the college became crowded

Майк тяжело разлепил глаза, сразу чувствуя, как головная боль давит на виски. И сейчас у него было ощущение, что вчера случилось что-то важное. А, точно. Майк вспомнил. Вчера он подрочил на Уилла. — Господи, — простонал он, натягивая одеяло на голову. Это было плохо. Очень плохо. Друзья так не поступают. Он предал Уилла, опорочил его.  — Идиот, — Майк перевернулся на живот, утыкаясь лицом в подушку.  — Кто идиот? — послышался голос Уилла за спиной. Майк медленно поднялся, садясь на кровати, все еще не глядя на друга.  — Я, — признался он, поворачиваясь к Уиллу. Затем он моргнул дважды. Уилл стоял перед ним в одном чертовом полотенце, обернутым вокруг бедер, которое норовило вот-вот соскользнуть на пол. И теперь Майку прекрасно открывался обзор на подтянутый торс и, чуть ниже, дорожку волос, идущую от пупка, скрывающуюся за полотенцем. Уилл вытирал свои мокрые волосы другим, размером поменьше, полотенцем и улыбался так, будто он гребанная модель для рекламы зубной пасты. Да, вероятно, Байерс уже почистил зубы, ведь сейчас они были почти идеально белыми. Еще от него пахло гелем для душа и сейчас он выглядел как-то по другому. Или же у Майка начались галлюцинации, потому что он подумал о том, что еще никогда не находил Уилла настолько… сексуальным? То есть, да, он считал Уилла красивым и думал об этом довольно часто, даже слишком часто. Однако что бы прям сексуальным… Нет, это точно первый раз. Если не считать вчерашнего ритуала мастурбации. Но сейчас Майк, (к сожалению), не видел задницу Уилла, просто сканировал его взглядом и оценивал полную картину.  — Майк, ты в порядке? — Уилл хотел подойти к нему ближе, но Майк в ту же секунду подскочил с кровати, чувствуя, как он краснеет, и как внизу живота затягивается приятный узел. — Я в душ, — он старался не оборачиваться, просто забежал в ванную, захлопывая дверь.  — Я не гей, — вдруг, неожиданно даже для себя, выдал он шепотом, глядя на себя и свой стояк в зеркале. Естественно, это не так. В самом деле, у любого нормального человека будет такая реакция на Уилла. Особенно если учитывать все события, которые происходили с ними в последнее время. Майк просто устал, и у него происходит странный выброс энергии. Вот и всё. Именно в этом и была проблема.  Почему-то его любовь к Уиллу казалась чем-то нормальным, а вот, если у него встает на Уилла — это совсем другое дело. Это уже было по-гейски. Черт, да почему Майка вообще это пугает? Лукас же объяснил ему, что это, в целом, нормально. Да и тот случай с гопниками… Майк орал им что-то про члены, но сейчас это казалось чем-то далеким и сделанным исключительно в целях того, чтобы разозлить ту компашку.  Нет, Майк точно не мог быть таким. И, в любом случае, то, что произошло сейчас, больше никогда не повторится. Голова кружилась от мыслей, но одна отчетливо пробивалась сквозь все остальные: Нужно поговорить с Синклером. *** — В твоей теории есть недочет, — Лукас нервно усмехнулся. — И какой же? — Майк недовольно поджал губы. — У меня никогда не вставал на Уилла. Значит, я ненормальный? — на это Майк со стоном рухнул головой в свои, сложенные на столе, руки. Лукас наконец не выдержал и расхохотался.  Они сидели на паре по механике и Майк не мог молчать уже спустя десять минут после того, как преподаватель начал вещать о новой теме. Он рассказал Лукасу всё. Конечно, это было стыдно, и Майк был смущен, но он уже был не в силах держать этот бардак в своей голове. Нужен был кто-то, кто поможет расчистить его, и Лукас, естественно, являлся идеальным кандидатом. По правде говоря, он был единственным и неповторимым, и у Майка, кроме него, (если не считать Уилла), и вовсе не было друзей. — Послушай, — теперь Лукас звучал более успокаивающе. — Почему ты так страшишься того, что ты можешь быть геем? Может быть, ты даже не гей, а бисексуал, — они говорили шепотом, но Майк все равно оборачивался по сторонам, чтобы убедиться в том, что их никто не подслушивает. — Как Макс. Майк резко повернул голову, глядя другу прямо в глаза. Его собственные распахнулись и сейчас были похожи на огромные апельсины. — Макс би?! Лукас улыбнулся и кивнул. Глаза Майка стали еще больше, а рот открылся в изумлении. — До меня у нее было немало отношений, (конечно, все неудачные, я ведь лучший), и однажды она встречалась с девушкой, — он пожал плечами. — Вот, и что в этом такого? Майк отвернулся, стараясь задуматься об этой теме более серьезно. Значит, возможно, он бисексуал.  — Только я не припомню ни одной девчонки, которая вызвала бы в тебе столько эмоций, сколько вызывает Уилл, — Лукас наклонился ближе и прошептал ему это прямо в ухо. Майк вздрогнул и сердито на него посмотрел. — Иди нахер, — и показал фак. Лукас снова рассмеялся и наконец решил слушать лекцию, начиная конспектировать. Майку стоило бы тоже приступить к делу, но он никак не мог перестать думать обо всем, что произошло. И вообще сегодня первый день в колледже после того, как он снял гипс. Обратно вливаться конкретно в учебу было сложновато. Некоторые знакомые уже успели спросить его о том, как так вышло; что случилось; где он повредил руку. И рассказывать про избиение, с учетом того, что он тогда действительно сам нарвался, было немного стыдно. Поэтому Майк сочинил байку о том, как упал с лестницы в общежитии.  — У нас, кстати, с архитекторами расписание сегодня совпадает, — снова зашептал Лукас. — Пообедаем вместе. — Вау, я безумно счастлив, — съязвил Майк. — Ну ты чего? — Синклер легонько пихнул его локтем. — Знаешь, просто немного нервно обедать с другом, на которого у меня встает вот уже два дня подряд и с его парнем, на которого у меня, слава богу, ничего не встает, только челюсть от гнева сжимается! — яростным шепотом пояснил Майк, на что Лукас едва сдерживался, чтобы не засмеяться вновь.— И ты тоже меня бесишь, — обиженно отвернулся он. — Я так рад, что ты вернулся, — только и смог выдавить друг.  Майк невольно улыбнулся, и они наконец полностью углубились в занятие.  *** В столовой их уже ждали. Ричи и Уилл сидели рядом, и перед ними уже стояли подносы с едой. Когда Уилл заметил приближающихся друзей, он радостно замахал. — Круто, что сегодня мы едим вместе! — сказал Байерс, когда они подошли.  — Определенно, — согласился Лукас.  Майк предпочел ничего не отвечать, чтобы не выдавать свою нервозность, возникшую из-за руки Ричи, которая покоилась у Уилла где-то в районе талии. Им вообще нормально так близко сидеть друг с другом? Они ведь все еще находились в общественном месте.  Парни оставили вещи и ушли к стойке раздачи. Лукас пихнул Майка в бок. — Веди себя нормально, пожалуйста!  Увидев, как Ричи в четвертый раз за их трапезу наклоняется к Уиллу и что-то горячо шепчет ему на ухо, Майк не выдержал. — Что вы всё время шепчетесь?! — выпалил он громче, чем собирался. За столом повисла тишина. Уилл и Ричи замерли, удивленно глядя на него. Лукас поперхнулся чаем, а несколько людей за соседними столиками обернулись на них. — Чего? — переспросил Ричи. — Я говорю, — Майк уже пожалел, что начал, но отступать было поздно, — вы весь обед шепчетесь. Это раздражает. Уилл, который уже успел отвыкнуть от ревнивого Майка, растерянно моргнул. Потом он посмотрел на Ричи, потом снова на Майка. — На самом деле мы… ну, нашли кое-что, — сказал он. — В библиотеке, в архивах колледжа. Это насчет профессора Кроу. Майк замер, и его гнев мгновенно улетучился, сменяясь любопытством. Он склонился поближе. — Что нашли? Уилл и Ричи загадочно переглянулись, улыбаясь.  — Много интересного, но это долгая история, — ответил Ричи. — Мы лучше расскажем завтра.  — Почему не сейчас? — нахмурился Майк. Ладно, Ричи все еще его бесил. — Потому что Дастина нет, — пояснил Уилл. — А он тоже должен знать. И Макс. Ну, если она согласится прийти. — Она придет, — вступил в диалог Лукас. — Я ее позвал. — Ладно, — буркнул Майк. — Завтра так завтра. Он продолжил есть, хотя внутри всё кипело, и Майк уже не различал из-за чего. Про Кроу хотелось узнать прямо сейчас, да и эти двое всё равно продолжили шептаться. Ясное дело, что не только по поводу их новообразовавшегося дела. Майк буквально заставлял себя не смотреть на то, как Уилл и Ричи разговаривают между собой. На то, как Уилл смотрит на него. Получалось плохо, и настроение ухудшилось. *** После пар Лукас попытался заговорить. — Майк, подожди, — окликнул он, когда они выходили из корпуса. — Давай поговорим. — Не сейчас, — Майк отмахнулся. — Потом. Я устал. Он ушел в комнату, даже не оглянувшись. В ней было пусто. Уилл, наверное, снова с Ричи. Они работают над проектом, или не работают. Черт, Майк даже не и знал, чем они занимаются на самом деле. Он рухнул на кровать и уставился в потолок. Мысли вновь запутались. Майк закрыл глаза. Что со мной происходит?  В голове возник образ Ричи, и это был даже не первый раз, когда он там появлялся. А затем рядом с ним образовался Уилл. Да уж, они действительно хорошо смотрятся вместе. Майку там не было места.  Вымышленный Ричи усмехнулся и поместил свои ладони на талию Уилла, сжимая ее покрепче. Он притянул парня к себе вплотную. Вымышленный Уилл не отстранялся, напротив, он счастливо улыбался и обвивал руками шею Тозиера.  Майк открыл глаза, прогоняя назойливую картинку. Ужасно. *** Этот вечер выдался достаточно тёплым для ноября. За окном моросил мелкий дождь, в комнате было уютно и тихо. Эрик снова ушёл к Лорейн, оставив их вдвоём. Уилл лежал на кровати Ричи, уставившись в потолок. Ричи возился с чайником, делая им обоим какой-то травяной чай. Он решил, что пить кофе на ночь будет вредно. Уиллу казалось забавным то, насколько Ричи может быть «правильным» и в то же время бунтарем. — Держи, — Ричи протянул ему кружку и улёгся рядом, почти вплотную. Уилл взял чай, сделал глоток и поставил на тумбочку рядом с кроватью. На языке теперь ощущались мята, ромашка и что-то ещё. Это было приятно и даже как-то успокаивало. — Спасибо, — он повернул голову, сталкиваясь с парнем носами.  — Не за что. Ричи придвинулся ближе, поцеловал его в плечо, потом в шею. Уилл закрыл глаза, позволяя себе раствориться в этих прикосновениях. Руки Ричи скользнули под его футболку, поглаживая кожу. Уилл ответил, взял его за подбородок, притягивая к своему лицу за поцелуем. Ричи принял его, прижимаясь губами теснее. Рука Уилла запуталась в волосах Тозиера, оттягивая их немного назад. Парень сначала издал немой стон прямо в поцелуй, а затем разорвал его и вернулся к шее Байерса. И все шло хорошо, пока в какой-то момент, когда Ричи уже тянулся к его джинсам, Уилл вдруг замер. Его глаза были закрыты, поэтому он полностью отдался ощущениям, не наблюдая за тем, что происходит. Насколько было неправильно и предательски по отношению к Ричи то, что в голове Уилла снова всплыло другое, более знакомое лицо? Уилл убрал руку Ричи, поднимая ее вверх. Черт, такого еще никогда не было. — Что такое? — Ричи теперь тоже замер, глядя на него с беспокойством. — Ничего, — Уилл мотнул головой. — Всё нормально. Он снова потянулся к нему, пытаясь вернуться в момент. Ричи ответил, но Уилл чувствовал, что его собственные мысли сейчас где-то не здесь. И когда их губы снова встретились, перед глазами опять возник Майк. Теперь уже не просто лицо, а целая сцена. Как они сидели и смотрели «Шерлока», как Майк смеялся над шуткой, как на секунду их взгляды встретились и задержались дольше нужного. Уилл представил, что, если бы они сидели на одной кровати, в этот момент они могли бы наклониться друг к другу поближе. И… Уилл резко сел на кровати. — Извини, — выдохнул он. — Я не могу сегодня. Ричи тоже сел, опёрся спиной о стену. На его лице не было злости, только искреннее беспокойство. — Что тебя беспокоит? Уилл молчал, не мог сказать правду. Это было слишком ужасно и стыдно. Ричи вздохнул, провёл рукой по волосам. — Рассказывай, — сказал он. — Что у вас происходит? Вы же вроде помирились. Иногда Уилла поражало, насколько Ричи может быть проницательным.  — Помирились, — Уилл обхватил себя руками, будто замёрз. — Даже нормально общаемся. Он за меня переживает. Ну, и я за него, как всегда. Даже сериал недавно смотрели, как раньше. — И? — И я не знаю, — голос Уилла дрогнул. — Я не понимаю, что я чувствую. — Может, ты все еще злишься на него? Ну, все-таки не просто забыть такую ссору, тем более если учитывать то, что она не первая за последнее время, — Ричи осторожно коснулся его плеча, погладил. — Я не знаю, — Уилл закрыл лицо руками. — Я просто не знаю. — Ладно, — Ричи придвинулся ближе. — Давай просто полежим, помолчим. И ты чай еще не допил. И Уилл был безумно благодарен за это. Ему можно не объяснять, не обсуждать. Да, он позже обязательно отрефлексирует этот момент, но сейчас можно было просто спокойно провести время с Ричи. Как будто они друзья или типо того.  Он сел на кровати и взял кружку чая в руки, откладывая глубокие размышления на потом. Рядом Ричи растянулся во весь рост, почувствовав, что места стало больше, и начал болтать о том, как у них с Дастином не получилось установить датчики на все трубы и что работы осталось еще не мало. Уилл полностью ушел в размышления о проекте и вскоре перехватил беседу.  Они запланировали поход на променад в это воскресенье.  *** Майк вышел из лифта и направился к выходу из общежития. Сегодня ему хотелось подышать свежим воздухом перед сном, а также развеяться и постараться перестать думать о Уилле. Однако у двери его перехватили. — Майк! — Лукас замахал рукой, стоя на крыльце. — Иди сюда! Рядом с ним стояла Макс, ее распущенные волосы развевались на ветру, и одета она была в свою неизменную джинсовку, которую она отчаянно отдала Майку, когда нашла его в переулке.  — Привет, — Майк улыбнулся ей почти радостно. После того дня, когда они играли в настолки, он окончательно проникся к ней тёплыми чувствами. Макс была такой настоящей, уверенной и просто крутой. — Привет, — она внимательно оглядела его. — Выглядишь лучше. Рука как? — Нормально, — Майк пошевелил пальцами. — Гипс сняли. — Супер! А мы тут гулять собрались. Составишь компанию? Майк посмотрел на Лукаса. Тот пожал плечами и кивнул, мол, «конечно, я не против». — Давайте, — согласился Майк. Они пошли по дорожкам вокруг общежития. Ночь была тёмной, но фонари горели ярко, и дождь наконец прекратился. Воздух пах сыростью и прелыми листьями. Их небольшая компания оказалась достаточно спокойной и молчаливой поначалу. А потом, когда они немного разговорились, Майк узнал чуть больше о Макс. Она рассказала, что работает в кофейне, живет с отчимом, мамой и бабушкой. У нее есть старший брат, у которого получилось вырваться из этой дыры и поступить в университет в Индианаполисе. Сама она тоже очень хочет поступить, но только не здесь. Поэтому и копит деньги, трудится.  Это всё очень хорошо отвлекло Майка. Он включился в диалог, стал задавать наводящие вопросы. Через час, когда они уже давно вышли за ворота общежития, все трое активно беседовали, обсуждали всё подряд.  Незаметно время пролетело и пришло время прощаться. Они стояли у дома Макс. Лукас наклонился к ней и поцеловал в макушку, немного стесняясь целовать ее в губы при друге. Однако девушка перехватила его за грудки куртки и притянула к себе, резко впиваясь губами в его губы. Майк немного покраснел и отвернулся, чувствуя себя неловко.  Через минуту они с Лукасом уже шли обратно, и тот все еще витал где-то в облаках, пытаясь прийти в себя. — Каждый раз расплываюсь от ее напора, — он не мог перестать улыбаться, даже когда говорил. — Боже мой, — Майк закатил глаза, но настоящего раздражения не чувствовал.  Вскоре им тоже надо было прощаться. Парни стояли у комнаты Майка, и он уже потянулся за рукопожатием, как вдруг Лукас заговорил снова. — Не хочешь сходить на вечеринку? — спросил он. — Ээ, — Майк немного опешил от этого вопроса. — Какую еще вечеринку? — Ну, или я не знаю, как это назвать. Просто у Макс есть знакомая, которая устраивает что-то типо подростковой тусовки. Знаю! Мы на такое не ходим. Но Макс настояла, чтобы я пошел с ней, потому что она хочет увидеть, как я танцую, — Лукас ухмыльнулся. — Сейчас я подумал, может быть тебе тоже развеяться таким образом?  — Нет, дружище, не в моем стиле, — Майк усмехнулся в ответ и протянул ему руку. — Но спасибо за предложение. — Как знаешь, — Лукас пожал его руку. — Если что, передумать не поздно, — добавил он, уходя в глубь коридора.  Майк фыркнул, понимая, что даже не будет в серьез задумываться о подобном. Он недавно восстановил руку, и это как минимум одна причина, по которой он не может пойти ни на какую тусовку. Еще одна, более весомая: он социофоб и боится подобных мероприятий. Точно, никаких вечеринок.  *** Наступил следующий день, суббота.  В кабинете творчества впервые было так многолюдно и тесно. Жёлтые пуфы, которые обычно валялись где попало, были сдвинуты в круг, образуя сиденья для каждого из компании. Уилл, Ричи и Дастин уже были на месте, разложив по центру на полу какие-то бумаги. Майк пришел чуть позже и сел в угол, оставляя два места около себя. Он старался не смотреть на Уилла. Вчера тот отправил ему смс, в котором предупредил, что останется у Ричи на ночь. Майк тогда еле сдержался, чтобы не заплакать.  — Ну и где ваш таинственный профессор? — спросила Макс, входя в кабинет и плюхаясь на пуф рядом с Майком. Лукас сел с другой стороны от него, пожимая руку в знак приветствия. — Привет, — она улыбнулась Майку, тот улыбнулся в ответ, кивая. Это не ушло от внимания Уилла.  — Сейчас всё расскажем, — сказал Байерс, обращая на себя внимание. Он взял и развернул одну из бумаг, которые лежали вперешку друг на друге. Это была старая, пожелтевшая фотокопия статьи из университетской газеты за 1982 год.  Каждый из ребят подался чуть вперед, чтобы видеть изображение лучше.  — Профессор Элиас Кроу, — начал говорить Ричи, указывая на фотографию, расположенную в углу статьи. На ней был изображен сердитый мужчина средних лет. У него не было бороды, только усы, и выглядел он немного нелепо, потому что на его голове красовалась шляпа-цилиндр. — Он работал здесь на стыке архитектуры и акустики, проводил какие-то эксперименты на нашем променаде у реки! Официально — изучал влияние звука на восприятие пространства. — А неофициально? — подхватила Макс. — Неофициально он пытался создать устройство, которое могло бы влиять на психику людей через звук, — ответил уже Дастин. — Кстати, приятно познакомиться, я Дастин, — он протянул девушке руку. — Я Макс, — она пожала его руку. — Как это? Устройство, влияющее на психику?  — Что-то вроде оружия, но замаскированного под архитектуру. — Оружия? — Лукас присвистнул. — Серьёзно? — В восьмидесятых об этом много думали, — Дастин пожал плечами. — Холодная война, все дела. Кроу, кажется, получал какое-то финансирование от военных. Но потом что-то пошло не так. Уилл развернул другую бумагу — копию старого чертежа. — Это его проект. Смотрите, — он ткнул пальцем в схему. — Трубы, — он провел пальцами по рисунку, — обратите внимание на их расположение, и самое главное… акустические датчики. Очень похоже на наш «Речной орган». — Он что, нашел ваши чертежи и скопировал? — усмехнулся Майк, пытаясь пошутить. — Нет, — Ричи покачал головой. — Это мы, кажется, случайно повторили его идею, не зная о ней. — И теперь кто-то оставляет вам послания, — Макс задумчиво постучала пальцем по губе. Лукас заранее посвятил ее в курс дела, поэтому она знала про содержание каждого послания. — Этот кто-то намекает на Кроу и хочет, чтобы вы копнули глубже. — Я думаю, это может быть кто-то из его бывших студентов, — сказал Дастин. — Или родственников. Кто-то, кто знает правду и хочет, чтобы она всплыла. — А может, это сам Кроу? — Лукас вскинул одну бровь. — Он же не умер, вроде? — Если бы он был жив, ему было бы под восемьдесят, — ответил Ричи. — Вряд ли он лазает по колледжу и рисует на досках. И потом, зачем ему это? — Возможно, он хочет, чтобы его работу продолжили, — предположила Макс. — Или он делает это, чтобы предупредить вас об опасности… — Тут есть ещё кое-что, — Дастин развернул другую бумагу. — Я нашёл в старых газетах заметку о студенте, который работал с Кроу. Его звали Винсент, и исчез он при странных обстоятельствах в 1982 году. Считается это, официально, самоубийством. Однако его тело не нашли. — Исчез? — уточнил Майк с выражением легкого скепсиса на лице. — Да. И есть слухи, что Кроу проводил на нём какие-то эксперименты. Что-то пошло не так, и Винсент… ну, сошёл с ума. — Боже, — Макс поёжилась. — Жуткая история. — А ещё, — продолжил Дастин, — мать этого Винсента работала в колледже уборщицей. И она пыталась докопаться до правды, но её уволили и заткнули. — И кто она? — спросил Лукас. — Её звали… — Ричи заглянул в записи, — Терри Мэйхью. И, если честно, особо информации больше нет. — Надо искать дальше, — решительно сказал Дастин. — В архивах, в старых газетах. Может, есть ещё что-то. — И мы могли бы попробовать понять, что означают послания, которые человек-загадка отправил нам, — снова вступил в диалог Уилл. Он достал из кармана заветные листочки и положил их прямо поверх бумаг, которые уже лежали на полу. Макс забрала их себе и внимательно просмотрела обе записки.  — Ой, вот еще, — Ричи протянул ей свой телефон с той самой фотографией доски и чертежем. Майк, который ранее этого не видел, склонился над телефоном рядом с Макс. Лукас сделал то же самое.  — Пока трудно сказать, — призналась Макс, отдавая телефон обратно Ричи. — Я могу спросить у своей бабушки насчет Кроу, но это максимум. Хотя сейчас у меня просто кипит голова от такого количества информации и, думаю, что, когда я останусь наедине со своими мыслями, я смогу к чему-то прийти. — У меня то же самое, ребят, — согласился Лукас. — А у вас есть теории?  — Я думал обо всяком, но всегда не хватает одной детали: человек, который оставляет послания, — ответил Уилл, нервно почесывая затылок. — То есть, да, возможно, этот Кроу сумасшедший и из-за него когда-то пострадал студент, но неужели такое может случиться из-за наших поющих труб?  — А ведь мы сейчас делаем фактически то же самое, что и этот Кроу… — задумчиво проговорил Ричи, глядя в пол. — Ох, не знаю. — Давайте встретимся через неделю, — предложил Дастин. — Отдохнем, каждый подумает о чем-то. А потом, в субботу, в это же время, выдвинем свои теории, расскажем найденную информацию. Я уверен, у нас получится собрать полную картину. Все согласно закивали. Когда компания начала расходиться, Макс задержалась у двери, поймав Уилла за локоть. Она оттащила его в сторону, подальше от остальных. — Можно тебя на пару слов? — тихо спросила она. Уилл удивился, но кивнул. Они с Макс особо не общались, так что это было немного необычно. — Этот Дастин, — Макс понизила голос. — Он странный. — Он наш друг, — Уилл нахмурился. — Я не говорю, что он враг, — девушка закатила глаза. — Слушай, Лукасу и Майку я всё равно потом расскажу об этом, но ты и твой… эм, — она прищурилась. — Ричи, — Уилл понял, к чему она клонит, начиная нервничать. — Да, твой Ричи. Вы неплохие ребята, и я правда хочу помочь, — она выглядела искренней, Уилл кивнул, чтобы она продолжала. — Дастин, как будто, слишком много знает. И слишком вовремя появляется. Ты не находишь? Из рассказов я знаю, что он подошёл к вам сам, предложил помощь с проектом. Он знает про Кроу больше, чем говорит. И он дружит с Джейн, которую вы подозреваете больше всех. Лукас, кстати, тоже ее подозревает. А знаешь, почему мы сегодня не обсудили Джейн? Да потому что Дастин регулировал атмосферу, перехвачивая внимание. Он рассказал больше всего информации, хотя, вроде как, это ты и Ричи ходили в архив. Уилл задумался. Это было абсолютной правдой. Пускай Дастин и сказал, что сам поищет информацию про Кроу, но он сделал это как-то слишком быстро. Когда он успел? Они с Ричи ни разу не видели его в библиотеке с того момента, как они договорились о встрече в субботу. — Откуда ты все знаешь? — Лукас рассказал, а об остальном не сложно догадаться, если пораскинуть мозгами, — она невозмутимо пожала плечами. Вот и нашелся Шерлок. — Ты думаешь, он как-то связан с посланиями? — уже менее напряженно спросил Уилл, кажется, он улавливал ее настроение. — Не знаю, — Макс покачала головой. — Но на всякий случай присмотреться к нему стоит. А вдруг он сам не знает, что участвует в чём-то большем… — загадочно протянула Макс, наконец отходя немного подальше. — Хорошо, — Уилл снова кивнул. — Я послежу, — наверное, он начинал понимать, почему Майк с ней дружит. Девушка хлопнула его по плечу и ушла догонять Лукаса и Майка. Последний решил даже не ждать Уилла, понимая, что тот уйдет с Тозиером. И да, Уилл вернулся к Ричи. Тот стоял, прислонившись к стене, и ждал его. — Что она сказала?  — Дастин кажется ей подозрительным, — Уилл усмехнулся.  — Чее, — Ричи фыркнул и обнял его за плечи. — Ну и бред, он не такой. — Да, наверное, — слабо улыбнулся Уилл, но не мог выкинуть из мыслей слова Макс. При этом в голове крутилась информация, которую они нашли про профессора и тот скандал с уборщицей. Что-то ему подсказывало — ответ перед носом. Нужно только копнуть немного глубже… — Хочешь посмотреть на то, как мы в среду установили датчики на нескольких трубах? Я сделал фотки, — Ричи уже доставал телефон.  Уилл кивнул, и они вышли из кабинета. *** В воскресенье все были заняты.  Уилл уехал с Ричи и Дастином на променад, заканчивать работу с «Речным органом». Потому что даже если и происходили какие-то расследования, ребята не могли позволить себе перестать заниматься проектом. Иначе они ничего не успеют, и уже проделанная работа будет впустую.  А вот Лукас и Макс ушли зависать к знакомой девушки, как Синклер и говорил. Наверное, они сейчас пили дешевый алкоголь и слушали тупую попсу. И Майк уже немного пожалел, что отказался от приглашения.  Он сидел за столом в их с Уиллом опустевшей, (из-за отсутствия Уилла), комнате и делал домашнюю работу по квантовой физике. Это было отвратительно. Однако сессия близилась, а подготовка стояла на месте. Через силу парень выписывал основные понятия и формулы, чтобы потом перечитать их, заучить, и попробовать решить пару задачек. Спустя час он не выдержал и рухнул на кровать, стаскивая с тумбочки компьютер. Он включил «Шерлока» ровно с того момента, на котором они с Уиллом остановились в среду. Было немного грустно смотреть одному, но он усердно откинул посторонние мысли и спустя минут десять уже полностью погрузился в сюжет.  *** Вторая неделя ноября прошла так незаметно, словно капля дождя упала с неба. И ничего, кроме бесконечной суеты и подготовки к экзаменам, в жизни студентов не происходило.  Ну, за исключением того, что в четверг Майк один съездил на последнюю консультацию с его лечащим врачом. Тот назначил пить еще одни таблетки, которые помогли бы Майку укрепить кости, разрешил больше не устанавливать эластичный бинт и пожелал удачи и крепкого здоровья.  Майк судорожно отправил счет за лечение маме, которая узнала о том, что его избили совсем недавно, только после второго посещения врача. — Прости пожалуйста, — громко извинялся Майк в трубку, пытаясь перекрыть орущий голос матери. — Да, я должен был сказать, — на том конце провода послышался еще один недовольный голос, но уже мужской. Мама сообщила о негодовании отца. — Мне было стыдно! Но они разобрались и с этим. Поэтому пятница встретила Майка, на удивление, спокойствием. С его больной рукой наконец всё решено, подготовка и учеба шли уже не так плохо, расписание сегодня было лайтовым. Единственное, что его беспокоило — это, конечно же, Уилл, который пропадал с Ричи просто постоянно. И Майк всё равно не мог поверить в то, что они вместе. Это был сюрреализм. Тем более, перед ним они не особо много взаимодействовали, (знали, какую реакцию это может вызвать). Однако Майка всё равно терзали воспоминания о том поцелуе в холле и мысль о том, что эти двое могут делать что-то большее.  Чёрт, а еще он обещал себе больше не мастурбировать на Уилла и с крахом провалился где-то во вторник. Но это реально тяжело, когда Байерс вечно маячит перед глазами! Выбирает, что надеть на встречу с тупым Ричи, ходит без футболки, а иногда в одних боксерах.  Короче, Майк чувствовал себя максимально жалким и несчастным.  Лукас просил его не драматизировать, просто плыть по течению. Отчего-то друг был уверен, что отношения Тозиера и Уилла не настолько крепкие, как казалось самому Майку. Синклер что-то говорил о Макс и про то, как она гадала на каких-то «таро». Говорил, что его девушка может видеть будущее и узнала о плохих перспективах у Ричи и Уилла, именно как пары. Майк тогда только отмахнулся от этих рассказов, но в глубине души молился, чтобы так оно и было.  Возвращаясь к настоящему времени, можно сказать, что Майк всё же бесился.  Пары закончились, и они с Уиллом вместе находились в комнате, но Байерс снова собирался к Ричи и стоял перед зеркалом, выбирая рубашку. — Желтый мне больше идет, да? — вдруг сказал он, впервые спрашивая Майка о подобном. — Оу, — Майк сделал вид, что только что поднял на него глаза и не смотрел до этого. Уилл подошел ближе к его кровати, удерживая в каждой руке по одной рубашке. Одна была его любимая, желтая в коричневую полоску, а другая была голубая в темно-синюю клеточку. — Да, — Майк понял, что молчал слишком долго и откровенно пялился не только на рубашки, но и на голую грудь Уилла. Он почувствовал, как его уши пылают. — Точно, желтый! То есть, конечно, тебе идет всё, — черт, к чему он это сказал. — В смысле, это очевидно… Но да, желтый всегда шел тебе лучше, чем другие цвета, — он выдавил из себя напряженную улыбку. Болван, зачем так много слов.  — Спасибо, Майк, — нежно улыбнулся в ответ Уилл, отходя обратно к зеркалу. — Ты мог просто сказать «да», — добавил парень и быстро скрылся в ванной. Майк чувствовал себя идиотом, причем реально влюбленным. Господи, неужели это действительно случилось? Он по уши влюблен в Уилла, он нервничает рядом с ним, представляет его в своих сексуальных фантазиях, а теперь еще и позорится перед ним.  Нет, Майку продолжало казаться это нереальным. Вскоре Уилл ушел, вновь оставив его одного. Майк решил, что порешать задачки по математике, которой сегодня не было в расписании, будет не лишним. И это отвлечет его от образа Уилла в этой классной желтой рубашке, или без нее.  Майк сел за стол, открыл нужный учебник и достал из сумки тетрадь. Следом он хотел захватить и ручку, но она куда-то запропастилась. Он обшарил дно рюкзака, но ничего не было. Затем обыскал стол, даже пошарил по карманам куртки — ничего. — Да чтоб тебя, — выдохнул он и полез в ящики. У них с Уиллом было четыре ящика в общем столе. Два верхних принадлежали Майку, а два нижних — Уиллу. Майк проверил свои и там тоже было пусто. Тогда он, особо не задумываясь, открыл самый нижний ящик.  Там лежал блокнот. Майк на секунду замер. Это была не обычная тетрадь для конспектов. Здесь была твёрдая обложка, толстая, явно ручной работы. На обложке акриловой краской был нарисован небольшой пейзаж в виде реки, деревьев и заката. А внизу надпись красивым, каллиграфическим почерком: «Душа изобретателя» Майк никогда не видел этого раньше. Сердце забилось быстрее. Это личное, — подумал он. — Нельзя лезть… Но любопытство оказалось сильнее. Он крепко зажмурился, и рука уже сама тянулась к блокноту. Майк достал его и, поразмыслив еще секунду, открыл первую страницу. Одним глазком гляну, — оправдал он себя. Конечно, это был почерк Уилла. Мелкий, аккуратный, чуть наклонённый вправо. Майк начал читать. Он всегда ненавидел своё имя. Лео. Слишком простое, слишком обычное для человека, который видел мир не таким, как все. Для других шестерёнки были просто шестерёнками, провода — просто проводами. А для Лео они были музыкой, поэзией, единственным языком, на котором он умел говорить правду. Правду о том, что внутри него самого всё давно уже сломалось, перекрутилось и замкнуло. И, как это обычно бывает, единственный, кто мог бы починить его сломанную душу, даже не подозревал о его чувствах. Однако для начала, дорогой читатель, я бы хотел поведать Вам о другом… Майк читал, и с каждой строчкой внутри него разрасталось что-то огромное, невыносимое. Это был роман. История о молодом изобретателе, гениальном, неуклюжем, вечно взлохмаченном, с веснушками на носу и татуировкой на ребре. Он создавал удивительные вещи, но был совершенно беспомощен в любви. Рядом с ним был его лучший друг — художник, тонкий, чувствительный, который смотрел на изобретателя с такой нежностью, что у Майка перехватывало дыхание.  