Ты заставляешь моё мёртвое сердце биться

POV: Оля Хлопцева

      Ближайший час мы сидели с Лёвой в обнимку и болтали обо всем на свете, пока вожатый моего отряда не подозвал меня к себе. Тогда я нехотя встала, попрощалась с Лёвкой и пошла за ним.       — Что вы от меня хотели? — спросила я у Максима Буравцева, когда мы отошли.       — Вожатый четвертого отряда рассказал мне, что ещё позапрошлой ночью он относил тебя к доктору. У тебя был вспорот живот или что то в этом роде. Не объяснишь ли мне, что произошло? — тон вожатого был строгий, я не знала что ему ответить. — Все в порядке?       — Конечно в порядке! — как можно безразличнее ответила я, — Этому вожатому, наверно, приснилось. Если бы у меня был вспорот живот, я бы лежала в лазарете у Валентина Сергеевича. — Максим недоверчиво на меня смотрел. — Спросите у него сами! Доктор скажет, что я не приходила в ту ночь.       — Надеюсь, что ты мне не врешь, — устало вздохнув, произнес вожатый, — Ты почему концерт пропустила? Все отряды должны были присутствовать.       — Мне нечего там смотреть, — беспечно ответила я.       — Больше не пропускай мероприятия, Оля, это важно, — снова прочитал мне нотацию Максим, — А теперь иди к родителям, — я кивнула головой и пошла в сторону несуществующих родителей. Почему то все вожатые постоянно забывают, что родителей у меня нет. Захотела снова пойти к Лёвке, но вместо него встретила Беклю, который болтал с Валеркой. Когда те договорили, я подошла к Саше и спросила:       — О чем болтали?       — А ты по какому поводу интересуешься? — не очень довольно спросил Сашка, — Я ему уже пригрозил, чего ты опять от меня хочешь?       — А ты чего такой агрессивный? — насмешливо поинтересовалась я у него, — Просто узнать хотела и всё.       Беклемишев недоверчиво на меня глядел и, наконец, сказал:       — Да я вот хотел спросить когда мне зэки пистолет подарят, а то пулю положили, а пушки нет.       Я уставилась на него в недоумении:       — Нахера тебе пушка? — удивлённо спросила я Сашу.       — Ну а что такого? — возмутился Бекля.       — Чё ты с ней делать собрался? — все ещё недоумевала я.       — Да это так, для пафоса, скажем так, — отмахнулся Саша.       — Слушай, отвали-ка ты от Валерки со своей пушкой, а? Он мне нужен, — попросила я.       — Да мне твой Валерка ваще не сдался, мне его пожружаня нужна, а он её не отдает, предлагает пушку взамен, — начал объяснять мне Сашка, но я и слушать не хотела.       — Да нафиг тебе его подружка? Вон, возьми любую мелюзгу укуси и довольствуйся, — я и вправду не понимала, чего это Бекле вдруг понадобилась именно подружка Лагунова.       — А чё мне взамен будет? — деловито поинтересовался Беклемишев.       Я закатила глаза и сказала:       — Да что угодно!       — Ну тогда может поцелуешь меня? — ехидно улыбаясь предложил Саша.       — Ты совсем охренел? — возмутилась я.       — А, ну точно, у тебя ж теперь новый парень! — вспомнил Саша, — Хлопов из четвертого! Капитан футбольной команды! — все это он произносил с напускным восхищением, — А он и правда тебе подходит. Хлопов, Хлопцева… даже фамилию можно не менять. — в конце он якобы с сожалением вздохнул. От возмущения и смущения я, наверно, сильно раскраснелась, так как лицо у меня горело.       — Иди в жопу, Беклемишев, — злобно процедила я, закрывая лицо руками, чтобы он не видел моего смущения.       — Ну всё, всё, — примирительно похлопал меня по плечу Саша, — Я все понял. Лагунов весь твой, — в конце он как-то загадочно улыбнулся и ушел. Какой же он идиот! Ну хотя бы Валерку трогать не будет. Надо бы, кстати, поговорить с Лагуновым. Нужно уже начинать с ним дружиться.       Я сначала не понимала, почему Лёва стремиться укусить Валерку, почему не захотел меня слушать, когда я просила его не приближаться к Валерке, а потом поняла, что он просто одинок и хочет себе настоящего друга. Я вспомнила наш с ним разговор, перед тем как меня позвал вожатый.       — Слушай, Лёв, зачем тебе Лагунов, а? У тебя ведь и так, вроде, друзья есть, ещё и слушаються тебя во всем. Зачем тебе именно он? — спросила я Хлопова. Его голова лежала на моих коленях и я аккуратно перебирала его волосы. Лёва ответил не сразу.       — Я с самого начала хотел с ним подружиться, — наконец ответил он. — Хотел, чтобы он стал моим другом. Не знаю почему.       — Сейчас тоже хочешь с ним дружить? — спросила я, приглаживая его волосы.       — Да, — тихо ответил Лёва, — Но ещё хочу его укусить.       — Тебе нравиться контролировать тушек? — вновь задала я Хлопову вопрос.       — Немного, — неуверенно ответил Лёва.       Я задумалась. Для капитана всегда важно уметь контролировать своих подопечных и Лёва прекрасно с эти справлялся. Но в то же время, Лёва никогда не хотел быть лидером абсолютно везде. В футболе — да, в жизни — нет. Став вампиром, Лёва стал более холодным и отстранённым, но в то же время он был более живым, не таким, как другие пиявцы. Поэтому он мне и понравился.       Перебирая прядки его волос, я пару раз кончиком пальцев погладила его лицо. Лёва смотрел на меня, я чувствовала его тяжёлое дыхание своей ладонью. Сердце сегодня стучало как у обычного человека, даже быстрее. Тогда мы продолжили болтать обо всякой чепухе, а сейчас, уже лёжа в кровати и слушая болтовню девчонок, готовящихся ко сну, я думала, как же я рада, что приехала в лагерь.

