Под присмотром

Рюджин сидела в своей комнате, никого не трогая, смотрела телевизор. Пальцы переключали каналы, иская какой-нибудь интересный фильм или шоу. Но, поиски девушки прервал голос матери: — Рюджин, иди сюда, нужно поговорить! — голос доносился из кухни.  На что Шин фыркнула, но всё же спустилась на кухню. — Что уже такого случилось, что вы отвлекли меня от просмотра телека? — грубо начала Шин. — Следи за языком, Шин Рюджин! Ты как с матерью разговариваешь?! — палец матери Рюджин — Джинсо, указал на дочку. — Мы с мамой хотели сказать, что уезжаем в командировку на полгода. — добавил отец Рюджин — Чонсу. — И какое отношения это имеет ко мне? — с претензией спросила Рюджин.  — Мы не можем тебя оставить одну, на такой большой промежуток времени. Мы не хотим остаться без дома и чтоб нас посадили за решетку за твои выходки. — ответила Джинсо. — Во-первых, дом я не разнесу, потому что я не буду здесь сидеть на месте. Во-вторых, вас не посадят, так как мне уже девятнадцать. И в-третих, что вы хотите мне этим сказать? Если вы позвали меня просто для того, чтоб сказать что вы уезжаете в очередную командировку — я пойду к себе. — договорив, Шин развернулась чтоб уйти. Но мать схаватила её за руку, развернув лицом к себе. — Во время разговора, не смей уходить пока с тобой не договорили!  Отец Рюджин приобнял жену за плечи успокаивая. — Рюджин, мы пытаемся тебе сказать, что за тобой будет присматривать сын Бан Чанми. — Что ещё за сын Бан Чанми? — непонимающе смотрела Рюджин на своих родителей. — Моя подруга. Не помнишь её? Мы постоянно вместе пьём чай по вечерам. — удивление слегка виднелось на лице Джинсо. — Её сын, очень порядочный парень. А такой как ты нельзя доверить даже дом на неделю. — Ну вы же оставляли раньше как-то. — Так, не спорь с матерью! Чан завтра придёт в девять утра. Это всё, можешь идти к себе. — Я ему не открою дверь. — крикнула Шин уходя в свою комнату. Этой новостю, девушка была мягко говоря недовольна.  Нахуя мне нянька? И тем более парень нанька? — думала про себя Шин. — Зашибись просто. Напишу Черён, может хоть кто-то меня подержит. Рюджин открыла чат с подругой и написала сообщение: — Черён выручай, меня родаки оставят с каким-то Бан Чаном на полгода, а сами свалят в ебучию командировку. Черён не была в сети. Рюджин было лень ждать ответа, поэтому она просто вышла с чата. У Шин пропало всё настроение после услышанной новости. Единственное что могло вернуть ей его — её любимый байк. На нём она часами может кататься по городу, ни о чем не думая. С этой идеей, Рюджин принялась переодеваться в более теплые вещи для катание на мотоцикле. Как только образ был собран, девушка вышла с комнаты, направляюсь к выходу из дома.  — Шин Рюджин, куда это ты намылилась вечером? — агрессивно спросила мать. — Не твое дело.  — Как ты смеешь мне хамить?! Ничего не ответив, Рюджин вышла из дома положив ключи в карман куртки. Шин завела своего малыша, немного подрифтев рванула подальше от дома. — Как же меня всё заебало. На своём любимом байке, Рюджин забывает обо всем и обо всех. Девушка никому не разрешает прикоснуться к байку, иначе — руки оторвет. Черён не умела ездить на мотоциклах — поэтому никогда не трогала байк Шин. А другим близким друзьям и подходить было страшно. Шин всегда ездила на высокой скорости, но по правилам. Так как ей не нужны были каждо-дневные нотации от копов.  