Изобретатель был списан с него. Майк не был настолько глуп, чтобы этого не понять, и он узнавал себя в каждой детали. А друг, естественно, был списан с Уилла. Их отношения в романе были тем, чего Майк всегда боялся даже представить. Тем, о чём он мечтал тайком, в самые тёмные ночи. Изобретатель и художник любили друг друга медленно, мучительно, красиво. Сколько бы людей не было в их жизнях. Они все оказались промежуточными. Любовь юношей нельзя было изменить. Майк захлопнул блокнот. Теперь руки дрожали. Это написал Уилл… Он писал о нас и о том, как он хотел бы, чтобы его любили. О том, что он чувствовал. Он любит меня, и этого не изменить. Майк сидел, не в силах пошевелиться. Мысли метались, сталкивались, разбивались вдребезги, похлеще, чем это бывало у него обычно. Он влюблён в меня. А я влюблён в него. Мы оба дураки, которые боялись признаться. Он убрал блокнот обратно в ящик, даже не найдя ручку. Сел на кровать, стараясь успокоиться, и стал ждать. Сегодня Уилл точно не должен был оставаться у Ричи.  Когда Уилл вошёл в комнату, Майк подскочил так резко, что тот вздрогнул. — Ты чего? — удивился Байерс. — Напугал! Майк подлетел к нему и крепко обнял за шею, прижимаясь всем телом. — Майк? — Уилл замер, но потом осторожно обнял в ответ, устраивая свои руки у парня на спине. — Что случилось? — Ничего, — выдохнул Майк ему в плечо. — Просто… я рад тебя видеть. Уилл отстранился, заглянул ему в лицо. В его глазах было беспокойство. — Ты странный какой-то. Всё хорошо? — Да, — Майк схватил его за руку и потянул к кровати. — Можешь сесть, пожалуйста. Мне нужно тебе кое-что сказать. Уилл послушно сел. Майк устроился рядом, почти вплотную, и начал говорить. Слова вылетали быстрее, чем он успевал их обдумывать. — Я понял. Всё понял. Какой же я был дурак, Уилл. Всё это время… Я боялся, не понимал, а оно было прямо передо мной. И ты, ты тоже… — Майк, — Уилл нахмурился. — Ты как обычно! Давай помедленнее. Я не понимаю, о чём ты. — Я… ну, — он сглотнул. — Понимаешь, просто… — Майк видел непонимание и беспокойство в глазах Уилла, но лучше всего у него получилось разглядеть в них нежность. И это только убедило Майк во всех своих выводах. — Я и ты… — взгляд опустился на губы Уилла. Черт возьми, они были такими красивыми, и Майк даже не мог логически подумать о том, отчего они могут быть сейчас немного припухшими и красными.  Если Уилл написал тот роман, то он должен всё понять.  Последнее, о чем подумал Майк, прежде чем поцеловать Уилла, было что-то вроде: «С Богом!». Хотя он в него не особо верил. Он прижался своими губами к чужим теплым, на вкус, как ромашковый чай. На мгновение Майку показалось, что Уилл ему отвечает, но он отстранился первым. — Я прочитал, — выпалил Майк, глядя в ошарашенное лицо Уилла. Он все еще не понимал, что происходит. — Твой роман, «Душу изобретателя». Я искал ручку и случайно открыл нижний ящик. Прости, я не должен был, но я прочитал. И я понял. Ты… ты тоже. Всё это время. Уилл побледнел. Краска схлынула с его лица мгновенно, оставив мертвенную бледность. — Ты… прочитал? — голос его дрогнул. — Да, — Майк смотрел на него с надеждой. — И я понял, что мы оба… — Что ты наделал? — Уилл резко поднялся с кровати. — Это… личное, Майк! Ты не имел права! — Я знаю, прости, я случайно… — Случайно?! — голос Уилла сорвался на крик. — Ты не должен был этого видеть! Это не для тебя! Это… это моё! Майк встал, протянул к нему руки. — Уилл, послушай, я люблю тебя. Я понял это. И ты, судя по роману, тоже… — Нет, — Уилл отшатнулся. — Нет, ты не понимаешь. — Чего я не понимаю? Уилл посмотрел ему прямо в глаза. В его собственных теперь стояли слезы, но голос звучал твёрдо. — Мы с Ричи — пара. Мы встречаемся. И я не ужасный человек, Майк. Я никогда бы не изменил своему партнеру. Даже… даже ради тебя. Майк замер, уже чувствуя, как волна разочарования и боли вот-вот движется к нему.  — Ты… серьёзно? — теперь его голос дрожал.  — Вполне, — сжал челюсти Уилл. — И этого… поцелуя, — он произнес это слово быстро, будто пугаясь, — его не было, ясно?  — Но роман… — Это просто выдумка, — Байерс отвернулся. — Фантазия. То, чего никогда не будет. Майк стоял, не в силах пошевелиться. Внутри всё рушилось. — Хотя знаешь, — вдруг Уилл повернулся к нему. — Ответь мне на один вопрос: ты гей?  Майк открыл рот и сразу закрыл обратно. Слова застряли в горле.  — Я… я не знаю, — выдавил он. — Наверное, нет. Я просто… — Просто что? — Уилл смотрел на него в упор. — Я не знаю, кто я, — голос Майка дрогнул. — Я запутался. Я люблю тебя, но… я не гей. Наверное. Блять, я не знаю, какое это вообще имеет значение?  