Святой Валентин

Дети засыпали, книга кончалась, и Джим уже бережно разносил самых легкий малышей по кроватям. Но идиллию прервали шаги: в дверях выросли двое – женщина с волосами и без бороды и бородатый мужчина без волос. Новые воспитательница и охранник не верили в чудо и уж точно не ожидали увидеть здесь рогатое существо. — Вы что тут забыли?! Я сейчас полицию вызову! — паниковала воспитательница, пока охранник, грузный мужчина в форме, уже двигался в сторону Джима и Валентина с тяжелым мощным фонарем. — Эй, эй! Мы –  хорошие! Мы детей ваших развлекали, и вообще! Я чемпион по боксу! — Джим загородил собой Вала и хотел было противостоять охраннику, но тот скрутил его так быстро, что студент и пикнуть не успел, лишь побеждено свалился на пол. Валентин, хоть и заметил людей, не успел среагировать. Несмотря на попытки детей преградить путь охраннику, тот ударил козлика прямо по месту, где некогда рос рог. В секунду всё перед глазами потемнело. Лапы стали ватными, и Валентин, не устояв, рухнул на пол. В голове всплыли воспоминания: боль, пила, холод, кнут.  Самые страшные слова в его жизни навалились на беззащитного Вала в одно мгновение. Это был настоящий припадок. Он бился о пол, его глаз закатился, а из пасти вырывалось короткое и очень жалобное: «М-е-е...». Его копыта скребли по полу, будто желая убежать от эмоций, но ничего не выходило. Джим тут же наступил охраннику на ногу и практически проскользил к напарнику. Мужчина хотел было вновь поймать их, но подростки и карапузы буквально выстроились живым щитом, защищая собой Вала. — Вы что! Он же опасен! — кричала женщина. — Валентин читает нам сказки! Он самый лучший! Он любит нас! — ответили хором дети. Охранник попытался оттащить ребят, но те стояли стеной. Прежде забитые, сейчас малыши выглядели настоящими бойцами. Поняв, что перегнули палку, взрослые отступили. Они еще обязательно вышвырнут посторонних, но это будет позже… Историк действовал аккуратно, но уверенно. Его детство на ферме не прошло даром: старшая сестра учила его успокаивать козлят во время грозы. Он поднял голову Валентина, чтобы тот не нанес себе повреждений, крепко прижимая его к себе. — Вал, это я, это студент! Твой Джим. Ты в безопасности, я тебя в обиду не дам. Что такого... Ой…— Студент случайно сдвинул шапку Валентина. Пустая глазница под ней будто светилась, а на спиленном роге был совсем маленький скол, но даже он был для нервов Валентина, как катастрофа внеземного масштаба. Джим сглотнул, но не перестал шептать успокаивающие слова, поддерживая легкое тельце Вала, пока тот едва заметно сжимал зубами краюшек его яркого шарфа… Через пару минут взгляд Вала начал проясняться. Копыта перестали скрести по полу, а дыхание, хоть и оставалось прерывистым, явно выровнялось. Валентин пришел в себя, и первое, что он увидел, –обеспокоенное лицо историка. — Я… я не животное, — тихо сказал Крампус, скорее пытаясь убедить самого себя.  Студент вначале не понял, но после будто сам почувствовал этот страх. Страх стать животным, страх потерять всё то, что делало козлика ближе к людям. Валентин боялся блеять, боялся, что если ему будут чесать за ушком, то сразу же запрягут в упряжку. Николай всегда говорил: «Не можешь ходить на двух ногах – значит, будешь есть сено».  Каждый раз Валентин ломал себя, пытаясь встать, но сейчас, в окружении любящей малышни и доброго студента, он мог спокойно прийти в себя.  — Ты не животное, Вал. Ты мой друг, — произнес студент, мягко погладив его потеплевший мех...