостена

Всё шло своим чередом. Солнце клонилось к закату, растягивая по горизонту густые оранжевые тени. Ребята наконец-то набросали план, пусть сырой, но уже что-то. Даже Рико перестал бросаться на каждого, как цепной пёс, и угрюмо молчал в углу, что уже считалось прогрессом. Нил сидел на продавленном матрасе и без особого интереса следил за остальными. Скука тягучей патокой разливалась в груди. Но в следующую секунду череп будто раскололся изнутри. Острая, ослепляющая боль вонзилась под черепную коробку. Нил инстинктивно схватился за голову, пальцы побелели, а перед глазами всё поплыло красными пятнами. Он даже не успел испугаться — только одно нелепое: Что за хрень⁈ А следом механический, но до боли знакомый голос. Система. Только сейчас в нём звучало не безразличие, а что-то совсем другое. [Хост!!!] [Произошла... ужасная ошибка!] Нил с трудом разбирал слова, боль накатывала волнами, затапливая сознание. Каждое движение отдавалось пульсирующим ударом где-то в затылке. Он не понимал. Не мог понять. Откуда? Только же всё было нормально... [Сложность игры внезапно повышена!] Голос системы всё ещё звучал механически, но теперь в нём отчётливо прорезались панические нотки, почти человеческий страх. — Что... — выдохнул Нил, когда боль немного отступила, оставив после себя лишь тупую пульсацию. — Что ты сказала? [Помнишь, в самом начале я говорила, что уровень — легкий?] — Помню. [Так вот...] Система замялась. Этого с ней никогда раньше не случалось. [Уровень внезапно повышен. Теперь сложность игры: сложный.] Нил замер. — …Что, блять? — сорвалось с его губ почти беззвучно. [Я не знаю!], — в голосе системы прорезалось что-то похожее на отчаяние. [Такого не должно было произойти! Но по какой-то причине структура изменилась! И теперь сложность слишком высока... для такого новичка, как вы!!!] Нил уронил голову на колени и выдохнул так, будто поднимал штангу. Раздражение липкой злостью подкатило к горлу. — И что ты прикажешь мне делать? [Я попробую связаться с администрацией, но... не факт, что они ответят быстро. А пока вам придётся играть вот так.] — Что теперь изменится? Чего мне ждать? [Внешние факторы... потерпят изменения. Структура мира тоже поменяется. И самое непредсказуемое...] Система замолчала на секунду дольше, чем нужно. [Характеры ключевых персонажей могут слегка измениться. И я... я даже приблизительно не знаю, насколько всё станет хуже.] Нил закрыл глаза. Отлично. Просто замечательно. У него и так проблем выше крыши, баги, перепалки с Рико каждые пять минут, чувство, что мир вот-вот посыплется... А теперь ещё и это. Он глубоко вдохнул, задержал воздух в лёгких и резко выпустил. Плевать. Пусть так. Он не сдастся. Он пройдёт эту чёртову игру до конца даже если она сейчас решила стать в десять раз злее. И вернётся домой. Точка. — Нил.  Голос Жана вырвал его из мыслей. Нил поднял голову. Жан стоял в паре шагов, засунув руки в карманы, и смотрел прямо на него. Нил всмотрелся в его лицо, никаких изменений. Всё тот же спокойный, читающий взгляд. Сердце чуть отпустило. Нил медленно поднялся, ноги слегка затекли от долгого сидения и подошёл ближе. — Зачем звал? Жан не ответил сразу. Просто смотрел. Слишком пристально. Словно пытался заглянуть куда-то под кожу, в самую глубину туда, где Нил сам боялся копаться. Затем моргнул, и взгляд снова стал обычным. — Мы уходим отсюда. Через час. Готовься. — Что? — Нил был немного удивлен. Он ожидал что они задержаться здесь еще на немного — Уже? — Да. Мы уже достаточно здесь просидели. Оставаясь здесь мы только и делаем что тратим время впустую.  — Ладно, — согласился Нил. — Двинули так двинули. Жан шагнул ближе. Теперь между ними оставалось не больше вытянутой руки. Нил успел заметить, как изменилось его лицо, мягче, что ли? Или серьёзнее. Не разобрать. — Слушай, — тихо начал Жан. — Я не знаю, что тут будет дальше. Сам видишь, всё пошло кувырком. Но в любом случае... я тебя прикрою. Нил моргнул. — Если что я рядом. Можешь на меня положиться, — добавил Жан, и в его голосе не было ни бравады, ни фальши. Простая констатация факта. Нилу это не показалось странным. Почему-то нет. Может потому что он уже привык к такому отношению от Жана? —Спаси.. Нил не успел договорить. Потому что кто-то обхватил его со спины. Холодные руки сомкнулись на талии, а на плечо легла чья-то голова. Нил дёрнулся, но хватка оказалась мёртвой. Лёгкий, пугающий холодок пробежал по позвоночнику. Он медленно, очень медленно повернул голову и увидел чёрную макушку. Взгляд скользнул ниже, профиль, бледная кожа, никакой улыбки. Это опять был Рико.  Лицо Рико было холодным. Нил не увидел в нем намека на прежнее раздражение и злость, которые постоянно были на его лице.   Хоть лицо его ничего не выражало, но глаза были иными. Черные, бездонные глаза Рико не мигая смотрели на него. И в них отражалось лицо Нила, и ничего больше. Словно для него существовал только Нил.  Нил почувствовал, как внутри всё сжалось. Не от страха даже от какого-то животного, иррационального дискомфорта. Будто его заперли в маленькой тёмной комнате с тем, кого он не понимает. — Отодвинься, — сказал Нил. Громче, чем планировал, и грубее, намеренно грубее, чтобы спрятать внезапную дрожь в голосе. Рико не отодвинулся. Наоборот его руки сжались сильнее. Руки Рико не причиняли боль, но и не давали возможности отстранится. Он сжимал так крепко, будто держал последнее дорогое что у него осталось.  Глаза Рико на миг стали темнее.  По лбу Нила покатился холодный пот.  «Система» [я слушаю]  «Это и есть те изменения о которых ты говорила?» Система отозвалась не сразу.  [Да... похоже на то. Я... я не знаю, насколько глубоко это зашло. Хост, будьте осторожны] «Легче сказать чем сделать» Нил хотел сказать системе что-то еще, но внезапно ощутил резкий укол боли в шее, хоть это было несильно больно, но достаточно чтобы почувствовать. Нил кожей чувствовал дыхание Рико.  Рико слегка укусил его за шею. Укус не был сильным, даже не оставил следа. Но в нем чувствовалось предупреждение.  Нил вздрогнул так резко, что чуть не дёрнул плечом. Кожа покрылась мурашками, а по спине прошла горячая волна, от смущения, от злости, от всего сразу. — Ты совсем охренел? — выпалил Нил, попытавшись оттолкнуть Рико локтем. — Отвали, сказал же! Рико отстранился ровно на сантиметр и улыбнулся. Руки Рико все также цепко держали Нила за талию. Нил чувствовал как кончики его пальцев мягко впивались ему в кожу.  — Рико, — голос Жана сочился ледяным недовольством. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на чёрного парня так, будто хотел испепелить взглядом. — Отойди от него. Рико проигнорировал. Он даже не повернул голову в сторону Жана. Всё его внимание, всё без остатка принадлежало Нилу. — Нил.  Нил почувствовал зуб в ухе и слегка отвернул голову.  — Ты будешь идти со мной, понял? Нил на минуту опешил, прежде чем понять о чем он.  — Рико, я буду идти с тем, с кем захочу.  Он чувствовал как его кровь закипает и все больше злился на действия Рико.  — Не будешь.  — Не приказывай мне.  — Рико, я сказал тебе отпусти его.  Жан встретился глазами с Рико, и в обеих них плескалось что то пугающее. Они сверлили друг друга глазами, и Нил нутром чувствовал как за мгновение накалилась атмосфера.  