Профессор Арк: студент из Вакуо (Продолжение перевода)

Жон спрыгнул с полицейского буллхеда, приземлившегося в Восточных Полянах, и, как ни странно, был рад, что слишком устал и не почувствовал тошноты от полета. Некогда прекрасный парк превратился в выжженную землю с воронками от снарядов и разбитыми вагонами. В земле зияла огромная дыра, вокруг которой суетились солдаты Атласа и валлийские полицейские, пытаясь понять, что с ней делать. Но что еще важнее, генерал Айронвуд и Глинда уже ждали, когда его импровизированная команда сойдет на землю, и ни один из них не выглядел особо довольным его появлением. Вероятно, потому, что они с Нео сорвались с места, никого не предупредив, и почти не обращали внимания на свитки во время обратного полета. Гораздо важнее для него было сообщить сестрам, что с ним все в порядке, и убедиться, что с ними тоже все хорошо. "Арк" — сухо произнес Айронвуд: "Надеюсь, у тебя есть веская причина для того, чтобы игнорировать приказы и сбежать в разгар боя." Он взглянул на Нео, и его напарница, закатив глаза, сняла со спины трофей. Генерал поймал его одной рукой и едва не разинула рот при виде оружия Адама Тауруса. Хорошо... Его губы слегка приоткрылись, но на обычно суровом лице Айронвуда это выглядело так, будто он разинул рот от удивления. "Его тело в буллхеде" — Жон неопределённо махнул рукой в сторону их корабля: "Плюс охотница из Белого Клыка, Нео прикончила их обоих, но Таурус уже был при смерти. Это твоя работа?" Айронвуд неопределённо кивнул, не отрывая взгляда от трофея в своей руке: "Он уже был ослаблен, когда я столкнулся с ним во время нападения. Насколько я понимаю, это дело рук тебя и мисс Роуз... ты действительно его прикончила?" Нео пожала плечами и кивнула. Глинда кашлянула, и на её лице появилось почти весёлое выражение: "Моя дорогая, ты станешь настоящей знаменитостью — женщиной, убившей человека, который стоял за всем этим" Его напарница несколько раз моргнула, а затем указала на себя. "Она совершенно права, тебе как минимум придётся давать интервью прессе" — сообщил ей Айронвуд, опуская меч, но не выпуская его из рук: "Учитывая твою инвалидность, вряд ли ты будешь выступать с речами, но я полагаю, что и Озпин, и Совет захотят сделать акцент на местной охотнице. Им нужен великий герой, который поднимет боевой дух народа после этого разгрома." Нео взмахнула руками, и он перевёл её слова: "Она из Вакуо, вряд ли её можно назвать местной." Айронвуд пожал плечами: "Она преподаёт в Биконе, и этого, вероятно, будет достаточно для людей, особенно после твоих подвигов в доках и на вербовке с мистером Арком. Возможно, нам также стоит найти нескольких студентов-фавнов, чтобы подчеркнуть, что расовая напряжённость, скорее всего, и так вот-вот взорвётся... даже небольшой сдвиг в этом вопросе может оказаться полезным" "Джеймс" — Глинда покачала головой, а Нео безучастно смотрела в пустоту, явно не радуясь тому, что её ждёт. Наверное, она вспоминала все страшные истории о Пирре: "Это больше, чем им сейчас нужно, о политике мы можем поговорить позже. Жон, если Таурус мертв, то что с Торквиком? Команда MINT сообщила, что он тоже был там." "Он был..." — Жон поморщился, вспомнив о своих сомнениях и о том, чего они могли стоить всем: "Он ускользнул, пока мы отвлеклись на Тауруса." Рен, стоявший позади них, откашлялся и выступил в их защиту, прежде чем Глинда или Айронвуд успели что-то сказать: "Террорист попытался утащить профессоров с собой с помощью своего проявления. Торквик сбежал, пока они были заняты отражением атаки». Генерал не выглядел особо довольным, но, бросив еще один взгляд на оружие, а затем на полицейских, выносивших из самолета носилки с накрытым покрывалом телом, снова успокоился: "Полагаю, я могу простить вас за ваш успех, но, пожалуйста, помните, что вы больше не в Вакуо. Субординация существует не просто так, и я бы не возражал, если бы вы просто сообщили мне, когда это произошло." Нео молча усмехнулась, показывая, что ей все равно. Жон улыбнулся и похлопал ее по плечу, тактично умолчав о жесте, которым она сопроводила его слова: "Вот, собственно, и вся наша история. Какие у вас для нас новости?" "Много чего, но Глинда права: предстоит проделать огромную работу, для которой вы не нужны. Глинда, пожалуйста, помогите им найти место для отдыха" — сказал Айронвуд, уже поворачиваясь к ним спиной: "Мне нужно скоординировать эвакуацию и сортировку пострадавших. Мы поговорим позже, профессора" Он слегка кивнул, и мужчина зашагал дальше по выжженной земле, на которой раньше был Восточный парк. Солдаты, нетерпеливо ожидавшие его, тут же подбежали к нему, чтобы начать отдавать приказы. Заместитель директора жестом велела им следовать за ней в сторону больницы, и все четверо пошли за ней. "Ваши товарищи по команде ждут вас" — сказала она Рену и Норе: "Они с мисс Белладонной и семьей Сяо-Лонг." Это напомнило ему о событиях этой ночи, о которых он изо всех сил старался не думать: "Руби и Янг? С ними всё в порядке?" "Обе стабильны, но без сознания и нуждаются в тишине и покое" — ответила Глинда: "Хотя мисс Сяо-Лонг потребуется повторная операция по установке протезов, возможно, после того, как все экстренные пациенты будут вылечены и все вернутся в Бикон" Он медленно выдохнул, заметив, что Нора тоже с облегчением расслабилась: "Ещё кто-нибудь из детей пострадал?" Она устало покачала головой: "Многие... но никто не пострадал так сильно, как они. Мистер Бронзуинг, вероятно, был следующим по тяжести состояния, его сильно ранил альфа-беовульф, который пытался прорваться в больницу, но его уже подлатали, и он отдыхает. Остальные в основном страдают от истощения ауры или просто от усталости." Жон уже собирался кивнуть, когда они вышли с поляны на улицу и снова увидели завалы, под которыми он чуть не погиб. Это зрелище напомнило ему о том, сколько людей должно было находиться в этих зданиях, когда они обрушились, и сколько людей не выжило бы, если бы Рейвен Бранвен не открыла перед ними портал, поглотивший лавину: "...