«Дайвинчик»: Подставка

      Свайп вправо в «Дайвинчике» через час привел меня к двери квартиры в стиле лофт, и я до сих пор не верил, что это происходит на самом деле. Дарья — Даша, как она сама написала — пригласила «на кофе» после десяти минут переписки, и её прямота зацепила меня настолько, что я решил рискнуть.       Дверь открылась, и передо мной предстала девушка, от вида которой я на секунду забыл, что хотел сказать.       Обтягивающая водолазка бежевого цвета — не толстая зимняя, а тонкая, почти просвечивающая в некоторых местах — облегала её грудь так плотно, что очертания бюстгальтера под ней были отчётливо видны. Рёбра мягкой вязки подчёркивали каждый изгиб: округлость груди третьего размера, изящную талию, плоский живот. Высокий ворот окутывал шею, заканчиваясь у самого подбородка, а длинные рукава спускались до запястий, облегая руки.       Ниже талии начиналась длинная юбка — тёмно-коричневая, почти чёрная, из плотной шерстяной ткани. Прямой крой, но не мешковатый — юбка сидела по фигуре, обтягивая бёдра и плавно расширяясь книзу. Подол доходил почти до щиколоток, из-под него виднелись черные матовые колготки — не прозрачные капроновые, а плотные, возможно шестьдесят или восемьдесят ден. Ткань скрывала кожу полностью, но подчёркивала форму ног: стройные икры, аккуратные лодыжки. Ступни были в белых коротких носочках, которые контрастировали с тёмными колготками.       Шатенка с карими глазами улыбнулась, отводя за ухо длинные волосы — они спускались ниже плеч, слегка вьясь на концах.       — Заходи, не стой столбом, — сказала она нежным, приятным голосом, который сразу же показался мне невероятно притягательным.       Внутри пахло свежесваренным кофе и чем-то цитрусовым — может, духами или освежителем воздуха. Квартира оказалась просторной: кирпичные стены без штукатурки, высокие потолки, минимум мебели, но каждый предмет был подобран со вкусом. Зона с креслами у окна выглядела уютно, и она предложила мне сесть именно там.       Мы разговаривали о работе, фильмах, любимых барах в городе, и она смеялась легко, крутила в пальцах ложку, когда рассказывала про своего начальника-идиота. Я поймал себя на мысли, что смотрю на её губы дольше, чем следовало бы, пытаясь представить, какие они на ощупь. Взгляд невольно скользнул ниже — на изгиб шеи, на то, как водолазка обтягивает грудь, и я подумал, что под ней наверняка чёрный бюстгальтер в тон колготкам.       Ложка внезапно выскользнула из её руки, звякнула о край чашки и упала на пол.       — Блин, — рассмеялась она и наклонилась за ней, развернувшись спиной ко мне.       Юбка натянулась на бёдрах, обрисовывая попку — круглую, упругую, и плотная ткань обхватила ягодицы так, что между ними угадывалась ложбинка. Колготки обтягивали ноги от щиколоток до бёдер — матовые, плотные, без единой затяжки, и я отчётливо представил, что скрывается под всеми этими слоями одежды. Трусики наверняка тоже чёрные, возможно стринги. Даша выпрямилась, обернулась через плечо, и наши взгляды встретились.       Она знала, куда я смотрел, и это было очевидно по тому, как губы растянулись в усмешке.       — Тебе понравилось?       Изображать смущение не было смысла, поэтому я просто кивнул.       — Очень.       Она села обратно, скрестив ноги, и посмотрела на меня с любопытством, будто оценивая или пытаясь понять, насколько я серьёзен. Откинувшись на спинку кресла, я почувствовал, как по телу разливается возбуждение, которое становилось всё сильнее с каждой секундой.       — У меня есть одна... фантазия, — начал я осторожно, подбирая слова.       — Какая? — спросила она, наклонив голову набок.       — Чтобы девушка служила мне подставкой под кофе, — объяснил я, выдержав паузу и наблюдая за её реакцией. — Стояла на четвереньках, а я ставил чашку на её бёдра.       Даша моргнула, явно не ожидав услышать что-то подобное, потом задумалась.       — Серьёзно?       — Вполне.       — Это странно, — протянула она, но в голосе слышалось не отторжение, а скорее интерес. — Но... любопытно.       Моё дыхание участилось, и я почувствовал, как сердце забилось быстрее.       — Хочешь попробовать?       