Нас учили иначе

Утро субботы выдалось непривычно размеренным. Замок ещё не успел наполниться привычной суетой: коридоры были полупустыми, а шум Большого зала доносился лишь глухим эхом. На завтрак Регулус, как и обычно, не пошёл. Эта привычка появилась давно. Пока большинство студентов спешили занять места за факультетскими столами, он предпочитал провести это время под горячими струями душа, наслаждаясь редкой возможностью побыть в тишине, когда никто ничего от него не требовал. Горячая вода постепенно смывала остатки бессонной ночи, но не мысли. Они возвращались снова и снова, упрямо перебирая недавний разговор, каждую фразу, каждый взгляд, каждую паузу, которую теперь хотелось заполнить совершенно другими словами. Регулус поймал себя на том, что вновь начинает анализировать то, что ещё вчера вечером обмусолил со всех сторон. Хватит. Некоторые вещи становятся только хуже, если продолжать их обдумывать. К тому моменту, когда он перекрыл воду и, накинув полотенце на плечи, посмотрел на собственное отражение в запотевшем зеркале, решение уже было принято. Простое и весьма логичное, в духе Блэка. И, как ему казалось, единственно верное. Игнорировать Сириуса. Не искать встреч. Не отвечать на попытки заговорить. Не позволять втянуть себя в очередной разговор, который неизменно заканчивался тем, что Регулус уходил с ощущением, будто проиграл ещё до того, как открыл рот. Расстояние всегда помогало лучше любых объяснений. С той последней встречи прошло два дня, и за эти два дня Сириус ни разу не попытался с ним заговорить. Не перехватил в коридоре, не бросил вслед очередную колкость, не появился, словно случайно. И это было… как бы хорошо. Даже очень. Но его это всё равно выводило с равновесия. Сам Регулус тем более не собирался делать первый шаг. Проще было бы добровольно съесть крысиный хвост, чем подойти к Сириусу и начать разговор. Одна только мысль об этом казалась унизительной. К счастью, сама жизнь благоприятствовала его решению, поскольку Сириус учился курсом старше и принадлежал к другому факультету. Их расписания почти не совпадали, общих занятий не было, а замок был достаточно велик, чтобы при желании не пересекаться вовсе. Единственным местом, где избежать встречи было практически невозможно, оставался Большой зал. Иногда Регулус замечал Сириуса за гриффиндорским столом. Иногда — лишь краем глаза, случайно подняв голову от тарелки или книги. Но Сириус не смотрел в его сторону. Ни разу.Будто разговора в заброшенном классе никогда не было. Будто между ними снова выросла привычная, безопасная дистанция. Хотя она и не исчезала. Но почему-то в данный момент ощущалась особенно остро. Регус думает, что вновь вспомнившаяся дистанция должна была приносить облегчение. Ведь так и дышать проще ставало. Ему проще не встречаться взглядами. Не думать, что означали сказанные слова. Не вспоминать собственную растерянность, которую он так отчаянно пытался скрыть. Вот только на третий день Регулус с раздражением поймал себя на мысли, что сосредоточится на лекциях стало практически невозможно. Много важной информации он опускает мимо ух, а рука с пером и вовсе не подноситься над пергаментом. После обеда он направился в библиотеке, где всегда было свободнее дышать. Регулус считал так с детства, он любил библиотеку на площади Гримо — большая с высокими шкафами тянущимися до самого потолка. В ней всегда было полумрачно, даже днём. Тяжелые шторы пропускали свет неохотно, а книги стояли в строгом порядке, понятном лишь тем, кто вырос среди них. Регулус любил это место.  Школьная библиотека не сильно отличалась, разве что в пять раз больше.  