сколько погибло мирных жителей?" "Неизвестно" — её голос стал тише: "Возможно, пройдёт несколько дней, прежде чем мы узнаем наверняка, но как минимум сотни людей погибли, тысячи получили ранения. В этом районе было много многоквартирных домов и кондоминиумов, а Гримм..." Ей не нужно было продолжать. Для охотника или охотницы, даже на уровне ученика, такие существа, как ползуны или молодые беовульфы, едва ли представляли угрозу, на которую стоило бы обращать внимание. Но для мирного жителя? Это была практически неудержимая машина для убийств, которая тем больше возбуждалась, чем сильнее человек испытывал вполне рациональный страх и панику. И это был жалкий маленький гримм... Зверь в расцвете сил, не говоря уже об альфе, мог бы за считанные минуты разнести в щепки целый многоквартирный дом. Даже если бы он не убил всех на месте, эта машина смерти, скорее всего, разрушила бы здание так, что оно бы рухнуло. "А что с солдатами и охотниками?" — спросил Рен, когда они впятером обходили самые опасные завалы. Несколько гражданских под руководством старого полицейского осторожно пробирались через обломки. Некоторые бросали на них сердитые взгляды, вероятно, из-за того, что они не останавливались, чтобы помочь... но потом, похоже, успокоились, увидев, что все они в красно-черной форме и с оружием в руках. Жон опустил голову, когда несколько человек зааплодировали им вслед, приветствуя тех, кого они считали героями. "Потери были, но в целом незначительные" — ответила Глинда, когда они прошли мимо: "План Белого Клыка заключался в том, чтобы избежать столкновения с военными и охотниками. Они были хорошо экипированы, но плохо подготовлены к открытому бою и рассчитывали, что гримм отвлечет нас на себя. Самые большие потери были в тюремном комплексе, там погибло много охранников и сотрудников." Черт бы побрал Романа... "А что с Винтер?" — спросил он: "Она выглядела плохо." Глинда заметно замялась: "Она... по-прежнему в критическом состоянии." "Насколько критическом?" "Вряд ли она переживет эту ночь" — тихо ответила Глинда: "Удивительно, что она вообще смогла двигаться после такого удара. Мне жаль, Жон, я знаю, что тебе нравилось с ней работать." Он снова склонил голову и медленно выдохнул. Нео легонько коснулась его левой руки и посмотрела на него, читая его мысли. Она поджала губы, а потом, казалось, устало покачала головой... если бы он захотел это сделать, она бы его не остановила. И он должен был это сделать. Он отпустил Романа... намеренно или нет, но он отпустил человека, который был во всем этом виноват. Если он все еще хороший человек... если он лучше, чем его поступки... он должен это сделать. Он в ответ сжал ее руку, и они свернули за угол, оказавшись на улице, где собралась толпа. Полиция и скорая помощь отчаянно пытались унять хаос, пока гражданские, многие из которых, вероятно, не должны были здесь находиться... а многие из них точно не должны были, пытались прорваться внутрь. Глинда сердито смотрела на происходящее, словно ее лично оскорбили: "Все наши раненые на четвертом этаже... прошу меня извинить, но, думаю, мои услуги здесь нужны. Вам лучше пройти через служебный вход сбоку, кажется, мистер Винчестер и его команда защищают его от незваных гостей." Жон кивнул и жестом велел ей идти вперед. Она двинулась вперед, призывая всех успокоиться, а когда это не сработало, взметнула горсть пыли, издав резкий треск, от которого все вокруг замолчали. "Пожалуйста, отойдите от входа!" — крикнула она, пока они шли в сторону переулка: "Офицеры, пожалуйста, окажите людям первую помощь и отправьте тех, у кого открытые раны, вперед!" Оставив ее разбираться с ситуацией привычным для нее способом, они проскользнули мимо толпы, мимо небольшой группы людей у другой двери, а затем свернули в переулок между больницей и примыкающей к ней парковкой. Кардин Винчестер сидел с обнаженным торсом на стуле у двери с кодовым замком. Он прислонил перцовый баллончик к колену и отбросил в сторону, разорванную в клочья дорогую рубашку, прежде чем заметил их: "Привет. Как прошла битва?" "Мы победилли" — просто сказал Жон, ткнув большим пальцем в сторону Нео: "Она убила Тауруса." "И слава богу,"— проворчал молодой человек, натягивая пиджак и не удосуживаясь его застегнуть: "Все на четвёртом этаже. Сделай мне одолжение, выясни, почему Рассел и Скай до сих пор не спустились." Он пожал плечами: "Конечно" После быстрого ввода кода доступа они прошли мимо него, устало поднялись по лестнице и обнаружили, что остальные члены CRDL, по крайней мере те, кто не пострадал, уже спускаются вниз. Их реакция на новость о победе была такой же сдержанной, как и у Кардина: Рассел лишь устало кивнул, после чего они со Скай направились обратно к своему лидеру. На четвёртом этаже располагался лазарет. Жон предположил, что там просто освободилось место и туда поместили раненых охотников. Команда MINT должна была дежурить у лифтов, но бодрствовала только Мерал. Иза и Теалл сидели, прижавшись друг к другу, в креслах, а Ниан лежал на полу, положив голову на босые ноги Мерал. Все трое были без сил. Он тихо подошёл к Мерал и прошептал ей на ухо свою просьбу, получив в ответ невнятные указания. Жон поблагодарил её, спросил про Тсунэ и узнал, что она помогает в отделении неотложной помощи. Он кивнул, напомнил ей, что сегодня она отлично поработала, и вернулся к остальным. "Вы двое, идите. Пирра и Илия в четвёртой палате, она свободна" — Он легонько подтолкнул Нору: "Сначала мы сходим к Винтер, а потом вас найдём. Она кивнула, а Рен сказал: "Спасибо, профессор, за всё" Жон почувствовал, как у него немного отлегло от сердца: "Я... не за что. Идите, отдохните. Вы оба это заслужили" Нора одарила его усталой, но благодарной улыбкой и потянула Рэна за собой. Он смотрел им вслед, и на его губах появилась улыбка, когда Рен взял Нору за руку. Девушка-варвар в порванном, забрызганном кровью платье, казалось, пошатнулась от этого простого прикосновения, но быстро пришла в себя и, спотыкаясь, пошла дальше. "Ставлю двести льен" — прошептал он Нео, и его напарница раздражённо фыркнула, глядя на спину Норы: "Думаю, ближайшие пару недель она будет школьным психологом" Нео бросил на него недовольный взгляд, недоумевая, зачем он говорит очевидные вещи. "Не надо так говорить." Нет, она не хотела его обидеть, но он медлил, а ей хотелось поскорее покончить с этим. Он поморщился, не стал отрицать очевидное и позволил ей увести себя в противоположную сторону, пока они не нашли палату с табличкой, на которой было написано, что в ней нельзя шуметь из-за тяжёлых травм. Он проверил ручку и обнаружил, что дверь не заперта, осторожно приоткрыл её и вошёл. Нео последовал за ним, закрыл за ними дверь, запер её и остался в коридоре. Винтер Шни лежала на кровати неподвижно. Из-за тонких больничных простыней она казалась хрупкой и беззащитной, даже несмотря на все трубки и провода, подключённые к её телу. Тусклый свет тоже не добавлял ей привлекательности: она выглядела осунувшейся и постаревшей, особенно из-за бинтов на лице. Её сестра сидела рядом, всё ещё в грязном и окровавленном вечернем платье, прислонив оружие к стулу. Вайсс тихо поздоровалась, не отрывая взгляда от Винтер и поправляя несколько прядей волос, упавших на лицо сестры. "Вайсс — ответил Жон, ступая по полу так тихо, как только позволяло его ноющее тело, и положив руку ей на плечо: "Как она?" "У нее нет правого глаза" — бесцветным голосом ответила девушка: "Правое колено раздроблено, она передвигалась исключительно с помощью глифов, что привело к истощению ауры. Тяжелые ранения в области живота и кишечника, в какой-то момент ее проткнули. Повреждена печень... какой-то яд... он препятствует восстановлению ауры. Они не могут найти противоядие, думают, что это природный яд какого-то редкого вида фавнов. Он также влияет на сердце... они считают, что она не доживет до утра" "Тсунэ ничего не смогла сделать?" Вайсс покачала головой: "...