Улыбка под прицелом гения

Утро выдалось хмурым. Джон с самого рассвета метался по зданию: заглядывал в тускло освещённые лаборатории с их стерильной тишиной, пробирался сквозь вечную суету офиса, обшаривал один за другим кабинеты — но Саймона нигде не было. С каждой минутой раздражение нарастало. В голове вертелось: «Будто все специально выводят из себя». Он резко распахнул дверь очередной комнаты, окинул её беглым взглядом — пусто. С силой захлопнул, не обращая внимания на вопросительные взгляды коллег. В своей лаборатории, обычно такой уютной и располагающей к работе, Джон чувствовал лишь глухое недовольство. Стены, обычно дарившие ощущение покоя, сегодня словно давили. Он с явным отвращением разложил перед собой документы, которые успели принести за утро, и только собрался углубиться в чтение, как заметил на краю стола сложенный листок. Развернув записку, он пробежал глазами знакомые строчки: *«Джон, я уехал. Через два дня вернусь не с пустыми руками. И не забывай, что работа — это хорошо, но здоровье важнее. Саймон Солус»*. — Ха, так вот что оказывается, — процедил Джон, скомкав записку в руке. Он резко опустился в кресло, достал телефон и заказал еду — работать всё равно не получалось. День тянулся монотонно, сливаясь в серую череду бумаг и звонков. И только Молли не давала ему погрузиться в это однообразие полностью. Она то и дело появлялась в дверях лаборатории с очередным предлогом: то якобы нужно обсудить рабочий вопрос, то «случайно» принесла нужные документы, то просто спрашивала, не нуждается ли он в чём‑то. Её зелёные глаза светились искренним желанием помочь, светлые волосы, подстриженные под каре, аккуратно обрамляли лицо. Жёлтая в полоску кофта под лабораторным халатом и простые брюки делали её облик по‑домашнему уютным — но Джон лишь хмурился при её появлении. Он прекрасно знал о её чувствах, и это лишь усиливало его раздражение. Каждый её визит воспринимался как навязчивое вторжение в его личное пространство. Она снова заглянула в лабораторию, на этот раз с чашкой чая в руках: — Джон, может, сделаете перерыв? Чай поможет взбодриться. Он лишь бросил короткий взгляд в её сторону и отвернулся к монитору: — Не нужно. Молли тихо поставила чашку на край стола и так же тихо вышла, оставив его наедине с ворохом бумаг и тяжёлыми мыслями.Джон вздрогнул от пронзительного рингтона — звонила Саша. Он мельком взглянул на экран телефона, и вопреки собственной воле на лице промелькнула тень облегчения. С какой-то почти детской надеждой он принял звонок. Из динамика донёсся мелодичный, чуть игривый голос сестры. На другом конце провода Саша, как всегда, выглядела безупречно: короткие рыжевато-каштановые волосы с золотистыми прядями обрамляли её лицо, искрящиеся энергией глаза будто заглядывали прямо в душу через телефонную трубку. Светлый тренч с меховой отделкой подчёркивал её утончённость, а чёрная водолазка создавала стильный контраст. На шее поблёскивало изящное золотое колье, а на голове — светлый берет, придающий образу нотку богемной небрежности. — Джон! Привет! Мы так давно не созванивались… А, кстати, я услышала, что Саймон Солус уехал. Ты там ещё ничего не разнёс? — голос Саши звучал так беззаботно, будто она обсуждала последние модные тренды, а не потенциальный разгром лаборатории. Джон не смог сдержать лёгкого фырканья, но уголки губ предательски дрогнули в полуулыбке. Он окинул взглядом своё рабочее место — идеальный порядок, если не считать пары разбросанных заметок и пустого контейнера из-под обеда. — Нет, Саша, всё цело. Пока что, — ответил он сдержанно, отодвигая в сторону мусор, оставшийся после утренней трапезы. — Саймон уехал по рабочим вопросам. Вернётся через пару дней. — Ох, Джон, знаешь… — Саша на мгновение замолчала, будто