Flower.B and Knife.S

бейзил после школы сразу сбежал домой. кинул свои школьные вещи и побежал к келу. было страшно, но интересно одновременно. «хоть бы со мной были понежнее...» — пронеслось в голове. он уже подошел. руки тряслись, но он сделал три слабых стука. — ну наконец-то ты пришел! — радостно сказал кел. — мы тебя уже все заждались, у нас все готово, только ты остался. они вошли. шатен сразу протянул какой-то пакет блондину. — вот, держи. это твои вещи. мой руки, себя, и переодевайся. — хорошо. уже в ванной бейзил офигел от своего вида. джинсовая мини-юбка, которую обри носила года два назад, на парне сидела ужасно коротко. под юбкой, белые кружевные трусы, почти прозрачные. пушистый розовый топик и белые чулки с красными сердечками. — господи... на что я подписался... выйдя из ванной, он пошел в комнату кела. и снова офигел. санни был в одних коротких шортах и в обтягивающей черной сетчатой майке, через которую было отлично видно все его тело, включая соски. — я знала, что тебе пойдет этот наряд, бейзил, — сказала обри. она кинула ему что-то. это был ошейник. — а это зачем мне? — чтобы... сексуальнее выглядело. — девушка прикусила губу. — подождите!! я снизу?! — ну да, — сказал кел, настраивая камеру. — бейзил, пойми, народ любит миленьких и беспомощных мальчиков. ты на эту роль идеально подходишь. давай, надевай ошейник и поживее. сейчас расскажу, что и как. блондин еще раз посмотрел на ошейник. сердце колотилось. он чувствовал себя куклой, которую нарядили в хрен пойми во что. медленно, будто во сне, он защелкнул ошейник на шее. кел встал рядом с камерой. — так, слушайте. санни, ты, главный. веди себя уверенно. бейзил, ты стесняешься, отворачиваешься, но в итоге подчиняешься. понятно? санни молча кивнул, глядя в сторону. бейзил тихо выдохнул: «понятно». — начнем. санни, подойди к нему, возьми за подбородок, или за ошейник, без разницы, заставь смотреть на себя. бейзил, не упирайся сильно, но и не расслабляйся. камера, мотор! темноволосый уверенно подошел. он схватил ошейник и резко притянул к себе парня. потом грубо прижался губами к его губам. это был жесткий, властный поцелуй, совсем не такой, как представлял себе бейзил. а это ведь был его первый поцелуй. их губы скользнули, дыхание смешалось. бейзил почувствовал, как от этого резкого прикосновения по всему телу пробежали мурашки. он тихо простонал прямо в губы санни. цветочек пытался поцеловать, неумело, но пытался. санни не отпускал. его рука, державшая поводок, потянула его вниз, заставляя бейзила слегка прогнуться. другой рукой он схватил его за бедро, крепко сжав пальцами бедро и ткань юбки. светловолосый вздрогнул. страх начал понемногу уходить, заменяясь чем-то странным.  брюнет оторвался от его губ, его дыхание было тяжелым. он перевел взгляд на шею друга. он расстегнул ошейник. после наклонился и прижался губами к шее. это уже не было грубо. это было тепло, влажно и... приятно. бейзил ахнул, и его руки сами собой вцепились в сетчатую майку на спине санни. он закрыл глаза. где-то внизу живота вспыхнул тот самый смущающий жар. — вот так... хорошо, — прошептал кел за камерой, у которого от подобного зрелища у самого встал. но его голос звучал где-то очень далеко. санни, кажется, все понял. он почувствовал, как опять дрожит блондин. и эта дрожь была уже другой. его губы скользнули ниже, к ключице, оставляя горячие влажные следы. рука с бедра переместилась на поясницу, крепко прижимая бейзила к себе. бейзил почувствовал сквозь ткани их общее возбуждение. от этого контакта у него потемнело в глазах. он забыл про камеру, про кела, про все. санни снова заговорил, его голос был низким и хриплым прямо у уха. — юбку сними. бейзил кивнул. его пальцы дрожащими от волнения, но послушными движениями расстегнули пуговицу и молнию на боку. джинсовая ткань соскользнула на пол. теперь он стоял почти обнаженный, в одних прозрачных трусах, чулках и топике. стыд куда-то ушел. потому что темноволосый смотрел на него не с насмешкой, а с темным, горячим взглядом, в котором было одно желание. санни шагнул вперед, убрав последние сантиметры между ними. его руки скользнули под пушистый топик, и он легко, одним движением, стянул его через голову бейзила и бросил в сторону. теперь они оба были почти одинаково обнажены. санни обхватил его за талию и повернул, мягко толкая к кровати. бейзил послушно сделал несколько шагов назад, пока его ноги не наткнулись на край матраса. он сел, глядя на санни снизу вверх. санни стоял перед ним, и в его глазах была решимость. он наклонился, положил руки по бокам от бейзила на кровать и снова поцеловал его. на этот раз поцелуй был глубже, медленнее, в нем было меньше игры на камеру и больше настоящего желания. бейзил откинулся на спину, потянув санни за собой. тот оказался сверху, между его раздвинутых ног, все