она сказала, что может ускорить заживление, накапливая ауру в критических областях, чтобы стабилизировать состояние пациента, но для этого нужно, чтобы у человека была хоть какая-то аура. Обычно она просто использует бустеры, чтобы накопить ауру, но что-то в ее крови нейтрализует их действие. Они дали ей столько бустеров, сколько осмелились, но..." Он взглянул на аппараты и, хотя не мог разобраться в большинстве из них, все же смог прочитать показания простого измерителя ауры. Они стабильно держались на нуле. "Они... просто оставят ее здесь, не будут ничего делать?" — он спросил. "Тривиальная сортировка" — ответила Вайсс, и это слово почему-то прозвучало отвратительно, хотя её голос не изменился: "Время, которое они потратят на попытки спасти её, они считают лучше потратить на раненых, у которых больше шансов выжить. Если она доживёт до утра, они попытаются найти свободного специалиста, который ускорит её выздоровление и даст мисс Кицунэ-тян ауру, с которой она сможет работать." Жон тихо выдохнул и кивнул. Это было ужасное решение во многих отношениях... но, возможно, Тсунэ и другие врачи поступили правильно. Часы, которые они потратили на Винтер, могли оказаться потраченными впустую, если бы она всё равно умерла... лучше было бы потратить эти часы на спасение менее тяжелораненых. Тем более что любой другой человек с таким же талантом, как у него, а он предполагал, что в медицине есть как минимум один или два таких человека, сейчас был бы крайне востребован. Либо я, либо никто. Прикусив губу, он оглянулся на Нео и увидел, что она смотрит на него без всякого выражения на своих прекрасных чертах. Она по-прежнему не одобряла этот риск, даже в такой ситуации. Винтер не была одной из них, и Нео считала, что они не должны раскрывать свои секреты, чтобы спасти ее. Он встретился с ее разноцветными глазами и покачал головой. Это не имело значения. Он должен был это сделать. Они сами были отчасти виноваты во всем этом... в том, что из эгоизма не разоблачили Синдер сразу, в том, что не заставили Романа быть более открытым. Спасение Уинтер не уравновесило бы чашу весов, это произойдет, когда они найдут свои реликвии и воспользуются ими, но... спасти ее было правильно. Так поступил бы хороший человек. А ему очень нужно было доказать — хотя бы самому себе, — что он все еще хороший человек. Она вздохнула, покачала головой и жестом велела ему продолжать. Жон слегка улыбнулся ей, повернулся к женщине в коме и положил грязные пальцы на ее неподвижную руку. Когда он использовал свое проявление, аура каждого человека ощущалась по-разному... он думал, что это связано как с их характером, так и с их настроением в данный момент. Иногда ощущения были физическими, иногда — ментальными... но обычно они укладывались в какую-то общую картину. Нео чаще всего ощущалась как теплый песок пустыни, скользящий по его ладоням, но когда она злилась или боялась, эти песчинки превращались в острые осколки стекла. Роман, напротив, ощущался как расплавленный воск свечи, а Уголек — как холодные, выветренные камни. Когда он в критический момент стабилизировал состояние Янг, чтобы она не истекла кровью, он ощущал тепло от мягко потрескивающего костра. Душа Винтер, напротив, обволакивала его прохладой, но под ней чувствовалось что-то теплое и сильное... Но он чувствовал, что она угасает, даже когда осторожно потянулся к ней. "Профес... или..." — Вайсс запнулась, произнося его титул, когда его аура начала проявляться, а по правой руке заструился белый свет: "Что..." "Пожалуйста, никому об этом не рассказывай" — пробормотал Жон, закрывая глаза, чтобы сосредоточиться: "И дай мне немного времени." Она замолчала, когда он протянул руку с помощью своего проявления, позволив ауре стечь по руке и попасть в ладонь Винтер. Казалось, её тело мгновенно поглотило ауру, в отчаянной попытке выжить черпая силу его души. Всегда было сложно понять, сколько он отдал и сколько кто-то забрал, но обычно он чувствовал, как аура этого человека отталкивается от его ауры, приближаясь к максимально допустимому для его тела уровню. Аура Винтер... казалось, всё ещё пыталась прильнуть к его ауре, когда он отпрянул и разорвал контакт. В глазах у него всё поплыло, когда он достиг своего предела. "Как..." — простонал он, когда Нео бросился к нему, чтобы подхватить, пока он не упал: "Ох... как она?" Вайсс пришла в себя, встала и начала проверять различные мониторы: "У неё... у неё есть аура! Немного, но восемь процентов... её сердцебиение... оно учащается... что..." "Я отдал ей свою ауру" — ответил он на её вопрос, обнимая её за хрупкое плечо и прижимая к себе: "...много своей ауры. Это мое проявление." "Но оно просто исцеляет... ты..." — голос Вайсс затих, когда она посмотрела на сестру. Дыхание женщины выровнялось, на её лице появился румянец: "...ты... ты солгал. Почему?" Жон медленно вдохнул и дрожащей рукой снова положил ладонь на плечо Вайс: "Причин много... пожалуйста, Вайсс, ради меня. Никому не говори об этом. Пусть это будет чудом" Губы наследницы приоткрылись, на глазах выступили слезы, она покачала головой: "Я... ох, ох, ты ведь и с Янг так же поступил, да? Врачи сказали, что ей должно быть гораздо хуже, что ее аура странно наполнена для таких ран" "Ну... да, но... — не успел он договорить, как Вайсс бросилась к нему в объятия и начала рыдать, уткнувшись в его отвратительную рубашку и цепляясь за него маленькими ручками. Он бы упал, если бы его не поддержала Нео. Его напарница бросила на девушку недовольный взгляд, а потом оглянулась на дверь, в которую кто-то начал колотить. Через секунду зазвенели ключи, и в палату ворвалась темнокожая медсестра: "У нее резко подскочили показатели, что случилось?! Доктор уже в пути!" "У нее резко подскочила аура!" — выдавила Вайсс сквозь рыдания, отстраняясь и глядя на него с такой глубокой благодарностью, что ему пришлось отвести взгляд. Он не заслуживал такого взгляда: "Должно быть, наконец подействовали бустеры" Женщина уставилась на нее, а потом прошла мимо них и начала проверять аппараты, а затем пульс и дыхание Винтер: "Боже..." — она покачала головой: "Нужно срочно вернуть ее в операционную, пока у нее еще есть аура, чтобы доктор Кицунэ мог ею управлять! Пожалуйста, освободите проход!" Нео мягко потянула его назад, когда в палату вбежала еще одна медсестра, а за ней и обычный врач. Все они заговорили наперебой, пока разворачивали каталку. Вайсс бросила на него еще один взгляд, от которого у него сжалось сердце, и выбежала вслед за ними. "Я должен был это сделать" — пробормотал он, когда она ушла, и, поморщившись, наклонился, чтобы взять Миртенастер с того места, где его оставила Вайсс в панике: "Прости... я благородный идиот." Его возлюбленная вздохнула, покачала головой и повела его к двери. Он действительно был... но, по крайней мере, из него получилась неплохая подушка. Жон устало улыбнулся: "Я тоже тебя люблю, Нео."

