Зов Драконов

Снилась какая-то хрень. Какие-то обряженные в кожаные кузнечные фартуки полудурки, собирающие на рабочем столе натюрморт из железной руды и обсидиана. Здоровенный дракон, смирно сидящий на заднице и несколько часов плавящий своим дыханием получившееся ведьмино варево. Проснувшись от стука в дверь, нашел себя в объятиях пригревшейся Дракошки. Кровать-то в нашем номере общая. Аккуратно, стараясь не разбудить Дени, выскользнул из кровати. За дверью обнаружилась служанка, пришедшая, как я и просил, будить нас на рассвете. Распорядившись насчет купальни и завтрака, поинтересовался насчет наличия брадобрея-цирюльника. Такой в «Закатном» присутствовал, что радовало. Растительность на голове канонного Визериса за два дня пребывания в его теле успела меня достать окончательно. Вернулся в комнату, принявшись за утреннюю зарядку случайно разбудил очаровательно зевающую сестрену, тут же вспомнившую про обещание ее научить. Отжимания, как и прочие упражнения на грудные мышцы – одни из самых тяжелых для женщин. Попробовал уговорить начать с отжиманий на коленях, быстро понял, что Дейнерис это не особо требуется. Физическая форма у нее оказалась гораздо лучше, чем можно было ожидать, учитывая ее образ жизни. Генетика хорошая, сразу видно. Всем бы такими «жертвами инбридинга» рождаться. Сегодня смог прогнать три круга, Дени остановилась на двух. Топая в купальню вспомнил бредовый сон. Снова то состояние, ощущение наличия знаний, которых никогда сам не получал. В этот раз со мной поделились фамильными секретами Септиаров, единственной семьи драконовластных, умевшей варить валирийскую сталь. Все оказалось и просто, и сложно одновременно. Этот чудо-металл являлся сплавом, прости меня металлургия! железа и вулканического стекла. Варился только в драконьем пламени, что требовало наличия дракона, способного не только понять, что от него хотят эти надоедливые двуногие, но и терпеливо греть своим пламенем специальное сооружение для выплавки. Единственной семьей, обладавшей подобным контролем над своими питомцами, были Рексарионы, которых еще надо было уговорить принять в этом участие. Этими фактами и объяснялась редкость и ценность валирийской стали даже во времена, когда драконов было много. Выплавленной стали придавалась форма слитков. Дальнейший процесс создания изделия, например, меча, выглядел так: Кузнец - оружейник, имевший подходящую для этого кузню и необходимые навыки, покупал слиток валирийской стали. В кузне, при температуре в полторы тысячи градусов, из слитка отливалась заготовка. Далее, ей давали остыть градусов до шестисот, формировали острие, спуски, проводили заточку, полировку и оставляли в покое. Ни ковка, ни закалка не требовались. Полностью остывший клинок снабжался крестовиной, рукоятью и навершием – и, вуаля! – меч готов. Не требует ни заточки, ни особого ухода. Правда, если все же умудришься попортить лезвие, об другого валирийца, например, поправить сможешь только в специально оборудованной кузне. Точильный камень тут не поможет, как и деревенский кузнец. Любой кузнец из моего мира убился бы киянкой, услышав описание такого процесса. Но здесь это работало, ибо это магия, Киря! Ну а что тут еще скажешь? Знания, конечно, мягко говоря, ценные. В перспективе способные меня озолотить. Вот только сейчас мне от них толку чуть меньше, чем от предыдущей порции, описывавшей драконьи ритуалы. Интересно, почему именно сейчас всплыло именно это? Мои вчерашние игры с Черным Пламенем сказались? Возможно… Зато теперь понятно, почему со времен Рока секрет валирийской стали так и не был раскрыт, хотя драконы еще оставались. Обнаруженный в купальне брадобрей был допрошен на предмет «а что можно сделать с моими патлами, чтобы не мешались?». В отличие от средневековья родного мне мира, тут прически не были отражением социального класса. Что крестьянин, что рыцарь, что лорд – носите на голове, что пожелаете. Наскоро обсудив с мастером бритвы и ножниц желаемое, был усажен в приготовленное деревянное кресло перед зеркалом. Вот, кстати, любопытный момент. Зеркал, бывших в средние века в моем мире огромной ценностью, тут на каждом углу понавешано. Очевидно, в чем-то технологии тут ушли дальше, чем можно было ожидать. Через полчаса на меня из зеркала пялился аметистовыми глазами молодой скуластый субъект с вполне пристойной короткой стрижкой радикально черных волос, свежевыбритый и даже обработанный местным одеколоном. Пойдет, да и узнать во мне Визериса теперь сможет только тот, кто очень долго с ним общался. Быстро позавтракав, договорились с присутствовавшим господином Истрингом о доставке наших вещей на корабль. Дейнерис осталась контролировать процесс, я же, получив детальное описание, где искать «Грейс», отправился в гавань. Что тут сказать, каррака капитана Хью внушала даже на фоне вполне приличных военных галей пентошийского флота, пришвартованных неподалеку. Трехмачтовая, длиной метров в тридцать, ширина в корме – около двенадцати. Высота надводной части от двух метров в центре, до семи в высоких юте и баке. Судно чисто парусное, весельные порты отсутствуют, как класс. Кораблик был не новым, очевидно, что успел походить по здешним морям-окиянам, но ухоженным и до дряхлости ему еще очень далеко. У сходней меня встретил помощник капитана, представившийся Рогаром