Она прикусила губу, будто обдумывая предложение, потом кивнула.       — Давай попробуем. Только дай мне сварить новый кофе, погорячее.       Она встала и направилась на кухню, а я остался сидеть в кресле, пытаясь успокоить дыхание и не показывать, насколько сильно меня возбуждает сама мысль о том, что сейчас произойдёт. Слышно было, как она возится с туркой, наливает воду, и через несколько минут аромат свежего кофе стал ещё сильнее.       Даша вернулась с двумя чашками — одну поставила мне на столик рядом с креслом, вторую себе. Потом, не говоря ни слова, опустилась на четвереньки рядом с моим креслом — медленно, грациозно, будто это было что-то совершенно естественное. Юбка сползла выше, открыв икры в черных колготках, попка поднялась вверх, и плотная ткань юбки натянулась, подчёркивая округлости.       Я на секунду просто смотрел на неё, не в силах оторвать взгляд от изгиба спины под водолазкой, от того, как колготки обтягивают бёдра, от складки ткани юбки между ягодиц. Моя фантазия оживала прямо передо мной, и член уже начинал наливаться, создавая приятное давление в джинсах.       Взяв чашку с горячим кофе, из которой поднимался пар, я осторожно поставил её на её бёдра. Чашка качнулась, не находя устойчивого положения.       — Стой ровно, — попросил я тихо.       Даша кивнула, напрягая мышцы, но чашка всё равно не держалась устойчиво — скользила по плотной шерстяной ткани юбки.       — Юбка мешает, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Можно поднять?       Она выдохнула, помолчала мгновение, потом согласилась:       — Ладно.       Взявшись за край юбки, я медленно потянул её вверх, и ткань скользнула по коленям, открывая сначала икры, полностью закрытые матовыми колготками. Выше — бёдра, тоже в черной ткани, плотно облегающей кожу, и ещё выше — попка.       Колготки обтягивали ягодицы так туго, что каждый изгиб, каждая линия были видны отчётливо. Между ягодицами, в ложбинке, угадывалась тонкая полоска — чёрные трусики, стринги, как я и предполагал. Тонкая линия ткани терялась между ягодиц, оставляя их почти полностью открытыми под колготками.       Дыхание перехватило, и я на секунду замер, просто разглядывая открывшийся передо мной вид.       Поставив чашку снова — теперь она стояла устойчивее, прямо на бёдрах.       Даша вздрогнула.       — Ай! Горячо...       Чашка качнулась, и я едва успел поймать её, не дав пролиться кофе. Поставив её на столик, я, не раздумывая, положил ладонь на то место, где обжёг её кожу.       Она замерла, не издав ни звука.       Начав поглаживать это место, я чувствовал под пальцами тепло её кожи сквозь колготки — сначала осторожно, нежно. Ткань была мягкой, слегка шероховатой от плотной вязки, а под ней ощущалась упругость мышц, округлость попки. Ладонь скользнула по бедру, спустилась к внутренней стороне, потом вернулась обратно — к ягодицам.       Даша молчала, но дыхание её участилось, и это было слышно в тишине комнаты.       Сжав её попку — один раз, второй — я мял ягодицы, чувствуя, как они поддаются под пальцами, как колготки чуть натягиваются, обтягивая их ещё плотнее. Спустившись ещё ниже, пальцы оказались между её ног.       Там было тепло и влажно, даже через двойной слой ткани — колготки и трусики под ними.       Проведя пальцами по промежности, я надавил через ткань, совершая медленные круговые движения. Даша тихо выдохнула, бёдра слегка дрогнули, подавшись навстречу моим пальцам.       — Ты мокрая, — прошептал я, чувствуя, как в джинсах становится всё теснее и теснее.       Она не ответила, только чуть сильнее подалась назад, безмолвно соглашаясь с тем, что я делаю.       Продолжая гладить её, я надавливал сильнее, чувствуя, как ткань между её ног становится всё влажнее и влажнее. Колготки в этом месте потемнели, пропитываясь её соками, и под пальцами скользило всё легче. Представив, сколько её выделений собралось там, я ощутил, как член напрягся ещё сильнее. Даша начала тихо постанывать, дыхание сбивалось, становилось прерывистым.       Член уже стоял колом, упираясь в ширинку, но я не спешил, желая растянуть это ощущение как можно дольше.       