Голоса пустоты

Седьмой день на исследовательской станции выдался таким же холодным, как и все предыдущие. Др. Кел потер усталые глаза и отвернулся от мониторов. Горы Швейцарии за окном тонули в сумерках, а серверы тихо гудели, обрабатывая очередной космический сигнал. С появлением Керфура работа пошла заметно бодрее. Маленький робот с анимированной кошачьей мордочкой на дисплее деловито сновал между серверными стойками, устраняя неполадки и оптимизируя процессы. “По крайней мере, теперь не надо тратить полдня, пытаясь реанимировать систему охлаждения,” — подумал Кел, наблюдая за синей металлической фигуркой. Керфур, словно почувствовав взгляд, повернул экран к учёному. Мордочка моргнула и издала электронное “мяу”. Коммуникатор снова ожил сигналом от начальства: “ТРЕБУЕТСЯ ЕЩЁ 16 ОЧИЩЕННЫХ ДАННЫХ. КРАЙНИЙ СРОК: 24 ЧАСА.” Др. Кел даже не вздохнул. Его лицо осталось таким же бесстрастным, как и всегда. Он просто отправил короткое подтверждение и вернулся к работе. Эмоции были роскошью, которую он не мог себе позволить — не здесь, в этой аномальной точке пространства, где космос, казалось, нашёптывал странные вещи. Около полуночи система засекла новый сигнал. Кел отложил недоеденный сухпаёк (вкус был отвратительным, но выбора не оставалось до следующей поставки) и склонился над экраном. Первое изображение заставило его нахмурить брови. На нём отчётливо виднелась… его собственная исследовательская станция. Снаружи. В сумерках. Следующее изображение: interior станции, съёмка через главное окно. Третье: спальное помещение, его собственная койка, вид из… шкафа? Др. Кел медленно отодвинулся от экрана. Его лицо оставалось невозмутимым, но пальцы сами потянулись к монтировке, лежащей рядом с клавиатурой. “Керфур, проверь системы безопасности,” — тихо произнёс он. Это были первые слова, которые он произнес за последние три дня. Робот утвердительно пискнул и покатил к панели контроля, а Др. Кел, крепко сжимая монтировку, направился к спальному отсеку. Шкаф находился напротив его койки. Простой металлический шкаф для личных вещей. Кел замер у двери, прислушиваясь. Тишина. Только вой ветра за толстыми стенами станции и далёкий гул серверов. Одним резким движением он распахнул дверцу шкафа. Пусто. Лишь две запасные униформы, висящие на плечиках, и пачка сухпайков на полке. “Система чиста, аномалий не обнаружено,” — проинформировал подкативший Керфур, показывая на экране-мордочке графики проверки. Др. Кел кивнул и закрыл шкаф. Завтра он отправит всю информацию дронами в главный центр. Пусть разбираются сами. А сейчас нужно спать — впереди ещё много странных сигналов из пустоты, которые ждут расшифровки. Засыпая, он подумал, что в этой изоляции, среди снежных гор и космических секретов, реальность становится всё более хрупкой. И кто знает, что ещё может прийти через эти сигналы из бездны. Керфур, как обычно, устроился у системной панели, его дисплей перешёл в ночной режим — маленькие светящиеся глаза наблюдали за спящим учёным. Утро встретило Др. Кела ясным голубым небом и лучами солнца, пробивающимися через лёгкую дымку над горными вершинами вдалеке. Термометр за окном показывал восемнадцать градусов — типичное летнее утро в предгорьях. Он поднялся с койки одним плавным движением, как делал это каждое утро последние два года. Без сонливости, без потягиваний — просто перешел из горизонтального положения в вертикальное, словно включился. Первоочередной задачей было отправить собранные данные. Особенно те странные записи с прошлой ночи. Пусть аналитики в штабе ломают головы над тем, почему сигналы из космоса передают изображения его собственной станции. Керфур уже активировался и деловито передвигался по комнате, его синий дисплей мигал, показывая процесс утренней самодиагностики. — Доброе утро, Доктор Кел, — прозвучал механический