Разместившись в самим дальнем углу за небольшим деревянным столом. В полдень субботы людей здесь было мало, предпочитая это время провести в Хогсмиде. Регулуса это радовало, меньше людей — меньше проблем. Перед ним лежала раскрытая книга, но он не перевернул ни одной страницы. Буквы перед глазами расплывались, смысл терялся, мысли не давали сосредоточится. Он знал, зачем пришёл сюда. И в то же время — нет. Тишина должна была привести мысли в порядок. Так всегда работало раньше. Но сейчас она лишь усиливала то, от чего он пытался уйти. Регулус не плохо умел справляться со своими эмоциями и разбираться в чувствах, но сейчас руки предательски дрожали, а внутри поднималась паника. Он поступил правильно. Он знал, что поступил правильно. И всё же это знание не приносило облегчения. Регулус оперся локтями в стол и запустив пальцы в густые кучери, словно пытаясь удержать поток мыслей. Его раздражала собственная реакция — то, как тело не сразу подчинилось решению, как мысли упрямо возвращались не к логике, а к ощущениям.  Регулус привык анализировать. Разбирать чувства на составляющие, давать им имена, раскладывать по полкам — как книги вокруг. Но здесь что-то ускользало. Он мог назвать страх. Мог назвать злость. Вину. Стыд. Всё это было знакомо. А вот то другое — нет. Он знал, как не должен себя чувствовать. Но всё чаще ловил себя на том, что не понимает, как должен. Мысль скользнувшая в голове лишь сильнее накалила штыки — если бы он сейчас здесь появился, то Регулус бы это сразу почувствовал. Эту мысль он оттолкнул почти с раздражением, как что-то недопустимо личное. Он не хотел ждать. И не хотел признавать, что уже ждёт.  Он снова опустил взгляд на строчки в книге, пытаясь уловить суть закладываемую автором. Четно. Он даже не знал что за книга перед ним лежит.  Сколько времени прошло как Регулус беспрерывно глядел и метался глазами по строчкам в книге, он не знал. Но по ощущениям не больше тридцати минут. — Ты прячешься. — донесся тихий голос с права. Регулус дернулся на месте, метнувшись глазами в сторону. Сердце пропустило удар, а руки вспотели. Судьба его однозначно недолюбливает. Его внутренняя паника никак не отразилась на внешнем виде. Лицо оставалось спокойным, легкое раздражение оставалось всегда при нем. На такие вот случаи. — Я читаю. — ровным тоном ответил Регулус. Сириус усмехнулся. Он остановился напротив, опёрся ладонью о край стола, но не наклонился ближе. На этот раз — нет. — Полчаса одну страницу? Регулус сжал челюсть. — Ты следил? — Нет, всего лишь наблюдал. — Сириус пожал плечами. Регулус наблюдал как тот пододвинул к себе стул и медленно уселся, лицом к лицу. Сириус уселся напротив и пододвинулся ближе, склоняясь к нему, но не пытаясь дотронуться. — Если ты пришёл продолжать, — произнёс Регулус холодно, — то я не в настроении. — Я пришёл поговорить, — его голос обычно такой озорной и громкий, сейчас был слишком тихий. — ты ведь тоже здесь для этого. Это был даже не вопрос. — Не приписывай мне то, чего я не делал.  — Почему ты злишься? — то с каким спокойствием Сириус с ним говорил раздражало ещё сильнее. — Я не говорил, что злюсь. — Но ты злишься, — спокойно ответил Сириус. — Ты опять решаешь за меня. Сириус замолчал. В его голове проходило уйми мыслительных процессов — Регулус это чувствовал. — Ты всегда выбираешь библиотеку, — сказал он наконец тихо. — Когда не хочешь разговаривать. Регулус не отрывал от него взгляда. — Я выбираю тишину. — И я мешаю. — Ты спрашиваешь, — поправил Регулус. — Это разные вещи. Сириус усмехнулся, но без насмешки. — Ладно, тогда я спрошу один раз. Регулус закрыл книгу — медленно, будто давая понять, что услышал, но не приглашает продолжать. — Почему ты попросил меня уйти? — Потому что все зашло слишком далеко, — ответил он. — Куда? Регулус чуть помедлил. — Туда, где мне нужно было подумать. — Ты всегда думаешь, — заметил Сириус. — Это не объяснение. — Для меня — достаточное. Сириус склонился ближе, его колено невольно прижалось к Регулусу. — Я не собирался давить. — Ты всегда давишь, — сказал Регулус ровно. — Даже когда думаешь, что нет. — И ты поэтому злишься? — Я не злюсь.   