И тут кто-то окликнул Жана. — Жан! Подойди сюда, нужно помочь! Из дальнего угла махал рукой один из парней, кажется, его звали Карл. У них что-то случилось с инвентарём или с выходом, Нил не разобрал. Жан бросил короткий взгляд в ту сторону, потом снова перевёл его на Рико. Скрестил руки на груди. — Разберётесь без меня, — отрезал он. — Я занят. Но Минхо не отставал. — Да ты хоть посмотри! Это серьёзно, без тебя никак! Нил видел, как Жан колеблется. Его челюсть напряглась, глаза метнулись к Нилу, словно он проверял, всё ли в порядке. Всего на долю секунды. А потом Карл просто схватил его за руку и потащил. — Да иди ты! Дело важное! Жан дёрнулся, но не вырвался. Только бросил через плечо, уже отходя: — Нила не трожь. Рико не ответил. Он снова перевел взгляд на Нила.  Тишина опустилась тяжёлая, липкая. Другие ребята возились где-то в отдалении, но сейчас они словно исчезли. Остались только двое. Нил стоял, всё ещё зажатый в чужих руках, и старался дышать ровно. — Нил, — голос Рико прозвучал тихо. Почти ласково. Это было настолько неправильно, что по спине снова побежали мурашки. — Что? — ответил Нил, стараясь, чтобы его голос звучал спокойнее, чем он себя чувствовал. Рико не отпускал. Его пальцы всё так же мертво сжимали талию. Но он чуть отстранился, ровно настолько, чтобы заглянуть Нилу в глаза. — Ты меня боишься? Вопрос повис в воздухе. Нил замер. Чёрные глаза Рико смотрели без намёка на улыбку. В них не было насмешки. Не было злости. Только странная, пугающая серьёзность. Что он хочет услышать? Нил открыл рот. Закрыл. В горле пересохло. Правда была в том, что да. Он боялся. Не так, как боятся монстра под кроватью. Иначе. Боялся того, что Рико мог сделать. Боялся того, что в его взгляде появилось что-то новое, опасное, нечитаемое, без тормозов. Но говорить этого вслух? Тут перед ним выскочили варианты ответа.  1.[Да, боюсь] 2.[Нет, не боюсь] 3.[Сам как думаешь?] [Выбран вариант два] — Нет, — сказал Нил. Твёрже, чем ожидал. — Не боюсь. Рико молчал несколько секунд. Изучал его лицо. Словно искал ложь. А потом вдруг, едва заметно улыбнулся. Но не той холодной, собственнической улыбкой. Другой. Почти... удовлетворённой? Нил не успел обрадоваться. Потому что в голове раздался механический голос системы. [Внимание! Симпатия Рико Мориямы понижена двадцать очков!] [Текущий уровень: -145/100 (???) Нил моргнул. — ...Что? — выдохнул он мысленно. [Симпатия Рико уменьшилась на 20 очков. Текущее значение: скрыто.] — Да я слышал! Почему? Я же сказал, что не боюсь! Что не так⁈ Система замялась. Снова эта странная, неправильная заминка. [...Неизвестно. Возможно, ответ не совпал с ожиданиями ЛИ. Сложность игры повышена. Мои прогнозы могут быть неточны.] Нил стиснул зубы. Охрененно. Просто охрененно. Он правильно ответил. Сказал то, что должен был сказать. А Рико взял и вычел двадцать очков. За что? За смелость? За то, что он не сломался? — Нил. Он вздрогнул и вернулся в реальность. Рико всё ещё держал его. — Отпусти меня, — устало сказал Нил. Уже без злости. Только с тупым раздражением. Рико на секунду замер. Словно решал. А потом медленно разжал пальцы. Нил выдохнул — но не успел сделать и шага. Потому что Рико вдруг наклонился и провёл языком по его коже. Медленно. Влажный язык прошелся по уголку его губ и был благополучно убран.  И только после этого он отошел.  Нил дёрнулся так резко, что едва не потерял равновесие. Кожа горела. Мурашки взбежали от шеи до самых рёбер. — Ты... — выдохнул он, и голос сорвался на хрип. — Ты совсем больной? Рико не ответил. Только чуть склонил голову набок и смотрел. В глазах снова ничего не было, ни тепла, ни холода. Только внимание. Нил вытер угол губ тыльной стороной ладони.  «Ненавижу эту игру», — подумал он. Система промолчала.