еще в своих шортах. бейзил чувствовал его вес, его тепло, его твердость, давящую на самое сокровенное место. ему было тесно в этих кружевных трусиках, больно от желания, и уже совсем не хотелось, чтобы это останавливалось. пальцы санни скользнули по резинке трусов бейзила и задержались на ней. — можно? — тихо спросил он, и в этом вопросе вдруг прорвалась та самая неуверенность, которую он до этого так хорошо прятал. бейзил, задыхаясь, только кивнул. он был не в силах выговорить ни слова. санни стянул с него последнюю деталь одежды. прохладный воздух комнаты коснулся обнаженной кожи, и бейзил сжался. но тут же тепло руки санни легло на его внутреннюю сторону бедра, успокаивающе и в то же время возбуждая еще сильнее. бейзил видел, как санни скидывает с себя сетчатую майку, а потом и шорты. и вот они оба полностью обнажены перед объективом камеры и друг перед другом. санни снова накрыл его собой. его кожа была горячей, почти обжигающей. его губы нашли губы бейзила, его рука скользнула между их членов. когда его пальцы коснулись самого чувствительного места, бейзил вскрикнул в поцелуй, его тело выгнулось. это было слишком. это было именно то, чего он боялся и жаждал одновременно. он был полностью во власти санни, и почему-то это чувство было не унизительным, а освобождающим. он перестал думать, перестал бояться. было только жар, и тяжелое дыхание в ухо. темноволосый медленно сполз по телу бейзила, его губы оставляли горячие влажные следы на животе, ниже пупка. бейзил закинул голову на подушку и зажмурился, когда почувствовал теплое дыхание в самом чувствительном месте. санни не спешил. он сначала просто прижался губами к внутренней стороне его бедра, заставив бейзила вздрогнуть. потом его язык скользнул по коже, медленно, будто пробуя на вкус. бейзил скулил, его пальцы вцепились в простыню и за волосы друга.  когда горячий влажный рот санни наконец обхватил член, белобрысый громко вскрикнул. брюнет двигался медленно, глубоко, его руки крепко держали бейзила за бедра, не давая вырваться. каждый раз, когда он опускался ниже, у бейзила перехватывало дыхание, а в животе закручивался тугой, горячий узел. бейзил не мог молчать. из его рта вырывались тихие стоны, прерывистые всхлипы. он не думал ни о чем, только о том, как его накрывает волна за волной. это было что-то новое и невероятное. откуда черноволосый так умеет? ну это сейчас не так важно. белокурого сейчас заботило только одно, темп и горячий рот друга, который уже двигался быстрее. напряжение росло слишком быстро. его тело напряглось, и он кончил санни в рот, последний раз громко простонав и прижав к себе черноволосого. вся сперма была в глотке санни, и ему пришлось все проглотить. и тогда уже светловолосый отпустил голову черноволосого от своего дружка. санни отстранился, вытер рот тыльной стороной ладони. он дышал тяжело, его собственное возбуждение было очевидным и настойчивым. он потянулся к тумбочке, где кел заранее положил смазку. бейзил дрожал от оргазма, но все равно следил за его движениями широкими глазами. санни смазал два пальца и промежность друга. он снова коснулся его, но теперь нежно, осторожно, готовя его. бейзил застонал от нового, непривычного ощущения, хотя сейчас ничего не произошло. но тут брюнет резко вставил пальцы, заставив парнишку громко вскрикнуть. на его глазах появились маленькие слезинки. сначала было неловко и очень больно. санни двигал пальцами слишком быстро, делал упражнение ножницы. но возбуждение не пропало. боль пропала через пару минут. — готовься, — только и сказал санни, его голос был хриплым. он приподнял бедра бейзила выше, подложив под него подушку. бейзил видел, как тот хочет ему вставить, бейзил замер, его тело инстинктивно напряглось. — расслабься, — прошептал санни, наклоняясь, чтобы поцеловать его в плечо. — просто дыши. бейзил попытался послушаться. он выдохнул, и в этот момент санни мягко, но неумолимо вошел в него. сначала только головкой члена, потом немного больше. это не было больно, это было очень приятно, член входил в него медленно и хорошо. бейзил протяжно простонал. слезы выступили на глазах, но теперь это были не слезы страха или боли, а слезы от переполняющих чувств. когда дружок санни был полностью с блондине, темноволосый замер, давая ему привыкнуть. его лицо было искажено усилием сдерживаться. потом он медленно двинулся, выйдя почти полностью и снова войдя. это движение было медленным, глубоким, исследующим. каждый толчок заставлял бейзила чувствовать его внутри себя всем телом, каждой клеткой. сначала было непривычно и немного страшно, но потом... потом началось другое. санни нашел ритм. его движения стали увереннее, сильнее. каждый раз, когда он входил до конца, бейзил чувствовал, как где-то глубоко внутри зажигается искра удовольствия. оно росло, накладывалось на