Там, где горят мосты и глаза

На следующей неделе Славик снова встретился с Ксюшей — у неё на районе. Они немного погуляли: он купил ей всяких вкусностей, зашёл с ней в салон и взял новый телефон — просто потому что мог. Ксюша сияла, прижималась к нему, болтала без умолку. А потом, будто между делом, сказала: — Слав… у моего одноклассника сегодня день рождения. Я не могу не прийти, он пригласил. Посидим чуть-чуть и уйдём, честно. Славик сразу понял, к чему это идёт. Тяжело выдохнул, провёл рукой по лицу. — Ксюша, пожалуйста, — устало сказал он. — Я знаю твоих друзей. Они напьются в хлам, будут орать, а я буду сидеть и смотреть в потолок, как идиот. Ксюша хмыкнула, явно не собираясь отступать. — Слава, это моя компания. Мы давно дружим, они нормальные, правда. Просто ты слишком закрытый. Дай им шанс. Славик закатил глаза. — Да боже мой… — пробормотал он. — Бесит. Он уже хотел сказать «нет», но Ксюша смотрела на него этим своим взглядом — упрямым, просящим, уверенным, что он всё равно согласится. И он согласился. В итоге Ксюша его уговорила, и они направились в квартиру к её другу. Стоило им зайти в квартиру — всё сразу стало ясно. На кухне уже кто-то пьяный, бутылки на столе, липкий запах алкоголя. В комнате — громкий смех, музыка, перекрикивающиеся голоса. Кто-то сидел прямо на полу, кто-то шатался, цепляясь за стены. Ксюша сразу убежала — поздравлять именинника, обниматься, визжать от радости. Потом растворилась среди подружек, болтая и смеясь, будто Славика рядом и не было. Он остался на кухне. Холодный. Отстранённый. Славик закурил электронку — редко, но иногда позволял себе. Сделал пару затяжек, уставился в телефон, бессмысленно листая экран. — Слава, любимый! — крикнула Ксюша из комнаты. — Мы тут подольше побудем. Пообщайся с ребятами! Он даже не ответил. Оглядел кухню. Двое парней. Они его знали — формально. Просто «парень Ксюши». Никто особо не подходил, но взгляды были липкие. С усмешками. С этим вечным «а ты чё такой». Они были одеты просто, грубо, без попытки выглядеть лучше. Его стиль им не нравился. Слишком аккуратный. Слишком чистый. Слишком не отсюда. Славик тяжело выдохнул и подумал: Все как мёртвые. Овощи. Даже смотреть противно. Зачем столько пить? Опять будет драка. Один из парней протянул ему рюмку с водкой. — Ну что, милашка, давай, выпей. Они заржали. Славик ничего не сказал. Он привык. Его часто так называли — из-за лица, из-за светлых волос, из-за этого слишком спокойного, молодого вида. Но тело не обманывало: плечи, руки, спина — он был в форме. Мужчина, не мальчик. Светлый блонд делал его мягче. Светло-зелёные глаза — почти спокойными. Он всегда хорошо пах — дорогим парфюмом, не тем дешёвым дерьмом, что висело в воздухе здесь. Он взял рюмку. Взгляд пустой. Всё равно заставят. Они без этого не могут. Он выпил. Второй тут же сунул ему колу.  Славик запил. — Ну что, принцесса, — усмехнулся первый. — Рассказывай, как поживаешь? Славик закатил глаза, скрестил руки на груди. — Заебали, — спокойно сказал он. — Отвалите от меня. Парни снова рассмеялись. — Ну ёбаный рот, — протянул один. — И что Ксюша в тебе нашла? — Она у нас милая, нежная, — добавил второй. — Видимо, такого же искала. Как подружку. Славик цокнул языком, глядя на них сверху вниз — холодно, без эмоций. — Э, бля, — сказал он. — Избавь меня от этого бреда. И снова уткнулся в телефон, давая понять: разговора больше не будет. Потом входная дверь хлопнула так громко, что музыка на секунду утонула в звуке. И сразу — знакомый голос: — Эээ, блять. Чё музло так орёт? Славик замер. Сердце дёрнулось резко, будто его кто-то сжал в кулак. Удар — и ещё один, быстрее. Что?! Это он? Что он тут делает? Почему он тут?! Он нервно затянулся электронной сигаретой, выдохнул, но это не помогло. Ну