***

POV: Лёва Хлопов      

      Перед сном, когда парни с комнаты дурачились, лишь Валерка лежал и ничего не делал. Что то случилось с ним днём, из-за чего сейчас он выглядел абсолютно потерянным. Похоже, у меня получиться его укусить. Я вспомнил сегодняшний день, как мы провели время с Олей. Стоит ли мне кусать Валерку? Днём, когда мы болтали, Оля сказала, что не против если я его укушу, если уж Лагунов мне так нужен. На самом деле мне очень хотелось с ним подружиться, но кажется, Валерке эта дружба неинтересна. Тем не менее, если мне все-таки удастся его укусить, у него не будет выбора. Видимо, именно поэтому я так отчаянно пытаюсь его заполучить.       Но даже если я не нужен Валерке, то Оле я точно нужен. Это осознание в какой то степени согревало мне душу. Я и не надеялся что кто то будет питать ко мне теплые чувства, так же как и я. Не думал, что с Олей все будет взаимно. Но я был рад, что ошибся. Любимая в жизни есть, осталось друга приобрести… Но подходит ли для этого Валерка? Может, если я хорошо попытаюсь, он все-таки захочет со мной дружить? Надеюсь на это…       С такими мыслями в голове я лежал, глядя в потолок. Когда убедился, что парни уснули, встал с кровати и приблизился к Валерке. Лагунов не спал и смотрел на меня. Я присел перед его кроватью на колени и протянул ладони к его руке. Валерка не сопротивлялся и протянул руку ко мне. Я вытянул язык и уже было вцепился в его запястье, как в комнату забежал вожатый. Игорь Саныч впопыхах, пытаясь отдышаться, произнес:       — Лагунов, ты был прав.       Глаза Валерки загорелись, он отпрянул от меня, встал с кровати и пошел к вожатому. Я успел спрятаться, чтобы вожатый меня не увидел. «Я ведь почти его укусил» — пронеслась мысль в голове. Как так? Лагунов вышел из комнаты вместе с Игорем Санычом, а я остался сидеть у подножия его кровати и смотреть в пустоту.       Какое то время поразмышляв, я встал с пола и направился обратно к себе в кровать. Кровь у тушек я уже выпил, делать больше было нечего, кроме как смотреть в окно и наблюдать за ночным лагерем. И так, оперевшись руками на подоконник, я уныло глядел через стекло, пока не заметил чью то фигуру. Кто то ловко спрыгнул с высокого дерева. В темноте я не сразу разглядел фигуру: это была Оля. Ну конечно, кто ещё ночью шастаеться по лагерю. Но что она делает? Вдруг я увидел рядом с ней Лагунова и вожатого. Вдвоём они о чем то спорили с Олей. Какое то время они хмуро глядели друг на друга, а после разошлись. Вот только Оля направилась не в сторону своего домика, а по направлению к нашему домику. Я отпрянул от окна и сел, оперевшись на стену.       Через минуту дверь в комнату отворилась и Оля неспеша вошла внутрь. Она сразу же взглянула на меня: взгляд ее был недовольным.       — Ты зачем пришла? — спросил я у нее. Оля, ничего не ответив, села рядом со мной, обхватив руками колени и глядя в пол. Она немного помолчала и поинтересовалась:       — Ты ведь не смог его укусить, так?       — Вожатый пришел, — ответил я, — Кажется, он тоже теперь знает про вампиров. Они теперь вдвоем.       — Я говорила с Лагуновым, — мрачно сообщила Оля, — пыталась убедить, что я друг, а не враг. Он думает, что все вампиры опасны. Он считает их монстрами. И тебя тоже, — она напряжённо взглянула на меня, — Я не знаю, как спасти тебя без его помощи… — голос ее сделался тихим и грустным. Я не знал что сказать. Быть пиявцем и правда не легко, но я не считал это приговором. И смерти не боялся. Я в принципе теперь мало чего боюсь, став вампиром.       — Все в порядке, — успокоил я её, — Ты ещё придумаешь что нибудь. Но предупреждаю, я не скажу тебе кто мой стратилат. Я не могу.       Оля с пониманием кивнула. Она подсела ближе и вдруг сказала:       — Знаешь, ночью, когда я кого то кусаю, ну и в принципе в темное время суток, я ничего не запоминаю. Память обрывается. А на утро я ничего не помню. Не знаю, почему так происходит...Так что, если я к тебе приходила и ничего не помню, ты, это, не пугайся, если что. — я вспомнил тот раз, когда она чуть меня не укусила, и когда прокусила себе ладонь. Я ещё тогда догодался, но сейчас подтвердил свои мысли.       — Все хорошо, я все понимаю, — поспешил я успокоить Олю.       — Я могу тут посидеть с тобой немного? Мне немного одиноко ночью, — тихо попросила Оля. Вообще, по правилам, девочкам нельзя находиться в мужской комнате, как и мальчикам в женской, но сегодня я решил забить на правила и согласился:       — Конечно, оставайся, — Оля радостно улыбнулась мне. Я прилёг на подушку и похлопал на место рядом с собой. Оля прилегла рядом и мы в обнимку молча смотрели в потолок, каждый думая о своем. Может, я все-таки смогу подружиться с Валеркой, а Оля сможет меня спасти, даже если я этого не хочу.       

