(Не)управляемый

- Слав, что за хуйня? Вроде глаза открыл, а перед лицом тёмное полотно. Ещё пару раз медленно моргнул и уже видно размытое лицо Ванечки. Встревоженный, взъерошенный, захотелось шуточно его погладить и похвалить, ой, как переживает за товарища. Но хватит пидоросни с него. - Живой? - откуда-то сзади вылез Андрей. - Конечно, куда он денется! - А можно потише? Голова трещит... - промычал Слава, прикладывая для этого максимальные усилия. - Я тебе щас дам потише! А Ваня горланил, как разъярённая мать, когда в 15 лет впервые пьяным домой пришёл. В принципе, ситуации идентичны. Замай помог встать, посадил на кровать, принёс воды. Славка увидел открытую бутылку водки, которую, видимо, он ночью уронил и весь алкоголь растёкся по комнате. Стоял смердящий запах дешёвого спирта. Слава поморщился, насколько позволяли силы, глотнул воды и завалился спать. На фоне продолжал верещать Ваня («Ну что он за хуйню натворил, а?»), его умиротворённым голосом успокаивал Андрей и помогал драить хату («Завтра уже узнаешь, дай человеку хоть проспаться, видно же, что хуёво ему.»). Карелин проснулся, когда за окном уже темнело. Он не совсем понимал, какой сегодня день, сколько он спал, что произошло. Главное, что отвратительный запах вместе со стеклянной бутылкой был утилизирован. Он зашаркал ногами по квартире, стыдливо посмотрел на Ваню. Тот сидел за ноутом на кухне, поджав на табурете одно колено под себя. Он посмотрел на друга абсолютно нейтрально, а потом его лицо резко исказилось от злости, и Славка приготовился получать шквал претензий в свой адрес. Но не получил. Светло опять успокоился: - Слав, чё произошло? Машнов завалился на соседнюю табуретку. - Я произошёл. Ванёк, какой же я долбаёб! У Вани на лице расплылась странная эмоция, он выдавил из себя «Всмысле, дядь?». - Я такой хуйни натворил, за жизнь не разгребу, - преувеличивал, конечно, - Но я не могу тебе пока рассказать. Да вообще никому. Я себя убить готов сейчас, я не знаю, что мне делать... - Маме что-то наговорил? - Нет, - он отмахнулся рукой , - Это пиздец. - Слав, я вчера заметил, что тебя нет к часам трём ночи, названивал, а абонент не абонент. Полетел домой, Замая с собой в панике подхватил. Пришёл, а ты как труп, думал, передознул чего, собирался в скорую звонить. Меня Андрей успокоил, сказал, что ты перепил просто и дышишь. Всё норм, типа. А мне вообще не норм, я вокруг тебя носился, думал сдохнешь... - Правда так переживал за меня..? Совесть впилась в грудь, Славка зачесал затылок. - Мы пол потом оттирали ещё. Я весь... Вот, последнее, что я хотел после тусовки, это твоё тело из квартиры вытаскивать. - Но сейчас всё хорошо, просто водка палёная, перемёрз и перепил. - Слава, вообще не хорошо! - Прости. Но я жив и здоров, только жрать хочу. - Что произошло? Карелин замолчал. Не было сил ни врать, ни оправдываться. А посвящать Ваню в их передрягу с Окси тем более не хотелось. - Серьёзно, у меня башка по швам, давай не сейчас... - Я, блять, думал, ты уже сдох или сдохнешь на моих руках. А ты говоришь «не сейчас»? Как хочешь мужик, отдыхай в кайф. Ваня подобрал ноутбук, ушёл в комнату, хлопнул дверью. Славка остался наедине со своими мыслями. Он помял собственное лицо до белой кожи и стукнул лбом об кухонный стол. Из кружки плеснул Ванин чай. Пришлось искать тряпку, под руку попалась только своя поношенная футболка. Её уже мокрую он закинул в стирку. В голове был монотонный идиотский стук. Славка не сможет ни уснуть, ни поесть, пока не покопается в своей голове. Ещё надо извиниться перед Ваньком, тот перепугался. «Слав, ты, видимо, педик» - пронёсся голос, как из-за спины. Нет, девочки ему всегда нравились. Он встречался, спал с ними. Они вкусно пахнут, у них нежная кожа и мягкие волосы. За ними приятно ухаживать, заниматься сексом. Надо было просто переспать с той чёрненькой на тусовке, а не сосаться с Окси. Мирон, он... грубый, серьёзный и стойкий, он зачем-то терпит Славку, и когда он лизаться