да… они же знакомы с Ксюшей. Общие знакомые и друзья. Логично. Бля, я хочу уйти. Дима зашёл на кухню с пакетом алкоголя. — Ну чё, с днюхой, — бросил он. Пожал имениннику руку, выложил на стол бутылки, пачку сигарет. — Сорян. Денег нет. Так что подарок такой. Чисто по-братски. — Да норм, — ответил тот. — Садись. Славик отвернулся, будто Димы здесь вообще не существовало. Уткнулся в телефон, напряг плечи. Но Дима его заметил. — О, — усмехнулся он. — А этот чё тут? — Он с Ксюхой, — ответил кто-то. — Она в комнате, с девчонками. Бляяять… Только не говори со мной. Дима сел за стол, не спеша. Снял толстовку, бросил её на спинку стула. — Ну раз уж так, — протянул он. — Раз уж сама Ксюша тебя сюда притащила… Он усмехнулся, посмотрел прямо на Славика. — Чё прячешь своё личико? Сядь, выпей с мужчинами. Парни заржали. Славик не обернулся. Но он чувствовал этот взгляд кожей — тяжёлый, уверенный, наглый. И понимал: вечер только что стал хуже. Славик молчал. Делал вид, что кому-то пишет сообщение — пальцы лениво скользили по экрану, взгляд упрямо прятался в телефоне. Как будто никого вокруг не существовало. Парни продолжили разговор. Смеялись, перебивали друг друга, обсуждали какие-то подработки, кто где шабашит, кто сколько поднял. Именинник поднял рюмку. — Ну чё, давайте, ребят. За мои двадцать три. Пока молодой, но время уже поджимает. Думаю свалить за границу, на заработки. — Так себе идейка, — буркнул Дима. Они выпили. Загомонили снова, уже громче. Славик стоял у окна, как вкопанный. Смотрел в телефон, но ничего не видел. В голове крутилась одна мысль: Если я сейчас уйду — Ксюша обидится. Но, кажется… мне правда пора. Дима закурил. Затянулся глубоко, бросил на него косой взгляд и усмехнулся: — Ну давай, кукла Барби. Присядь. Славик потёр лоб ладонью, выдохнул резко: — Я ухожу. Дима медленно выпустил дым. — Блять, малой, ты заебал. Сядь, выпей. Что с тобой не так? Ты чё, мужиков боишься? Парни заржали. Славик сжал челюсть. В комнате стало душно. Не от дыма — от них. От голосов. От этого взгляда, который он чувствовал. На кухню зашла Ксюша — и Славик невольно выдохнул с облегчением. Ну наконец-то… сейчас уйдём. Она подошла к нему ближе и тихо сказала: — Слав, мы тут ещё побудем. Лиза рассталась с парнем, она плачет. Я не могу её сейчас оставить. Славик мягко взял Ксюшу за руку, наклонился и прошептал ей в ухо: — Ксюша, пожалуйста… избавь меня от этих дикарей. Я могу с вами посидеть? Ксюша оглянулась на кухню, кивнула парням, поздоровалась с Димой. Тот ей улыбнулся — спокойно, привычно. Она снова наклонилась к Славику и прошептала: — Ну ты что, Слав… там только мы, девочки. Славик закатил глаза. Ксюша чмокнула его в щёку и протянула, жалобно, почти умоляюще: — Ну пожа-а-алуйста… мой милый. Она смотрела на него этим взглядом — уверенным, что он сдастся. И он сдался. — Ксюша, моя прелесть… — тихо сказал он. — Я подожду. Иди. Ксюша тут же улыбнулась — искренне, радостно — и, отходя, бросила парням: — Эй, не обижайте Славу. Поговорите с ним. Он правда классный. И ушла, даже не обернувшись. Славик остался на кухне. Один — среди чужих. Дима лениво посмотрел на него и сказал: — Если сейчас не сядешь с нами — я тебя заставлю. Славик цокнул языком, сжал челюсть и всё-таки сел за стол. Парни тут же оживились. Кто-то предложил сыграть в карты. На стол снова налили — и Славику тоже. Дима сунул ему рюмку. — Пей. Чё смотришь? Славик убрал телефон в карман, положил электронку на стол и сухо ответил: — Пейте без меня. Парни заржали. — Ну вот вам и доказательство… — протянул один. Славик фыркнул: — Ты о чём? Дима коротко сказал: — Пей. Славик выпил. Без комментариев. Как же вы заебали, — мелькнуло в голове. Дима посмотрел на электронку, усмехнулся: — Слышь, малой, чё ты там куришь? Такое ж