Свет погасшей звезды

Пролог

За окном «Хогвартс-экспресса» мир тонул в серой хмари осеннего дождя. Влага тяжёлыми каплями стекала по стеклу, застилая поля и леса Шотландии, но Лунария не замечала унылого пейзажа. Её внимание было приковано к двум конвертам, лежавшим на потёртом бархате сиденья – двум осколкам прошлого, которые жгли ей руки сильнее адского пламени. Первое письмо, на пожелтевшем пергаменте, хранило на себе размашистый, почти летящий почерк Сириуса. Оно начиналось словами: «Моей любимой звёздочке Луне». Второе письмо – от матери, Кассиопеи – Лунария открывать не решалась. Тонкий, элегантный почерк и едва уловимый аромат старой бумаги и сушёной лаванды будили в ней слишком живую боль. Эти два письма отдал ей Ремус. Она откинулась на спинку кресла прикрыла глаза, под стук колес реальность вагона начала таять, уступая место теплу старого коттеджа, ставшего их крепостью. Она отчетливо вспомнила один из тех вечеров, когда приёмный отец, отставив в сторону пустую чашку, заводил рассказы о прошлом. В тот вечер в гостиной уютно потрескивал камин, отбрасывая мягкие блики на книжные полки. Люпин, чей голос всегда действовал успокаивающе, чуть подался вперед и мягко улыбнулся своим воспоминаниям. — Твой отец, — начал он, и в его глазах блеснула искра того далекого озорства, — Сириус в шестнадцать лет считал себя центром вселенной. Это было аксиомой, не требующей доказательств. Ровно до тех пор, пока в этой вселенной не появилась Кассиопея Фрайзен. Ремус на мгновение замолчал, словно подбирая слова, чтобы описать женщину. — Она не просто вошла в нашу компанию — она перекроила её карту одним лишь взглядом своих спокойных, всевидящих глаз. Я помню, Луна, как она могла обезоружить его язвительной шуткой, произнесённой таким ледяным тоном, что Джеймс покатывался со смеху. А Сириус… — Ремус тепло усмехнулся. — Сириус смотрел на неё так, словно впервые встретил не просто девушку, а целую стихию, достойную его бури. Этот голос из прошлого теперь казался единственным сокровищем, которое юная волшебница везла с собой в замок. Резкий толчок поезда вырвал её из оцепенения. История её семьи давно перестала быть просто набором фактов. Она превратилась в легенду – мрачную, величественную и пропитанную кровью. Финал истории родителей она знала наизусть: Обвинение отца в убийстве, его ссылка в Азкабан, убийство матери Пожирателями – в тот день старая фамилия Блэк стала для Лунарии не гордостью, а клеймом. После трагической гибели Кассиопеи Ремус принял Лунарию не просто как опекун, а как человек, нашедший единственный смысл в обломках своей жизни. Маленький коттедж стал их крепостью. С самого детства она знала для чего он принимает зелья каждый месяц. Люпин часто рассказывал ей про родителей, бережно храня память о своих друзьях Миром девушки стал приёмный отец. Лучший друг отца, его верное плечо, тот самый Лунатик из старых историй, которые она хранила в памяти как величайшее сокровище. Именно он настоял на обучении воспитанницы в Хогвартсе. Для неё же возвращение в это место казалось кощунством, едва ли не пляской на костях тех, кого она потеряла. Но в мире взрослых мнение юной волшебницы редко имело вес. Теперь она – очередная Блэк, чей путь лежит к великому замку. Но всё, чего она хочет в этот момент – броситься прочь, не оглядываясь. Впрочем, теперь девушка вовсе была не Блэк. Дамблдор настоял на смене фамилии, решив, что лишний шум и ядовитые сплетни – это последнее, в чём сирота сейчас нуждается. Безопасность в обмен на идентичность. Резкий толчок поезда вырвал Лунарию из оцепенения. – Хогвартс! Прибытие через пять минут! – пронёсся по коридору голос. Дождь стих, и в окне заблестела чёрная гладь озера, над которой, подобно короне, возвышались зубчатые башни замка. Её замка. И замка тех, кого больше нет. Лунария аккуратно убрала письма во внутренний карман мантии. Пальцы коснулись холодного металла медальона – единственной вещи матери, которую она никогда не снимала. Поймав мимолётный взгляд собственного отражения в оконном стекле, иссечённом потоками дождя, она внезапно осознала: именно в это мгновение, вопреки прошлому, берет начало её история.