Девушка просто поворачивала в один переулок как видит что возле неё слишком близко ехала машина. Машина чуть не зацепила байк, который был душой Рюджин. Поэтому, Шин показала жестом в окно водителю BMW, пока они стояли на светофоре, чтоб тот остановился возле магазина по близости. — Слышь водила, аккуратнее води. Ты мне чуть байк не поцарапал. — с претензией начала Шин. — Таким придуркам, нужно клеить знак «Ученик», чтоб все видели что за рулём новичок, который ещё не умеет управлять своей тачкой. Всё это время, Чан не решался сказать ни слова, пока Рюджин его отчитывала. — Чо молчишь, водила? — продолжала отчитывать Шин. — Ладно, если не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. — закончив нотации, девушка взяла парня за воротник и притянула к себе. — Если твоя тачка поцарапает мой байк — я разъебу твою тачку. Уяснил? — на что парень лишь кивнул. — Отлично. — договорив, Рюджин отпустила парня и направилась к своему мотоциклу. Рюджин надела шлем, бросив последний раздражённый взгляд в сторону машины, и завела байк. Двигатель заурчал знакомо и успокаивающе. Она резко тронулась с места, оставляя BMW позади. — Придурок — буркнула она себе под нос, ускоряясь. Ветер бил в плечи, мысли постепенно стихали. Город мелькал огнями, повороты сменяли друг друга, и злость немного отпускала. Рюджин каталась дольше, чем планировала, пока стрелка топлива не напомнила о реальности. Она выдохнула и свернула обратно в сторону дома. Шин зашла домой, где на пороге её «ждала» мать. — Где ты шлялась? — начала Джинсо. — Опять кому-то поцарапала машину, да? — Нет. Мне чуть не поцарапали байк. — договорив, Шин пошла в свою комнату. Сняв с себя ненужную одежду, девушка отправилась в душ.  Вода обжигала, смывая с Рюджин остатки раздражения и усталости. Душ был привычным ритуалом — минут на десять полного одиночества, когда никто не требовал внимания и никто не лез в голову. Она закрывала глаза и пыталась представить, что сегодня был просто обычный день, а не день, когда её родители «подкинули» домой какого‑то парня, который теперь будет следить за каждым её шагом. Выключив воду, Рюджин быстро вытерлась, накинула халат и посмотрела на себя в зеркало. Лицо уже не было таким злым, но глаза всё ещё горели раздражением. — Полгода… — пробормотала она, поправляя волосы. — Полгода какого‑то присмотра… Она знала, что в этот момент нужно было просто принять реальность. Но принимать было невозможно. Чувство свободы, которое она только что ощутила на байке, резко столкнулось с мыслью о том, что завтра к девяти утра этот Бан Чан придёт в дом. И что теперь она будет вынуждена терпеть его спокойствие, его порядок, его… раздражающее спокойствие. Рюджин села на край кровати, опустив голову на руки, и тихо выдохнула. — Чёрт — подумала Шин про себя. — Даже если я буду спать до обеда, этот парень всё равно увидит меня, и ему будет всё равно, что я не хочу общаться. На мгновение она позволила себе расслабиться, представляя, как вернётся на байк завтра и просто уедет далеко от всех проблем. Но мысль о том, что дом теперь не полностью её территория, снова раздражала. — Ладно — наконец вздохнула она, вставая. — Завтра начнётся новый кошмар, нужно как следует выспаться. Утро наступило слишком быстро. Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи, заливая комнату мягким светом, но Рюджин едва открыла глаза. Она ещё минуту лежала, слушая тихий шум улицы и ощущая тяжесть предстоящего дня. — Девятнадцать лет, и я всё ещё должна кого-то терпеть… — пробормотала она, отталкивая подушку и садясь на кровать. Она надела удобную одежду, быстро позавтракала и проверила телефон. Увидев сообщение от Черён, Рюджин сразу же зашла в чат читав ответ подруги. — О господи, ты там держись, Рю. Если нужна будет помощь — пиши. Прочитав сообщение, девушка спустилась ища родителей. Но вместо них, Шин увидела записку лежащую на кухонном столе. «Рюджин, если ты читаешь эту записку, значит — мы уже уехали. Мы решили тебя не будить. Не забудь, что в девять утра придёт Бан Чан и мы надеемся, что вы поладите.  