Уилл кивнул. Так медленно, будто что-то для себя решая.  — Если это не имеет значения, тогда иди к чёрту, — он тяжело выдохнул, отходя подальше. — Иди к своему «не знаю», — в последний раз разворачиваясь, выпалил Уилл. — А я пойду к… Я пойду. Он отвернулся и вышел, хлопнув дверью. И вот Майк снова остался один. Он стоял посреди комнаты, глядя на закрытую дверь, и чувствовал, как его всё в его жизни снова катится ко дну, уже который раз за эту гребанную осень. *** В комнату Уилл влетел без стука. Ричи сидел на кровати с книгой и успел только удивлённо поднять брови, как Уилл уже был рядом. Он оседлал его колени, ловко выхватывая книгу из рук и бросая ее на тумбочку. Затем он схватил его лицо в ладони и поцеловал грубо, так, что их зубы даже немного стукнулись друг об друга. — Что случилось? — выдохнул Ричи, когда Уилл на секунду оторвался. — Не спрашивай, — прошептал Уилл и снова впился в его губы. Ричи не стал спрашивать. Он ответил так же жадно, так же отчаянно, лишь бы Уилл был доволен. Их руки интенсивно блуждали по телам друг друга, срывая одежду, путаясь в пуговицах и молниях. Уилл целовал его шею, ключицы, грудь, спускаясь всё ниже. Ричи стонал, зарываясь пальцами в его волосы. Они кончили почти одновременно, тяжело дыша, прижавшись друг к другу. Ричи гладил его по спине, чувствуя, как Уилл дрожит. — Всё будет хорошо, — прошептал он. — Я с тобой. Уилл кивнул, утыкаясь лицом ему в плечо. Слёз уже не осталось, была только пустота. *** Всю субботу Майк проходил, словно мертвец. Время близилось к их встрече по поводу профессора Кроу, и он жутко не хотел туда приходить. Уилл не вернулся ночью, хотя должен был. Но видимо Ричи великодушно уступил ему свою кровать, в прочем, ничего необычного, но мысль об этом саднила Майку душу.  Ужаснее было только то, что он, (как всегда), сам был в этом виноват. Черт возьми! Он буквально поцеловал Уилла. Уилла, который был в отношениях и давно перестал думать о нем. Идиот. Просто идиот. Внезапно телефон зазвонил, на экране высветилось имя Лукаса. — Ало, — устало отозвался Майк в трубку. — Дружище, я не видел тебя на завтраке, надеюсь, что ты придешь в кабинет загадок? — усмехнулся Синклер на другом конце провода. — Не знаю, — выдохнул он, потирая переносицу. — Мне не здоровится. — Тебе не здоровится или дело в Уильяме Джейкобе Байерсе? — Лукас, все еще не улавливая настроение друга, продолжал шутить, впервые, наверное за жизнь, называя Уилла его полным именем. — Не знаю, — отстраненно ответил Майк, желая прекратить разговор. — Так, — вдруг Лукас стал серьезным. — Я иду к тебе в комнату, поэтому лучше оденься. У тебя есть две минуты. Он бросил трубку, и Майк чертыхнулся, понимая, что придется всё рассказать.  *** — Ты идиот, — первое, что выдал Лукас, заканчивая слушать эту ужасную историю. — А то я не догадался, — раздраженно закатил глаза Майк, плюхаясь лицом в подушку.  — Эй, — по-доброму ткнул его в бок Синклер, — тебе точно стоит развеяться. — И как же? — Майк перевернулся на спину, ловя обеспокоенный взгляд друга, который вдруг сменился воодушевленным. — Ве-че-рин-ка!  Майк протяжно застонал, закрывая лицо руками.  Тем не менее, принялся слушать инструкцию Лукаса. А потом даже записал контакт знакомой Макс. И уже через час он выбирал одежду, в которой ему будет комфортно, но чтобы она выглядела прилично для выхода к незнакомцам. *** Собрались почти все. Уилл, Ричи, Дастин, Лукас и Макс сидели на жёлтых пуфах, разложив на полу новые находки. Их было всего две, но, по словам Дастина, они не менее важные, чем предыдущие. Не хватало только одного человека. — А где Майк? — спросил Дастин, оглядываясь.  Уилл облегченно выдохнул, до этого мысленно молясь, чтобы кто-нибудь уже задал этот вопрос. Вдруг Лукас вздохнул. — Он не придёт. — Почему? — нахмурился Уилл. — Он… пошёл на вечеринку, — Лукас почесал затылок. — К Лорейн Стивенсон, это знакомая Макс, — девушка, сидящая рядом, кивнула. — Я дал ему контакт, хотел, чтобы Майк отвлёкся. У него… эм, дикие завалы по учебе. Ричи поперхнулся воздухом. — Лорейн Стивенсон? — переспросил он. — Ага! А что?  Тозиер пересекся взглядом с Уиллом. И они оба поняли, что это значит. — Она девушка моего соседа по комнате, — пояснил Ричи. — Черт, да он постоянно к ней тусоваться ходит!  — Мы с ней в музыкалку ходили, — Макс усмехнулась. — Она младше была на пару классов. Маленькая такая, с косичками. Играла на флейте. А сейчас  жесть вымахала! Выпускной класс заканчивает. — Ну, как говорится, мир тесен, — ухмыльнулся Лукас. Внезапно все начали обсуждать общих знакомых, пытаясь обнаружить что-то новое. Только Уилл молчал. Он смотрел в пол и думал о том, как это не похоже на Майка — идти на вечеринку. Это точно тот Майк, который ненавидел шумные компании? Майк, который всегда оставался дома с книгой или с ним. — Ладно, — сказал Дастин, прерывая его мысли. — Начнём без него. У меня есть кое-что интересное. Он развернул бумаги, и все склонились над ними, прямо как неделю назад. Уилл честно старался не думать о Майке, но выходило плохо. Он прокручивал те слова, которые сказал ему вчера, и вопрос, который задал. Это было грубо. И теперь Уилл не знал, как это исправить.