Зов Драконов

Дорога Демонов – широкая полоса черного валирийского камня, уходящая вперед, туда, где ее скрывало висящее над дорогой марево. Пейзажи по обе стороны этой древней «магистрали» были еще те. Черная, будто бы выжженная земля, длинные острые камни в форме сталагмитов и редкие, искривленные деревья, покрытые колючками вместо листвы. Над дорогой царила тишина, не нарушаемая ни криками птиц, ни жужжаньем насекомых. То еще местечко, если бы не деревья, можно было бы решить, что кто-то применил тут ядерный боеприпас, килотонн на триста. Наш отряд растянулся по дороге, впереди следовал авангард, в котором был незаменимый Кхоно и еще пара незнакомых мне Кошаков. Дальше ехали мы с Дени, компанию нам составляли Вилма, Роланд и заметно сблизившаяся с сестрой на почве совместных тренировок Стива. Дальше ехал остальной отряд, замыкали процессию две телеги с нашим имуществом. Вновь купленные рабы ехали на них. По поводу этого приобретения пришлось выдержать серьезный разговор с Дейнерис, внезапно обнаружившей в себе неприятие рабства. И откуда только такое берется? Ведь всю жизнь провела в рабовладельческом обществе, а тут на тебе. Впрочем, я пообещал ей освободить несчастных сразу, как только у нас отпадет в них нужда, оставив себе в памяти зарубку серьезно поговорить с сестрой на эту тему позже. В дороге говорили мало, кажется, местная атмосфера подавляла даже привычных наемников. Устав ехать молча, решаю пообщаться с Вилмой. - Это Рок Валирии так местность изуродовал? - Так говорят. - Слушай, а чем кормится Мантарис, если здесь повсюду так? - Не повсюду. На северо-западе начинаются плодородные земли. Там и выращивают еду. Но ее все равно не хватает. Сам видел, чем у них кормят. - Да уж. Слушай, говорят в Мантарисе полно уродов, но я ни одного не увидел… - Остались бы подольше – увидел бы. Их там хватает. Кривые, страшные, трехрукие, двухголовые, какие угодно. – Интересно. Судя по описанию, напоминает радиационное поражение генов в ранних поколениях, но, учитывая, сколько времени прошло, тут явно не атом поработал. Вспоминаю показанную мне чешуйчатыми богами картину уничтожения Валирии. Явно что-то «забыли» рассказать, вандалы летучие… Между тем разговор сам собой увял. Дальше ехали в тишине. Солнце, красное в местном мареве, висело над головой, как утюг, тело на такой погоде стремительно теряло влагу, но воду старались беречь, восполнить ее запасы было негде до самого Толоса. Первую ночь провели прямо на обочине дороги, рабы быстро установили нашу с Дени типи, еще одна, похожая на нашу, палатка была предназначена для Вилмы, остальной отряд остался ночевать под открытым небом. Сестра спала беспокойно, видимо, снилось что-то неприятное. Успокоилась только когда я, устав просыпаться на каждое ее шевеление, обнял ее сзади, плотно прижав к себе. Следующий день был похож на первый, разве что вдоль дороги стали появляться следы каких-то древних руин, арок, башен и прочих плодов архитектурных упражнений древних валирийцев. После полудня нам повстречался идущий в обратном направлении торговый караван из Хеша. Сначала прискакал один из наших солдат, ехавших в авангарде, коротко доложился Вилме, потом мы повстречали самих торговцев – десять повозок, доверху груженных какими-то тюками. В каждую была запряжена пара лошадей, очевидно, не верховых, тяжеловозы местные. Коротко переговорив с главой караванщиков, узнали, что идут они в Волантис, дальше по дороге все спокойно и нас никаких неожиданностей не подстерегает. Охраной, кстати, этот караван тоже не пренебрегал, с ними ехало три десятка из Младших Сынов. Ширина старого валирийского тракта легко позволяла разминуться двум телегам, так что встреча задержки не вызвала. Вторая ночь прошла один в один, как первая. Тишина, тихие переговоры сидящих у бездымного костерка наемников, несущих вахту, беспокойный сон сестры, затихающей в моих объятиях. На третий день достигли Черных скал. Исполинские зубцы, поднимающиеся к красному небу подобно частоколу, черные, гладкие, издалека напоминали