Святой Валентин

Долетев до детского дома имени *** – побитого временем здания, пропитанного детской грустью, — Валентин сбавил скорость. Они привычно юркнули в открытое окно чердака, где их уже преданно ждали. Оказавшись внутри, Джим едва не растянулся на чьей-то кроватке, но Валентин вовремя его подхватил. На шум тут же подскочила малышня, радостной толпой облепляя лохматого друга. — Дядя Валентин пришел! Ура-ура! — кричали они в один голос. Вал тут же присел, утопая в детских объятиях. Джим же стоял чуть поодаль, наблюдая. Старый диктофон приятно шуршал, однако чувство, что он здесь лишний, кололо изнутри. Дети тут же начали просить прочесть им сказку. — Давай про медведей! — кричал беззубый рыжик. — Нет! Лучше про «Маленького принца»! — спорила девочка с веснушками. — Так, разбойники, давайте я прочту вам народную классику – «Великолепный мистер Лис». Очень новая книга и очень… молодежная.— Какой-то ребенок тут же принес ему нужную книгу с картинками, и они уселись в круг. Крампус только собирался начать читать, подстраивая голос, как вдруг заметил, что одна кроватка всё еще не опустела. На ней лежал плотный комок из одеяла – кто-то очень маленький, нуждающийся в помощи. — Это Арти, он тут новенький, — сказал самый старший подросток, заметив взгляд Крампуса. В воздухе витал едва уловимый запах железа, и Валентин счел своим долгом проверить, в чем дело. — Эй, а как же книжка?! — завопили дети. — Сейчас, сейчас. Эй, студент, будь полезен: прочти ребятне книгу и конфетки раздай. Каждому! — Я не уверен, что… — Джим, который в этот момент с некой опаской поглядывал на свой телефон с пятью пропущенными (он предусмотрительно захватил его, мало ли что), слегка замешкался. Но все его сомнения пропали, когда дети буквально сбили его с ног, требуя истории. Студент читал отлично и умел менять голоса, так что дети даже не заметили разницы, быстро жуя конфеты и грызя леденцы. Крампус подошел к свертку и осторожно развернул его. Там оказался очень бледный мальчик лет семи с карими глазами и курносым носом. Арти отчаянно попытался завернуться снова, но Вал не позволил. — Эй, приятель, у нас сейчас сеанс ролевого чтения, не хочешь присоединиться? — спросил он вежливо. Мальчик покачал головой. Валентин помнил, что было сказано в списке непослушных детей: «Живодер, сбросил кота с третьего этажа». Но он специально не подавал виду, желая услышать всё из первых уст. — Они меня не любят… — всхлипнул Арти. — Кто? Дети? Да они тут всех любят, ради Бога.— — Они… они думают, что я монстр… папа отдал меня в детский дом из-за кота…— — Из-за кота?— — Да, кот… он меня ненавидел… Он постоянно кусал меня и порвал мой рисунок, а папа слишком его любил. Кот кинулся на меня как бешеный!! Я просто хотел, чтобы он прекратил, и… выкинул его в окно.— Арти заплакал. Он чувствовал всю тяжесть вины за агрессивное животное. Кот-то выжил, а ребенок получил травму. — Я так понимаю, котик был слишком территориальным.— мягко проговорил Вал. — Мгм, — Арти приподнялся и показал Валентину свои руки под пижамой. Они были все в продольных царапинах и волдырях от зубов. Они наверняка ужасно болели. Мальчика буквально пытались загрызть. Но, разумеется, составители списков Николая никогда не проверяют истоки плохого поведения…  — Я понимаю, каково это – носить шрамы, которые никто не видит. Ты не виноват в этом. Виноваты только кот и невнимательность взрослых. Но у меня есть кое-что, что поднимет тебе настроение.— Вал протянул Арти плюшевого мишку, подаренного ему эльфом. Мальчик неверующим жестом коснулся игрушки и крепко прижал её к себе. Валентин ласково боднул его в плечо, так козлята проявляют привязанность. Арти тут же прыгнул в его объятия, хватаясь за сильную шею. Крампус отнёс его к остальным ребятам, слушавшим историю студента, который уже изрядно вошел в роль. — Так, папа вернулся на рабочее место, студент – отходим, — произнес Крампус и шутливо оттолкнул Джима. Тому это показалось грубым. Историк отошел к стене и надулся, будто его только что лишили премии. Вал продолжил читать детям, которые еще не заснули, но в этот момент маленький Арти, поймав грустный взгляд Джима, пододвинулся к Валу и тихо шепнул что-то на ухо. Крампус выдохнул, потирая переносицу. Историк действительно выглядел расстроенным и даже демонстративно отвернулся, когда Вал на него посмотрел. Тогда Валентин, переступив через свою гордость сказал:  — Джим, что ты там стоишь, как сирота неприкаянная? Тебе не интересно, что будет дальше? —  Студент вздрогнул и повернулся. Несколько детей отодвинулись от Вала, освобождая Джиму местечко. Историк быстро и на этот раз с улыбкой посеменил к ним и присел рядом. На него тут же завалились несколько уставших голов, которые он бережно поддерживал. Валентин бросил быстрый взгляд и, увидев, что лицо студента вновь окрасилось мягким румянцем, продолжил чтение. Это была ночь, когда каждый чувствовал себя важным…