Дитя любви

Джек представить себе не мог, как без армии или хотя бы отряда за спиной вернуться во дворец. Его же снова арестуют. Да, мама с папой отличные бойцы, но рисковать ими Джек не собирался, они только его нашли. Но и сидеть без дела он тоже не мог, а потому едва дождался, пока Баки отоспится, и подошёл к нему с вопросом: — Как Сайлас отреагировал на моё исчезновение? — Ему ещё не доложили, — усмехнулся Баки. — Он свалил к любовнице. Наташа подошла к нему с расчёской в руке и сказала: — Сядь. Приведу твою голову в порядок. — Хорошо бы тебе это удалось, — вздохнул Баки и послушался. — А что Роза? — спросил Джек, наблюдая за тем, с каким тщанием мама разбирает тяжёлые пряди волос отца, прочёсывает их гребнем. — А вот тут странно, малыш, — немного нахмурился Баки. — Для Розы словно бы ничего не произошло. В твои покои всё так же приказано подавать завтрак, обед и ужин. — Она всегда была странная, — пробормотал Джек. — Ты мне расскажешь про местную структуру власти или я сам выясню? — спросил Баки и довольно зажмурился от наташиных прикосновений. — Сейчас всё несколько изменилось, — вздохнул Джек. — И я сам не уверен, у кого сколько осталось власти. Раньше королевством практически управлял дядя, в его руках были все финансовые вопросы, казна, но Сайлас арестовал его после последних событий. Ведь это Уильям Кросс, по сути, организовал покушение. Ещё есть совет министров, но там сидит старичьё на зарплате, во всём согласное с Сайласом. — Как у вас всё интересно, — протянула Наташа. — А что армия? — спросил Баки. — Кто во главе армии? — Король — верховный главнокомандующий, — напомнила ему Наташа. — Это формально, а фактически? — А фактически неизвестно, — криво усмехнулся Джек. — Паранойя Сайласа могла довести до того, что весь генералитет пошёл в расстрельный список, ведь меня армия поддержала, а это значит, что они пошли против него. В последние месяцы у него совсем с головой плохо было. — И никто этого не заметил? — удивился Баки. — Почему же? Заметили, но кто и что предъявит королю? — ответил вопросом на вопрос Джек. — Абсолютизм, — сказала Наташа. — Так оставить или косичку заплести? — Косичку, — улыбнулся Баки и снял со своего запястья смешную розовую резинку. Откуда у него только такая? — И что мы делать будем? — наконец задал свой главный вопрос Джек. — Ликвидируем Сайласа и главу его СБ, — ответил Баки. — Изолируем королеву. Очень, знаешь ли, глупо завязывать все нити власти на себя. — Ты коронуешься и будешь править, — добавила Наташа. — Сайлас должен публично объявить меня наследником и подписать документы, — напомнил Джек. — Меня примет армия, там у меня есть авторитет. Парни из моей роты, те, кто остался в живых после Лисьего леса, пойдут за мной. Дворцовая гвардия, когда Сайлас исчез, а я короновался, вообще никак не отреагировала на смену власти, они бы и присягнули мне. Самое сложное, конечно, экономика, но я надеюсь, что Сайлас за время моего заключения не успел угробить её окончательно: война больше не ведётся, а репарации Гильбоа Гефу выплачивать не должна. Если Сайлас не подписал с Гефом договор, то и Порт Процветания всё ещё наш. Я не желаю его отдавать. — Умирать Сайлас будет долго и мучительно, малыш, я помню, — улыбнулся Баки, словно они говорили не о смерти человека, а о походе в магазин за какой-то мелочью. — Он сегодня возвращается в столицу, и я введу ему один интересный препарат. Поверь, сладко ему не будет. — Может… может, на это время мне стоит вернуться под замок? — неожиданно сам для себя предложил Джек. — Ну уж нет! — возмутилась Наташа, как раз закончившая плести косичку. — Ты вернёшься, только чтобы постоять рядом с королём, когда он будет объявлять тебя наследником! А пока мы с тобой съездим во Францию за покупками. Баки, что у нас с транспортом? — Да езжайте, — улыбнулся тот, подёргав себя за косу. — Я до Шайло живенько добегу, а там организую себе транспорт. Деньги нужны? Я припас наличку в евро. — Не нужно, — отмахнулась Наташа. — У меня карты с собой. — Мои