остатки пережитого недавно наслаждения от отсоса. бейзил обнял санни за шею, цепляясь за него. их тела слились в мокром от пота ритме. звуки наполнили комнату. шлепки, тяжелое дыхание, сдавленные и громкие стоны бейзила, которые с каждым толчком становились все громче. цветочек пытался что-то сказать, но в перемешку со стонами это было просто непонятные бормотания. он уже не стеснялся. он поднимал бедра навстречу, чтобы глубже принять его. —быстрее.. пожалуйста.. санни! — стонал светловолосый. мир сузился до этой кровати, до этого тела над ним, внутри него, до этого нарастающего, нестерпимого огня внизу живота. он чувствовал, как санни теряет контроль, его толчки становятся резче, глубже, быстрее. и этого было достаточно, чтобы бейзила снова накрыло. он кончил во второй раз, молча, с открытым ртом, всем телом выгнувшись в дугу, пока внутри него санни делал последние, резкие рывки и затихал с глухим стоном, заполняя его внутри. друзья лежали на кровати, тяжело дыша. бейзил все еще чувствовал внутри тепло и пульсацию. ему было странно, пусто и хорошо одновременно. санни лежал рядом, уставившись в потолок. — вот это да! — выдохнул кел, вылезая из-за камеры. его лицо светилось. — это было... это просто бомба! я не ожидал, что так получится! обри, которая все это время сидела в углу и смотрела, наконец встала. она подошла к камере и начала смотреть отснятое. — качество так себе, дрожжа есть, звук не очень, — сказала она деловым тоном. — но контент... огонь. народ схавает. надо быстренько смонтировать и выложить на специальные сайты. я уже набросала идею для названия. — какая? — спросил кел, оживляясь. — «наказываем малолетнего фембоя за то, что он девственник». цепляет, да? — гениально! — кел чуть не подпрыгнул. бейзил под одеялом съежился от этих слов. — и еще, — продолжила обри, — я знаю, как подключить донаты. чтобы зрители могли кидать нам деньги прямо во время просмотра. типа, «если наберем 5000, покажем больше» и все такое. — ты гений! — кел уже потирал руки, предвкушая заработок. они стали обсуждать планы, забыв про парней на кровати. санни молча встал и пошел в душ. бейзил остался лежать, чувствуя, как стыд и опустошение медленно возвращаются. но было и другое чувство. странная гордость, что он это сделал. что он смог. на следующий день видео уже было выложено на парочку полуподпольных сайтов. качество и правда было плохое, лица местами в тени, но видно было достаточно. кел весь день обновлял страницу, считая просмотры. их было немного, но достаточно. пара десятков человек уже оставили комментарии, в основном пошлые и грубые. пришло и несколько мелких донатов. кел был на седьмом небе. а через три дня в личные сообщения келу в одной из соцсетей пришло письмо. отправитель называл себя producer_J_MAX. «привет. видел ваш материал. сыровато, конечно, любительщина полная, но потенциал у пары есть, особенно у светленького. у меня есть студия, хорошее оборудование, свет. могу предложить вам контракт на серию роликов. деньги в разы больше, чем вы можете выручить сами. если интересно, вот мой контакт..,». кел, конечно, сразу написал. producer_J_MAX оказался серьезным человеком. он говорил о деньгах так, что у кела закружилась голова. он обещал сценарии, профессиональный монтаж, раскрутку на платформах посерьезнее. особенно на своем очень популярном сайте для педофилов. «но есть условие, — написал producer_J_MAX. — нам нужна эта же пара. они должны быть готовы работать. более откровенные сцены, может быть, сюжеты. они согласны?» «я с ними поговорю и обязательно вам напишу!!)))» кел собрал всех у себя через день. обри сразу загорелась. — это же круто! настоящая студия! это в тысячу раз лучше, чем наша самодеятельность! — деньги серьезные, — сказал кел, глядя на санни и бейзила. — очень серьезные. мы сможем купить вообще все, что захотим. санни пожал плечами. — мне все равно. если платят хорошо — почему нет? я не против. все взгляды упали на бейзила. он молчал, глядя в пол. внутри у него все сжималось от страха. профессиональная съемка... это значит, это будут смотреть еще больше людей. его могут узнать везде, в школе, а вдруг родственникам скинут это и узнает вся родня. но когда он поднял глаза и увидел горящие лица кела и обри, а потом взгляд санни, абсолютно спокойный. он почувствовал, что назад пути нет. он уже переступил через себя. и ради денег... ради этого странного, нового ощущения, которое он испытал тогда с санни... он готов переступить еще раз. — ладно, — тихо сказал бейзил. — я согласен. — ура! — кел подпрыгнул. — мы поедем в голливуд! — ну! не фантазируй так сильно давай! — крикнула и дала подзатыльник девушка так начался их новый, и странный этап во взрослой жизни. а producer_J_MAX в следующем письме прислал первый сценарий. он назывался «новичок в интернате: жесткое посвящение».