***

Рейвен Бранвен взглянула на Тая, который смотрел на их дочь, переводя взгляд с нее на малышку Роуз на соседней койке. Янг ненадолго пришла в себя после операции, увидела сестру и запаниковала, но отец успокоил ее, и она снова уснула. Рейвен даже не была уверена, что Янг заметила ее или Кроу в палате, но, учитывая, сколько лекарств ей дали, вряд ли она сама была в этом виновата. "Они обе выживут" — упрекнула она Тая, заметив, что его и без того обеспокоенное выражение лица стало еще более мрачным: "Хватит смотреть на них так, будто ты вот-вот расплачешься. Это жалко." Кроу усмехнулся откуда-то из-за ее спины: "Как всегда тактична, сестренка." Рейвен закатила глаза и не стала отвечать: "Ты слышал, что сказали врачи, как и я. Через несколько недель малышка Роуз будет в порядке и сможет сражаться, а Янг — примерно через столько же, если операция по установке протеза пройдет хорошо." Ее брат снова раздраженно фыркнул: "Черт возьми, ты даже не можешь проявить хоть немного беспокойства из-за того, что твоя дочь лишилась руки?" "Рука — это ерунда по сравнению с тем, что она выжила" — ответила Рейвен, на этот раз повернувшись к нему и сверкнув глазами: "Она справится, если будет достаточно решительной. Если ее баловать, то..." "Рэй" — ровным голосом произнес Тай, вставая со стула и подходя к другой дочери, чтобы аккуратно вытереть ей лоб: "Говори потише." Она прищурилась, глядя на бывшего мужа, потом фыркнула, повернулась к своему идиоту-брату и продолжила уже более спокойным тоном: "Несмотря на то, что ее тренировали два элитных охотника, вы оба не смогли научить ее контролировать свой гнев. Она слишком часто принимает свои вспышки гнева за настоящие навыки и совершенно не умеет сдерживаться, когда выходит из себя." Кроу не то чтобы зарычал на нее, отойдя от стены, но это было очень близко к тому: "Не смей нас критиковать, после того как ты ее бросила." Ее рука скользнула к рукояти оружия: "А кого мне еще критиковать? Ты так часто хвастаешься тем, что ты ее наставник, но все, что я вижу — это неопытная девчонка, которую ты ничему не научил. Ты растрачиваешь ее потенциал вместо того, чтобы закалять ее характер, ты уже потратил годы ее жизни впустую и продолжаешь вредить ей своей мягкотелостью." "Почему?" — уе брат переступил с ноги на ногу, упираясь в пол: "Потому что мы не сломали ей челюсть, когда ей было десять? Потому что мы не вели себя как маньяки из Племени?" "Вряд ли мы единственные, кто ратует за правильное воспитание" — парировала Рейвен: "Или ты забыл о ее любимых учителях? Сомневаюсь, что они бы смирились с ее вспыльчивостью, будь у них больше времени на работу с ней, и я тоже не смирюсь." Тай, стоявший в углу ее поля зрения, замер, его кулак на мгновение сжался, но он заставил себя разжать пальцы: "Рейвен…" Прежде чем он успел договорить, заговорил Кроу. Его глаза сузились, а затем расширились от удивления: "Нет. Ни за что на свете. Ты не потащишь Янг в этот лагерь убийц, который называешь домом." "Я ее заберу, и ты вряд ли сможешь меня остановить" — холодно ответила она: "Ей нужно правильное воспитание, и она должна знать правду. Я не позволю тебе слепо вести ее на смерть, как он вел Саммер, Кроу." Его верхняя губа дрогнула, обнажив зубы, и теперь уже он потянулся за оружием: "С чего это ты вдруг решила стать такой заботливой? Ты не имеешь права на нее, после того как бросила нас." Рейвен напряглась, почувствовав что-то еще поблизости, какую-то рябь, которую она могла описать лишь смутно... но она знала, что такое магия, даже если не могла выразить это ощущение словами. Ее голос стал язвительным, когда она повернулась к новому гостю. Ни Тай, ни Кроу не были так напряжены: "И кто в этом виноват?" Кроу, казалось, был готов обвинить ее, но прежде чем он успел заговорить, из дверного проема раздался голос: "Я". Тай и Кроу подпрыгнули и обернулись на звук голоса Озпина. Мужчина использовал какое-то заклинание, чтобы бесшумно открыть дверь, пока никто не видел. Рейвен почувствовала, как в ней нарастает гнев, когда волшебник вошел в комнату, пытаясь изобразить раскаяние и смирение. "Рейвен, это..." Ее меч взлетел в руке раньше, чем он успел закончить приветствие, и кончик лезвия коснулся его подбородка. Мгновение спустя клинок Кроу оказался у нее на шее, а левая рука взметнулась вверх, удерживая его клинок в дюйме от яремной вены, в то время как вокруг ее ладони и пальцев вспыхнула красноватая аура. "Я" — сухо сказала она, не обращая внимания на преданную собаку слева от себя: "Прекрасно знаю, какой вред ты можешь причинить своим острым языком, волшебник. Держи. Свой. Рот на замке" — Озпин стоически смотрел на неё, как будто в том, что к его горлу приставлен меч, сделанный из чистой пыли, не было ничего необычного. Учитывая размах и характер деятельности этого ублюдка, так оно, скорее всего, и было... и он подтолкнул Кроу тростью, заставив её брата заскрежетать зубами, но убрать оружие, хотя он демонстративно держал его в руке. Это не заставило Рейвен расслабиться, она напряжённо обдумывала возможные варианты действий. Скорее всего, она не смогла бы справиться с ним, особенно в присутствии Кроу и Тая... она бы нанесла один удар, чтобы отвлечь его, а потом бросилась к окну и взмыла в воздух. За дочерью она могла бы вернуться в другой раз. "Рэй, Кроу" — сказал Тай, который в кои-то веки оказался единственным, кто сохранил самообладание: "Пожалуйста, мы же в больнице." "Я знаю, где мы находимся" — Она не сводила глаз с золотых глаз, уставившихся на неё, и отчаянно жалела, что её маска не на лице, а на поясе. Она не знала, чувствует ли Озпин скрытую в ней магию, но она-то уж точно знала, что лучше не рисковать и не прикасаться к нему: "Вы же видите, что я сдерживаюсь, раз не швырнула его в ближайшую стену при первой же возможности." "Боги..." — Он покачал головой и подошёл к ней, раскинув руки в стороны: "Все успокойтесь, это чудо, что они под действием лекарств и до сих пор спят. Оз... ты выбрал не самое удачное время." Волшебник бросил на её брата многозначительный взгляд, и тот, надо отдать ему должное, смутился из-за того, что, вероятно, отразилось на его внешности. "Рэй, может, он хотя бы поговорит с Кроу?" Рейвен задумалась, а затем кивнула. Озпин подождал немного, а затем повернулся к её брату и никак не отреагировал, когда она приставила клинок к его сонной артерии: "Мне нужно, чтобы ты вернулся в Бикон. Пич дежурит в Центре контроля за чрезвычайными ситуациями, но ей не помешала бы помощь. Я, конечно, найду