Будь умницей, целуем Мама и папа» — Понятно… ладно что тут есть вообще похавать? — отложив записку, девушка открыла холодильник. Рюджин решила что на завтрак приготовит омлет. Достав все нужные продукты, она принялась готовить. Шин быстро нарезала овощи и разбила яйца в миску, перемешивая их вилкой. Пар сковородки постепенно наполнял кухню ароматом масла и свежих ингредиентов. Она старалась не думать о том, что через час к дому подъедет тот самый Бан Чан. — Да что за день… — пробормотала она себе под нос, взбивая яйца. — Даже омлет готовить придётся с нервами. До готовив тот несчастный омлет, Рюджин принялась его есть. Шин не была сильна в готовке, но простой омлет — может приготовить. Когда в дверь постучали ровно в девять, омлет был уже съеден, а посуда небрежно брошена в раковину. Рюджин не торопилась открывать. Пусть постучит еще. И еще. Она устроилась на диване, уставившись в телевизор, где шло какое-то утреннее шоу. Стук повторился, на этот раз более настойчивый, но не агрессивный. Рюджин закатила глаза и, нехотя стала на ноги, направилась к двери. Она распахнула её. В проёме стоял парень. Высокий, аккуратно одетый в простую темную водолазку и джинсы. В его спокойных, внимательных глазах не было ни раздражения, ни подобострастия. Он просто смотрел на неё, а в его руке висел шлем от мотоцикла. Тот самый шлем. Рюджин почувствовала, как в голове что-то щёлкнуло. Она пристально всмотрелась в его лицо. Прямой нос, собранные брови, невозмутимый взгляд. И чёрный BMW, припаркованный чуть поодаль у тротуара. — Ты, — выдохнула она, и цепь звякнула от её движения. — Я, — спокойно подтвердил он. — Бан Чан. Доброе утро, Рюджин. Можно войти? Его голос был ровным, тихим, но в нём чувствовалась сталь. Шин резко захлопнула дверь, с грохотом. — Не может быть, — прошипела она. — Это ты? Водила на BMW, который чуть не поцарапал мой байк? — Водила на BMW, — кивнул он, без тени улыбки. — И сын подруги твоей мамы. По-моему, совпадение меняет ситуацию. — Меняет?! — фыркнула Рюджин, отступая вглубь прихожей, давая ему войти. — Оно её только усугубляет! Ты теперь что, будешь и на машине за мной следить? Двойной контроль? Чан аккуратно повесил курточку на кручек в прихожей, снял обувь и поставил её ровно рядом. — Я буду здесь жить, чтобы твои родители были спокойны, а дом не сгорел, — сказал он, проходя на кухню и одним взглядом оценивая ситуацию: грязную сковородку, крошки на столе. — И следить я буду не за тобой, а за порядком. Это разные вещи. — Ох, как отличается! — Рюджин последовала за ним, скрестив руки на груди. — «За порядком». А что входит в твои обязанности, нянька? Читать мне нотации? Составлять расписание? Отбирать ключи от байка? Чан повернулся к ней. Его взгляд скользнул по её лицу, затем перевелся на окно, за которым был виден её мотоцикл. — Твой байк в безопасности, — произнёс он. — Вчера ты сама убедительно объяснила, что с ним будет, если его поцарапать. Я хороший ученик. Усвоил. Что касается остального… — Он вздохнул, впервые показав лёгкую усталость. — Я не хочу тебе мешать. У меня своя работа, свои дела. Просто давай договоримся о базовых правилах: не устраивай вечеринок до руин, предупреждай, если уезжаешь надолго, и… попробуй иногда мыть посуду. Рюджин молчала, изучая его. Он не был похож на занудного надзирателя, каким она его представляла. В нём была какая-то… уверенная тишина. Это раздражало ещё больше. — Предупреждать, — повторила она. — То есть спрашивать у тебя разрешения? — Информировать, — поправил он. — Чтобы не вызывать полицию и спасателей, если ты вдруг пропадешь на неделю в горах. Всё. Он подошёл к раковине, открыл кран и начал мыть сковородку. Действия были четкими, автоматическими. Рюджин наблюдала за его широкой спиной, за тем, как легко он справляется с бытом, и чувствовала себя лишней на собственной кухне. — Если твоя обязанность — мыть всю посуду, то всё не так уж и плохо — снова заговорила Шин. — И будь добр, пропылесось весь дом, помой полы и протери пыль. — сделав ехидною ухмылку, дополнила девушка. — И не надейся Шин Рюджин. — Ну и ладно, — Рюджин развернулась и уже собралась направится в сторону своей комнаты, но голос Чана её остановил. — Стой, — на его голос, Шин повернулась. — Я это… а где моя комната? — Почему у тебя голос дрожит? — с насмешкой спросила Рюджин. — Я тебя очаровала, да? Ладно, не буду смущать. Твоя комната на втором этаже справа, моя — слева, если зайдёшь — вылетишь пулей от сюда и тачку разобью в придачу.  