не камень, а стекло. Остатков валирийских строений здесь не встречалось, а сама дорога изобиловала трещинами и неглубокими провалами. Вилма сменила возниц на телегах, новые хорошо знали этот отрезок пути. - Сколько тут такой дороги? - Прилично. Пока не кончатся горы. - Я так понимаю, мы скоро должны поворачивать к Толосу? - Да, развилка будет лиг* через пять. Через пару часов достигли развилки. Демонова дорога вела дальше на восток, в сторону Миерина, а ее ответвление резко сворачивало на юг, через Черные скалы к Толосу. - Впереди самый опасный отрезок пути, Визес. – Вилма решила провести инструктаж. – Его нужно пройти быстро и тихо. Если услышишь звуки, любые, не вздумай отвечать. - Чего следует опасаться? - В первую очередь – свалиться со скалы. Ну и чудится тут порой разное. Люди слышат голоса умерших близких, идут за ними и падают в пропасть. - Напоминает рассказы тех, кто ходит в Дымное море и лазит по остаткам Валирии. - Да, но тут это гораздо слабее. В Дымном море вообще кошмар. - Ты там бывала? - Один раз, давно. И больше не стремлюсь. - Расскажешь? - В другой раз. Продолжили путь. Дорога втянулась в разлом между скалами, узкий, смыкающийся, подобно челюстям. Камень окрестных гор был очень гладкий, черный, с фиолетовым отливом. Конские копыта иногда скользили по странному дорожному покрытию, подковы высекали искры. Впереди нас ждала теснина, валирийский тракт сузился еще больше, телеги едва проходили, цепляя бортами каменные стены. Так прошли около двух часов, показавшихся вечностью. Ветер тут был непостоянным, налетал рывками, тишина сменялась низким гулом, гул – резким свистом, а после свиста снова приходила тишина. Но все когда-нибудь кончается, кончилась и теснина. Скалы начали расходиться, камень заметно посветлел, появилась пыль, между дорогой и скальными стенками начали появляться участки буро-желтой травы. Еще пара часов, теперь уже быстрой рысью, и мы решили остановиться на привал. Черные скалы остались позади. Висевшее над дорогой марево спало, появились краски, отличные от уже изрядно надоевших черной и красной. В этот раз ночевка получилась более оживленной. Уставшая Дени посидела у командирского костра, выпила немного вина и удалилась в наш шатер, а я решил расспросить Кхоно, оказавшегося на свою беду рядом. - Кхоно, можешь рассказать о дотракийцах? - Что ты хочешь услышать? - Как живете, чем занимаетесь, как воюете? - Воюем, берем дань, живем в Дотракийском море. – Хм, это будет сложнее, чем я думал. - Я слышал, вами правят кхалы? - Да. - Как становятся кхалом? - Нужно убить всех, кто тоже хочет. – Очаровательно. - А что случается с кхаласаром, если кхал погибает? - Зависит от ко. Если есть сильный ко, он станет новым кхалом. Если нет – кхаласар распадется. - Как вы воюете? - На лошадях. - У вас много лучников? - Нет. Рубить аракхом – правильно. Стрелять из лука – дело слабаков и женщин. – Да уж, не монголы вы ни разу. Впрочем, будь иначе, никаких Вольных городов тут давно бы не было, а была бы дотракийская империя по типу чингизовской. - А что бывает с семьей погибшего кхала? - Жены отправляются в Ваес Дотрак. Воины – как сами хотят. В другой кхаласар или сами становятся кхалами. - А с детьми что? - Их воспитывают родственники. - А если родственников нет? - Тогда не воспитывают. – Логично, че. Подустав от разговора, прошел в палатку. До Толоса оставался примерно день пути. Снова черный камень дороги, летящий под копытами лошади, пейзаж вокруг значительно изменился, исчезло марево, появилась зелень, весь отряд заметно повеселел, явно предвкушая конец опасного путешествия. Внезапно ехавший в прямой видимости авангард остановился. Мы быстро их догнали. Впереди виднелась высокая фигура, спокойно стоявшая посреди дороги. Темная, будто бы обгоревшая одежда, напоминающая рясу, глубокий капюшон, скрывающий опущенное лицо. - Эй! – Вилма попыталась вступить в диалог с неожиданным гостем. Ответа не последовало. Подъехали чуть ближе. Я обратил внимание на одну из рук незнакомца. Слишком длинная для