кого-нибудь, кто заменит тебя, когда мисс Роуз и Сяо-Лонг придут в себя" Кроу не выглядел воодушевлённым: "А кого-нибудь другого найти нельзя?" "Все остальные сегодня заняты" — сухо ответил Озпин: "Или уже без сознания и не отвечают на сообщения. Пожалуйста, Кроу, мы не можем допустить второй попытки, пока не узнаем, что задумал тот, кто это сделал. И, честно говоря, больница — не самое подходящее место для тебя" Лицо её брата исказилось, он пытался найти аргумент в свою защиту... и с треском провалился. Он сложил оружие, несколько мгновений нежно гладил спящих девочек по волосам, бросил на неё последний мрачный взгляд и вышел из комнаты. Озпин снова открыл рот, но тут же закрыл его, когда она приставила меч к его груди. Тай заметил это, застонал и покачал головой: "Тебе нужно поговорить со мной?" Волшебник едва заметно кивнул, и Тай в свою очередь пристально посмотрел на неё, явно оценивая, можно ли доверить ей своих дочерей. Рейвен с отвращением поморщилась и закатила глаза: "Вряд ли я смогу взять с собой в Племя человека, подключённого к медицинскому оборудованию. Я буду охранять их, пока вы с этим мошенником будете обсуждать дела, а потом уйду" Он, похоже, был не в восторге от этой идеи, но медленно отступил, не сводя с неё глаз, пока не вышел из комнаты. Тай медленно последовал за ним, но у двери остановился: "Рейвен... спасибо тебе за то, что ты сделала сегодня. Ты спасла жизнь моей дочери" "Она уже однажды была спасена" — ответила она: "Она не получит эту милость снова, пока не заслужит её." Тай склонил голову, один раз качнул ею и выскользнул вслед за директором. Она прошла за ним до двери, закрыла ее на замок, убрала клинок в ножны, выдохнула и обратилась к комнате в целом: "Кроу и Тай, может, и идиоты, но я — нет. Можете перестать притворяться" Раздался очень слабый стон, а затем заговорила ее дочь: "...мама?.. Что... черт возьми... это было?" "Что именно?" — спросила Рейвен, оборачиваясь. Роуз, судя по всему, все еще была без сознания, но Янг с трудом приподнялась и явно старалась не реагировать на вид забинтованной культи на правой руке: "Я уверена, что твой дядя сказал тебе, что мы с ним больше не общаемся в вежливом тоне." Янг закашлялась, пошарила рукой вокруг и нашла стакан с водой, который оставил Тай. Она выпила его залпом, и когда заговорила снова, ее голос звучал уже не так слабо: "...ты... Озпин сказал, что это... его вина? Из-за него ты нас бросила?" "Ты даже представить себе не можешь, в скольких вещах виноват этот человек" — сухо ответила Рейвен: "Но да, среди них и мой уход, и мое отсутствие." Дочь уставилась на нее, ее рука безвольно упала на колени: "...это... не имеет смысла" Рейвен пожала плечами: "Только потому, что ты не знаешь правды, по крайней мере моей правды." "Твоей правды?" "Правда — это такая же субъективная точка зрения, как и всё остальное, Янг" — Она взмахнула рукой: "История о славной победе императора Мистраля была историей жестокого геноцида для народа Бранвен, но ты не найдёшь много книг по истории, в которых об этом говорится именно так" Янг моргнула, а затем покачала головой: "К чему ты клонишь?" "К тому, что если ты хочешь принять взвешенное решение, тебе нужно знать всё, а это... существо" — Рэйвен сплюнула: "эта... тварь, маскирующаяся под человека, никогда не расскажет тебе ничего, кроме того, что он хочет, чтобы ты знала. Того, что нужно Озпину, чтобы вести тебя по выбранному им пути." Рот девушки открылся, а затем закрылся: "...существо? Тварь? Что... просто... нет, мне нет дела до Озпина!" "А стоило бы" — сухо ответила Рэйвен: "Из-за него на этот город напали, из-за него распалась моя команда, и из-за него погибла Саммер." "Из-за тебя погибла Саммер!" — глаза Янг вспыхнули, став ярко-красными: "Из-за тебя погибла моя мама! Тебя не было рядом с ней!" Рэйвен... отвела взгляд, пытаясь отогнать нахлынувшие воспоминания: "...Озпин отправил её туда, и в то время я не могла... добраться до неё. К тому времени, как я добралась..." "Лгунья" — прошипела её дочь, её волосы затрещали, а тело напряглось, словно она собиралась встать... но она моргнула и рухнула на спину. Почти сразу же она начала тяжело дышать от изнеможения, её глаза снова стали фиолетовыми, а силы, которые у неё ещё оставались, иссякли. "Я не лгу, Янг" — бесстрастно сказала она, когда стало ясно, что у Янг больше нет сил: "И я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать, как только ты поправишься и мы сможем начать твоё обучение" "Я... никуда... с тобой... не пойду" — Рейвен закатила глаза и не обратила на неё внимания. Честно говоря, она и не собиралась её останавливать. Единственный, кто мог это сделать, и угроза со стороны которого не позволяла ей просто забрать Янг, когда та подросла, был Озпин. Этот же глупец теперь, очевидно, был не против, чтобы она общалась с дочерью, несмотря на возражения Кроу. Вероятно, он рассчитывал, что преданность Рейвен и Роуз бессмысленным представлениям Саммер о героизме удержит Янг в узде, что бы Рейвен ей ни говорила. Или же он совсем выжил из ума и надеялся вернуть её в лоно церкви, воспользовавшись наивностью ребёнка или каким-то другим подобным идиотизмом. Возможно, он извлёк урок из своей ошибки с STRQ и надеется, что правда заставит их быть более преданными. Если они узнают, что у них есть конкретный враг, конкретная угроза их драгоценному королевству... Она покачала головой. Будет непросто избавиться от этой детской идеологической обработки, но она не собиралась упускать такую возможность. Никакие детские капризы не заставят её передумать, ведь у неё наконец-то появился шанс вернуть то, что у неё украли Саммер и Озпин. "У меня не будет времени заниматься только с тобой, так что мы будем встречаться каждое воскресенье и, возможно, раз в неделю по вечерам. Ты узнаешь правду об Озпине и об этом мире, перестанешь полагаться на свои детские истерики и научишься справляться с отсутствием руки. Как только тебе сделают нормальный протез, мы займёмся и этим." Янг попыталась испепелить её взглядом, но было очевидно, что она с трудом держится на ногах после своей маленькой выходки: "...