Зов Драконов

Не знаю, как долго я провел в беспамятстве. Просто внезапно, как будто сквозь сон, почувствовал, что меня куда-то несет. Открывать глаза было лениво, тело не чувствовалось никак, а разум был окутан дремой. В какой-то момент включились последние воспоминания. По всему выходило, что я должен был умереть, но если меня куда-то несут, то это ж неспроста! Почувствовав себя мудрым, как плюшевый медведь, решил попробовать доспать, но тут движение закончилось. - Открой глаза, человек! – голос странный, шипящий, да и слышу я его как будто не ушами, а внутри головы. - Не хочу! Спать хочу. Идите все лес. – Вот не знаю, с чего я решил включить вредного. Вероятно, припомненные обстоятельства погружения в сон, портили настроение. - Тебе поздно спать. Ты умер, человек. – Голос другой и несет чушь. Никогда не верил в загробную жизнь. - Тогда тем более. Мертвым покой положен. Вокруг меня стало тихо, но спать окончательно расхотелось. Открыл глаза, ожидая увидеть больничную палату госпиталя, но не увидел вообще ничего. Темно, как у негра. - Я что, ослеп? - Нет, ты умер. – Опять новый, уже третий по счету голос. И опять хрень несет. Тянусь рукой пытаясь нащупать повязку на голове, но понимаю, что не чувствую ни руки, ни тела. Сонная одурь отступает окончательно. - Что со мной? Где я? - Ты умер, человек. Ты глуп? Ты нас не понимаешь? - Я понимаю. Просто не верю в жизнь после смерти. Если я мыслю, значит живу. Скорее всего я в больничке и отхожу от наркоза. В этот момент я ощутил прикосновение сзади. Резко оборачиваюсь, все еще не ощущая толком тело. -Охтыжйоб! – перед моим взором открылась картина, которую точно не ожидаешь увидеть, обернувшись на легкое прикосновение к плечу. На меня смотрела здоровенная, значительно выше человеческого роста башка ящерицы. Цвет – преимущественно черный с красноватыми переходами. Первое, что бросалось в глаза – пасть с частоколом клыков, каждый не меньше метра в длину. Здоровенные, словно подсвеченные изнутри, глазища насыщенно фиолетового цвета с вертикальными, как у кошки, зрачками. Венчали все это великолепие шесть рогов в виде короны, крайние из которых были значительно длиннее остальных и загибались назад, придавая и так не маленькой башке еще пару метров высоты. - Это было грубо, человек. – Вот же глюк чешуйчатый! Еще манерам меня учить будет. - Грубо со спины подкрадываться и людей пугать. А та фраза – не грубость, а выражение удивления. Со стороны ящерицы последовал тяжкий вздох, должный, видимо, вызвать у меня муки совести, но, закономерно, не вызвал. - Ну ладно. Раз с грубостью разобрались, продолжаем разговор. Вы, уважаемый, кто будете? – Бред – не бред, а делать все равно нечего. Почему бы и не поболтать? - А сам как думаешь? - Честно? - Говори. - Глюк. - Что? – Ящер, похоже удивился, даже глазищи еще больше стали. - Ну глюк! Галлюцинация. Я или умираю сейчас, и вы мне в бреду мерещитесь или же в больничке и добрые лечилы меня чем-то ядреным накачали. Новый тяжелый вздох от ящера был немного ожидаемым. Голова резко ушла куда-то вверх, за пределы освещенного пространства. Я снова оказался один в темноте. - Он не подходит! – Голос говорившей со мной ящерицы был переполнен негодованием. - Он просто еще не понял! – А вот и второй заговоривший со мной появился. - Смертным сложно осознать свою смерть. – И третий тут как тут. - Ну ладно. Поскольку из данного бреда меня пока выпускать не собираются, можем и пообщаться. Глюк, вернись, я все прощу! – Что-то меня понесло. Обычно я гораздо более сдержан и плоскими шутками не кидаюсь. - А он наглец, мне нравится! – В третьем голосе слышался сдерживаемый смех. - РРРРРРРрррррааааааааааааааа!!!! А вот это было лишнее. От этого толи рыка, толи рева, казалось, содрогнулась окружающая меня тьма. - Не надо так кричать, уши