Кровавый поход в лес

— Мансон, — Стив незаметно подкрался сзади и приземлился рядом на дряхлое бревно. — ты че нервный такой? Темноты боишься? Или пауков? Лес, прекрасное место: тишина, одиночество, покой. Да, некоторые бояться его из-за зверей или насекомых, но Стив и Эдди не такие, они любят лес. Конечно, из них двоих в лесу бы постоянно жил Эдди, но не суть.  Этот лес безумно красивый: высокие деревья с темно зеленой листвой, мох, мягко покрывающий землю, красивый вид с холма прямо на Хоукинс, который их команда ни раз спасала.  И вот они решили выбраться на природу. Только вдвоем, никого лишнего. Я умолчу про то, что остальные просто не согласились или не смогли.  — А, да ни за что в жизни, — с упреком ответил кудрявый, пытаясь остановить свою дрыгающуюся ногу. — голодный просто… — Так у нас полно еды, за обе щеки уплетать! — указал рукой на рюкзаки, до краев полностью забитые всякими вредными закусками и питьем.  — Да нет! —  подскочил с места и встал на против, скрестив руки на груди. — Ты не понимаешь!  — Да что тут не понятного?! — возмущался другой, хмуря брови. — Если ты голодный, иди ешь! Я то что сразу? — Харрингтон тоже встал с нервной улыбкой на лице. Он не понимал, из-за  чего Эдди так взбесился.  — Ты умеешь секреты хранить? — сморщив нос, тихо спросил Мансон. На его лице были эмоции сомнения, вдумчивости и еще много чего, что сейчас было не так важно. — Эдди, меня пытали русские солдаты, и я им ничего не рассказал, даже готов был ногтем пожертвовать, но Робин сжалилась надо мной, — Стив фыркнул, посмотрел на свою левую руку и выдохнул. Это были жуткие времена, без преувеличений.  — Русские? — Не суть! — Окей, — Мансон присел на корточки и зажмурился. Громко дыша, он тут же подскочил, повернулся вокруг себя на триста шестьдесят градусов и всплеснул руками в разные стороны. — ладно-ладно! — громко выкрикнул Эдди, указывая пальцем на Стива и дрыгая им, будто подбирая слова. — Ты помнишь меня вампиром назвал?  — Ты как услышал?  — Слух хороший, — махнул рукой и закрыл ею же свой рот. Наверно, Мансон потом пожалеет, о рассказанном, но он в безвыходной ситуации, поэтому делать нечего. — так вот… — все же мозг пытался отговорить его от этой идеи и не выдавал нормально сформулированного предложения. Повисла неловкая и напряженная пауза.  — Ну-у..? — пытался разузнать Харрингтон. В голове прозвучало много мыслей и в основном не очень хороших, например, что вся еда стухла и пахнет, как вампир, потому что они ходячие трупы, или что его укусила летучая мышь с бешенством, но ожидать такого, он и в помине не мог… — Короче, я - вампир.  — Ха-ха-ха, очень смешно,— с явной насмешкой произнес Стивен. — а я уже испугался! — и только развернулся, чтобы уйти, как тут сзади начали что-то быстро-быстро тараторить: — Не, я реально вампир! Я там кровью питаюсь и всё такое, понимаешь? Как в ДНД! А, ты же не знаешь, черт. Не суть! И вот щас у меня закончились запасы крови, которые я приберег. Поэтому есть у меня идея, возможно не самая лучшая, но в любом случае это лучше, чем умереть от голода. Так, вот я тут подумал, что ты не согласишься, хотя я очень сильно на это надеюсь, ведь я не хочу умирать. Но в любом случае ты можешь отказаться и я просто уйду тогда и… — Стоп, Эдди! Заглуши мотор! — Стив остановил эту шарманку, которую так умело и быстро запустил Эдди, в попытках объясниться и не быть высмееным.  — Прости, я когда голодный на месте не сижу и болтаю без остановок! — Теперь тоже самое, но медленно и по порядку, пожалуйста! — он уже давно повернулся обратно и схватил другого за плечи, дабы обратить на себя внимание, ведь пока Мансон это говорил, он всяческий пытался скрыть свой взор копной длинный волос, уводя взгляды куда-то в лес, чтобы не дай Бог не увидеть насмешку в его глазах и поэтому даже не слышал друга. Но посмотрев в эти карие глаза напротив, он увидел лишь переживание, непонимание и готовность выслушать.  Эдди выдохнул и закрыл глаза, успокаиваясь.  — Только выслушай, — Стив все еще держал его за плечи, не давая пошевелиться. — прошу… — тише добавил Мансон, чуть не плача.  Металлист никому не рассказывал об этом, ведь ни кто не знает, как поведет себя человек, узнав такую информацию. Поэтому Мансон так тщательно скрывал свою реальную сущность. Но со Стивом все иначе. Ему так и хотелось все рассказать, будто Эдди знал, что он не испугается или еще чего. Открыть самые заветные секреты, и все человеку, с которым они знакомы от силы полгода. Это было странно осознавать, но парень принял это, и всячески пытался раньше времени не сболтнуть лишнего, ведь доверять - штука опасная и болезненная.  — Обещаю, — Харрингтон отпустил его, но не отошел.  Выдохнув еще раз, Эдди опустил голову, но тут же ее поднял.  — Повторюсь, я - вампир. — парень пригрозил пальцем. — Только не смейся!  — И не собирался! — нахмурив брови и сжав губы с тонкую полосу, поставил руки в бока.  — И, как всем вампирам, мне нужно питаться кровью. Да, я могу есть обычную еду, но только когда я сыт, а когда я голодный, то меня вырывает только от ее запаха. Не знаю, как это, но это правда.  — А я думал что ты просто не любишь есть на людях…  — Ага, конечно! Есть я просто обожаю, и сытость в среднем двенадцать часов из одной пачки крови. Но сейчас я истратил все запасы и… —  Эдди резко замолчал. Он прикрыл рот рукой и вдумчиво посмотрел на землю, словно он найдет в ней утешение.  Стивен только поднял брови в ожидании худшего.  — И раз уж ты знаешь, то есть два варианта: ты даешь мне себя укусить, или я тебя съедаю целиком. — Что?  — Что?  Харрингтон пошатнулся назад, ставя руку на копчик, в близи которого находился маленький походный ножик.  — Ладно-ладно, я пошутил! — он выставил руки вперед и вжал голову в плечи с нервной улыбкой на лице. — Не нападай, а то я сильнее… — грустно добавил и опустил взгляд, все еще держа руки на весу.  — Смотри мне, — руку он убрал, но все же ближе не подошел. — я не из простых!  — О да, Стиви, я это знаю! — убрав волосы с лица, он улыбнулся. — Тем более ты мой чуть ли не единственный друг! — выдохнув, он сел на то дряхлое бревно, с которого только недавно вскочил. — Ты же не убежишь от меня..? Стив, немного помедлив, сел рядом и приобнял. Да, сейчас проблемы с вампиром ему точно ни к чему. Тем более и правда, Эдди - его почти единственный друг. Не просто коллега по работе, одноклассник или очередная телка, а друг. С которым ты хочешь болтать и молчать, веселиться и плакать, грустить и радоваться. Который тебя поддержит в любых ситуациях, даже если тебя будут обвинять в жестоких убийствах школьников, которые ты не совершал. Который не бросит, даже после смерти. Он будет помнить и улыбаться сквозь слезы, вспоминая твои самые тупые, но такие смешные и родные шутки. — Ох, кровосися ты моя, не брошу, конечно, — он тихонько гладил по плечу и медленно дышал в такт своему другу.  Мансон замер, в непонятном ожидании неизбежного, будто если он заговорит, то это обещание потеряет свою силу. Но говорить надо, ведь иначе «встречай его, сырая земля».  — Стиви, я щас умру с голоду, — он повернул голову, и их лица были на расстоянии всего в пятнадцать сантиметров. Собеседник нахмурил брови. — Можно тебя укусить..?  — Что?  — Что? — Э-э, — замялся Харрингтон, убрал руку с плеча другого и положил ее к себе на колено, теребя ткань джинс. — Один укус, я прошу! — Эдди оседлал бревно и положил руки перед собой, облокачиваясь на них.  Эти щенячьи глазки и жалобный тон всегда творят с ним чудеса, и, наверно, кровососатель давно этим пользовался.  — Ладно, один! — Стив оттянул свою шею и отвернул голову, закрывая глаза. Это было, говоря откровенно, страшно до чертиков, но этот чертенок сейчас сидит перед ним, поэтому остовалось просто сидеть в сковывающем страхе. Харрингтон услышал рядом шорох и еще больше зажмурился. Тут до его шеи докоснулась рука. Это прикосновение было очень нежное и легкое, будто он боялся даже поцарапать парня. По спине Стива прокатилась волна мурашек. Горячее тело прильнуло к парню и нависло над ним. Нога, сжатая в колене, приземлилась между бедер. Харрингтон вздрогнул и сжал все мышцы. Вторая рука приземлилась на плечо, так же нежно, как и первая, и горячее дыхание вампира опаляло оголенную шею.  Тут послышался нежный чмок. Стив только открыл глаза, как тут же клыки хищника вонзились ему в шею, заставляя вжаться в бревно. Больно не было, но дискомфорт и жжение присутствовали. Руки стали жестче и держали плечо и голову, чтобы они не двигались.  Но тут Эдди замер, даже не вытащив клыки. Дыхание быстрое. Руки уже откровенно сжимали и больно надавливали на тело.  — Эдди? — через секунду раздались быстрые глотки, будто Стив куда-то убежит. А он может же… — Эй, Мансо-он! — рука Харрингтона незаметно даже для него, снова опустилась на маленький нож.  — Стив… — прошептали у уха.  — Да..?  — А ты чего сладкий такой? — Мансон поднял голову и вопросительно на него посмотрел. Лицо было абсолютно детским и смешным, не учитывая, что весь рот был измазан не вишневым вареньем, а кровью. — Сладкий? — И тут Стивена осенило. — Так у меня диабет!  — А почему я об этом не знаю? — еще больше удивился металлист, но отрываться от друга не стал, а только сильнее прижался.  — Ну, никто не спрашивает, я и не говорю…  Только сейчас Стив заметил, что все это время придерживал Эдди за талию, чтобы он не упал с этого бревна. Но руку убирать не стал, что осталось для него загадкой… — Бля-я… — только и протянул кудрявый перед тем, как облизать еще сочившуюся кровь из раны. Он очень медленно провел языком по шее, заползая одной рукой в волосы Стива. — Что же ты такой… Идеальный? — Эдди уткнулся лбом в плечо с беспомощным выдохом. Стив обмяк в руках Эдди, даже не до конца поняв, что именно имел в виду металлист по этими словами. Голова кружилась. В глазах темнело. Невероятно хотелось пить и спать. Ощущение было странным: не просто слабость от голода, а глубокое, тотальное истощение, будто энергию из него вытягивали через ту самую рану на шее. — Эдди, что-то мне не хорошо… — в эту же секунду Мансон спрыгнул с него и, подхватывая под колени и подмышки, поднял. Приятное тепло разлилось по телу. Последнее, что услышал Стив, это: «Прости, я…».                                     *** Проснулся Стивен в объятиях Эдди.  Приятно пахло хвоей и мускусом, как обычно от металлиста. Он лежал головой на бедрах друга, а ноги были заботливо подняты и уложены на рюкзаках. Парня нежно поглаживали по голове кончиками пальцев. Эдди, некогда дремавший, быстро открыл глаза и виновато улыбнулся. — С пробуждением, — Стив приподнялся на локтях, но тут же упал обратно. — У тебя слабость, она скоро пройдет, не переживай и лежи пока. Она от кровопотери и моего... э-э... "секретного ингредиента"… — Что со мной? — прокашлевшись сказал Стив. Язык заплетался и все тело было вялым. — Ты в обморок упал, — Эдди сразу погрустнел и продолжил гладил голову Харрингтона. — прости, я не предупредил о таком эффекте. Но если ты был сыт, то все должно было пройти легче… Лежащий только помотал головой в знак того, что он голоден. — Ну вот видишь, прости, должен был спросить… — Мансон посмотрел в открытые шторы палатки и задумался. — Ты как узнал что я проснулся? Я даже не пошевелился, — язык встал на свое место. Харрингтон опустил ноги с рюкзаков, чтобы они еще больше не затекли. — Я в спешке многое о себе не рассказал… — Слушаю. Оказывается, Эдди не просто только питается кровью, но и имеет много всяких приблуд. Например: его слух увеличился во много-много раз, поэтому он и узнал, что Харрингтон проснулся, ведь его сердце забилось быстрее, грудная клетка скрипела все чаще, а дыхание участилось. Еще он обладает тонким нюхом и зрением. Так же силы прибавилось, что он без труда смог бы поднять одной рукой Стива. Но одним он очень сильно отличался от вымышленных вампиров: он был живым. Ни как все в фильмах и сериалах. У него бьется сердце, бурчит кровь и легкие наполняются кислородом.  — А про «секретный ингредиент» рассказать не хочешь? — возмутился Харрингтон, ведь из-за него он в обморок и упал.  — А, точно, — вспомнил старший, — это так называемый «яд» в моих клыках, который ослабевает жертву, чтобы она далеко не убежала. — Эдди взглянул в ошарашенные глаза напротив и быстро добавил: — Не-не! Я это в книге вычитал, а на реальных людях почти никогда не использовал! — Ну, ты во многом превосходишь меня! — после недолгой паузы восхитился Стивен и скрестил руки на груди. — Но вот я одного не понимаю, почему ты сразу нам не сказал? — Наверно, боялся, — улыбнулся самой нежной и душераздирающей улыбкой на свете, как ему тогда показалось. — Боялся вас потерять, тебя потерять, Стиви. Но, вроде все обошлось, ведь ты спокойно лежишь у меня на бедрах и не шугаешься каждого движения. — Стив моментально сел, забыв про слабость, которая давно уже прошла. Мансон рассмеялся и, поставив руки назад, облокотился на них. — Стиви-Стиви, какой ты смешной, — эта фраза была сказана без малейшего высмеивания, а только легкая усмешка и чистая любовь. А этот «Стиви» сейчас сидел с красным лицом и пытался успокоится, поняв всю тупость происходящего. — Ладно, сладкий мой, сиди успокаивайся, я у костра буду. — потрепав по голове, он вышел из палатки и направился прямиком к потухшему костру. Харрингтону оставалась только громко выдохнуть и наконец измерить свой сахар в крови. Проколов себе палец иголкой, в миг из-за штор появился Мансон с поднятой бровью. — Ты что делаешь? Уже меня не хватает? — и подмигнул. Стив закатил глаза, снова покраснел и показал ланцет. — Я сахар измеряю, а то помру, — он демонстративно капнул эту каплю на полоску и посмотрел на экран. — «Пять с половиной», нормально, — он посмотрел на свой палец, из которого вышла еще одна капля крови, а потом на Эдди, который подозрительно пристально смотрит на нее. — ладно, можешь слизать, — и протянул руку. Кудрявый быстро приблизился и так же быстро слизал несчастную капельку, чмокнув этот же палец напоследок. — Обожаю тебя, сладкий! — и убежал обратно, облизываясь, ведь костер без присмотра оставлять нельзя.                                   *** (давайте представим, что после 4 сезона они ничего не делали и ничего не произошло с векной, потому что у меня мозг плавиться, когда я думаю о возможностях Эдди, и о том что он очень сильно мог бы помочь в борьбе с Генри, и что просто опустить этот факт я не могу, ведь это крайне тупо. Поэтому сделаем вид, что они победили в 4 сезоне. И никакого разлома в Хоукинсе нет) — Ребят, — дверь в подвал открылась с невероятной скоростью и оттуда вывалился запыхавшийся Стив, уже быстро бежавший по лестнице вниз. Все в подвале вопросительно на них посмотрели. — вам Эдди кое-что рассказать хочет! — парень остановился на последних ступенях и облокотился на перила. Но когда он попытался встать ровно, то его ноги подкосились и он, чертыхнувшись, чуть не упал с лестницы, но его одной рукой схватил Мансон и притянул к себе, обхватывая за талию, чтобы тот не навернулся снова. Харрингтон опять покраснел и отвернулся. — Для начала, — металлист приподнял друга, аккуратно спустился по лестнице вниз и так же аккуратно поставил на землю. — привет! Во-вторых, вы в курсе, что у него диабет? Все вопросительно