Я сказала... нет... сучка." Рейвен посмотрела на дочь, а затем нанесла решающий удар: "Если ты не хочешь, чтобы твоя сестра стала орудием Озпина с его серебряными глазами и была обречена на раннюю смерть, как ее мать, то тебе нужна информация, которой располагаю я" Девушка застыла, слегка приоткрыв рот. "Я не буду работать с Роуз или наследницей Шни, но если ты не доверяешь мне настолько, чтобы прийти одна... я потерплю твою напарницу" — Белладонна, по крайней мере, не лишена ума, раз у нее хватило здравого смысла сбежать, когда ей пришлось столкнуться с более серьезным противником. Уже одно это говорит о том, что она гораздо умнее большинства своих сверстников... и уж точно на голову выше собственной дочери: "Увидимся через шесть дней" Казалось, что Янг хочет что-то сказать, возможно, очередной бессмысленный отказ, но потом ее глаза закрылись, и она просто рухнула на кровать. Рейвен несколько мгновений наблюдала за ней, пока не убедилась, что девочка спит, и стала обдумывать дальнейшие действия. Ей нужно было связаться и с другими людьми, в первую очередь с более благонадежной половиной преступников, которые сейчас работают в Биконе, но присутствие Озпина в больнице делало это невозможным. Насколько ей было известно, эта парочка все еще находилась в здании и решила немного отдохнуть здесь, пока в школе не найдутся буллхед, чтобы забрать их обратно. Ей придется подождать до другого раза, когда она сможет застать их наедине. И все же Озпин вряд ли приехал сюда только для того, чтобы отправить Кроу с поручением и лично поговорить с Тай... учитывая масштабы кризиса. Это слишком простое объяснение. Должно быть, он узнал о ее приезде и сразу же приехал. Он знал или, по крайней мере, подозревал, что случилось с последней Девой Весны, и хотел убедиться в этом лично. Черт возьми, вот что бывает, когда проявляешь сентиментальность. Ей следовало уехать несколько часов назад и просто привезти Янг в Племя, когда та придет в себя. Хотя... Она полагала, что это было неизбежно. Рано или поздно он или Салем должны были ее обнаружить, и лучше уж он, чем Королева. Это означало, что у нее все еще есть варианты, которые можно испробовать. Дни Озпина в его нынешнем обличье сочтены, знал он об этом или нет. Ей просто нужно было найти правильное место, чтобы оказаться рядом, когда все закончится, и сделать так, чтобы Салем не получила желаемого. А если Озпин при этом пострадает за то, что натворил... тем лучше.

***

Нео зевнула и потянулась, устроившись на подоконнике в их кабинете и глядя на предрассветный свет. Она чувствовала приятную боль во всем теле после боя и ленивого секса, который они устроили, когда наконец проснулись, и солнечный свет приятно согревал ее кожу. Было еще недостаточно тепло, чтобы почувствовать себя как дома, но она была рада и тому, что есть. Через мгновение Жон заразительно зевнул, потянулся и принялся перекладывать бумаги на столе: "Вечно эти чертовы бумажки... ну серьезно, зачем нам записывать, сколько выстрелов мы произвели?" Люди в организованных королевствах — идиоты с обсессивно-компульсивным расстройством? Ее напарник фыркнул: "Ты сегодня в настроении... неужели я был так хорош?" Она махнула рукой, вытянула ноги и устроилась поудобнее. Он был как минимум на уровне, а новость о том, что занятия отменены до конца недели, стала приятным бонусом к пробуждению. Жон покачал головой и слегка улыбнулся, записывая что-то, что, скорее всего, было случайной догадкой: "Приятно знать, что моя сексуальная удаль не так важна, как отмена занятий." Нео закатила глаза, услышав его драматичный тон. Мужчины так трепетно относятся к тому, что у них получается в постели. Он показал ей средний палец, а потом записал что-то еще: "Отлично, нам нужно оценить работу MINT и RAVN, убедиться, что они справились с промежуточными заданиями." Она приподняла бровь. Он не мог говорить серьезно, ведь RAVN уже сдали свои задания. Через мгновение он помахал перед ней листком бумаги, и она потянулась за ним. Она пробежалась по нему взглядом, усмехнулась и протянула руку за ручкой. Жон, казалось, не хотел отдавать ее, но после того, как она нетерпеливо щелкнула пальцами, все же протянул ручку ей. Нео поставил галочку в графе «пройдено», добавил вежливый комментарий в строке под ней, расписался в соответствующем поле и вернул ручку Жону. "...Нео, не думаю, что ты можешь так подписывать официальные документы" Почему нет? Не то чтобы Озпин когда-нибудь читал эту чушь. "Нет" — согласился он: "Но Глинда могла бы, а ты не заполнил остальные поля." Так? Жон вздохнул и отложил его в сторону, достав дубликат для команды MINT, и заметно замедлил работу над остальными документами. Она прислушалась к звуку его пера, царапающего бумагу, а затем снова повернулась и посмотрела на территорию школы, наблюдая за тем, как шелестят деревья и тихо переговариваются ученики. Сегодня в школе было тихо, большинство учеников, вероятно, еще спали, хотя уже перевалило за полдень. В отличие от школы, в торговом центре ССТ кипела жизнь: прямо над головой завис линкор Атласа, а вокруг него постоянно летали самолеты. Это был единственный корабль, который все еще находился поблизости. Два других были забиты ранеными солдатами и отправлены домой. Согласно полученному отчету, это было сделано не столько для того, чтобы забрать людей, сколько из-за того, что оба корабля израсходовали весь боезапас. Третье судно, то, что было в Маунтин-Гленн, взяло на борт то немногое, что у них осталось, чтобы пополнить собственные запасы, и осталось в качестве демонстрации поддержки союза с Вейлом. И все же, несмотря на гигантский летающий кирпич над головой, день выдался приятным, особенно после битвы... у нее было время собраться с мыслями и подумать. То, что Жон дважды за одну ночь раскрыл себя, не радовало ее, хотя, по крайней мере, в первый раз он сделал это не по своей воле. По его словам, Бранвен прямо приказала ему наделить Янг аурой, намекнув, что эта стерва знает их на таком уровне, который ее не устраивал. Они попытались разыскать ее до того, как покинули больницу, но оказалось, что она уже ушла, а Озпин в любом случае где-то поблизости. Эту проблему нужно было решить как можно скорее, если вообще возможно. Но больше ее беспокоил второй случай. Одержимость Жона стремлением быть хорошим и благородным беспокоила ее с того самого момента, как она решила, что он принадлежит ей. Она делала все возможное, чтобы избавить его от этого, пока это безумие не привело к его гибели или гибели всех остальных... Но оно просто обожало поднимать свою уродливую голову в самый неподходящий момент. С этого момента ей придется пристально следить и за ним, и за Шни. Она подняла руку, чтобы потереть лицо, и вздохнула. Не то чтобы она могла на него сильно злиться. Если быть объективной, его проявление значила для нее меньше, чем ее собственная. Если бы Синдер разобралась с этим, это могло бы даже немного