Наконец не выдержав, я зацепил пальцами колготки у талии — ткань поддалась, эластичная резинка растянулась — и потянул их вниз вместе с трусиками. Колготки медленно сползли с бёдер, обнажая кожу — светлую, гладкую — вместе с ними стянулись и стринги, тонкая чёрная полоска ткани. Опустив их до колен, я оставил так, не снимая полностью.       Передо мной открылась её киска — розовая, блестящая от влаги. Половые губы слегка набухли, между ними блестела прозрачная смазка — густая, тягучая, которая стекала по внутренней стороне бёдер тонкими дорожками, блестя в свете из окна. Сглотнув, я почувствовал, как рот наполнился слюной.       Опустившись на колени позади неё, я развёл ладонями её ягодицы — мои руки сжали упругую плоть — и прижался губами к её входу.       Даша ахнула — коротко, удивлённо — когда мой язык скользнул по её щели снизу вверх, собирая влагу и смакуя её вкус — солоноватый, с лёгкой терпкостью и сладостью одновременно. Губы покрылись блеском её соков, липким и тягучим, и она задрожала под моими прикосновениями.       Лизал её не спеша, наслаждаясь каждым движением языка, который обводил вход — медленно, по кругу — потом проникал внутрь. Стенки были горячими, влажными, сжимались вокруг языка, и смазки становилось всё больше — она буквально текла, скапливаясь у входа густой каплей, потом стекая вниз. Даша начала постанывать тихо, почти неслышно, но с каждым разом громче и отчётливее.       Руки продолжали сжимать её попку, разводя ягодицы в стороны, давая языку полный доступ к её киске.       Опустившись ниже, я коснулся кончиком языка её клитора, и Даша вздрогнула всем телом, не ожидав такого резкого всплеска ощущений. Клитор был твёрдым, набухшим, торчал из-под капюшона, и когда я обхватил его губами, начав посасывать — то сильнее, то слабее — её стоны стали громче.       — Саша... не останавливайся... — выдохнула она прерывисто.       Продолжая работать языком, я чувствовал, как её тело реагирует на каждое прикосновение — дрожит, напрягается, расслабляется. Языком проникал глубже в её вход, чувствуя, как стенки обхватывают его, пульсируют, и соков становилось всё больше — они текли из неё, покрывали мой подбородок.       Через несколько минут я отстранился, переводя дыхание. Даша тяжело дышала, бёдра дрожали. Подняв руку, я медленно ввёл два пальца в её вход.       Она была настолько мокрой, что пальцы вошли без малейшего усилия, скользнув внутрь легко и глубоко. Горячо, тесно, влажно — стенки сразу обхватили мои пальцы, пульсируя вокруг них, и внутри хлюпало от обилия смазки.       Начав двигать ими, я медленно трахал её пальцами, чувствуя, как она сжимается вокруг них с каждым толчком. Наклонившись, я стал целовать её бёдра — медленно, нежно, оставляя влажные следы на коже. Поцелуи поднимались выше, к ягодицам, и я целовал упругую плоть, одновременно продолжая двигать пальцами внутри её киски.       Даша застонала громче, бёдра начали двигаться в такт моим движениям, насаживаясь на пальцы. Соки стекали по моей руке, блестели на коже.       Продолжая трахать её пальцами, я переместил губы выше — к попке. Начал целовать округлую плоть, медленно приближаясь к ложбинке между ягодицами. Языком провёл по этой ложбинке, поднимаясь всё выше, пока не достиг самой верхней точки. Прижавшись губами к её попке, я начал лизать — медленно, широким языком, не проникая внутрь, просто лаская снаружи.       Даша вздрогнула.       — Ох... Саша... — выдохнула она, голос дрожал.       Пальцы продолжали двигаться внутри её киски — глубже, быстрее — а язык лизал её попку, обводя вход, но не проникая. Ощущения накладывались одно на другое, и Даша начала вздрагивать всё сильнее, дыхание превратилось в рваные выдохи.       — Я... я сейчас... — прошептала она, и голос сорвался на стон.       Ускорив движения пальцев, я трахал её ими жёстче, одновременно продолжая лизать попку, и через несколько секунд её тело напряглось. Киска сжалась вокруг моих пальцев так сильно, что едва мог двигать ими, и она закричала — негромко, но протяжно. Оргазм накрыл её волной, и я почувствовал, как из неё хлынуло ещё больше жидкости — горячей, густой, она буквально текла из киски, пропитывая мою ладонь. Продолжая лизать, я чувствовал, как она пульсирует под моими пальцами, пока не обмякла, тяжело дыша.       