повернулись уже на Стива, который в этот момент стоял сгорбившись и закрывал себе лицо одной рукой. — Стив! Черт, как давно? — возмутился Дастин и развел руками. — А он вампир! — начал парировать Стивен и указал пальцем на кудрявого рядом. Теперь все повернулись на Эдди, который виновато улыбнулся зубами, оголяя свои клыки. Дастин схватился за голову. — Эдди! Черт, как давно? — шепелявый подскочил и направился прямиком к другу, смотря ему в зубы. — С нашего с тобой концерта, Дасти, — и потрепал по голове. — Точнее, с того, что после него случилось. На Изнанке. — С изнанки? — Стив удивленно посмотрел на металлиста, который открыл рот, дабы их общий мелкий друг разглядел зубы получше. — Я тебе не рассказал? — Эдди нахмурил брови и посмотрел на Харрингтона, который все еще удивленно смотрел в ответ. — Ну, короче, меня там эти твари не просто покусали. Они меня чуть не разорвали. Я думал, что всё, конец. Но я очнулся. Уже другим. — На этом моменте все еще больше удивились. — Сила, чутьё, всё это... и вот это, — он постучал по клыку. — И да, теперь мне нужна кровь, чтобы жить. — Почему ты раньше нам не рассказал? — удивилась Макс, сложила руки на груди и нахмурилась. — Потому что боялся. Себя, вашей реакции... всего, — пожал плечами и облокотился на конец перила. — но теперь, видимо, пора. — Что такое диабет? — удивилась Оди. Для нее любое сложное или редкое слово было в новинку.  — Это болезнь, когда сахар в крови в нестабильном состоянии и его постоянно нужно контролировать, — Стив повернулся на Оди и тихо объяснил ей, но глаза девочки еще больше расширились.  — У нас сахар в крови?! То есть мы сладкие на вкус? — девочка смотрела то на Стива, то на Эдди, который улыбался во все тридцать два зуба.  — Еще какие, — обойдя Стива сзади, он оперся своими локтями на его плечи и положил голову на одно из них, делая наигранно влюбленный взгляд, хлопая ресничками и надувая губы, как маленькая девочка. — да, сладкий?  Харрингтон уже на ногах не держался. На нем повис фрик-вампир-Эдди, который только недавно его укусил, и у которого только недавно он лежал на бедрах. Сейчас на них смотрят почти все его друзья, а самый близкий из них еще не отошел от шока с новости про реального вампира, который умудрился еще и спасти Хоукинс от нашествия летучих мышей с изнанки. А в этот момент фрик-вампир-Эдди изображает поцелуйчики у него около шеи.  — А ты как узнал? — спросил Дастин, которого вообще ничего не смущает, ни поза, в которой щас находились его «кумиры», ни взгляды остальных, которые полны отвращения к таким мимимишностям, ни сама суть вопроса.  Мансон только молча оттянул шиворот Харрингтона, на шее которого еще красовались две аккуратные раны от клыков, так сладко оставленные самим металлистом.  Стив скоро упадет в обморок такими темпами.  С одной стороны - Мансон: с ним парень всегда замечал, что хочет больше прикосновений от него, или прикосновений к нему. Его улыбок и смеха, его придурковатых движений и придурковатого всего. С другой стороны - их друзья: они смотрели на их элитный флирт в упор, а некоторых уже чуть ли не стошнило от переизбытка нежностей. А ребята еще такие, что будут припоминать этот момент до конца его чертовой жизни. Стиву показалось, что он вот-вот потеряет сознание во второй раз за сутки. Голова закружилась, в висках застучало. Эдди мгновенно среагировал. Он подхватил Стива, аккуратно усадил на ближайший диван и присел перед ним на корточки. — Тебе воды принести? — Нет, спасибо, — Стив опустил голову, пытаясь отдышаться. — Что с ним? — встревожился Майк. — Он ещё не до конца восстановился после вчерашнего, — мягко, но твёрдо сказал Эдди, не отводя от Стива взгляда. — Ему нужно время и покой. Стив, давай я отвезу тебя домой? Стив лишь кивнул, уже не в силах бороться со слабостью. — Ладно, ребят, я его домой отправлю, отдохнуть, — Эдди легко поднял Стива, будто того и не было. — Пока… — прошептал Стив, и сознание снова поплыло.                                     *** Проснулся Харрингтон у себя дома на диване, прикрытый пледом.  За окном темнота, в которую они в принципе и пришли к Майку. Луна освящала пустую гостиную, наполняя свойственным для нее одиночеством.  Сев, он огляделся в поисках друга, который должен был сюда его привести. Но никого рядом не было. Завернувшись в плед, он увидел стакан с водой и лапшу быстрого приготовления у себя на столике. Кипятка в нем еще не было, поэтому остыть оно ни как не могло.  