лезет, и когда шкодничает в его же доме. Не отталкивает, скорее придерживает его пылкость, «бойкость и ласковость». И целовать его не было неприятно. Под таблеточками так вообще кайф. Странно, удивительно и необычно, но не мерзко. Сосаться с Мироном немерзко, мерзко быть пидором, который так приподает к мужикам. Славка себя почувствовал грязным, отвратительным. Им овладевала мутная похоть. Он встал под душ, всё еще только холодный, обтёрся, посмотрел на себя в зеркало. Нормальный же был парень, всё у него было как у людей. Надо же было сейчас так с ума сойти. Наверное, крыша уже протекает. Машнов плюхнулся в кровать. Накрылся с головой тонкой простынёй. Мирон, Мирон, Мирон. Блядский Мирон. Под ложечкой чесалось его ещё раз... хотя бы прикоснуться. Да, Славян, ты, наверное, слишком долго воздерживался. Подрочить и всё пройдёт. Он включил на телефоне порно, русское и жёсткое. Девка там крикляво стонала. Мужик её за волосы схватил. Славка зажмурился. В голове картина: Мирон его за волосы то на себя тянет, то оттягивает, а он сам почему-то перед ним на коленях стоит. Внутри полыхнуло. Он поводил рукой по члену. Ещё чуть-чуть и разрядка. Девка бессмысленно кричала на фоне. Он даже глаза не раскрывал. Не понял сам, как кончил от одних мыслей. Мыслей о Мироне. Пиздец. У Славы наступил траур. Повезло салфеткам оказаться рядом, вытер руки и член, дошёл до кухни и закинул в урну. Закурил в открытое окно. Стало холодно. После дрочки, конечно, лучше, но не на душе. Он старался заткнуть голос в своей голове, больше не оправдывать себя, но и дерьмом не поливать. И так настроение хуйня. Слава уверен - пройдёт время, он перетерпит эту хуйню, переспит с девчонкой, вернётся к своей прежней жизни. Просто это была странная вспышка тела и похоти, ни больше, ни меньше. Он остаётся мужиком, его никто не опускал. Но теперь хранит на одну тайну больше. Ото всех. *** На следующий день лучше не стало. Погода была подстать настроению. Темно и тучно. Ванёк проснулся рано, собирался тихо, видимо, тоже не особо рад этому утру. Слава вышел из спальни, Светло в него врезался лбом, посмотрел и нырнул в комнату за рюкзаком, в проходе стоял сонный Славка: - Слушай, прости, я хуйни наговорил. - Я уже остыл, всё норм. Он стал быстро одеваться, беспомощно сувал ноги в тугие пыльные кроссовки. - Обиды не держи, я тебе расскажу однажды, но не сейчас... - Слав, я не знаю, что у тебя случилось, но вижу, что хуйня. Я ещё вчера залупаться перестал. Ванечка выбежал, даже не захлопнув за собой дверь. И как след простыл. Дышать стало свободнее, хоть друг от него не отвернулся. Хотя, если узнает причину тряски, вполне реально может и отвернуться. В Хабаровске пидоров избивали и опускали. От одного глупого слуха могла сломаться чья-то жизнь. Когда Славка был в своём выпускном классе и готовился к ГИА, среди компашки на год младше пошёл слушок про одного мальчика. Паша Злотоусов. Он был по-больному худым, вечно с грязными короткими волосами без причёски и в подранной форме. Слава никогда не видел ни его взгляда, ни его улыбки. Он ходил по школе бесшумно, средне учился, прятался на переменах по туалетам. Кажется, семья у него была неблагополучная, денег на еду и одежду не было. Карелин лично наблюдал за тем, как его пиздили ногами в живот во дворе. Он тогда тяжело встал и захромал домой. Ничего не выражал, не пытался дать сдачи, не жаловался никому. Он целый год впитывал издёвки, и так его и изжили. В августе того года стало известно, что он повесился в заброшке рядом с домом. Шум вокруг этой ситуации стоял на весь город, но администрация школы смогла как-то уладить вопрос. Был Пашка, и нет его больше. Ничего не значил, ни к чему не стремился, только землю топтал. И так и исчез от чьей-то злой шутки. И Слава чувствовал себя в какой-то степени Пашкой. Сил противиться судьбе не было, а все попытки найти своё место, хвататься за любые возможности глупы. Он отвратительный и грязный, он унесёт эту тайну в могилу.