***

Прошло около часа. Они своей небольшой командой из шести человек выдвинулись прочь из спортзала. Спортзал остался позади. Теперь они шли узким коридором с облупившейся краской на стенах и мутными окнами, за которыми уже давно ничего не было видно. В воздухе пахло сыростью и старым железом. В руке у Нила был лом. Холодный, тяжёлый, перчатки бы не помешали, но выбирать не приходилось. Жан нёс что-то вроде монтировки. У парня по имени Карл сзади был молоток. У девушки с короткой стрижкой, ножницы для резки металла. Рико себе не изменял и все так же ходил с битой. Маленькая, грязная, нелепая группа выживания. Впереди всех шёл Жан. Он почти не оборачивался, только раз проверил, идёт ли Нил, и коротко кивнул, убедившись. Спина прямая, шаги уверенные. Даже в этой разрухе он умудрялся выглядеть так, будто знает маршрут. Рико шёл с другой стороны. Вплотную. Так близко, что плечом касался локтя Нила. Каждый шаг синхронно. Нил сдвигался влево, Рико двигался за ним. Нил ускорялся, Рико тоже. Это было бесяще. Нил чувствовал его присутствие всей кожей. Слышал дыхание. Улавливал запах, странный, чужой, который раньше не замечал. Или его раньше не было? «Симпатия снижена на двадцать очков», — снова всплыло в голове. Нил злился. На Рико. На систему. На себя за то, что до сих пор не понимал правил этой дурацкой игры. Но он молчал. Потому что возражать было бесполезно. А драться тем более. Рико шёл рядом и не собирался отходить. Они вышли наружу, и воздух ударил в лицо, спертый, с примесью горелой проводки и чего-то ещё. Свежестью здесь даже не пахло. Нил сделал шаг по потрескавшемуся асфальту и замер. С разных концов парковки, из-за ржавых машин и покосившихся фонарных столбов, к ним уже тянулись силуэты. Дёрганые. Неестественно быстрые. — Зомби! — крикнул кто-то сзади. Нилу не нужно было объяснять. Тело среагировало раньше, чем мозг успел испугаться. Первый подскочил слева, серое лицо, мутные глаза, челюсть, которая явно была вывихнута или сломана. Нил замахнулся ломом и ударил наотмашь. Хруст. Громкий, влажный, слишком отчётливый в тишине умирающего мира. Кость поддалась легко, слишком легко, и лом проехал по черепу, как по гнилому фрукту. Нила передёрнуло. Не от страха. От омерзения. От того, что это существо только что было живым. И от того, что его руки не дрогнули. Он сжал рукоять крепче и выдохнул. Рико рядом работал беззвучно и страшно. Без лишних движений. Одним ударом в висок, вторым в челюсть. Он не уворачивался. Просто шёл вперёд, и зомби падали перед ним, как подкошенные. Жан держался чуть левее, прикрывая фланг. Его монтировка сверкала в тусклом свете, и каждый удар был рассчитанным, почти скучным. Будто он делал это всю жизнь. — Сзади! — Нил развернулся, встретил ещё одного, удар в грудь, лом вошёл глубже, чем нужно, и застрял. Он дёрнул, не вытащил, саданул ногой, вырвал с мясом. Тепло. Пальцы скользкие. Бежать. Надо бежать. — За мной! — крикнул Жан, и все рванули за ним. Коридоры между зданиями, ржавые контейнеры, битое стекло под ногами. Нил бежал, не разбирая дороги, только чувствуя, как Рико всё так же неотступно дышит в затылок. Зомби не отставали. Их было много, слишком много для пятёрки с ломами и молотками. Нил свернул за угол и чуть не врезался в людей. Живых людей. Четверо. С оружием. С ножами и бейсбольными битами. Уставшие, злые, но живые. А потом Нил всмотрелся в лица и у него земля ушла из-под ног. — Что... — выдохнул он. Вот это лицо он знал. И это. И это. Кевин. Дэн. Рене. И... Эндрю. Сердце пропустило удар. Эндрю стоял чуть позади, спокойный, невозмутимый, с платком в руке, протягивал его Рене, чтобы та вытерла пот с лица. Нил забыл, как дышать. — Надо бежать, за мной! — крикнул Кевин, не дожидаясь вопросов, и рванул в проулок. Все сорвались с места. Нил бежал на автомате, только сжимая лом в липких пальцах и пытаясь осознать: они здесь. Они все здесь. Но времени на объяснения не было. За спиной раздавалось рычание, топот множества ног, треск, зомби