человека, пальцы будто сросшиеся, кожа гладкая, как оплавленный камень. Фигура подняла голову, лица видно не было, только глаза, отражавшие отсутствующий здесь и сейчас огонь. Заржали кони, резко, отчаянно. Пришел запах, странный, так пахнет раскаленный металл в кузне. - Тень! – Кто-то из солдат обратил внимание на то, что отбрасываемая фигурой тень пришла в движение. Фигура вскинула свою длинную руку, указывая на нас, ее тень бросилась вперед, в полете разделяясь, обретая объем и плоть. До нас долетели уже вполне себе материальные твари, чем-то похожие на гарпий, как их изображали в одной старой компьютерной игрушке, только полностью черные. Нижние лапы этих тварей были снабжены роскошными изогнутыми когтями, сантиметров пятнадцати длиной. Обалдевшего от увиденного меня спас конь. Весь путь вел себя удивительно спокойно, а тут шарахнулся в сторону от летевшей твари. На том месте, где только что была моя голова, громко клацнули когти. Так, надо приходить в себя, а то это плохо закончится. Достаю висящий на поясе «романец», в левую – висевший на боку лошади щит. Атаковавшая тварь не успокоилась, снова неслась на меня на крыльях, выставив вперед когти, лязгнувшие по подставленному под углом щиту. Существо фехтованию не обучалось, соскользнуло по щиту, а посланный разворотом корпуса меч неожиданно легко срубил ему голову. Труп беззвучно упал на дорогу, уже в полете превращаясь в тень. Ни тела, ни крови… Оглядываюсь по сторонам, пытаясь оценить ситуацию. Наемники отбивались, Вилма, Роланд и Стива были рядом, прикрывали Дейнерис, тоже успевшую достать свой кинжал. Натравивший на нас неведомых тварей капюшонистый тип все так же стоял на дороге, и, кажется, любовался устроенными неприятностями. Ну, ща я любоваться буду. Натянуть поводья, прижать коленями бока внезапно заартачившейся лошади, пятками послать в галоп, прикидывая, куда бы половчее приложить дорожного хулигана. Хулиган даже не подумал уворачиваться, вот только мой, уже успевший неплохо послужить, меч, столкнувшись с тем местом, где должна была быть шея, жалобно звянул и… разлетелся дождем стального крошева. Конь пронес меня мимо фигуры, успеваю развернуть его, смотря назад. Капюшонистый на мои попытки его обезглавить внимания не обратил совершенно. Все так же стоит, наслаждается зрелищем отряда наемников, отбивающихся от летучих тварей. Ну и что теперь делать? Осматриваю оставшуюся от меча рукоять и быстро отбрасываю ее в сторону. По крестовине ползло что-то черное, сталь таяла, как воск в костре. Вот не хочу знать, что бы получилось, доберись эта гадость до руки… Тут вспоминаю, что перед поездкой, следуя непонятно какому наитию, повесил под конскую попону еще один меч, завернутый в ставшую тряпкой парчу Черное Пламя. Нагнулся в седле, отогнул край попоны, быстро размотал скрывавшую рукоять материю. Драконьи головы будто бы приветственно сверкнули мне рубиновыми глазами. Попробовать-не попробовать? С одной стороны, я имею все шансы лишиться легендарного фамильного клинка, а с другой… Дела у моих наемников шли все хуже, кого-то уже стащили с коня, из хвоста колонны доносился визг, как будто кого-то потрошили. Освобожденный от ножен валирийский клинок тускло сверкнул в воздухе, снова галоп, удар по стоявшей ко мне спиной фигуре... Уже разворачивая лошадь, понимаю, что на этот раз все сработало. Сталь полуторника прошла сквозь фигуру, почти не встретив сопротивления. Обернувшись, увидел, как разрубленная фигура распадается на отдельные тени, устремившиеся вверх и стремительно тающие на солнце. На дорогу упала пустая рваная ряса. Со смертью своего погонщика, атаковавшие караван «гарпии» моментально обратились в тени, так же растворившиеся в воздухе. Бой закончился. Подъезжаю ближе, первым делом проверяю сестру. Живы, цела, даже не поцарапана. Ну и молодец. Тут взгляд упал на бледную Вилму. - Вилма? Что? - Кажется, все… - С этими словами, Вилма сползла по боку своей вороной кобылы, открывая мне вид на располосованное бедро, откуда толчками лилась кровь. Ну машу ж вать!