С любовью Драко Малфой

В Норе пахло сладкой выпечкой, древесным дымом и чем-то неуловимо домашним. Гермиона всегда любила этот запах. Раньше он казался ей уютом. Сейчас же он ее удушал. Она едва успела переступить порог, как миссис Уизли уже оказалась перед ней. - Гермиона, дорогая! Голос был слишком громким, слишком натянутым. Проходи, проходи. В гостиной было непривычно тихо. Гарри стоял у окна. Джинни сидела в кресле, поджав под себя ноги. И Рон. Рон не встал. Он сидел, опустив локти на колени, и смотрел в пол так, будто там было что-то важнее всего происходящего. Гермиона остановилась посреди комнаты. -Здравствуй, тихо сказала она. Рон поднял глаза. Красные. Уставшие. Злые. - Здравствуй, министр. Слово прозвучало как пощёчина. Миссис Уизли ахнула. - Рональд! -Нет, мам, всё нормально, он не сводил с Гермионы взгляда. Пусть привыкает. Теперь её так все называют. Гермиона почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. - Рон, я не хотела… -Не хотела чего? перебил он. Не хотела ломать мне жизнь? Не хотела принимать решение за одну ночь? Или не хотела выбирать? Тишина в комнате стала густой. -Я не принимала его за одну ночь, спокойно ответила Гермиона. Я просто перестала закрывать глаза. -На что? усмехнулся Рон. На то, что я не министр? Не гений? Не карьерист? Не богач? -На то, что мы разные, тихо сказала она. Миссис Уизли не выдержала: -Гермиона, милая… но ведь вы столько прошли вместе. Войну. Потери. Вы всегда были рядом. Разве этого мало для семьи? Гермиона медленно покачала головой. -Этого достаточно для дружбы. Для благодарности. Для памяти. Но не для счастливого брака. -То есть, тихо произнёс Рон, ты выбрала работу. Она не ответила сразу. И этим ответила. Гарри отвёл взгляд. -Я знал, что так будет, глухо сказал Рон. -Ты всегда смотрела вперёд. Всегда куда-то выше. Дальше. А я… я был для тебя остановкой. -Это неправда. -Правда! он резко встал. -Ты никогда не хотела обычной жизни! Тебе нужен был масштаб. Власть. Значимость. И ты её получила. Поздравляю. -Рон… -Нет, послушай теперь ты. Ты бросила меня в тот день, когда получила этот пост. Просто сегодня решила озвучить это вслух. Гермиона почувствовала, как щёки начинают гореть. -Я не выбирала между карьерой и тобой. -Выбирала, жёстко сказал он. -Просто тебе стыдно это признать. Миссис Уизли смотрела на неё с болью и непониманием. -Я думала, ты станешь частью нашей семьи… И вот это оказалось больнее всего. Не крик. Не обвинения Рона. А это тихое разочарование. Гермиона вдруг ясно поняла: в их глазах она предала не Рона. Она предала их ожидания. -Мне жаль, сказала она почти шёпотом. Но выйти замуж из чувства долга, это было бы настоящим предательством. -Предательством для кого? горько усмехнулся Рон. Для тебя? Он прошёл мимо неё к двери. Всё ясно, министр. У тебя теперь другие приоритеты. Дверь хлопнула. В комнате повисла тяжёлая тишина. Гермиона стояла посреди гостиной и впервые за день почувствовала не уверенность, не раздражение, не сомнение. А стыд. Не за своё решение. А за то, что оно сделало с людьми, которых она любила. -Гермиона, послушай деточка, ты ведь знаешь, ты для меня как дочь, не делай пожалуйста поспешных решений, очень скоро ты наиграешься в эти политические игры, тебе надоест, а Рон... Рон может тебя не простить, будет слишком поздно, да и министр из тебя никудышный, Артур рассказал об интригах которые плетут против тебя, большая часть магического мира до сих пор не хотят тебя признавать министром. Ты разве на это готова променять Рона? Он ведь искренне любит тебя, принимает тебя несмотря на твое происхождение. -Гермиона ошарашенно посмотрела на мисс Уизли. Она будто впервые видела эту женщину перед собой, ведь та Молли которого она знала, не сказала бы такие обидные слова. -Давайте закончим на этом разговор, я не хочу ругаться, не хочу кого-то переубеждать, хотите вы этого или нет, но нашему браку не бывать. Я дорожу Роном, мы с детства знаем друг-друга, но я не готова поломать наши жизни слепо слушая советы других людей. Он еще молод, встретит кого-то, полюбит и будет счастливым, к сожалению этого я ему дать не смогу. Сказав это, Гермиона ушла к себе домой, она не хотела больше этих мучительных разговоров и еще она понимала что она на грани нервного срыва, еще бы немного и на кинула бы аваду.