заложило! – Это, похоже, нервное. Стебусь над собственными глюками и остановиться не могу. Тьму сотряс хохот. - Он и вправду забавный. – Второй голос. - Возможно, он нам и подойдет. – Третий. - Вот сама с ним и разбирайся. – Первый глюк явно обиделся. Передо мной опять возникла голова ящерицы. На этот раз молочно-белого цвета. Глаза сияли золотом. - Давай поговорим, человек. - Давай. Я человек, а кто ты? - Меня зовут Мераксес. Когда-то я была одним из богов-хранителей мира, похожего на тот, в котором ты жил. - Я слышал это имя прежде. Бог-дракон древней Валирии. – А кто не слышал? Не могу себя назвать фанатом Мартина, но изданную часть Песни Льда и Пламени в свое время прочел. Да и Игра Престолов была в свое время просмотрена. - Так и должно было быть. Мы не смогли бы подхватить душу человека, который никогда не слышал о нас. - Конечно. А человек не может бредить о том, чего никогда не знал. - Все еще считаешь нас бредом? - А как иначе? Я атеист, в богов никогда не верил и никому не поклонялся. И вот, после смерти, вдруг встречаю богиню из книжки одного популярного писателя. Не архангела с мечом, не черта с вилами, а бога-дракона. Что это еще, если не бред? - Сложно с вами, неверующими. Смотри. Тут окружающая меня тьма рассеивается, и я вижу до смерти мне надоевшую картину города в окружении гор.  Теперь сон более подробен и как будто бы более реален. Я вижу идущую на улицах города жизнь. Здесь торговые ряды по-восточному пышного базара, где можно купить товары со всего мира и рабов на любой вкус. Там неспешно прогуливаются по тенистым аллеям граждане в разноцветных тогах. В ремесленных кварталах идет работа, где-то слышен стук ткацкого станка, где-то звон кузнечного молота. Взгляд взмывает выше, и я вижу парящих над городом драконов с всадниками на спинах. Дальше меня переносит к ступеням огромного здания, по виду напоминающего афинский Парфенон. Приходит понимание, что это храм Четырнадцати. Храм всех богов-хранителей древней Валирии. В храме что-то идет не так. Взгляд проникает внутрь, и я вижу алтарь, предназначенный для даров богам.  В алтарь воткнут меч, вокруг меча видна кровь. Вокруг алтаря стоят семь человек. Руки сложены на груди, и они заунывно тянут какую-то песню. Кровь, стекающая с алтаря, темнеет, пока не превращается в субстанцию, похожую на битум. Раздается грохот, шум от падающих колонн, но взгляд снова переносится в высь. Я снова вижу город с высоты птичьего, или, что верней, драконьего полета. Земля вокруг храма осыпается, открывается чудовищный провал, понемногу захватывающий город. Взор перекрывают клубы пепла, но еще видно, как потоки лавы с гор устремляются к гибнущему городу. Взор снова закрывает тьма и лишь уже знакомая голова белого дракона видна во мраке. - Ты видел гибель Валирии. Нашего детища. Нашей надежды. Надежды всего этого мира. - Не в первый раз видел, Мераксес! Этот сон преследует меня уже давно. Ваша работа? - И да, и нет. Мы искали подходящую нам душу. Те, чьи души нам подходили, могли в своих снах ощущать наш Зов. Тебе Зов приходил в виде этого видения. - Так себе зов. Письма писать не пробовали? Еще можно позвонить, прислать е-майл! Двадцать первый век на дворе! - Мы не можем влиять на происходящее в твоем мире ни прямо, ни косвенно. Не можем отправлять письма. У мира, где ты был рожден, свои хранители и свои законы. - Так почему я здесь, а не с ними? Ну, если на секунду принять, что все это не бред тяжело раненого. - А ты к ним и не стремился. После смерти твоя душа должна была вернуться в цикл перерождений, очиститься от памяти прошлой жизни и вновь воплотиться. Но наш зов позволил тебе сохранить свою личность, а душе попасть к нам. - То есть, мою душу вы тупо сперли у других богов? Вы когда-нибудь видели смущенного дракона? Вот и я до этого – нет. Но отчетливо понял, что Мераксес