ее отвлечь. Все равно это был глупый поступок... она же не из RAVN. Мы ничего ей не должны. Хотя, честно говоря, раздражение, которое она испытывала по отношению к своему благонамеренному, но порой недалекому возлюбленному, было второстепенным по сравнению с яростью, которую она испытывала по отношению к Роману. Она могла понять его желание, ну, знаете, выжить в этой неразберихе, но всему есть предел. У Вакуо были негласные правила, которые нельзя было нарушать. Нападать на людей с помощью Гримм определенно входило в этот список. Он мгновенно превратился из необходимого, хоть и раздражающе молчаливого союзника и почти друга в опасного человека, от которого можно было ожидать чего угодно. Никто за пределами его личной империи больше не хотел иметь с ним ничего общего, и все цивилизованные королевства Ремнанта, а возможно, и большинство нецивилизованных, скорее всего, предпочли бы видеть его мертвым, а не живым... как только распространятся новости. Он выбрал Синдер... придурок, наверное, думает, что еще может работать с нами, может, ударит ее в спину, чтобы выторговать помилование или что-то в этом роде, но это не прокатит. Жон никогда не простит ему того, что он сделал. Даже если он не станет лично убивать Романа, их недолговечная дружба и союз определенно закончились. Вернувшись прошлой ночью, они первым делом разослали сообщения всем своим союзникам, в которых сообщили, что Роману больше нельзя доверять и что все их планы будут скорректированы, как только они разработают новые. Вест и Леви восприняли это без особого энтузиазма, но Джуниор и Уголек прислали сбивающие с толку сообщения. Но как только утренние новости начали обрастать подробностями, они сменились на понимающие. Сюн дал понять, что Клуб больше не принимает тех, кто работает на Романа, а Уголёк сменила отель и сменила свитки, чтобы он не мог с ней связаться. Возможно, в душе Чарли была наемницей, но она выросла в том же городе, что и Нео. У нее были те же неписаные правила. Вопрос в том, почему он так поступил. Может, он просто оказался не в то время не в том месте и его втянули в операцию Белого клыка? Она была уверена, что он попытается разыграть эту версию, но не поверила бы ему. Он не мог не знать, что на самом деле задумал Таурус, учитывая, как часто ему приходилось работать с Белым клыком. Черт возьми, может, он даже подстрекал их к тому, чтобы они действовали еще жестче, чтобы попытаться вывести их из игры, уничтожить их и оставить Синдер единственной надеждой. А может, он просто так сильно ее боялся, что решил, будто его вот-вот убьют... Тихий стук в дверь отвлек ее от этих мыслей и заставил вернуться в реальность. Она подняла голову и увидела, что в комнату заглядывает женщина, о которой шла речь. Обычно собранная Синдер выглядела изможденной, под глазами у нее залегли глубокие тени. Она явно заметила, как напряглись Нео и Жон при виде нее. "Жон, Нео" — вежливо поздоровалась Синдер: "Не хотите ли выпить со мной чашечку кофе?" Жон замешкался, потом отложил ручку и жестом пригласил ее войти. — Конечно, нет, особенно учитывая, что в противном случае мне пришлось бы все это выслушивать. "Я понимаю, о чем ты" — ответила Фолл, закрывая за собой дверь: "Большая часть этого кажется такой несущественной." Нео развернулась на стуле, чтобы дотянуться до стойки с оружием. Она была далеко не так хороша в «Переменном ударе», как Жон, но этого было достаточно, чтобы задержать ее, пока ее напарница доставала их главное оружие из спальни. Она наблюдала за тем, как другая преступница суетилась на их кухне, не нуждаясь ни в указаниях, ни в разрешении, чтобы начать готовить. Синдер быстро достала один из охлажденных кувшинов с «Нирваной» и принялась его взбалтывать. В отличие от Озпина, она, по крайней мере, знала, как смягчить эффект эйфории, не испортив вкус напитка, и полрюмки виски, которые она добавляла в каждую чашку, повысили одобрение Нео на микроскопическую долю. "Итак" — спросила Жон, когда Фолл принесла им кофе и устроилась в своем любимом кресле в их комнате: "Если ты не против вульгарности, то какого хрена, Синдер?" Бледная женщина поморщилась и отпила из своей кружки: "Наш общий друг предупредил меня, что ты расстроен... и, по правде говоря, я тоже недовольна тем, как прошла прошлая ночь." Он медленно постучал пальцами по столу, поерзал на вращающемся стуле и убедился, что видит руки Нео. По крайней мере, он помнил, что в вопросах, касающихся Синдер, она главная, и это хорошо: "Пожалуйста, продолжайте." Синдер прищурилась, услышав его тон, но, сделав еще один глоток, похоже, смирилась: "Я уверена, вы догадываетесь, в чем был смысл плана. Он должен был стать продолжением предыдущего полицейского рейда, но с большим количеством вариантов развития событий. Роман должен был освободить заключенных, Таурус — устранить нескольких жирных советников, а я — получить свободный доступ в службы безопасности Бикона и в башню Центрального командного пункта во время всеобщей суматохи." Все это звучало довольно просто, если бы не зияющие пробелы в ее объяснении, которые Нео на мгновение оставила без внимания, пока ее напарник переводил слова Синдер: "И как это могло вам помочь?" "Озпин работает с другими директорами над защитой реликвий и обменивается с ними личными сообщениями" — Синдер пожала плечами: "Взломав систему безопасности, я бы получила план школы и возможные входы в хранилище, а Центральный командный пункт позволил бы мне узнать, в курсе ли он моих планов." Нео подняла бровь и опустила кружку. Она умеет взламывать компьютеры? "Не совсем" — ответила Синдер после того, как Жон перевел ее слова: "Один из моих сообщников умеет это делать и предоставил мне необходимые средства." Нео задумалась, а затем слегка надавила на нее. Жон довольно точно передал ее недоверчивый тон: "И вы не имели никакого отношения к подстроенному крушению поезда и беспорядкам? К скоплению Гриммов?" "Да, нет и нет соответственно" — ответила Синдер: "Поезд должен был быть использован позже, во время фестиваля Вайтела. Предполагалось, что он отвлечет внимание от школы, пока я заберу реликвию и скроюсь в суматохе." Это... в какой-то степени имело смысл и объясняло её терпеливое поведение до этого момента. Она была абсолютно уверена в своём плане по отвлечению внимания, который должен был выманить всех из школы и дать ей возможность силой прорваться в хранилища, которые она нашла бы, воспользовавшись чертежами и планом школы, которые она скопировала из её собственной системы. Синдер никогда