Трещины небес

Се Лянь проснулся с ощущением тяжести в груди — не от усталости, а от чего-то невидимого, что тянуло к одному человеку. Он медленно поднялся на локтях и оглядел комнату. Красный свет уже угасал, оставляя лишь мягкую полумрак. Саньлан… нет, теперь он знал его имя — Хуа Чэн — всё ещё сидел у окна. Его взгляд был направлен на ночное небо, но Се Лянь чувствовал, что тот всё слышит, всё видит. — Доброе утро, — сказал Се Лянь, хотя сам себе удивился, как легко слова вышли. Хуа Чэн слегка повернулся, и в его глазах мелькнула лёгкая улыбка. — Доброе. Ты сегодня лучше выглядишь. — Правда? — Се Лянь пытался улыбнуться, но чувствовал неловкость. — Я… всё ещё путаюсь в себе. Хуа Чэн сделал шаг ближе. — Это нормально. Я рядом. Простые слова, но Се Лянь ощутил их как тяжёлый камень, который вдруг перестал давить. Сердце неожиданно стало биться ровнее. — Почему вы заботитесь обо мне? — спросил он тихо. — Я ведь… не помню ничего. Хуа Чэн опустился на колени рядом. Его взгляд стал мягче, почти хрупким. — Потому что однажды ты спас меня, Се Лянь. И с тех пор я не могу позволить себе уйти. Се Лянь почувствовал, как странно отзывается что-то внутри. Это не было памятью, скорее — ощущением, что он уже знает этого человека. — Даже если я забуду? Хуа Чэн улыбнулся с оттенком боли: — Даже если. За окном ветер тронул ветви, и тень дерева прошла по комнате. Се Лянь ощутил холодок — но не страх, а ожидание. Ожидание того, что будет дальше. — Тогда… — сказал он, медленно поднимаясь, — я хочу попытаться понять. Понять, кто вы для меня. Хуа Чэн кивнул. Его рука едва коснулась плеча Се Ляня, словно проверяя, можно ли доверять этому шагу. — Тогда начнём с малого. Сегодня ты узнаешь меня через действия, а не слова. Се Лянь кивнул, не понимая точно, что это значит, но почему-то ему было достаточно. И впервые за долгое время он сделал шаг вперёд — к Хуа Чэну, не от страха, а потому что хотел быть рядом. Солнце пробивалось сквозь бумажные ставни, мягко освещая комнату. Се Лянь открыл глаза и первым делом услышал тихий смех из кухни. Он моргнул, пытаясь понять, что происходит. — Ха-ха! — раздалось снова, теперь ближе. — Ну что, Се Лянь, опять проспал? Се Лянь медленно сполз с кровати и направился к кухне. Там стояли двое: один — Моцян, молодой мастер боевых искусств с озорной улыбкой и привычкой подшучивать, другой — Фэй, тихий и наблюдательный, но всегда внимательный к деталям. — Моцян! Фэй! — Се Лянь удивлённо поднял брови. — Что вы тут делаете? — Готовим завтрак, разумеется, — ответил Моцян, слегка поклонившись. — А то Хуа Чэн тут у вас, Се Лянь, выглядит так, будто забыл, что нужно есть. Се Лянь посмотрел на Хуа Чэна. Тот сидел спокойно у стола, аккуратно складывая руки, и его темный взгляд тихо сканировал комнату. — Я не забыл, — сухо сказал Хуа Чэн, хотя уголки губ чуть дернулись в едва заметной улыбке. — Я наблюдаю. — Ох, наблюдать — не значит готовить, — поддразнил Моцян, ставя на стол миску с рисом и парой маленьких пирожков. — Ешь, пока горячо. Се Лянь сел за стол и осторожно взял один пирожок. Тёплый, с лёгкой сладостью — обычное утро, но в этот раз оно казалось особенным. — Спасибо, — сказал он тихо, почти себе под нос. Фэй, стоявший в стороне, чуть наклонил голову и посмотрел на него. — Ты выглядишь лучше, — тихо заметил он. — Тебе идёт свет утра. — Свет утра? — Се Лянь улыбнулся, смущённо почесав затылок. — Никогда не слышал, чтобы кто-то так говорил. — Потому что ты не часто просыпаешься в безопасности, — ответил Фэй, и в его словах сквозила серьёзность. Се Лянь почувствовал лёгкий холодок по спине. Но рядом с ним был Хуа Чэн. И Се Лянь вдруг понял, что даже если память подводит, он точно не один. — Сегодня день начнётся иначе, — сказал Хуа Чэн. — У тебя есть шанс вспомнить хоть часть того, что потеряно. — Как? — Се Лянь удивился. — Через взаимодействие с теми, кто тебя знает, — ответил Хуа Чэн. — Не словами, а делами. Моцян хлопнул в ладоши. — Отлично! Значит, наконец-то Се Лянь будет меньше мечтать и больше двигаться! — А я хотел просто завтрак, — пробормотал Се Лянь, но улыбка уже не покидала его лица. Хуа Чэн тихо наблюдал за этой сценой, и его тёмный глаз, полный чувства и настороженности, мягко смягчился. Он знал: день только начинается, и каждый миг с этими людьми — шаг к возвращению памяти Се Ляня, но также шаг к тому, чтобы они стали ему ещё ближе… За окном ветер качнул ветви, и свет солнца пробежал по комнате. Се Лянь сделал глоток воды и впервые за долгое время почувствовал, что утро действительно может быть новым началом. После завтрака