На душе стало как-то пусто. Опять он один в доме, как почти все свое подростковое время, когда родители то и делали, что уезжали, оставляя его одного со словами: «Не маленький уже, деньги мы оставили, пока!» и в путь в неизвестном направлении. Растроившись, он залпом выпил стакан воды и поставил на стол с громким стуком, пытаясь как-то привлечь хоть кого-то в доме. Но никто не пришел. Тогда, разозлившись, то ли на Эдди, то ли на родителей, то ли на самого себя, он поставил кипятится чайник и сел обратно на диван. — Прости, — послышалось где-то у двери, выводящую во двор. — Прости, Стив. Я тебя покалечил... Я видел, как ты смотрел на меня тогда, в лесу, полностью доверяя. А потом ты просто рухнул без сил. И я... я испугался. Не тебя. Себя. Того, что я могу с тобой сделать. Что я за монстр. — В дверном проеме стоял Эдди, его лицо было искажено страданием. — Ты чего там, холодно же, — Стивен почувствовал облегчение. Его гнев таял, уступая место пониманию и той же, знакомой боли одиночества. Эдди не вошёл. Он сделал шаг назад, на крыльцо. — Эдди, — Стив протянул к нему руку, но тот отпрянул, будто от огня. — Прости, — прошептал Эдди, и в его глазах мелькнула паника, та самая, что гонит зверя в ловушке. И прежде чем Стив успел что-то сказать, Эдди резко рванул с места и исчез в ночи, буквально растворившись в темноте со скоростью, недоступной человеку. — Эдди! — Стив выскочил на крыльцо, но во дворе было пусто и тихо. Только холодный ветер. — Чёрт… — прошипел он, захлопывая дверь. --- Чайник уже давно свистел, но Харрингтон просто молча на него смотрел, будто если подождать, то он сам перестанет свистеть. Будто если ничего не делать, то все проблемы сами уйдут. Будто если не обращать внимание, то проблема испариться…  Выключив огонь на плите, Стивен уселся на диван. Лицо его было абсолютно пустым, словно он прямо сейчас досмотрел сериал, или дочитал книгу, которая была его «смыслом жизни» на протяжении нескольких месяцев, или даже лет. То самое опустошение внутри не давало парню спокойно дышать.  Стакан, который давно опустошил сам же Харрингтон с треском полетел вниз. Осколки разлетелись на миллионы маленьких частиц, которые будет невозможно склеить обратно.  — Эдди, сукин ты сын! — парень смотрел на этот разбившийся стакан, который он сам же бросил на пол, и плакал. Без звука, просто горькие слезы текли по его щеке. Стивен не понимал, почему он плачет, не понимал, что он сделал не так, не понимал, почему человек, который так о нем бережно заботился, с которым они вместе спасли мир, который с ним ходил один на один в поход, который доверился и рассказал один из самых важных для него секретов просто взял и оставил его одного. Опять. Такое уже случалось. Ни с Мансоном, а с родителями. Они так же его оставили в первый раз, но прежде, чем уехать отвели его в парк развлечений, покупали ему все что захочет, а потом взяли и просто уехали на три недели в неизвестном направлении, оставив тринадцатилетнего подростка предоставленного себе самому. Да, деньги они дали, но в чем их смысл? Еда, вода - все, что нужно чтобы выжить, но не жить. Вернулись они так же неожиданно и холодно, как и уехали. «Привет, сын» - все что выронил отец при встрече, без эмоционально на него посмотрев.  — Не оставляй меня, — шептал Стив, — ты же сам просил не уходить! — тут уже начал переходить на крик. –  К чему эта забота тогда? Я твоя шлюха что ли? Поматросил и бросил? А!? А..? — Харрингтон вытер слезы и начал руками собирать осколки, найдя какой-то пакет около мусорки. Острые стекляшки  впивались ему в руку и резали кожу, но Стивен продолжил собирать их, не смотря ни на что. Боль казалось ему заслуженной, как будто во всех уходах близких из его жизни виноват сам же Стиви.  Стакан был успешно собран, замотан в пакет и выброшен в еще один такой же пакет. Лапша заварена, и съедена. Все произошло слишком незаметно, будто это делал не сам хозяин дома.  Спать вовсе не хотелось, но придется, ведь он пообещал Робин, что выйдет к концу похода. А пообещал, значит выполняй. Луна все так же светила из окна, а Стив все так же опустошенно ходил по дому, пока не дошел до своей комнаты и не лег на нее. Просто лег на спину прям на одеяло и плед.  Вскоре, после недолгих раздумий о жизни, Харрингтон наконец смог уснуть и расслабиться.  *** Стив пришел на работу опухший, с красными глазами и почти не причесанный.  — Воу, Стив, — когда Робин его увидела, то пошатнулась назад. — кто тебя так? дикие звери? или дикие люди?  Харрингтон просто сел на стул за стойкой и посмотрел на не разобранные кассеты, лежащие стопочкой друг на дружке.  — Стив, твою мать, — Бакли подскочила и аккуратно подняла его запястье, нервно рассматривая мелкие порезы и осколки торчащие из лодони, — ты что делал, Харрингтон?! Совсем чокнулся что ли? — девушка быстро метнулась в подсобку и принесла аптечку.  — Я могу тебе высказаться? — повернувшись на подругу, которая внимательно осматривала его руки и рылась в аптечке.  — Высказаться можешь, но сразу говорю, поддерживать я не умею! — Бакли нервно улыбнулась и придвинулась к другу. Приходят они раньше, чтобы успеть все подготовить, но сейчас эти двадцать минут они могут и пропустить.  — Начну с того, что Эдди - вампир, — и дальше все, как было.  Все переживания, боли, страхи, обиды и гнев: все вывалил Робин. А она только жалостливо на него смотрела, подмечая мелкие детали, и всячески пыталась помочь с порезами на руках.  — Во-первых, помни - я рядом. Не буду говорить, что навсегда, потому что мы все всё равно умрем, ну ладно, — девушка теребила кольца на руке. —Во-вторых, это не твоя вина. Если этот кудрявый придурок не может справиться со своими инстинктами и страхами — это его проблемы. Он сам себя наказал, потеряв тебя. И в-третьих, — она твёрдо посмотрела ему в глаза, — ты имеешь полное право орать и ненавидеть. — пошел он нахуй! — Робин вскочила и потащила его за собой, — давай, пошли его!  — Мы же в магазине! — Стив огляделся по сторонам, но никого, ведь они еще закрыты.  — Стив! Давай!  — Пошел нахуй! — парень просто громко сказал.  — Пошел нахуй! — еще раз выкрикивая эту фразу, она подпрыгнула на вместе.  — Пошел нахуй! — уже тоже кричал Стивен. — Пошел! Нахуй! — У-у-у! — завыла от переизбытка эмоций и энергии девушка. Вместе с ней завыл и Харрингтон.  Громко рассмеявшись, они уселись обратно на стулья, улыбаясь.  — Пошел нахуй, — уже шепотом проговорил парень, громко дыша.  — Туда его! — и тыкнула пальцем в двери, словно он в них стоял. — Если придет, отлупи пощечину за меня! И скажи: «Пошел нахуй!». — и кинула факи в воздух — Обязательно! — показав факи в небо вместе с подругой и наконец отдышавшись, он обнял ее. — Обожаю тебя… — И я тебя! — и крепко-крепко, насколько силы позволяли сжала друга. — Если что, они чеснока боятся и осиновых колов!  ***  Вернулся домой Стивен поздно, ведь весь день прогулял с Робин. Шатались где попало, но это настолько было искренне, что никакие слова им не нужны, они просто молча шагали вдоль улиц и магазинов.  Шел холодный ливень, который послужил единственной причиной, чтобы пойти домой. Насквозь мокрый и замерший брюнет переоделся в какие-то домашние штаны и уселся перед телевизором, залипая на какую-то тупую и откровенно не смешную телепередачу.  Тут раздался стук в дверь. — Да, твою ж мать, — выругавшись, он поднялся с дивана и медленно поплелся ко входу, — Кто в такой ливень гуляет? А, я. Ха-ха-ха! — и весело открыл дверь. Но как только он увидел, кто перед ним стоит, сразу окоченел. — Пошел нахуй! — ударив его ладонью по щеке, выдохнул он, хрипло и без крика. А потом, будто само его тело решило за разум, схватил Эдди за грудки и втащил в дом, прижимая к стене. В его голове стучало: "Он вернулся. Он вернулся. Он вернулся". — Это от Робин было, — проговорил Стив, всё ещё дрожа от адреналина и неотпущенной обиды. Его взгляд упал на повязки на своих руках. — Чего приперся? Крови моей захотелось, кровосос? — Что у тебя с руками? — Эдди, не обращая внимания на грубость, осторожно взял его за запястья. Его пальцы дрожали. – Да, ничего такого, — Харрингтон опустил свой взгляд на руки, медленно выдыхая. — так чего припёрся? — Вымаливать прощение, — голос Эдди был тихим, но в нём не было ни шутки, ни уклончивости. Он смотрел прямо на Стива. — Я вёл себя как последний трус. Я оставил тебя, потому что испугался силы того, что я к тебе чувствую. И того, что во мне живёт. Это не оправдание. Это причина. И я здесь, чтобы сказать, что я люблю тебя. Больше, чем боюсь. Стив молчал. В горле стоял ком. Этот дурацкий, театральный, искренний фрик-вампир говорил то, чего Стив не слышал, кажется, никогда в жизни. — Бей, обижайся сколько хочешь, я заслужил, но не заставляй меня уйти. Прошу, — Эдди аккуратно взял руки Стива. — Я люблю тебя, Стив Харрингтон..! И Стив не выдержал. Вся накопившаяся боль, злость и невысказанная тоска вылились во второй удар — уже не в лицо, а в грудь, слабый и беспомощный. — Вот это... от меня. За то, что заставил думать, что я снова один. А потом, не дав ни себе, ни Эдди опомниться, он схватил его за щеки и притянул в поцелуй. Не нежный, а яростный, отчаянный, полный соли от его же собственных слез и дождя с одежды Эдди. Это был не поцелуй примирения, а битва, захват, попытка доказать, что вот он - здесь, живой, и его не так-то просто спугнуть. Харрингтон зарылся в его обожаемые кудри руками и оттянул вверх, чтобы Мансон прервал поцелуй. Тот с звериным оскалом смотрел прямо ему в глаза.  — Еще раз так кинешь, клыки вырву! — и притянул обратно парня, у которого уже зубы дрожали от нетерпения.  Как бы странно это не смотрелось, но «хищником» в этом моменте оказался именно пострадавший. А сам «хищник» только улыбался ему в поцелуй, нежно проходясь руками по спине Харрингтона, у которого от этого прошлись мурашки..  — Что не впился в меня еще? — спросил Стивен, снимая с него его любимую жилетку и кожанку, бросая их на пол. Мансон взял его лицо и повернул на себя, чтобы смотреть глаза в глаза.  — Теперь, только тогда, когда я буду точно уверен, что тебе не станет плохо после этого, и если ты реально захочешь! — парень медленно положил руки ему на плечи и так же медленно водил ими туда-сюда.  — Хорошо, — Харрингтон опустил взгляд на его промокший лонгслив. —  спасибо, и замерзнешь же щас! — он начал с него его снимать, а другой помогал, как мог.   — С тобой всё что угодно, хоть закоченеть от холода! — подхватив парня и подняв его над землей, пошел в гостиную. Плюхнув на диван накаченное тело, он стоял перед ним, быстро дыша и оглядывая его с ног до головы. Руки сжались в кулак. — Почему ты меня еще не трахнул? — игриво сказал Стив, садясь на диван с ногами. Рассматривать тату Эдди было одним удовольствием, словно это какая-то интимная часть парня, которую видел только он. Теперь татуировка с летучими мышами казалась ему куда логичней. — Только с твоего позволения, сладкий! — Позволяю! — Мансон тут же поцеловал его, жадно прикусывая чужие губы. Сдержаться было крайне трудно, но он пытается из-за всех сил.  