ломали ограду. Нил не оборачивался. Просто бежал. И бежал. Пока за очередным поворотом не показалась высокая бетонная стена с проломом. Кевин нырнул внутрь, за ним остальные. Нил протиснулся последним, Рико вжался в спину, и кто-то кажется, Жан толкнул на попадавшийся лист железа, закрывая проход. Рычание. Шарканье. А потом — тишина. Зомби отстали. Нил прислонился к холодной стене и сполз вниз. Грудная клетка ходила ходуном. В ушах шумело. Лом выпал из ослабевших пальцев и с глухим звоном покатился по бетону. Он не сразу понял, что его зовут. — Нил. Нил, мать твою. Он поднял голову. Кевин смотрел на него широко распахнутыми глазами в них читалось и облегчение, и шок, и тысяча вопросов одновременно. Кевин сделал шаг вперёд. Протянул руку. И в ту же секунду Рико бесшумно скользнул между ними, схватил Нила за плечо и прижал к себе. Так резко, что Нил ударился спиной о его грудь. — Не подходи, — тихо сказал Рико. Голос звучал спокойно, но пальцы впивались в предплечье Нила так, что наверняка останутся синяки. Кевин замер. Опустил руку, смущённо кашлянув. — Я... понял. Извини. — Он перевёл взгляд на Нила, стараясь не замечать Рико. — Ты в порядке? Что случилось? Как ты здесь оказался? Нил попытался кивнуть, но Рико держал его слишком крепко. — Живой, — выдохнул Нил. — В порядке. Это... долгая история. А вы? Вы все? — То же самое, — Кевин криво усмехнулся. — Я думал, ты погиб. Когда всё началось... Кевин хотел что-то добавить, но Нил уже не смотрел на него. Потому что его взгляд нашёл Эндрю. Тот стоял чуть в стороне, прислонившись плечом к стене, и казался совершенно расслабленным если не считать того, как его жёлтые глаза следили за Рико. Холодно. Оценивающе. Рядом с ним стояла Рене, которая кидала на их группу оценивающий взгляд. Она заметила взгляд Нила и мягко улыбнулась устало, но тепло. Нил дёрнулся. Он не думал. Просто почувствовал, что ему надо подойти. Сказать что-то. Убедиться, что Эндрю, настоящий. Что он здесь. — Эндр... Он не сделал и шага. Рико дёрнул его назад, как щенка на поводке. — Пусти, — сквозь зубы процедил Нил. — Нет. — Я сказал, пусти! Нил попытался вырваться, Рико прижал его крепче. Теперь они стояли грудь к спине, и Рико почти обнимал его со спины, положив подбородок на плечо Нила. — Он не твой, — тихо сказал Рико, глядя прямо на Эндрю. — Рико, — у Нила сдали нервы. — Отпусти. Мне нужно с ним поговорить. — Нужно? — Рико чуть склонил голову. — Почему? — Потому что это мои друзья! Голос Нила сорвался на крик. Наступила тишина. Все смотрели на них. Жан недовольно. Кевин растерянно. Дэн настороженно. Рене с лёгким беспокойством. И только Эндрю оставался неподвижным. И наблюдал. — Отпусти его, — вдруг подал голос Жан. Он всё ещё стоял у входа, но теперь развернулся к Рико всем корпусом. — Рико, не сейчас. Рико не отпустил. Но и не ответил. Только пальцы на талии Нила чуть ослабли. На долю секунды. Эндрю молчал. Но Нилу показалось, что уголки его губ чуть дрогнули. Насмешливо. Или угрожающе, не разобрать в тусклом свете. А потом Жан, видимо решив не тратить время на перепалку, повернулся к остальной группе и заговорил коротко и по делу: — Мы из спортзала. Нас пять человек. Еды почти нет. Оружие, что видите. Вы где были? Что знаете о происходящем? Эндрю наконец отлепился от стены и сунул руки в карманы. — А с какой стати мы должны тебе что-то рассказывать? — сказал он ровно. — Потому что если мы не будем обмениваться информацией, то подохнем поодиночке, — так же ровно ответил Жан. — Я не враг. И у меня есть кое-что, что может вас заинтересовать. Эндрю усмехнулся. Коротко. Без эмоций. — Ну давай, заинтересуй. Начался разговор. Сухой, жёсткий, как торг на базаре. Жан задавал вопросы, короткие, точные. Эндрю отвечал односложно, иногда перекидывая взгляд на Нила, которого Рико всё ещё не отпускал. Нил почти не слушал. Он пытался отдышаться, успокоиться, собраться. В голове мешались злость на Рико, шок от встречи, усталость после боя и странная, острая боль где-то