смущена. - Мы не воры! Твоя душа все еще может вернуться в цикл твоего мира. - Угу. Следаку расскажешь. Мераксес, казалось, еще больше засмущалась, а вокруг раздался смех уже знакомых голосов. - Ну как, он все еще тебе нравится? – Первый глюк, похоже, решил припомнить мне обстоятельства нашей встречи. - Он забавен, Балерион, согласись. – А вот второй, похоже, нашел себе клоуна. Я в роли клоуна, печально. Рядом с головой Мераксес возникла черная башка, очевидно, Балериона. - Смертный, ты можешь и дальше упражняться в остроумии и смущать мою сестру, но твое время уходит. Сейчас ты выслушаешь нас и примешь решение. Или ты согласишься на наше предложение или вернешься туда, откуда пришел. На этом для тебя все закончится, а твоя душа, лишенная памяти, отправится туда, куда ей полагается попасть. - Да я и так вас слушаю. А острю не со зла, оно как-то само… - Здесь ты лишен своего тела, его химия не диктует тебе желания, но и оковы разума ослабли. Твое поведение понятно, но все же тебе нужно выслушать нас. Время истекает. - Слушаю. Перед глазами появилась третья, кроваво-красная голова дракона. На этот раз заговорила она. - Я Вхагар. Третья из Четырнадцати. Балерион и Мераксес уже представились. Мы трое – все, кто остался из хранителей Валирии. Хранителей этого мира. Теперь люди поклоняются богам, которых придумали сами, а нас забыли. По большому счету нам это безразлично. Миры рождаются, растут, взрослеют, стареют и умирают, как и люди. Уход хранителей неизбежный этап взросления любого мира. Но мы ушли не сами, нас изгнали из нашего мира до того, как он был к этому готов. Вхагар ненадолго замолчала, а я решил задать вопрос. - Как это произошло? - Мы слишком многое дали нашим детям. Есть знания, опасные для неподготовленных к ним умов. Наши дети не были готовы. – Ответила мне Мераксес. - То есть вас изгнали ваши же дети? Младшие боги какие-нибудь? - Нет. Валирийцы. Архонты Валирии получили от нас силу, богатство, знания, власть, здоровье и долголетие. Они имели все, что только мог иметь смертный. Но этого им оказалось мало, и они решили взять больше. Попытались сами стать богами. Забрать нашу силу и наши жизни. Разработанный ими ритуал был проведен в средоточии нашей власти. В точке нашей привязки к этому миру. Пытаясь сопротивляться ритуалу, погибли одиннадцать наших братьев и сестер. Тогда Балерион решил прервать ритуал и разбудил Четырнадцать Огней. Землетрясение и вулканы уничтожили Валирию, ритуал был прерван до его завершения, но наша связь с этим миром ослабла до предела. - Понятно. И прогнозируемо. Жадность человеческая границ не знает. Человек всегда хочет большего, такова наша природа. Как же вы так, уважаемые боги? – Бред или нет, но звучит рассказ драконов складно. Ну или мне под обезболами так кажется. В любом случае, что я теряю, общаясь с ними? Да ничего. - Так сложилось и поздно теперь об этом говорить. – Балерион недовольно скривил свою пасть. – Ты готов слушать дальше? - Готов. - Дальше было много крови, боли и горя. Валирия потеряла не только свою метрополию, но и большинство драконов, наш дар первым из валирийцев. Погибли и те, кому было даровано право приказывать драконам. В тот день они все собрались для участия в ритуале архонтов. Все семьи, кроме одной. - Таргариены. Я примерно представляю, что было дальше. Один наш писатель очень подробно описал ваш мир. Но как так получилось? Откуда наш писатель все это знал? - А откуда авторы черпают идеи для своих произведений? Из снов, явных и забытых, из мыслей, чей источник вам неизвестен. Наш Зов был слышен во множестве миров и те, кто мог его слышать, могли получить информацию, что он нес. Только не считай все, написанное вашим писателем, за истину. Что-то принес ему Зов, что-то подсказала фантазия. И фантазии там точно было больше. - Понимаю. Что