Стив, хихикнув в губы от такой власти, лапает его за все что можно и все что нельзя. Тем временем, Эдди уже спускался жаркими, мокрыми поцелуями вниз и стягивал с него штаны вместе с боксерами. Стивен, всем своим видом показывал, что уже готов.   — Стиви, — между вдохами проговорил кудрявый, убирая свои волосы за ухо. Харрингтон посмотрел на него, убирая его вторую сторону волос на уши.  — если что, бей, — сказав эту фразу, парень нежно опускает руку к ляжке, сжимая ее. С самого похода он мечтал сжать эти бедра, как только его нога приземлилась между ними. Он не хотел отлипать от Стивена ни на секунду.  Эдди жадно осматривает все тело Харрингтона, громко и быстро дыша. Сейчас перед ним предстоял полностью уязвимый человек, обладающий самой вкусной кровью, которую он только знал и хотеть выпить хотя бы пару глоточков было у него в крови, но этого сейчас делать нельзя, ведь если он его укусит, то Стивен будет вялый и слабый, чтобы после этого заниматься сексом, поэтому Мансон только проглотил слюну, продолжая дышать ртом.  Рука кудрявого подбиралась все ближе к пломбе мужественности, которая заметно напряглась.  — Сладкий мой, — второй рукой он, потрепав по голове, взял лицо ладонью, нежно поворачивая на себя. В глазах пассива видно игривость, страх, желание и поиск доверия в лице Эдди, которому стало жалко парня и он поцеловал его в губы, давая понять, что Стив не один. — ты первый раз, да?  — Теряю анальную девственность? — отшучивался тот, но посмотрев вниз, он поджал губы и кивнул, снова поднимая взгляд.  — Во-первых, — Мансон опустил руку на живот Харрингтона. — расслабься! Во-вторых, — металлист взял свои два пальца и медленно засунул их себе в рот, облизывая, и так же медленно доставая и причмокивая, он опустил руку вниз, нащупывая кольцо из мышц. — доверься!  Стив сдавленно простонал, хватаясь за края дивана. Он никогда не думал, что будет подставляться под Эдди-фрика-Мансона и так желать этого, но сейчас это не имело значение. Щенячьи глазки внимательно смотрели на его лицо, чтобы увидеть, как оно меняться и распознать ощущения, а то не дай Бог его сладкому будет больно. Но вроде все было даже хорошо, ведь Харрингтон в какой-то момент стал сам двигать бердами, желая большего.  В оборот пошло три пальца. Бывший король школы задрал голову и зажмурился так, что расплывчатые узоры чего-то похожего на бензин стали появляться перед глазами.  — Все нормально? — обеспокоено раздалось снизу.  — Более чем, — проскрипел сквозь зубы Стив и посмотрел ему в глаза.  — Если что…  — Бей, я помню, кровосос, — потрепав по голове, парень улыбнулся и выдохнул, оставив руку на голове. — войди ты в меня уже… Или я тебя реально ударю! Мансон хищно улыбнулся, словно он смог сделать такое, кто ещё никогда не делал. Хотя, Стива Харрингтона, молящего Эдди Мансона в него войти как раз можно отнести под это описание. Облизнувшись, парень начал расстегивать свою ширинку, не отрывая взгляда от нижней части своего «друга». Эдди в какой-то момент даже показалось, что это все влажный сон, или  самая желанная галлюцинация, и он ущипнул себя за руку, ожидая своей реакции, но на него только возмущенно посмотрели снизу и хихикнули, проговорив:  — Мне тоже кажется, что это всё сон, — и так же ущипнул себя, демонстративно делая вид, что пытается просунуть руку насквозь в бедро Мансона, словно через призрака. Эдди закатил глаза, улыбаясь, как влюбленный дурак. Но он таким и является, поэтому скрывать нечего.  Сняв, наконец-то, с себя рванные джинсы(детка, ты любишь рванные джинсы. О-о-о-о-о очень рванные джинсы), припустил боксеры. На Стива чуть ли не в упор смотрел член Мансона, который казался нереально огромным, и, как думалось Стивену, физически не сможет в него пролезть.  — Не бойся, — растерев предэякулят по всей длине, сказал Эдди, — я нежно. — Смотри мне, — пригрозил пассив, — а то врежу хорошенько! — метталист притянул к себе таз, устроив его поудобнее на подушках, и прильнул всем телом, снова целуя в губы.  Харрингтон нервно рыскал ладонью в поисках руки Мансона. Плед, которым укрыли диван ещё до рождения Стива, был смят под двумя разгоряченными телами. Мама, когда покупала его, никогда бы не подумала, что на этом самом пледе в красно-белый квадратик ее будущий сын будет умолять изгоя школы, который оказался ещё и вампиром, войти в него.  Красная головка уперлась в горячий и растянутый круглешок розовых мышц, чуть-чуть надавливая. Бывший король школы громко выдохнул, наконец нащупав руку рокера и сжимая ее.  Толика сомнения закралась в подсознании Стивена. Это казалось все неправильным и слишком быстрым. «Я же не должен был его так быстро прощать» пролетела мысль. «Я, как какая-то самая страшная шлюха. Даю первому кто захочет», «Я то влюбился, а он может нет и использует, как сосуд с кровью», «А если он меня обманул, и он меня не любит?»