в груди от того, что Эндрю так близко, а подойти нельзя. Рико молча держал его за талию. И по его пальцам, которые всё ещё поглаживали бок Нила сквозь грязную ткань, было понятно: он не отпустит. Ни сейчас. Ни потом. Никогда. [Хост] «Что» [Я просто хотела напомнить что у вас есть магазин в котором вы можете купить всякие плюшки] «Я не собираюсь тратить свои очки на что попало, ты знаешь на что я коплю» [Как хотите] Разговор между Жаном и Эндрю тянулся недолго. Вопросы короткие, ответы рубленые. Как два хищника, которые обнюхивают друг друга, решая: враг или не враг. Эндрю говорил мало. Но когда он наконец отлепился от стены и сделал шаг в центр, его стало слышно. — Так, — голос негромкий, но чёткий, как удар хлыстом. — Значит так. Он обвёл взглядом всех: свою четвёрку, потом Жана, потом остальных ребят из спортзала, и задержался на Ниле, скользнул по лицу, по рукам, по тому, как Рико всё ещё держит его за талию. — Теперь мы одна группа. Молчание. Кто-то переглянулся, но никто не возразил. — У нас нет выбора, — продолжил Эндрю. — Поодиночке сдохнем за первый же день. Вместе продержимся дольше. План такой. Он поднял руку и начал загибать пальцы. — Первое. Найти других выживших. Чем больше нас, тем выше шанс не стать кормом для этих тварей. Второй палец. — Второе. Найти безопасную зону. Не какую-нибудь дыру за стеной, а место, где есть стены, крыша, запасы и, желательно, люди, которые знают, что делать. Военные. Волонтёры. Неважно. Третий палец. — Третье. До этого момента, переждать в надёжном месте. Не петлять по улицам, не привлекать лишнего шума. Сидеть тихо и ждать, пока мы не поймем что пора выходить. Эндрю опустил руку. — Вопросы? Тишина. Кевин кивнул, прижимая к груди бейсбольную биту. Рене молча вытерла лицо и спрятала платок в карман. Дэн просто стояла, скрестив руки, и смотрела куда-то в пол. Свои слушались без лишних слов. Жан тоже молчал. Но Нилу показалось, что его челюсть чуть напряглась едва заметное движение, которое он научился читать за последние дни. Жан не привык, чтобы кто-то другой раздавал приказы. Рико не слушал вообще. Или делал вид. Его внимание было приковано к Нилу и только к Нилу. Пальцы на талии чуть сжались, когда Эндрю повысил голос. Предупреждение. Или защита. Нил уже не мог различить. Он сам молчал. Потому что внутри всё кипело. Потому что Эндрю оказался здесь, живой, настоящий, холодный и собранный, и говорил такие правильные, такие нужные слова, что Нил почти физически чувствовал, как часть напряжения уходит. Но другая часть, та, что отвечала за Рико и эти дурацкие объятия только росла. — Возражений нет? — Эндрю ещё раз окинул взглядом группу. — Хорошо. Тогда двигаемся. Он махнул рукой куда-то в сторону узкого прохода между зданиями. — Там ресторанный дворик. С задней стороны есть подвал, я видел, когда мы шли. Двери металлические. С одним входом. Если забаррикадироваться, сможем продержаться пару дней. Проверим запасы, перегруппируемся. Эндрю сделал паузу и посмотрел прямо на Рико. — Все идут. В том числе и тот, кто не умеет отпускать руки. Рико не ответил. Но Нил почувствовал, как его пальцы на секунду замерли. А потом снова сжались. Уже сильнее. Нил вздохнул и закрыл глаза. Он просто хочет защитить, — сказал он себе. — Просто этот чёртов сложный режим. Но внутри уже зарождалась тяжёлая, липкая мысль: что, если это не «сложный режим»? Что, если Рико — это просто... Рико? Он отогнал эту мысль. Потому что сейчас было не до неё. Сейчас надо было выжить. — Идём, — сказал Нил глухо. — Я с вами. Эндрю кивнул. Коротко. Ни тени улыбки. — Двинули. Группа зашевелилась. Кто-то подобрал оружие, кто-то поправил лямки рюкзаков. Жан шагнул в сторону Эндрю, что-то тихо спросил про подвал, и они заговорили, почти ровня. А Рико пошёл за Нилом. Как тень. И когда Нил попытался чуть ускориться, чтобы оказаться рядом с Эндрю, Рико мягко, но несгибаемо потянул его назад. — Ты со мной, — прошептал он у самого уха. — Не с ним. Нил стиснул зубы и промолчал.