подбирая слова. Её голос стал чуть серьёзнее. — Я просто переживаю. Ты ведь… довольно вспыльчивый. А когда Саймона нет рядом, ты будто теряешь последнюю опору. Джон закатил глаза, но тут же спохватился — сестра наверняка уловит этот жест по тону голоса. — Я не теряю опору, я просто работаю. И вполне способен контролировать эмоции, — произнёс он чуть резче, чем хотел. — Конечно-конечно, — голос Саши стал ещё более озорным, будто она разгадала его мысли. — Только не забывай, что работа — это хорошо, но здоровье важнее. Кстати, ты вообще ел сегодня, а то скоро вечер? Джон замер. Перед глазами всплыла картина утра: Молли с её жёлтой в полоску кофтой и заботливо принесённым чаем, который он с раздражением вылил. После обеда он так погрузился в работу, что даже не подумал перекусить. — Ел, — коротко ответил он, стараясь не выдать своё замешательство. — Не волнуйся. — Ну-ну, — протянула Саша с явным скепсисом. — Я же знаю тебя, Джон. Ты можешь сутками сидеть над экспериментами, забывая обо всём на свете. А потом удивляешься, почему чувствуешь себя как выжатый лимон. Джон устало провёл рукой по лицу, чувствуя, как напряжение дня даёт о себе знать. — Я в порядке, правда. Просто много работы, — произнёс он чуть мягче. — Ладно, — голос Саши смягчился. — Но если вдруг понадобится помощь или просто захочется выговориться — звони, хорошо? Я всегда на связи. Джон помолчал несколько секунд, а потом негромко ответил: — Хорошо. Спасибо, Саша. В трубке послышался её звонкий смех: — Вот видишь, не так уж сложно признать, что старшая сестра иногда права! Люблю тебя, братик. Не забывай отдыхать! — Угу, — буркнул Джон, но в его голосе проскользнула теплота. — Пока. Он отключил звонок и ещё несколько секунд смотрел на экран телефона, прежде чем вернуться к работе. Где-то в глубине души он понимал: забота Саши, как бы он ни пытался её игнорировать, была ему действительно важна. Даже если он никогда в этом не признается. ******** Атмосфера комнаты была тяжёлой, словно пропитанной дымом и сталью. Чёрный диван, на котором восседал Саймон Солус, подчёркивал его аристократическую небрежность — цилиндр на голове, поза расслабленная, но взгляд цепкий, как у хищника, оценивающего добычу. Напротив, в идентичном кресле, сидел Войд — харизматичный и загадочный лидер, входящий в пятёрку глав самых влиятельных подпольных организаций. Длинное чёрное пальто с высоким воротником облегало фигуру Войда, подчёркивая его статус и загадочность. Массивные ботинки и перчатки создавали ощущение неприступности, а холодные глаза, будто высеченные изо льда, скользили по гостю, сканируя его насквозь. Позади босса, в полутени, застыл «Клинок» — правая рука Воида, Калеб. Его преданность не вызывала сомнений: он был готов защитить лидера любой ценой. Рыжевато-каштановые волосы, собранные в небрежный хвост, несколько выбивающихся прядей придавали облику лёгкую небрежность. Чёрный костюм с длинным пальто и оранжевыми акцентами на плечах и груди подчёркивал индивидуальность бойца. Чёрные перчатки без пальцев дополняли образ хладнокровного профессионала, привыкшего к опасности. Между собеседниками на низком столике дымились чашки с чаем. Аромат трав смешивался с запахом кожи и оружейной смазки, создавая особый «аромат» подпольного мира. Разговор начался с формальных извинений. — Прошу прощения за столь незваный визит, — произнёс Саймон Солус, аккуратно снимая цилиндр. Его голос был мягким, почти мелодичным, но в нём таилась скрытая угроза. — Да что вы, незачем извиняться. К нам часто приходят без оповещения — на эмоциях. Так что же вас привело к нам? Неужто вам кто-то насолил? — Войд перешёл сразу к делу, его тон был ледяным, словно он уже просчитал все возможные ходы гостя. Солус сдержанно усмехнулся: — Ха-ха, что вы! Нет, дело не в этом. Мне нужен один из ваших лучших работников. Понимаете, моему господину требуется идеальный охранник — тот, кто будет как тень защищать его, несмотря ни на что. Он сделал паузу, неспешно отпил чай, наблюдая за реакцией Войда. Босс подпольной организации чуть приподнял бровь — интерес промелькнул в его глазах, но лишь на мгновение. — Хорошо. Но вы же знаете, что это будет дорого. Более того, должен признать: у меня ещё никто не заказывал убийцу в качестве охранника. Ха! Пожалуй, сделаю вам скидку — как первому, кто о таком просит. Стальная улыбка искривила губы Войда. Это была не просто сделка — это был вызов, игра умов. — Благодарю вас, но о деньгах можете не беспокоиться, — ответил Солус, вновь надевая цилиндр. Его голос звучал уверенно, почти вызывающе. В этот момент Войд поднял руку, едва заметно махнув. «Клинок» понял приказ без слов — его фигура растворилась в полумраке за дверью, словно её никогда здесь и не было. — Прошу вас немного подождать. Нужный вам человек скоро придёт, — произнёс Войд, не отрываясь от чашки с чаем. Его спокойствие было пугающим — будто исход этой встречи был предрешён задолго до её начала. Саймон Солус остался в ожидании, но в его глазах читалась уверенность: он знал, что получил именно то, чего хотел. В этой игре теней и полуправды каждый делал свой ход, прекрасно осознавая риски. И никто не мог с уверенностью сказать, кто здесь охотник, а кто — добыча. Спустя 15 минут дверь бесшумно отворилась, и в комнату неспешно вошёл «Клинок», вернувшись на своё привычное место за спиной босса. Едва он занял позицию, как в помещение шагнул молодой человек — его движения были плавными, почти танцевальными, но в них читалась скрытая угроза. Он остановился у стола, разделявшего Саймона Солуса и Войда, и произнёс холодным, ровным голосом: — Босс, я пришёл, как вы велели. Краем глаза парень заметил Саймона Солуса, который изучал его пристальным, оценивающим взглядом. В этом взгляде читалось всё — от любопытства до холодной оценки боеспособности нового кандидата. Войд, не отрываясь от чашки с чаем, лениво бросил: — Я думал, ты дольше будешь. Знакомься — это твой наниматель. Ты станешь телохранителем его господина. — Ладонью он небрежно указал на гостя, будто речь шла о чём-то обыденном, например, о доставке почты. Саймон Солус плавно поднялся с дивана, его цилиндр чуть склонился вперёд в едва заметном жесте. С лёгкой, почти хищной улыбкой он произнёс: — Рад нашей встрече. Я — Саймон Солус, а мой господин — Джон Дейви Харис. Именно его ты будешь защищать. Парень окинул Саймона коротким, цепким взглядом, затем перевёл глаза на Войда. Босс подпольной организации почувствовал этот взгляд, едва заметно кивнул. Кивок был столь неуловим, что посторонний человек ничего бы не понял, но «Голубая Искра» прочел этот знак без слов. Сместив внимание на Саймона, парень выпрямился, чуть склонил голову в почтительном поклоне и произнёс: — Здравствуйте. Я известен под псевдонимом «Голубая Искра», но для вас я — Дейв. Рад иметь дело. Войд, не теряя ни секунды, нарушил возникшую паузу: — Ну раз вы познакомились, пора нам обсудить подписание договора… и сумму. Дейв, иди пока соберись — завтра вы уезжаете. С этими словами Войд поднялся из кресла и направился к дальнему столу, где в идеальном порядке лежали папки с документами. Саймон Солус последовал за ним, его шаги были лёгкими и почти бесшумными, а взгляд не отрывался от бумаг, будто он уже видел их содержание. Дейв, не проронив ни слова, развернулся и направился к выходу. Его спина была прямой, движения — расчётливыми. Дверь за ним закрылась так же бесшумно, как и открылась, оставив Войда и Солуса наедине с документами и тяжёлым ароматом чая, пропитавшим комнату.