Се Лянь задумчиво смотрел на окно. Солнечный свет бил в лицо, но внутри всё ещё оставалось ощущение пустоты. Он заметил, как Хуа Чэн аккуратно убрал посуду со стола. Каждое его движение было точным, уверенным, почти бесшумным, но Се Лянь почему-то не мог отвести взгляд. — Ты опять смотришь на меня так, — тихо сказал Хуа Чэн, не оборачиваясь. — Словно пытаешься вспомнить. — Может быть, — признался Се Лянь, слегка краснея. — Я просто… хочу понять, кто вы на самом деле. Хуа Чэн замер. На миг его тёмный взгляд стал чуть мягче, но сразу снова вернул себе холод. — Кто я на самом деле — опасен для других, а для тебя… я стараюсь быть рядом. Се Лянь кивнул, не зная, что ответить. Его мысли прервали шаги у входной двери. — Се Лянь! — раздался звонкий голос. Это был Ляньсюнь, старший наставник и один из самых близких друзей Хуа Чэна. — Ты уже встаёшь? Приготовься, сегодня будет… интересный день. — Интересный? — переспросил Се Лянь. Его сердце забилось быстрее, предчувствуя, что за словом «интересный» скрывается что-то большее. — Да, — подхватил Моцян, подмигнув. — Сегодня ты впервые выйдешь на прогулку за пределы усадьбы. И, возможно, вспомнишь кое-что… Се Лянь сжал руки в кулаки. Ему одновременно хотелось и страшно было. Хуа Чэн тихо положил руку на его плечо: — Я буду рядом. — Всегда рядом, — добавил Фэй, стоявший в стороне, и Се Лянь почувствовал лёгкую уверенность. В этот момент что-то мелькнуло за окном — темная фигура на крыше соседнего дома. Она быстро скрылась, как будто проверяла их. Се Лянь заметил это, но Хуа Чэн уже посмотрел в ту сторону и хмуро сжал пальцы. — Не отвлекайся, — сказал он тихо. — Но будь готов. Се Лянь понял: день обещает быть не только солнечным и тёплым. Он почувствовал странное волнение: страх, любопытство и, неожиданно, доверие к Хуа Чэну, которое росло с каждым взглядом. — Ну что, — сказал Моцян, хлопнув в ладоши, — идём! Мир ждёт, а ты ещё сидишь и мечтаешь. Се Лянь поднялся и посмотрел на Хуа Чэна. Тот кивнул. Лёгкий ветер развевал его тёмные волосы, и в этот момент Се Лянь понял, что что бы ни произошло, он хочет быть рядом. И когда они вышли во двор, утро казалось не просто началом нового дня, а началом чего-то, что изменит всё. Се Лянь вышел во двор, ощущая тепло солнечного утра. Воздух был свежим, и пение птиц казалось привычным, но странно умиротворяющим. Он шагнул за Хуа Чэном и остальными, но внезапно заметил движение на краю усадьбы: тень, слишком резкая, чтобы быть игрой ветра. — Хуа Чэн… — тихо сказал он, слегка замерев. Хуа Чэн мгновенно обернулся. Его тёмные глаза сузились, и в них загорелся тот холодный огонь, который редко показывал кому-либо. — Следи за собой, — сказал он коротко, не отводя взгляда от края двора. — Кто-то наблюдает. Моцян и Фэй заметили напряжение. Моцян тут же сжал кулаки: — Ха! Кто бы это ни был, он явно не пришёл просто поздороваться. — Сначала давай выясним, кто именно, — сказал Хуа Чэн, аккуратно двигаясь вперёд. Его движения были быстрыми, точными, словно он готовился к нападению. Се Лянь шёл рядом с ним. Внутри всё дрожало: страх, любопытство и странное чувство, что Хуа Чэн всегда сможет его защитить. — Я могу помочь? — робко спросил он. — Нет, — ответил Хуа Чэн твёрдо. — Просто держись рядом. Тень за усадьбой изменила форму, и Се Лянь увидел: это был человек в тёмной одежде, с капюшоном, который скрывал лицо. Он быстро двигался к ним, словно готовясь к прыжку. — Се Лянь, назад! — резко крикнул Хуа Чэн. Но прежде чем кто-либо успел сделать шаг, фигура внезапно остановилась, сделав странный жест рукой. Се Лянь почувствовал лёгкое головокружение — как будто что-то внутри напомнило ему давно забытое. — Что это было? — спросил он, дыша неровно. Хуа Чэн шагнул вперёд, его тёмный взгляд пронзал фигуру. — Слишком рано. Это предупреждение. Сегодня мы узнаем немного больше, но опасность ещё близка. Моцян ударил кулаком по ладони. — Ну что ж, если это игра, я готов. — Это не игра, — сказал Хуа Чэн холодно, — это то, что мы должны остановить, прежде чем станет хуже. Се Лянь почувствовал, как сердце сжалось. Он не понимал, кто этот человек и почему он их наблюдает, но он знал одно: пока Хуа Чэн рядом, он готов встретить всё. И в этот момент Се Лянь впервые ощутил, что это утро — не просто начало нового дня. Это утро, когда его жизнь начинает постепенно возвращаться к тому, что он забыл, а вместе с ней приходит и новая угроза, и новые связи. Хуа Чэн коснулся его плеча и тихо сказал: — Се Лянь, будь готов. Сегодня многое изменится. Се Лянь кивнул. Он был готов довериться — и готов идти за ним.