Дилем. Невысок, коренаст, наряжен в камзол и морскую шляпу. На поясе вполне узнаваемая укороченная шпага с простым эфесом типа "бильбо" и кулачный щит-баклер. Рогар Диль ловко помог мне подняться по деревянному трапу и, не дав толком осмотреться, проводил к располагавшейся в кормовой надстройке, выделенной нам с сестрой каюте. Меня ожидала довольно просторная каюта, с двумя полноценными кроватями вдоль стен, двумя стенными шкафами и небольшим столиком. В каюте имелись два небольших прямоугольных окошка, снабженных деревянными ставнями, сейчас открытыми. Еще из мебели имелся потушенный сейчас масляный фонарь над входом. В принципе, мы с сестрой довольно комфортно сможем тут разместиться вместе со всем багажом. Помощник капитана показал, где находится кают-компания, немного рассказал о корабельном распорядке дня и пообещал приставить к нам матроса в качестве прислуги на время путешествия. Вежливо попросил по возможности не мешаться под ногами и поменьше мелькать на палубе, пока мы в порту, что вполне совпадало с моими желаниями. Отпустив явно занятого человека с миром, я вернулся в гавань и отправился на помощь занятой транспортировкой наших пожитков сестре. В «Закатном» тем временем предоставленные Истрингом шестеро дюжих слуг развернули профессиональную деятельность. Осмотрев три немаленьких дорожных сундука и прочую поклажу, они где-то добыли небольшую грузовую повозку, запряженную меланхоличной гнедой клячей и сейчас деловито грузились под бдительным взглядом Дейнерис. - Работа в разгаре, как я смотрю? - Да тут почти закончили. Как корабль? - Ты знаешь, вполне хорош. Мы на таких еще не были. Большой, парусный, да и каюта вполне приличная. - Ну и хорошо. Что-то мне беспокойно, Виз. Хочется уехать побыстрее. - Через пару часов уже будем в море. Что именно тебя беспокоит? - Сама не знаю. Просто как-то не по себе. - Ну, сборы всегда вещь беспокойная. - Наверное. - Ловин меня не искал? - Просил, чтобы ты зашел к нему, как вернешься. - Ну еще бы. Я ему еще не заплатил. - Вряд ли дело в этом. Он вполне мог отправить за деньгами слугу в гавань, если бы ты вдруг запамятовал с ним расплатиться. - Ну, тогда пойду, выясню, что ему надо. Присмотришь тут? - Конечно. Оставив сестру приглядывать за слугами, прошел в трактир. Ловин Истринг обнаружился там, где я его видел в прошлый раз, то есть за стойкой. - Господин Истринг! Хочу вас поблагодарить. Ваш совет насчет корабля оказался очень ценным. - Не стоит благодарности. Надеюсь, вы остались довольны своим пребыванием у нас. - Более чем, более чем. Кстати, сколько я вам должен? - Десяток гроссо за все. Включая ценный совет, который я хотел бы вам дать. – Это сейчас о чем данный индивид толкует? Названная цена хоть и высоковата, но для такого постоялого двора скорее ниже ожидаемой. - Держите. – Отсчитываю требуемую сумму. – Про какой совет речь? - Вы с вашей… женой неплохо замаскировались. Случайный человек вас не узнает. Но все же будьте осторожны. В Лисе избегайте гостиниц и постоялых дворов, их хозяева обычно видят больше других, и кто знает, с кем они поспешат поделиться добытой информацией. – Ошарашил, признаю. Изучаю делающего беззаботный вид Истринга. Невинный взгляд, легкая улыбка, как будто и не сказал только что редкую гадость. - А что насчет вас, Ловин? Вы любите делиться информацией? - Об этом можете не переживать. Мой старый галеас когда-то нес флаг с красным драконом. - Как вы поняли? - Вы оставили свои вещи без присмотра. А слуги любопытны, хоть и глупы. Но вполне могут поделиться результатами своего любопытства с кем-то поумней. – Вот же черт! Впрочем, совет я только что получил очень ценный. Даже не совет, а урок. - Благодарю за ценный совет, господин Истринг. Надеюсь, однажды смогу поблагодарить более существенно. - Не стоит, господин Рексарион, не стоит. Пожалуй, вам уже пора. - Пожалуй, что и так. Прощайте, Ловин. - До встречи, Визес. Выйдя из трактира, глубоко вздохнул, пытаясь прийти в себя. Только что закончившийся разговор неслабо выбил меня из колеи. Получил, конспиратор недоделанный? А вот не надо считать предков тупее себя. У них не было многих привычных нам вещей, зато головы работали на зависть. Заметив мой пришибленный вид, ко мне кинулась сестра. - Визес, что случилось? - Ничего страшного, но неприятное. На корабле обсудим. - Хорошо… Теперь стоит прикинуть, чем нам это грозит? По крайней мере один человек в Пентосе уже знает, что Таргариены пережили пожар. Кто вообще такой Ловин Истринг? На кого он работает? Однозначно, из Вестероса, имя – фамилия намекают. Утверждает, что когда-то его корабль был во флоте моего отца, хотя это может быть и ложь. Работает на Вариса? Корабль Флауэрса - ловушка? Тогда не стал бы меня предупреждать… Что-то тут не вяжется. Что вообще могли найти слуги в нашей комнате? Единственными, выделявшимся из общей картины вещами, были Черное Пламя и драконьи яйца. Но ведь надо еще понять, что это! Знать, что Черное Пламя хранилось у Мопатиса! Да уж, загадка на загадке. И разгадывать эту шараду у меня тупо нет времени! Первый порыв затащить Истринга в закрывающуюся изнутри комнату и провести экспресс-допрос я в себе уже задавил. Неосуществимо. Что остается? А только продолжить путь и все время держать ухо востро. Блин, вот двух суток не прошло, а уже имеются люди, знающие, что Таргариены живы!