дальше? Что угрожает вашему миру? И почему вы просто не уйдете, не бросите мир, который так вас предал? - Этот мир – наше первое творение. Наше первое дитя. Мы допустили ошибки, мы понесли потери. Но бросить своего первенца… Наши погибшие братья и сестры этого бы не поняли. Теперь я расскажу о том, что угрожает миру. А лучше покажу. Картинка перед глазами снова изменилась. Вместо тьмы с головами говорящих драконов взору предстали бескрайние леса с высоты драконьего полета. Пришло ощущение, что мы находимся далеко к северо-западу от места, показанного в прошлом видении. Взор опускается ниже, к самой земле. Я вижу невысоких гуманоидных существ, весьма схожих с людьми, но невысоких, со странным оттенком кожи, одетых в странные одежды из листвы и коры деревьев. Понимаю, что это Дети Леса. К пещере, в которой жило показанное мне племя, подходит отряд, вполне себе людей на этот раз. Одеты в кожу и шкуры. На нескольких видны кольчуги. Вооружены копьями, топорами и мечами, по виду – бронзовыми. Следует короткая команда и отряд резко срывается вперед. Пытающихся преградить им дорогу Детей просто сносят. Падают тела, отлетает в сторону чья-то рука, остатки Детей Леса бегут от своих убийц к реке. Их не преследуют. Не понесший никаких потерь отряд добивает сбитых с ног Детей и снова строится перед входом в пещеру. Из пещеры идет волна холода. Из глубины показывается человеческая фигура. По мере приближения становится видно, что это человек с неестественно бледной, почти синей и покрытой морозными узорами кожей. Ярко горят синие глаза. Рослый воин в кольчуге бросается на пришельца с мечом в руке. Удар, от которого синий даже не попытался защититься, не наносит ему никакого видимого урона, а вот меч воина с печальным звоном рассыпается на куски, как стеклянный. Белый Ходок быстрым движением хватает воина за горло. Как будто в бочку с жидким гелием опустили. Тело моментально покрывается изморозью, а будучи отброшено в сторону, раскалывается на куски. Отряд воинов бросается вперед и погибает. Кто-то заморожен, кто-то пробит насквозь голой рукой «синего человечка», кого-то убили его же вырванным из рук оружием. Отряд из двадцати трех человек уничтожен менее, чем за минуту. Внушает, ничего не скажешь. Дальше мне показывают Детей Леса, с опаской приближающихся к своему защитнику. Белый Ходок стоит не шевелясь. Дети Леса что-то ему говорят. Он не реагирует. Один из Детей приближается к Ходоку и повторяет непонятную мне фразу. Тут Ходока как будто включили. Взгляд голубых глаз фиксируется на новой цели. Снова резня, на этот раз еще более быстрая. Взор снова закрывает тьма. Снова драконьи головы. - Дети Леса и порожденные ими Белые Ходоки. - Ты правильно понял, человек. Пытаясь защититься от пришельцев, Дети Леса создали свою гибель. И гибель всего мира, если мы не вмешаемся. - Балерион, я сейчас, наверное, чушь скажу, но в той книге о которой мы говорили, это было. И был сериал, сделанный по книге под руководством ее автора. Там Короля Ночи и Белых Ходоков победили. Не все было гладко, но конкретно эту проблему решили. Без божественного вмешательства. - Перед тем, как разбудить тебя здесь, мы просмотрели твою память. Знаем и про книгу, и про сериал. То, что там показано – во многом странно, но возможно. Но более вероятен совсем другой исход. Снова вид сверху. Снова север Вестероса. Крупный замок века пятнадцатого на вид, заметенный снегом до середины крепостной стены. Взор переносится южнее, и я вижу огромную армию нежити, идущей на юг. За ней следуют в гораздо меньшем, но все же приличном числе, уже знакомые мне Белые Ходоки. В воздухе парят три дракона, но их чешуя покрыта морозными узорами, а на спинах видны «синие человечки». Сзади идет снежная стена бурана. Никаких битв на этот раз мне не показали, но было понятно и так, что ни