только девчонки курят. Славик запил водку колой и спокойно ответил: — Иногда хочется покурить. Сигареты не люблю — горькие. А что? Дима хмыкнул, покачал головой: — Ну-у… да уж. Он усмехнулся шире. — Странный ты, Слава, «мужик». И засмеялся — громко, нарочито, будто ставя точку. Славик цокнул языком. — И что в этом плохого? — спокойно бросил он. Он давно привык к таким комментариям. Просто… сегодня они особенно бесили. — Ксюша говорит, зато от меня сладко и приятно пахнет, — продолжил он, не глядя ни на кого. — Ей нравится. А это, как бы, главное. Дима закурил и, не скрывая насмешки, бросил: — А платье она тебе тоже примеряет? Славик закатил глаза, шумно выдохнул: — Пиздец. Смешно. Парни заржали, кто-то уже тасовал карты. Игра началась, разговор поплыл дальше — про всякую чушь. Славик откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. Курил электронку, лениво выдыхая пар. Иногда — против воли — бросал взгляд в сторону Димы. Почему мне так странно, когда он рядом?.. Я его боюсь? Да нет. Мысль была глупая, но почему-то успокаивала. Он уставился в пол, выпал из разговора. В какой-то момент Дима поднялся. — Жарко, — бросил он и стянул футболку через голову. Славик поднял взгляд машинально — и тут же отвёл. Слишком поздно. Голый торс, напряжённые плечи, следы работы, а не зала. Дима опрокинул в себя рюмку, потом хлопнул Славика по плечу — неожиданно, тяжело. — Ты глухой? — сказал он. — Тебя Ксюша звала. Славик сглотнул. — А… да. Точно. Он встал и ушёл к ней, стараясь не думать о том, почему этот вечер ощущается совсем не так, как должен. Он прошёл в комнату, где сидели Ксюша и две её подруги. Музыка здесь была тише, но воздух — гуще, пропитанный алкоголем и сладкими духами. Ксюша заметила его сразу, подбежала, обняла за шею и заговорила быстро, почти шёпотом: — Слав… любимый, — она улыбнулась. — Дай нам чуть-чуть денежек. Мы в магазин сходим, купим ещё мартини. Нам мало. Слава наклонился к ней и тихо прошептал в ухо: — Ксюша, ты уже прилично выпила. Давай уйдём. Поедем ко мне и продолжим вдвоём. Ксюша нахмурилась, отстранилась на полшага. — Слава… Он вздохнул, обнял её, прижал к себе. — Ладно, — сказал он спокойно. — Всё ради тебя. Он достал карту и протянул ей. Ксюша тут же оживилась, радостно переглянулась с подругами и начала собираться. Славик вышел обратно на кухню. Встал у окна, упёрся торсом в подоконник, закурил электронку. Смотрел в пол, выдыхая пар медленно, будто пытался вместе с ним выпустить раздражение. Вечер тянулся дальше — и почему-то становился только тяжелее. Парни продолжали сидеть, болтать, смеяться. Про Славика почти забыли — он снова стал фоном, тенью у окна. И вдруг Дима бросил, будто между делом: — А прикиньте… этот малой занимается. Славика будто выдернули из мыслей. Он резко поднял взгляд. Дима усмехнулся, продолжил уже громче: — У магазина, короче, снял с себя кофту — или что там у него было, не суть. А под ней — нихуя. И ещё стоит такой и говорит: «Смотри на меня». Парни заржали. Славик провёл ладонью по лицу, устало сказал: — Я тогда футболку у Ксюши забыл. Не собирался раздеваться. Он кивнул на Диму. — А ты, кстати, сейчас сам почти голый сидишь. Дима откинулся на спинку стула. Взгляд стал хищным — спокойным и опасным одновременно. Уголок губ дёрнулся в ухмылке, слишком красивой для такой интонации. — Так покажи пацанам, что у тебя там есть, — протянул он. — Сними свою принцессину одежду. Парни снова расхохотались. — Да не, — фыркнул один. — Уверен, у него там сиськи, а не пресс. Славик закатил глаза. Дима махнул рукой, будто отрезая: — Да блять, шучу. Он посмотрел на Славика пристально. — Ты заебал уже со своей кислой рожей. Не плачь. Смех снова прокатился по кухне, а Славик сжал челюсть, понимая: его здесь не отпустят просто так.