Отстранившись, я вытер губы тыльной стороной ладони. Пальцы блестели от её соков — прозрачных, тягучих, пахнущих её возбуждением. Член пульсировал в джинсах, требуя внимания, и я расстегнул ширинку, стянул джинсы вместе с боксёрами. Член вырвался наружу — твёрдый, пульсирующий, двадцать пять сантиметров, толстый, головка уже блестела от смазки.       Обхватив его рукой, я провёл несколько раз, глядя на Дашу.       Она обернулась через плечо, взгляд упал на мой член, и глаза расширились.       — О боже... — прошептала она, и голос прозвучал восхищённо. — Это... у меня таких ещё не было. Мои игрушки и те меньше.       Усмехнувшись, я почувствовал прилив гордости.       — Справишься?       Она облизнула губы, кивнула.       — Хочу попробовать.       Вспомнив о чём-то, я замер.       — Подожди, — сказал я, доставая телефон из кармана джинсов. — Можно тебя сфотографировать? Ты так потрясающе выглядишь.       Даша нахмурилась.       — Не знаю... Это как-то странно.       — Пожалуйста, — попросил я, и в голосе прозвучала искренняя просьба. — Только на четвереньках, и лица не будет видно. Просто хочу запомнить этот момент.       Она помолчала, явно сомневаясь.       — А что ты мне за это сделаешь?       Задумавшись на секунду, я понял, что хочет она.       — Хочешь, чтобы я тебя ещё раз довёл до оргазма языком? — предложил я. — После фото.       Даша улыбнулась.       — Договорились.       Включив камеру, я приготовился к съёмке. Даша всё ещё стояла на четвереньках, колготки и трусики были стянуты до колен, обтягивая ноги. Водолазка облегала её спину, подчёркивая изгиб. Попка торчала вверх, между ягодицами блестела её мокрая киска — розовая, набухшая, с каплями соков, стекающими по внутренней стороне бёдер. Юбка была задрана, собрана на спине.       Сделав несколько кадров с разных углов, я сфокусировался на том, как колготки обтягивают её ноги, как блестит её киска, как упруго выглядят её ягодицы.       — Отлично, — выдохнул я, убирая телефон. — Теперь моя очередь выполнять обещание.       Даша усмехнулась.       — С удовольствием посмотрю, как ты будешь стараться.       Опустившись снова, я прижался губами к её киске и начал лизать — медленно, тщательно, не пропуская ни сантиметра. Языком проникал внутрь, потом скользил к клитору, обводил его, посасывал. Даша застонала, бёдра задрожали, и через несколько минут она снова задышала чаще, приближаясь ко второму оргазму.       Когда она обмякла, я отстранился.       — Теперь я хочу войти в тебя, — сказал я хрипло.       Даша кивнула, всё ещё тяжело дыша.       — Ложись на бок, — попросил я.       Она легла на бок, ноги вместе, колготки со стрингами всё ещё были приспущены до колен. В этой позе её киска выглядела ещё туже, сжатой между бёдрами.       Устроившись позади неё, я приподнял её верхнюю ногу слегка, направил головку к её входу и начал медленно входить.       Её киска сопротивлялась — несмотря на обилие смазки и два оргазма, она была невероятно узкой в этой позе, сжатой между бёдрами. Головка упёрлась во вход, растягивая губы, и я толкнулся чуть сильнее. Головка проскользнула внутрь — медленно, по миллиметру, раздвигая стенки.       Даша втянула воздух сквозь зубы.       — Ты такой... большой... — выдохнула она, голос дрожал от ощущений.       Продолжая входить медленно, я чувствовал каждый сантиметр её киски — стенки обхватывали мой член, сжимались, пытаясь приспособиться к толщине. Горячо, мокро, невероятно тесно. Соки обволакивали меня, облегчая скольжение, но растяжение всё равно было ощутимым. Половые губы растягивались вокруг моего члена, розовая плоть обхватывала ствол, туго натягиваясь.       Толкнувшись глубже — на половину длины — я услышал, как Даша застонала протяжно. Стенки судорожно сжались, пытаясь адаптироваться к размеру. Ещё толчок — и я вошёл на три четверти, чувствуя, как головка упирается в самую глубокую точку, как её киска растягивается до предела.       Последний толчок — и я вошёл до конца, уперся в шейку матки и замер, давая ей привыкнуть.       Даша тяжело дышала, пальцы сжимались в кулаки.       — Ты весь... внутри? — спросила она хрипло.       — Весь, — подтвердил я, почти не дыша от ощущений.       Начав двигаться медленно, я толкался короткими движениями, чувствуя, как её киска пульсирует вокруг меня. Ноги, сжатые вместе, делали её ещё теснее, и каждый толчок отдавался по всему телу. Соки вытекали при каждом движении, стекая по её бёдрам, пачкая колготки.       Через несколько минут Даша начала задыхаться, стоны стали громче.       — Саша... ещё... я чувствую... — прерывисто выдыхала она.       Ускорившись слегка, я толкался глубже, и внезапно её тело содрогнулось. Киска сжалась вокруг моего члена так сильно, что я едва мог двигаться, и Даша закричала, третий оргазм прокатился по её телу волной. Из неё хлынуло ещё больше жидкости — прозрачной, горячей — она текла по моему члену, стекала по яйцам.       — Трахни меня ещё... пожалуйста... не останавливайся... — умоляла она, голос сорвался на стон.       Продолжая двигаться, я трахал её, чувствуя, как она пульсирует вокруг меня, и через несколько минут вышел, помогая ей встать.       — Теперь на четвереньки снова, — сказал я.       Она встала на четвереньки, колготки со стрингами всё ещё болтались на коленях. Встав позади, я снова вошёл в неё — на этот раз легче, её киска уже привыкла к размеру. Схватив её за бёдра, я начал двигаться, сначала медленно, потом быстрее.       Звук шлепков наполнил комнату, её попка колыхалась при каждом ударе моего таза. Соки брызгали при каждом толчке, пачкая мои бёдра, её ягодицы. Схватив её за запястья, я потянул на себя — её спина выгнулась дугой, грудь подалась вперёд, водолазка натянулась.       — Чувствуешь, как глубоко я в тебе? — спросил я, не останавливаясь.       — Да! Да! — задыхалась она.       Трахая её, держа за руки, я чувствовал, как её киска пульсирует вокруг моего члена, и напряжение в яйцах нарастало всё сильнее.       Отпустив её руки, я вышел и сел в кресло. Член торчал вверх, блестящий от её соков — они покрывали его от головки до основания, стекали по яйцам.       — Иди сюда, — позвал я.       Даша подошла, колготки со стрингами всё ещё на коленях, ограничивая движения. Развернувшись спиной ко мне, она медленно опустилась на мой член — по сантиметру, пока не села полностью.       Оба застонали одновременно. В этой позе я видел, как её попка касается моего живота, как член исчезает в её киске — мокрой, растянутой, блестящей от соков. Половые губы обхватывали ствол у основания, туго прилегая.       Даша начала двигаться — сначала медленно, потом быстрее, прыгая на мне. Соки текли вниз, пачкая мой пах, стекая по креслу. Звук хлюпающей плоти разносился по комнате, и я сжал её бедра, помогая ей двигаться.       — Такая мокрая... — прошептал я. — Чувствуешь, как он входит?       — Да... я чувствую каждый сантиметр!       Она ускорилась, движения стали отчаянными, и напряжение в яйцах достигло предела.       — Даша... я сейчас кончу...       Она соскользнула с меня, развернулась и опустилась на колени. Обхватив мой член рукой — он был скользким от её соков, рука легко скользила по стволу — она высунула язык и начала дрочить мне, глядя снизу вверх.       Не выдержав, я застонал. Первая струя спермы попала ей на язык — белая, густая. Вторая — на губы, она продолжала дрочить. Третья — на щёку, стекла к подбородку. Четвёртая — прямо в глаза, она зажмурилась, но продолжала двигать рукой. Пятая — на волосы, запутавшись в длинных прядях. Она доила меня до последней капли, и я откинулся на спинку кресла, всё тело обмякло.       Даша облизала губы, собирая сперму с языка, и улыбнулась.       — Это было... неожиданно.       Рассмеявшись, я всё ещё приходил в себя.       — Имеешь в виду подставку или всё остальное?       — Всё, — ответила она, вытирая лицо салфетками. Сперма блестела на волосах, на ресницах. — Но мне понравилось.       Притянув её к себе, я усадил её на колени и поцеловал — долго, глубоко, чувствуя вкус себя на её губах.       — Повторим? — предложил я.       Она усмехнулась.       — Только в следующий раз я выберу, кто будет подставкой.       Улыбнувшись, я обнял её за талию. «Дайвинчик» только что подарил мне лучшее знакомство в жизни.