***

Тупик. Кейтлин поняла это, когда упёрлась спиной в холодную, шершавую стену. Старый кирпич крошился под пальцами. Сзади ни прохода, ни окна, ни чёртовой щели, чтобы протиснуться. Только стена. А спереди они. Три. Нет, четыре. Их тени плясали в тусклом свете, пробивающемся сквозь разбитую крышу. Они не бежали. Не спешили. Шаркали, переваливались с ноги на ногу, и каждый их шаг отдавался в груди Кейтлин тяжелым, липким стуком. «Не бегут. Значит, ещё не заметили. Или уже заметили и просто играют» Она замерла за выступом стены, вжавшись в него всем телом. Лёгкие горели — она слишком долго бежала. Но дышать громко нельзя. Нельзя вообще издавать ни звука. Кейтлин осторожно, одними глазами, выглянула из-за угла. Они были прямо посреди узкого проулка. Мялись на месте, иногда дёргали головами, неестественно, рвано, как куклы, у которых перерезали нитки. Один всё время скрёб стену. Другой смотрел в пол. Третий, самый высокий, вдруг повернул голову в её сторону. Кейтлин вжалась обратно, зажмурилась, и сжала пальцами рукоять того, что держала в руке. Железка. Обычная труба с одной стороны сплющенная, с другой острая, рваная. Тяжёлая. Неудобная. Она подобрала её в какой-то мастерской, когда поняла, что ногти и зубы плохое оружие против тех, кто уже не чувствует боли. Труба была в крови. Вся. От ладони до самого конца. Кровь уже засохла и стала тёмной, липкой, с противным блеском. Пальцы прилипали к металлу, но Кейтлин не разжимала хватку. Даже когда вспоминала. А она вспоминала. Первый удар в висок. Железо вошло в голову с влажным, тошнотворным хрустом, и Кейтлин показалось, что она ударила по перезревшему арбузу. Кровь брызнула на лицо. Тёплая. Солёная на губах. Второй в челюсть. Сломанные зубы разлетелись, как битое стекло. Третий, она уже не контролировала себя. Била и била, пока то, что было на земле, перестало напоминать человека. Сейчас, стоя за стеной, Кейтлин почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Она содрогнулась всем телом, один раз, и закусила губу до крови. «Не сейчас. Не распускай сопли. Ты жива. Они нет. Всё правильно» Она выдохнула. Медленно. Беззвучно. Заставила сердце биться реже. Подумай. Ты умная. Всегда была умной. Думай. Если побежит они заметят. Тупик. Драться против четверых? Труба против их ртов и рук, которые хотят только одного – вцепиться? Смерть. Ей нужно в другую сторону. Там, где проулок расширяется, где есть шанс. Но для этого надо пройти мимо них. Кейтлин повернулась. И замерла. Зомби стоял в двух шагах от неё. Она не слышала, как он подошёл. Не уловила шороха, не заметила тени. Просто подняла глаза и встретилась с пустым, мутным взглядом. Лицо у него было странно спокойным для мёртвого. Ни агрессии, ни голода. Только тихое, терпеливое ожидание. Он смотрел на неё. Совсем близко. Пальцы Кейтлин онемели. Труба выскользнула бы, если бы кровь не приклеила её к ладони. Губы сами собой разомкнулись. — Блять... — прошептала она. И тут же пожалела, потому что зомби дёрнулся. Услышал. И улыбнулся.