… — Стиви, — из транса его вырвал мужской баритон сверху. Эдди обеспокоено смотрел в карие глаза напротив. — ты уверен?  — Да, — уверено сказал Харрингтон, но Эдди разочаровано выдохнул и сжал руку Стивена сильнее.  — У тебя пульс повысился, сладкий, — поджал губы и второй рукой повернул подбородок младшего.  — Ты меня правда любишь? — а Мансон лишь улыбнулся и провел рукой по скуле, убирая с лица упавшие пряди волос.  — Уже как пять месяцев, — Эдди медленно вдохнул, прикрывая глаза. — а ты меня любишь?  Харрингтон сделал наиграно задумчивое лицо и приложил палец к нижней губе. Но тут он положил его руку со своего лица на грудь.  — Нет, — твердо сказал Стив, видя, как появляется улыбка на лице старшего, который резко притянул его к себе и страстно поцеловал.  Все запутанные и пугающие мысли вмиг растворились, словно листья на ветру.  — Теперь ты уверен? — переспросил Мансон, выжидающе смотря.  — Да, теперь - да! — Эдди громко вдохнув, взял свой член и аккуратно начал входить. Жаркий орган медленно продвигался внутрь, заставляя Харрингтона зажмуриться и ещё сильнее сжать руку парня.  — Расслабься, пожалуйста, — метталист поцеловал того ещё раз в губы, отвлекая от неприятных ощущений. Длинный язык проходился по небу, жадно вылизывая всю полость рта. Харрингтон так же жарко ответил на поцелуй и схватился за кудри актива.  Почувствовав, что парень расслабляется, Мансон зашел ещё глубже, но через пару секунд остановился. Вопросительный взгляд рокера устремился прямо на лицо бывшего короля школы, которое выражало лишь большое желание и глубокое доверие. После короткого кивка головой, парень продолжил свой незамысловатый путь внутрь возлюбленного.  — Ты не кончаешься, — прошептал сквозь зубы Стивен, кратко усмехаясь.  — Еще, как минимум, пару минут не планирую! — так же с усмешкой ответил другой.  — А ты самоуверенный! — Нет, просто реалист.  Передразнивали друг друга, будто бы они не были самыми дорогими людьми друг другу.  Спустя несколько секунд, Стив кивнул головой, и Мансон начал двигаться. Сначала аккуратно и медленно, далее ускорил темп, а потом двигался так, будто у него сейчас олимпийские игры «кто быстрее трахнет Стива Харрингтона». Громкие стоны разливались по всему дому. — Оу, Эдс! — первое что услышал Мансон, когда притянул его чуть-чуть ближе. Парень выгнулся настолько, что у него все ребра выпирали. — Эт… э… — Кажется, нащупал, — оскалился Эдди своей фирменной улыбкой и начал «бить» именно туда. Раз за разом из младшего вылетали всевозможные стоны и хрипы, которые ещё больше заводили и так слишком разгоряченного металлиста. — Стиви, — между ударами обратился Мансон. — ты и правда идеален… — губы медленно поползи от начала плеч до самого уха по телу Стива, чуть прикусывая кожу почти во всех местах.  — Я б, — его перебивали громкие хлопки и такие же громкие ощущения. — ответил, — Эдди было слишком много, чтобы с уметь сформулировать даже простое предложение. — да, занят.  — Ничего, мне и твои стоны по душе, — актив будто над ним издевается.  — Эдс, Эдс, Эдс, — быстро начал тараторить Стивен, — я щас, щас…, — его возгласы прервали горячие и опухшие от поцелуев губы, которые жадно хватали не только рот, но и воздух.  Мансон без слов вытащил свой агрегат и, прижимая его к другому, быстро схватил их одной рукой и подрочил. Сперма феерично вытекла из обоих органов почти одновременно. Горячая белая жидкость попала на живот, грудь, и даже чуть-чуть на лицо.  Харрингтон обмяк, наконец-то разжимая волосы Мансона, и мимоходом вытер эту субстанцию с лица.  Эдди быстро метнулся на кухню за салфетками и вытер с них это белое недоразумение. Когда с этим было покончено, парень упал на него, утыкаясь лицом в его желанную шею.  — Твою мать… — прервал недолгую паузу Стивен. Сейчас его голос звучит иначе, более дрожащим и сдавленным, в отличие от его реального.  — Вот чего я так долго желал, — пробормотал старший, придираясь все ближе, ведь участки кожи, с которыми был разорван контакт, стали быстро охлаждаться и замерзать.  — Ты тяжелый, вообще-то, — пихнув Мансона в плечо, Харрингтон лег на бок и прижался ближе к другому. — так, мы теперь встречаемся?  — Само собой!  *** — Стиви, как вчерашний день? Не заболел? — Робин подбежала, обнимая парня. — Стой, — но тут же отодвинулась. — это не твои духи! Стив! — возмущено приговорила девушка, принюхиваясь больше. — Стив! Нет! Они мужские! Стив! — тот только пожал плечами, довольно улыбаясь. — Ты переспал с ним! Стив!  — Он пришел в дождь, я, конечно, — начал оправдываться парень, снимая кепку и очки. — послал его, но потом он начал молить о прощении и признался мне в любви. Тогда я и понял что люблю его. Ну там само завертелось, я даже не понял… — Харрингтон посмотрел на стул, и поджал губы, боясь садиться на него. — Робин, мы теперь пара!  — Стиви! — радостно провозгласила Бакли, кидаясь к нему на шею. — Ты наконец-то кого-то нашел! Спустя столько времени! — истерически смеялась подруга, пока тот только шипел от внезапного прикосновения к шее и закатывал глаза.