не собиралась молчать об этом, как и они, и, если это правда, план был хорош. Даже если бы он не сработал, девственные силы Синдер, вероятно, сделали её достаточно самонадеянной, чтобы полагать, что она справится с любым, кто останется и попытается её остановить. Для Жона это было слишком жестоко и кровожадно, а для Нео — слишком рискованно, но... план был неплох. "Дорогой Адам" — при упоминании его имени в голосе Синдер зазвучала неприкрытая ярость: "очевидно, решил, что терпение того не стоит. Он решил нанести удар на несколько месяцев раньше, когда ещё не был готов, хотя я всего лишь хотела провести операцию в одиночку. Спасибо, что избавил меня от необходимости объяснять ему, что он ошибается." Нео слегка наклонила голову, пока Жон говорил: "А беспорядки? Тоже его рук дело?" Синдер махнула рукой: "Можете спросить его бывших приспешников, для него это не новая стратегия. Большая часть антифавнской пропаганды в Вейле на самом деле финансировалась Таурусом. Он ненавидел человечество, но при этом ненавидел и свой народ за то, что тот не разделял его страсти... Я презирала его за то, что работала с ним, но у него было то, что мне было нужно." "И теперь он мёртв" — заметил Жон, сделав паузу, чтобы быстро отпить из кружки: "Вы хотите привлечь нас к чему-то ещё, не так ли?" "Как вы так ловко подметили, Гримм были вовлечены в организацию на необычном уровне" —Синдер постучала пальцем по своей кружке: "Я считаю, что за этим стоит еще один член моей организации, который, возможно, пытается помешать моим планам. Скорее всего, это он снабдил Тауруса приманками, необходимыми для того, чтобы собрать зверей в одном месте, но именно раны, которые он нанес Винтеру Шни, выдали его присутствие" Яд... это единственное, что она могла иметь в виду, единственное странное обстоятельство в истории ранений Винтера, несмотря на их количество. "Да" — Женщина ответила после того, как Жон передал ей слово: "Скорпион-фавн по имени Тириан... он совсем безумен." Жон покачал головой: "Тогда зачем втягивать его в какое-то преступное предприятие?" "Потому что он самый смертоносный охотник из всех, кого я когда-либо видела" — Синдер покачала головой: "Я предполагала, что это он убил директрису Хейли в Академии»" Нео замерла, к ней вернулись воспоминания... хихикающий мужчина с певучим голосом охотится за ними, насмехается над ними, смеётся, пока их школа горит. "Ты... не можешь говорить всерьёз" — выдавил её напарник через мгновение: "Ты с ума сошла, если думаешь, что мы купимся на это. Человек, ответственный за то, что с нами случилось, — это тот же человек, который подставил тебя? Ты что, считаешь нас дураками?" В глазах женщины вспыхнул гнев, но она сохранила спокойствие: "Если бы я считала вас дураками, я бы уже убила вас. Жон, остановись и подумай. Что я могла бы выиграть от вчерашнего провала?" Это... заставило Нео немного отступить, а Жона, похоже, тоже заставил задуматься. Что могла выиграть Синдер прошлой ночью? Дело было не в престиже, она вряд ли могла гарантировать, что окажется в нужном месте в нужный момент, чтобы остановить происходящее. Судя по всему, она хорошо проявила себя у Стены, а затем защищала членов Совета, пока Белый Клык терпел поражение, но ничего выдающегося не сделала. Ничего такого, что позволило бы ей в ближайшее время получить власть, и она вряд ли рассчитывала, что сможет убить Тауруса или Романа. Если она хотела отвлечь их, чтобы получить доступ в школу, то вчерашняя ночь была для этого самым неподходящим временем. Бал был торжественным мероприятием, на котором должны были присутствовать все профессора, и она, конечно же, была там и вместе с остальными погрузилась в хаос, охвативший город. У нее не было времени ускользнуть, пока звучала тревога и ей приказывали собрать команду и уходить. Единственное, что приходило ей в голову, — это то, что у Синдер есть какой-то другой план, какая-то козырная карта в рукаве, из-за которой всё это выглядит настолько жалко и обыденно, что она может позволить себе выбросить всё это на ветер, если вдруг решит, что они с Жон могут стать её союзниками. Жон провёл рукой по волосам, когда она показала ему этот жест: "...да, у меня тоже ничего нет, но это не значит, что мы тебе верим" "Я бы расстроилась, если бы это было не так" — сказала Синдер, отставляя чашку в сторону: "Не стесняйтесь расспросить Романа и мисс Шни, когда она придёт в себя. Я уверена, что они подтвердят мои слова, каждый по-своему" Нео была почти уверена, что так и будет, но это не изменило и, скорее всего, не изменит её мнение. Очевидно, что прошлой ночью у Синдер что-то пошло не так, кто-то вмешался либо раньше, чем планировалось, либо в большей степени, чем предполагалось, но это не меняло общей ситуации. Прошлой ночью Синдер лишилась могущественного союзника, но взамен, вероятно, потеряла Романа. Жон, может, и хотел бы поверить в её дружеские намерения, и, возможно, это просто продолжение той же линии поведения, но Нео знала, что не стоит доверять протянутой руке и сладким речам. Возможно, она просто пытается извлечь выгоду из безвыходной ситуации... но мы не можем ей доверять. Она толкнула Жона ногой в спину, а затем начала показывать ему жесты, пока он повторял за ней: "Мы поговорим с ними, но из-за этого наши собственные планы тоже сдвинулись. Мы собирались найти хранилище на этой неделе, но из-за всей этой новой работы и усиленной охраны..." "Я прекрасно понимаю" — Синдер, казалось, постепенно расслаблялась: "Честно говоря, похоже, что и мне придётся погрузиться в работу и, возможно, снова отправят на какое-нибудь дурацкое задание. Сегодня утром Гудвич сообщила мне, что две трети заданий всё равно нужно будет выполнить, и они не исчезнут сами собой." Нео пожала плечами и откинулась на спинку стула. Не то чтобы она должна была участвовать в этих заданиях, хотя, возможно, Жон будет в их числе. Её по-настоящему беспокоило только... В дверь снова постучали, и раздался голос Ублек: "Жон, Ниополитан? Можно войти?" Синдер вежливо поднялась, открыла дверь и впустила другого преподавателя. "А, мисс Фолл, хорошо, что вы здесь. Я как раз собирался за вами зайти" — Нео прищурилась: "У нас экстренное совещание, которое пройдёт за рабочим обедом. Мы обсудим вчерашние события и решим, как теперь распределять задания на промежуточный период. Да, и, Нео, кажется, сегодня днём в школу прибудут несколько репортёров, чтобы взять у вас интервью о вашей схватке с Таурусом" Нео не могла застонать... но могла закрыть лицо руками и вздохнуть.