одна средневековая армия такой вал мертвечины не удержит. Даже если не принимать в расчет их погонщиков. Вновь вижу перед собой трех драконов, утверждающих, что они боги. - Такой конец более вероятен, человек. – В голосе Мераксес слышна грусть. - Ладно, допустим, эта орда нежити захватит весь Вестерос. Но что потом? По воде они не ходят, Эссос не пострадает. - За Королем Ночи идет вечная зима. Накрыв Вестерос, она доберется и до Эссоса, и до других континентов. Узкое море замерзнет первым. – Балерион мрачен. - Откуда у Короля Ночи такая сила? Дети Леса были настолько могущественными магами? - Эта сила не принадлежит Королю Ночи, Дети Леса тоже не были ей хозяевами. Находясь в отчаянии, они пробудили то, что не стоило будить. - И что же это? - Знание об этом тебе ничем не поможет, человек. Объяснять долго, а время заканчивается. Одно ты должен знать. Король Ночи – средоточие этой силы. Уничтожь его, и она отступит. На время, достаточное, чтобы этот мир успел повзрослеть и даже состариться. - Я понял ситуацию в целом, но до сих пор не услышал вашего предложения. Говорите уже, пока добрые лечилы меня не вылечили. - Приди в этот мир, защити его от Короля Ночи, не дай угаснуть крови Старой Валирии. - Офигеть. Нашли избранного. Дорогие мои чешуйчатые друзья! Я манией величия не страдаю. И даже не наслаждаюсь. Всегда трезво оценивал свои силы. Я – хороший опер, ставший хреновым начальником. Не воин без страха и упрека, не гений менеджмента, не маг и волшебник в конце концов! В вашем мире все либо пойдет по пути, предсказанном Мартином, и тогда я просто не нужен, либо все умрут, и я вместе с ними. - Мы уже говорили, что видели всю твою жизнь, Кирилл. – Впервые Мераксес соизволила назвать меня по имени. – Ты прибедняешься. У тебя были любопытные увлечения и широкий спектр интересов. В том числе интерес к истории и теории государственности. Да и начальником ты был хорошим, не скромничай. - Что касается знаний и силы, тут мы можем тебе помочь, наш гладкокожий друг! – Кажется, я плохо влияю на драконов. Вон Вхагар уже ехидничать научил. – Мы дали силу и знания валирийцам. Дадим и тебе. - И все же, почему я? Таких, как я – легион под каждым кустом. - Не мало, но не так уж и много. Далеко не каждый способен расслышать Зов и откликнуться на него. У него были свои критерии отбора, и ты под них подошел. Почему именно ты? Просто ты первый. Если ты откажешься, придет кто-нибудь еще. Но это займет время, а его все меньше. – Балерион все так же серьезен. - Ладно, подведем итог. Вы, раздолбаи божественные, умудрились прощелкать своими лапами созданный мир. Теперь ему угрожает гибель, а бросить его на произвол судьбы вы не хотите из сентиментальных соображений. Вы даете мне силу и знания и посылаете в этот мир. Вопрос у меня один – а мне оно нафига? Какая награда положена спасителю мира? – Опять меня понесло. Если это не бред, я сейчас доиграюсь. - ТЫ СОГЛАСЕН ИЛИ НЕТ?! – Все, Балериона я достал. - Там был вопрос про награду… - Можешь считать наградой новую жизнь в молодом и здоровом теле. В ином случае душа уйдет на перерождение, а вот личность просто исчезнет. – Вхагар, из тебя бы вышел хороший переговорщик. - А также тот факт, что я не спалю твою душонку прямо сейчас. – А вдвоем с Балерионом вам вообще цены бы не было. - Ну ладно, уважаемые, не надо так нервничать! Если вы так ставите вопрос, то я, разумеется, согласен! Только, если позволите, еще несколько вопросов: в каком виде я «приду в ваш мир», что за силы и знания вы мне дадите, смогу ли я с вами связаться для уточнения задания? - Ну наконец-то! В каком виде придешь – увидишь. Что дадим, сам разберешься, а связываться с нами не надо, и так достать успел. Проваливай! – В этот момент меня стукнули чем-то, похоже, что хвостом и мир снова погрузился во тьму. Сознание погасло.