Сириус замолчал на мгновение. — Хорошо. Тогда скажи, что я делаю не так. Регулус отвёл взгляд в сторону, к стеллажам. — Ты ждёшь ответа, к которому я не готов. — Я жду хоть чего-то. — Иногда отсутствие ответа — это тоже ответ, — сказал Регулус. — Нет, — мягко возразил Сириус. — Иногда это просто отсрочка. Тишина снова опустилась между ними. Регулус чувствовал, как напряжение собирается под кожей — не остро, а медленно, упрямо. — Ты не обязан ничего объяснять, — продолжил Сириус. — Но не делай вид, что ничего не произошло. Регулус сжал пальцы на краю стола. — Я не делаю вид. — Тогда что ты делаешь? Он ответил не сразу. — Стараюсь не сделать хуже. Сириус посмотрел на него внимательно. — Для кого? Регулус не ответил. Это было единственное, чего он не мог сказать — и единственное, что действительно имело значение. Грудь сдавило так что пришлось задержать дыхание лишь бы не задохнуться. Если Сириус продолжит, то не видать Регулусу долгой жизнь. Его сердце не выдержит такой нагрузки. Срочно нужно сменить тему и что бы Сириус убрал свое чертово колено он его ноги. — Почему ты не в Хогсмиде? — голос оставался спокойным. Сириус помедлил с ответом, так будто решая стоит ли говорить. — Ну… Ремусу в больничном крыле, у Джеймса срочная тренировка по квиддичу, а Питер занят эссе. — Он нервничал. Регулус это заметил сразу. — Ты разве не в команде? — В команде. — Так почему ты здесь, а не на тренировке? Сириус завёл руку за голову, перебирая свои длинные волосы. —У меня ребро вывихнуто. Регулус не удалось скрыть своего удивления. — Из-за чего? — в голосе мелькнуло беспокойство. Регулус надеялся Сириус этого не уловил. — На прошлой тренировке свалился с метлы, — Сириус не умел врать, точно не Регулусу. — Тогда ты бы должен был наблюдать за игрой. — Я сбежал. Регулус удивился во второй раз. — Зачем? — С тобой поговорить. — Просто, не раздумывая ответил Сириус. Если бы Регулус стоял, он бы точно свалился. — Какая честь, — с насмешкой ответил Регулус. — Я серьезно. Регулус окинул его взглядом, больше не намереваясь продолжать этот бессмысленный разговор. Он сделал вид, что вернулся к чтению, открывая книгу, но ни одна строчка не была прочитана. Он чувствовал взгляд Сириуса — не тяжёлый, не требовательный, а выжидающий. Это было куда хуже. Тишину перебил голос Сириуса: — Я не прошу признаний, — немного помедлив, продолжил — И не прошу решений. Регулус не отреагировал. — Я просто хочу понять, — продолжил он чуть тише. — Ты просил меня уйти, потому что я был рядом… или потому что ты понял, что я прав? Регулус медленно выдохнул, все ещё не поднимая на брата глаз. — Ты всегда уверен, что прав. — Не всегда, — возразил Сириус. — Просто сейчас ты не сказал, что я ошибаюсь. — Потому что это не спор, — ответил Регулус. — Это… ситуация. — Которую ты предпочёл закрыть, — заметил Сириус. Регулус слегка сжал пальцы. — Я предпочёл остановить. — Для себя или для меня? Он помолчал слишком долго. — Это не имеет значения, — сказал он наконец. — Имеет, — спокойно ответил Сириус. — Потому что если для меня — я отступлю. А если для тебя… тогда я не хочу, чтобы ты остался с этим один. Регулус резко закрыл книгу. Звук получился громче, чем он рассчитывал. — Ты слишком далеко заходишь. — Я всё ещё стою на том же месте, — мягко сказал Сириус. — Это ты отступаешь. Регулус откинулся на спинку кресла, его плечи опустились. — Мать бы за такое отругала. Но её здесь нет, значит Регулус может не напрягаться.  — Ты хочешь, чтобы я сказал что-то конкретное. Назвал. Определил. — Его голос прозвучал ровно, почти бесстрастно. — Я хочу, чтобы ты не отрицал, — ответил Сириус. — Хотя бы для себя. Регулус перевел на него взгляд. — Ты не знаешь, о чём говоришь. — Тогда скажи, что ничего нет, — предложил Сириус. — И я уйду. Без разговоров. Без возвращений к этой теме. Между ними снова повисла пауза. Регулус смотрел на него — долго, пристально. В этом взгляде не было злости. Только напряжение и что-то ещё, слишком хрупкое, чтобы оформиться в слова. — Я не могу этого сказать, — произнёс он наконец. — Но это не значит то, что ты думаешь. Сириус слегка кивнул, будто именно этого и ждал. — Этого достаточно. — Нет, — резко возразил Регулус. — Это ничего не решает. — Зато перестаёт быть ложью. Сириус пододвинулся ближе, уже прижимаясь своими ногами к его — медленно, давая возможность отодвинуться. Регулус не отодвинулся, но и не приблизился. — Просто скажи мне одно, — его голос дрогнул — ты жалеешь, что я пришёл?  Регулус закрыл глаза на мгновение. — Я жалею, что ты умеешь задавать правильные вопросы. Сириус ничего не ответил лишь отвел глаза в сторону, рассматривая корешки книг. Тишина осела между ними, она не была напряженной. Скорее недосказанной и тянущей. Регулус не смотрел на брата, он скрестил руки на груди рассматривая свою обувь, делая вид что тишина его устраивает.  Минуты две они так и сидели, каждый думающим о своем. Пока теплая ладонь Сириуса аккуратно не скользнула по его колену — Регулус вздрогнул едва заметно. Его дыхание сбилось на полсекунды, прежде чем он снова взял себя в руки. Ладонь не сжимала. Не удерживала. Просто лежала на его колене, как что-то естественное. — Если скажешь «нет», — тихо сказал Сириус, не меняя положения, — я уберу руку. Регулус молчал. Он чувствовал это прикосновение. Он чувствовал как пальцы Сириуса подрагивают. Он чувствовал биение своего сердца. Он чувствовал. Пальцы сжали ткань рубашки, так что костяшки побелели. Регулус медленно выдохнул. Он кинул беглый взгляд на Сириуса, встречаясь с голубыми глазами и быстро отвернул голову.  — Это ничего не меняет, — сказал Регулус ровно. Он смотрел перед собой, не на Сириуса, словно произносил это не человеку, а правилу, которое боялся нарушить. Спина была напряжена, плечи собраны — привычная поза обороны. — Я знаю, — спокойно отозвался Сириус. Он не убрал руку. Ладонь всё так же лежала на колене Регулуса — теперь уже не неподвижно. Большой палец провёл по ткани, почти невесомо, как жест, который можно было бы списать на рассеянность. Если бы Регулус захотел — он мог бы назвать это именно так. — Я не собираюсь ничего менять и давать этому имя. — Голос предательски дрогнул. — И не нужно, — согласился Сириус без колебаний. Его рука скользнула выше, слегка сжимаю бедро. Регулус громко выдохнул закрывая глаза. Не отодвигая ногу. — Ты меня не слушаешь, — сказал он надломленным голосом. — Я слушаю, — ответил Сириус. — Я просто не путаю слова с тем, что происходит на самом деле. Регулус резко выдохнул. Его нога дёрнулась, прижимаясь ближе к ноге Сириуса. Рука Сириуса скользнула к внутренней стороне бедра, сжимая. По телу Регулуса прошлась легкая дрожь, а кровь отлила вниз.  — Я сказал, что это граница, — голос звучал сдавленно. Он уже сам не был уверен что пытается удержать. — И я её услышал. — Сириус говорил таким же надломленным голосом. Сириус дернул Регулуса на себя придвигая ближе, разворачивая к себе. Вторая ладонь также медленно скользнула по колену, вырисовывая узоры поднимаясь выше. Томный выдох вырвался из Сириуса. — Это неправильно, — сказал Регулус скорее себе чем пытаясь остановить Сириуса. Но его руки остановились. Он пристально посмотрел в глаза Регулуса, будто пытаясь развидеть душу. Не выдержав, он закрыл глаза, что Сириус интерпретировал как зеленый флаг. Ладони скользнули к талии перетягивая тело Регулуса на себя, усаживая на колени. Регулус издал приглушенное мычания.  — Мы в библиотеке, — шикнул он. — В такое время сюда никто не ходит. — Его тихий голос прозвучал у него над ухом, что вызвало табун мурашек по тело. Регулус чувствовал как кровь приливает к лицу, и не только. Это ненормально. Но руки Сириуса блуждающие по его спине так не думали. Сириус опусти лицо в изгиб его шеи, оставляю легкий поцелуй. Регулус прикрыл глаза, пытаясь убежать от ощущений. Это неправильно. Регулус невольно двинулся вперед прижимаясь ближе, а руки опустил на плечи Сириуса, надавливая. Сириус поддался, отстраняясь и заглядывая потемневшими глазами в глаза Регулуса. — Отпусти, — выдохнул он, не отводя взгляда. Слова были ровными, но тело говорило совсем другое. Сириус усмехнулся. — Я тебя не держу. — Но руки со спины не убрал, лишь переместил из на талию. Регулус сжал руки в кулаки, пытаясь найти опору в себе. Он ощущал ладони Сириуса рядом, плечо прижатое чуть ближе, колено под своим. Регулус сделал небольшое движение назад, пытаясь освободить пространство, но тело не слушалось так легко. Сердце билось быстрее, дыхание стало неровным. Он понимал, что сопротивляется не напору слов, а силе присутствия, которая медленно, почти незаметно, размывает привычные границы. — Я… — начал он, но слова застряли. Вместо этого его руки скользнули к груди Сириуса — почти машинально, инерционно — как будто это был единственный способ не отступать полностью. Сириус ощутил жест, и его руки в ответ сжали талию Регулуса. Он резко выдохнул, чувствуя напряжение всего тела. Он пытался словесно поставить границу, пытался удержать контроль, но каждый жест Сириуса, каждая маленькая опора и присутствие рядом делали это почти невозможным. — Это… — сказал он тихо, прерываясь. — Я… не хочу… Сириус только кивнул. Никакого давления в словах, только терпеливое присутствие. Регулус сжал кулаки, почувствовал лёгкую дрожь. И впервые понял, что сопротивляться — это не отталкивание, а попытка удержать себя целым, пока рядом кто-то, кто знает, как пройти сквозь стены, которые ты построил. — Тебе лучше уйти. — Хорошо. — Но не двинулся с места. Регулус запоздало осознал, что все ещё находится на нем, ограничивая Сириуса в действиях. Он медленно оттолкнулся ногами, слезая и выпрямляясь. Он заправил выбившуюся рубашку в брюки. Сириус также не спеша поднялся, поправляясь. Они уставились друг на друга, пока Сириус тяжело не выдохнул. — Всё в порядке? — спросил он тихо. Регулус открыл рот. Закрыл. Медленно выдохнул. — Да, — сказал он наконец. — Просто… неважно. Сириус смотрел на него внимательно, не приближаясь, не торопясь. — Если передумаешь, — сказал он тихо, — тебе не придётся ничего объяснять. Регулус кивнул — слишком быстро. — Я не передумаю. Фраза прозвучала убедительно. Почти. Сириус отступил на шаг — ровно настолько, чтобы снова стать «безопасным». — Тогда я оставлю тебя с этим, — сказал он. — Не потому что мне всё равно. А потому что это твой выбор. Когда он ушёл, Регулус остался один — и слишком остро осознал, что его тело горит от мест где минутой ранее были его руки. Он оттолкнул его. Потому что так правильно — А не из-за своего желания. И именно в этом была вся правда, которую он пока не решался назвать.