счета, скорее всего, заблокированы, — покраснел Джек. — Папа, я свяжусь со своими бойцами, чтобы они подтянулись в Шайло. Вы с мамой... Я не должен опираться только на вас. Я и сам чего-то стою. — Не думай о деньгах сейчас, милый, — улыбнулась Наташа. — Мы достаточно обеспечены и неплохо заработали за жизнь, чтобы не заботиться о деньгах следующие… лет пятьдесят? — Сто пятьдесят, — поправил её Баки. — И мы задолжали тебе подарки за двадцать пять лет, Джек. Рождество, дни рождения, школьные аттестаты, диплом академии... Наташа улыбнулась. — Это правда. — Как ты там сказала, мам? Не думайте о ерунде, — заулыбался Джек в ответ. Как же ему приятно было получать сейчас заботу, обещание помощи, всё, что угодно, от отца и матери. И ведь Джек на все сто верил, что их слова никогда не разойдутся с делами. Они поддержат любой его выбор и любое решение, даже если Джек сейчас вдруг передумает и выберет Ямайку на всю оставшуюся жизнь. — Тогда в путь, — скомандовала Наташа. — У меня нет документов, — напомнил Джек. — Пограничный контроль. Наташа протянула руку, и Баки вложил в неё четыре паспорта европейского образца. — Выбирай, — предложила она. — Вы на одно лицо. Джек наугад вытянул один из паспортов, открыл и смог только кивнуть. Действительно, они с Баки были на удивление похожи. Он как разведчик видел отличия, но вряд ли на пограничном контроле кто-то станет так пристально приглядываться, вот только имя… — А почему тут не Баки Барнс? — Потому что, во-первых, меня зовут Джеймс, — рассмеялся Баки. — Но я терпеть не могу, когда меня так называют, а во-вторых, это рабочие паспорта. — Ты же разведчик, Джек, — мягко напомнила Наташа. — Кто ж делает фальшивые паспорта на настоящее имя? — Эй, они не фальшивые! — возмутился Баки. — Отдел документов в ЩИТе работает отлично! — Я знаю, где можно беспроблемно пересечь границу королевства, — внёс свою лепту Джек. Ему тоже хотелось быть полезным, чтобы не только мама с папой старались для него, но и он тоже что-то делал для них. Пусть даже и такую мелочь, как побег из Гильбоа во Францию за покупками. — Это отлично, потому что я не знаю, — кивнула Наташа. — Тогда ты и поведёшь машину. Вперёд! Не удержавшись, Джек шагнул к отцу, крепко обнял его, благодаря за всё: за помощь, за сырники, за информацию, за то, что он остаётся мучить Сайласа, а их с мамой отпускает развлекаться. — Отдохните хорошенько, — шепнул Баки, похлопав Джека по спине. Когда они выехали на шоссе, ведущее на юг, Наташа внезапно спросила: — Хочешь в Диснейленд? В парижский? — Я… — Джек замялся, ведь он уже взрослый для подобных развлечений, а потом вдруг подумал: «Какого чёрта?» и радостно улыбнулся маме: — Хочу! — Тогда едем в Париж! — так же радостно ответила она. — А втроём при случае в Орландо съездим. Пограничный пост они миновали без каких-либо проблем: немецкий паспорт на имя Курта Миллера не вызвал никаких вопросов, как и цель поездки — туризм. В Лилле Наташа скомандовала остановку: обед и шопинг. Начали именно с обеда, так как ходить по магазинам на пустой желудок даже сам Джек отказался наотрез. Выбор пал на небольшой семейный ресторанчик. Ничего примечательного, всего с десяток столиков, меню в пару страниц и улыбающаяся, словно своим знакомым, официантка, сходу посоветовавшая взять домашнее жаркое из баранины и сливочный гратен под сыром. — Никогда не пробовал баранину, — признался Джек. — Роза её терпеть не может. — Во Франции баранину готовят хорошо, а вот от английской кухни держись подальше, — посоветовала Наташа. — Ещё возьмём сырную тарелку и кофе. Нас принимают за пару. — Я бы удивился, если бы тебя приняли за мою маму, — мягко рассмеялся Джек. — Ты такая красивая. — Спасибо, милый, — рассмеялась Наташа. — Но как ты представишь нас с Баки? Пойдут вопросы. — Как своего старшего брата и его жену, вы ведь женаты? — поинтересовался Джек. — Нет, — покачала головой Наташа. — Но это длинная и печальная история, я ведь говорила. — Расскажешь мне по дороге в Париж? — спросил Джек. И Наташа кивнула.