Чан лишь кивнул. Как только Рюджин зашла в свою комнату, сразу схватила телефон и набрала номер Черён. К великому счастью для Шин, Черён сразу взяла трубку. — Черён пошли куда-нибудь, умоляю. Я не могу с «этим» находится. — Можем пойти в клуб, тут новый открылся. — Вдвоём пойдём только? — Нет конечно. Позовём: Йеджи, Хёнджина, Хисына, Ахён, ну ты также можешь этого Бан Чана позвать. — Черён, скажи честно, ты дура? Я тебе звоню чтоб ты отвлекла меня от него, а ты хочешь чтоб я его с нами позвала. — Ну вдруг, он не такой уж и плохой, тем более чем больше людей, тем лучше. — Черён, если ты еще хоть одно слово про него скажешь — пойду сама. — Ладно, пойдём вшестером. Рюджин одела облегающие шорты с корсетом и сверху кожаную куртку. Чан сидел на диване, в гостиной, смотрел что-то в телефоне. Увидев что Рюджин куда-то собирается — сразу вскочил и подбежал к девушке. — Куда собралась? — начал Чан. — Не твоё дело. Я перед тобой отчитываться не собираюсь. — говорила Шин, параллельно обувая ботинки на платформе. — Рюджин, твои родители отправили меня сюда чтоб я присматривал за тобой, и я как раз выполняю свою задачу. — Ой да мне абсолютно похуй. Хочешь, можешь свалить к себе домой, мне на тебя — ВСЕ РАВ-НО. Уяснил? — не дожидаясь ответа, Рюджин вышла из дома, захватив ключи от байка. — Эта Шин Рюджин хуже чем я думал. Скучно, может Чанбину позвонить? Развлечет меня пусть. — Чан набрал номер друга и приложил телефон к уху. — Чанбин, — сказал он сразу, как только тот ответил. — Ты говорил, чтоб звонил. — Уже? — усмехнулся тот. — Что, сбежала? — Ушла. И я понятия не имею куда. — Тогда тебе срочно нужно отвлечься, брат. Иначе с ума сойдёшь. — Есть идеи? — Клуб. Новый. Открылся пару дней назад. Музыка норм, народ адекватный. Чан сомневался секунду. — Я не по клубам и тем более сейчас же день. Кто ходит в клуб днём? — Ну зато не скучно. — хмыкнул Чанбин. — Давай, я заеду. Через полчаса они уже были в машине. Клуб встретил их громким басом и вспышками света. Очередь двигалась быстро, внутри было душно, шумно и живо. Чан поморщился, оглядываясь по сторонам. — Расслабься, — Чанбин хлопнул его по плечу. — Сегодня ты просто человек, не нянька. Они пробрались к бару. И именно в этот момент Чан увидел её. Сначала — знакомая походка. Потом кожаная куртка, отброшенные назад волосы, уверенное движение плеч. Рюджин смеялась, наклонившись к Черён, и выглядела… слишком свободной. Чан замер. — Эй, ты чего завис? — Чанбин повернулся и проследил за его взглядом. — …Она. — Кто? — Чанбин прищурился, а потом резко усмехнулся. — О. Вот это совпадение. Рюджин в этот момент подняла глаза — и их взгляды встретились. Всего на секунду. Улыбка на её лице исчезла так же быстро, как и появилась. Брови сошлись, взгляд стал холодным. Ты серьёзно? — читалось в её глазах. — Ну всё, — тихо сказал Чанбин. — Сейчас будет весело. Чан не отрывал от неё взгляда. Он не знал, что сказать. Не знал, стоит ли подходить. А Рюджин уже отвернулась, будто его здесь не существовало. — Ребята это пиздец, — начала Шин. — Сюда пришёл этот Бан Чан. — Не бойся Рю, я тебя защищу. — откликнулся Хисын. — Хисын, ты дебил? Я сама кого хочу защищу. Я имела ввиду, что Бан Чан и его дружок скорее всего к нам сейчас подойдут… И как Шин и предсказывала, к ихнему столику подошли Чан и Чанбин. — Приветики, вы не против если мы присоединимся? — начал Чанбин.  — Нет конечно, — отозвалась Черён. — Против, — на этот раз уже был голос Рюджин. — Да брось Рю, чем больше людей тем лучше. — Хёндижн пытался её переубедить. Закатив глаза и фыркнув, Рюджин все таки согласилась. — Давайте представимся, — обратилась ко всем Ахён. — Я Чон Ахён. — Ли Хисын. — Хван Хёнджин. — Хван Йеджи. — Ли Черён. Когда очередь дошла до Рюджин, девушка не сразу назвала свое имя, но после того как увидела взгляды друзей — представилась:  — Шин Рюджин, — абсолютно не заинтересовано произнесла девушка. — Я Бан Чан. — Со Чанбин. — Раз уж мы все познакомились, давайте выпьем. — предложила Черён. — За знакомство, — дополнил Чанбин и все цокнулись рюмками с соджу. Алкоголь обжёг горло, и Рюджин слегка поморщилась, отставляя рюмку. Она тут же потянулась за телефоном, лишь бы не смотреть в сторону Чана. Его присутствие ощущалось слишком отчётливо — как давление воздуха, от которого невозможно укрыться. — Ну и как вам клуб? — начал Чанбин, развалившись поудобнее. — Говорят, тут музыка норм и бар щедрый. — Музыка сойдёт, — ответила Йеджи. — А вот атмосфера… шумная, но живая. — Лучше, чем сидеть дома, — бросила Рюджин, не глядя на Чана, но явно адресуясь ему. Чан усмехнулся краем губ, однако ничего не сказал. Он лишь снова взял рюмку и сделал небольшой глоток, внимательно наблюдая за Шин из-под ресниц. Она была напряжена, как струна, и это не ускользнуло от него. — Ты часто так «не сидишь дома»? — спокойно спросил он. Рюджин резко повернула голову. — А ты часто следишь за людьми, с которыми знаком меньше суток? За столом повисла неловкая пауза. Черён кашлянула и поспешила вмешаться. — Так, всё, давайте без допросов. Мы сюда отдыхать пришли, а не выяснять отношения. — Поддерживаю, — кивнул Хисын. — Кто танцевать? — Я хочу, — сразу отозвалась Ахён, потянув Хисына за собой. Музыка как раз сменилась на более тяжёлый бит. Хёнджин первым вскочил со стула и потянул Йеджи за руку. — Пошли, пока нас окончательно не прибило атмосферой. — А ты почему не идёшь танцевать? — обратился Чан к Рюджин. — Не хочу, — сухо ответила Шин. Рюджин откинулась на спинку дивана, закинув ногу на ногу и демонстративно уткнувшись в телефон. — Не хочешь танцевать — не танцуй, — спокойно пожал плечами Чан. — Я просто спросил. — Вот и не спрашивай, — отрезала она, не поднимая взгляда. Чанбин усмехнулся и наклонился ближе к Черён. — Они точно будут жить вместе полгода? Ставлю, через неделю дом взорвётся. — Через три дня, — шёпотом ответила Черён, сдерживая смех. Чан бросил на друга предупреждающий взгляд, но тут же снова посмотрел на Рюджин. Она листала экран, но пальцы двигались медленнее, чем обычно. Было очевидно — она слушает. — Кстати, — неожиданно сказал Чанбин, — Чан, ты же сам сказал: в клуб? днём? А теперь сидишь как ни в чём не бывало. — Я всё ещё так думаю, — честно ответил Чан. — Но раз уж я здесь, почему бы не расслабиться. — О, да ты прогрессируешь, — хмыкнула Черён. — Это влияние Рюджин. — Не приплетай меня, — резко сказала Шин, наконец подняв взгляд. — Я на него плохо влияю? Отлично. Значит, хоть что-то полезное делаю. Чан тихо усмехнулся — почти незаметно. — Не сказал бы, что плохо. Рюджин прищурилась. — Тогда что? — Сильно, — ответил он после короткой паузы. Между ними повисло напряжение. Чанбин уже откровенно делал вид, что изучает меню, лишь бы не лезть между ними. С танцпола донёсся смех Ахён, Хёнджин что-то крикнул Йеджи, и толпа взорвалась аплодисментами под очередной дроп. — Я выйду, — резко сказала Рюджин, вставая. — Тут душно. — Одна? — автоматически спросил Чан. Она наклонилась к нему так близко, что он почувствовал запах её духов. — Не начинай, нянька. И, развернувшись, направилась к выходу. Чан несколько секунд смотрел ей вслед, потом медленно поднялся. — Я тоже выйду, — сказал он Чанбину. — Ага, — ухмыльнулся тот. — Просто подышать, да? Чан не ответил. У входа Рюджин стояла, прислонившись к стене. Она даже не обернулась, когда услышала шаги. — Я же сказала, не начинай, — бросила она. — Я не начинаю, — спокойно ответил Чан. — Я просто вышел подышать. — Ну так дыши подальше от меня.