***

       Где то среди ночи Оля вдруг заговорила со мной. Она тихо шептала мне на ухо, чтобы не разбудить других.       — Лёв, ты ведь читал рассказ о Данко?       — Да, — тихо шепнул я ей в ответ.       — Знаешь, — продолжила Оля, — Я никогда не понимала, зачем Данко отдал сердце тем людям, они ведь были такими неблагодарными! Никто из них не мог пройти через лез, но Данко храбро их провел и в итоге ему даже пришлось пожертвовать жизнью ради них. Я бы так не смогла. Ни разу в жизни незнакомые мне люди не помогали мне и я не собираюсь. Знаешь, я думаю что жертвовать жизнью можно только ради очень близкого человека, а у меня таких мало. Есть всего четыре человека, ради которых я отдала бы свою жизнь: бабушка, Саша, Валя и ты. У меня больше никого нет и навряд ли будет. — Я внимательно слушал ее речь, не перебивая. Мне всегда казался поступок Данко очень благородным, хотя я бы никогда так не поступил. Жизнь всегда была мне дорога, но сейчас что то изменилось. Пропал страх перед смертью. Сейчас я бы поступил также, как Данко. Оля прижалась ко мне сильнее, будто боясь, что я могу исчезнуть. Она тихо продолжила, — Я знаю, что ты не боишься умирать, знаю что ты не против прожить короткую жизнь, но знаешь, я думаю, что сейчас тебе не время умирать. Ведь столько всего ты еще не видел, столько всего тебя ещё ждёт впереди, сколько матчей по футболу ты ещё успеешь выиграть, столько всего прекрасного ещё может случиться в твоей жизни, если только ты не умрёшь. И к тому же, я уверена, что многие тобой дорожат. Твои родители, бабушки и дедушки, другие родственники, друзья. Даже парни с комнаты. Знаешь, когда ты не был вампиром, они хоть и не слушались тебя, но все равно уважали. Потому что ты хороший человек, Лёв. Таких хороших людей очень не хватает в мире. И если есть шанс, что ты можешь остаться живым, и прожить счастливую и долгую жизнь, я ни за что его не упущу. Если Лагунов сейчас вместе с вожатым, значит он будет снова и снова пытаться причинить тебе боль, хоть тебе и не хочется этого признавать, но я ему не позволю. Ты не виноват, что стал вампиром. Никто из вас не виноват. Я не хочу чтобы кто то ещё умирал. Я сама много кого убила, лишь из-за жажды крови и я ни за что не прощу себя за это, и именно поэтому я не дам больше никому умереть. Не могу иначе. Я не знаю что конкретно к тебе чувствую, я не уверенна что способна что то чувствовать, но если это не любовь, то я не знаю что ещё. Я много чего плохого сделала за свою жизнь и мне правда стоило бы умереть за людей, у которых я выпила всю кровь, у которых я отняла долгую и счастливую жизнь, поэтому, если вдруг мне придеться отдать свою жизнь за тебя, или Валю с Сашей, я не задумываясь отдам. — голос Оли был уверенным, без капли сомнения. Я повернул голову к ней. Ее глаза были грустными и нежными, полными любви и верности. Столько много откровений, а я и слова проронить не могу. Мне нравилось, что Оля со мной честна и так открыто обо всем говорит. Хотелось верить каждому ее слову и я бездумно верил.       — Оля, — тихо прошептал я ей, — Ты на утро все забудешь, ведь так?       — Когда происходит что то важное ночью, я записываю это к себе в дневник. И я не навсегда забываю то, что происходит ночью, через какое то время я вспоминаю. А эту ночь я запомню навсегда, обещаю. — Оля крепко обняла меня. Я обнял ее в ответ. Я чувствовал как ее сердце бъеться, хоть и не должно. Мое сердце тоже не молчало. Похоже, это и вправду любовь.