голос из динамика робота. — Температура в помещении: 19 градусов. Все системы в норме. Готовность: полная. Др. Кел кивнул, даже не взглянув на маленького помощника. В гараже пахло машинным маслом и тёплым металлом. Квадроцикл стоял на своем обычном месте, заряженный и готовый к поездке. Др. Кел подошел к панели управления дронами, нажал несколько кнопок, и с тихим жужжанием из потолка спустился компактный транспортный дрон. Закрепив на нем коробку с жесткими дисками и добавив записку с хэш-кодами станций H, J и Y, он отправил машину в путь. Дрон взмыл вверх и исчез в ярком летнем небе за воротами гаража. Доктор уже предвкушал заказ нормальной еды. В памяти всплыл вкус суши с угрем, которые он ел в Токио за месяц до назначения на станцию. Или тех больших креветок с чесночным маслом из ресторана в Цюрихе… Но коммуникатор снова ожил, прервав гастрономическое воспоминание: “НОВОЕ ЗАДАНИЕ: ФОКУС ТОЛЬКО НА КОСМИЧЕСКИХ СИГНАЛАХ И СООБЩЕНИЯХ. ТРЕБУЕТСЯ ПРОВЕРКА СТАНЦИЙ A, I И L. ПОДТВЕРДИТЕ ПОЛУЧЕНИЕ.” Др. Кел беззвучно выдохнул, отправил подтверждение и оседлал квадроцикл. GPS показывал путь к ближайшей станции, примерно в сорока минутах езды по зеленым лугам долины. Летний пейзаж проносился мимо, когда Др. Кел вдруг резко ударил по тормозам. Квадроцикл остановился, поднимая облако пыли. В двух метрах над землей, нарушая все законы физики, парили два космических корабля. Не чертежи, не проекции, не голограммы — настоящие корабли, с матовыми корпусами, испещренными странными символами. А прямо под ними, на поляне с яркими летними маками, был разложен… пикник? Красная клетчатая подстилка, на которой аккуратно разместились предметы, частично знакомые, частично абсолютно чужеродные. И повсюду — упаковки с креветками. Десятки упаковок. Др. Кел медленно огляделся. Тишина, нарушаемая только шелестом ветра в траве и… шагами? Лёгкие, быстрые шаги, будто кто-то бегал вокруг, оставаясь невидимым. Любой нормальный человек испытал бы шок, страх, возможно — благоговейный трепет. Но лицо Др. Кела осталось невозмутимым. Он просто слез с квадроцикла и неторопливо направился к подстилке. Шаги стали отчетливее. Они приближались, удалялись, кружили вокруг него, словно невидимые существа изучали странного человека, который не кричал и не убегал. Доктор сел прямо на клетчатую ткань, скрестив ноги, и поднял взгляд на зависшие корабли. Их поверхность переливалась, отражая лучи летнего солнца. Одна из упаковок с креветками была открыта. Др. Кел взял одну, осмотрел и, к собственному удивлению, обнаружил, что это были именно те креветки, о которых он думал утром. С чесночным маслом. Внезапно квадроцикл, оставленный в нескольких метрах, дернулся и начал медленно катиться в сторону. Словно кто-то невидимый толкнул его. — Ладно, я понял, — произнес Др. Кел вслух, и звук его голоса эхом отразился от невидимых поверхностей. Это была не угроза, понял он. Это было… приглашение? Демонстрация? Возможно даже — попытка коммуникации? Но сигналы нужно было собрать сегодня. Начальство не примет оправданий в виде “пикника с невидимками под инопланетными кораблями”. Доктор поднялся, отряхнул брюки и вернулся к квадроциклу. Шаги следовали за ним, словно провожая. Заведя двигатель, он бросил последний взгляд на сюрреалистичную картину: маковое поле, зависшие в воздухе корабли, красная подстилка с рассыпанными по ней креветками… и неясные силуэты, которые, казалось, начали проявляться в воздухе, словно постепенно материализуясь. Но у него была работа. Др. Кел направил квадроцикл по указанному GPS маршруту. Станции A, I и L ждали его сигналов. А с таинственным пикником он разберется позже. Если, конечно, он все еще будет там через два дня. За его спиной, невидимые наблюдатели продолжали свой загадочный ритуал, а космос посылал свои сигналы сквозь пустоту.